Для массовой рассылки пленочных фотографий среди знакомых был выбран день, когда телеграм окончательно отлетел и загрузку пары мб можно ждать часами.
Своевременность - мое второе имя.

Я сделала великий дом, срочно идите смотреть.

Я кое-что поняла про интернет (точнее, про мое место в нем).
Цель скроллинга ленты - испытать мощное эмоциональное впечатление. Это сложный способ для получения такого рода опыта: дело даже не в том, что контент в общей массе поверхностен и вторичен, а в том, что чужой творческий опыт не переживешь так же, как свой. Но если выложить свою работу и собрать с неё обратную связь, то получится испытать искомое чувство.
Я хочу пройти свой собственный путь созидания и в конце получить бонус в виде реакции других людей, поскольку это - живое топливо, которое дает энергию и волю идти дальше.

Ответ на вопрос "где находится дальше и зачем туда идти" напишу как-нибудь в другой раз.

Выявила два подхода во взаимодействии с людьми.
Можно относиться к ним как к конченным дебилам, лентяям и вредителям, нуждающимся в неусыпном контроле.
Можно относиться к ним как к разумным и ответственным формам жизни, способных к рефлексии и принятию решений.
Оба подхода имеют плюсы и минусы, оба выбрасывают за пределы своей системы того, кто в неё не вписывается.
Но первый - неимоверно изматывающий и энергозатратный, и на поддержание этой системы у меня совершенно нет времени.
Приходится обращаться с людьми так, будто они все адекватны.

Порочность цензуры в том, что она порождает самоцензуру, когда, разобравшись в ограничениях, ты запрещаешь себе немного больше, на всякий случай.

Не тротуар, а барная стойка, не синеющее небо, а стена из белого кирпича, не меланхолия, а какой-то другой убийственный стаут; дьявол в мелочах, но картину мы рассматриваем в целом - и в целом, желаемое получено.

Я потеряла кольцо, и три дня чувствовала себя как на раскаленной плите.
Потом объяснила себе, как это произошло, и меня отпустило.
Тревожит не потеря, тревожит непознанное.

Девочки и мальчики, не запрещайте себе больше, чем вам уже запретили.

Парадокс состоит в том, что потребность в партнере/соратнике/соулмэйте я испытываю лишь тогда, когда чувствую себя уязвимо и небезопасно, а затевать активный поиск в таком состоянии - как минимум глупо, как максимум - вредно.
Голод ведёт ложными тропами и приводит к ложным целям. Но когда не голодно - нахер мне никто не нужен.

Делай больше, чем ничего.

Я сходила на наброски и вот что хочу рассказать.
В конце сессии все раскладывают свои работы на полу и тренер (простите) куратор даёт комментарии каждому участнику - что вышло хорошо, что не получилось, что подтянуть, что усилить, и так далее.
Я заметила, что ему совершенно всё равно, кто ты - какой у тебя бэкграунд, закончил ли ты художку, учился ли в Штиглица, сколько лет держишь карандаш в руках, какие твои любимые материалы, чем ты умеешь рисовать и чем не умеешь - это все не имеет не только смысла, но и даже места для существования. Есть только твоя работа, проделанная за последние два часа, и сырое непредвзятое мнение о ней.
В какой-то момент даже захотелось объясниться - мол, я не рисовала десять лет, я с трудом воспринимаю формат больше десяти квадратных сантиметров, я здесь впервые, у меня голова кипит, мне сложно, во второй раз получится лучше.
Так вот.
Все эти оправдания никому не нужны, и в первую очередь мне самой.
Человек даёт мне редкий шанс - оказаться в нулевой точке, стать чистым листом. Какой же я буду дурак, если им не воспользуюсь.

(приходите тоже на наброски!)

Прошлым летом я искала себе какое-нибудь регулярное, но простое, формально творческое дело. Теперь каждую неделю я делаю коллаж о том, как прошли предыдущие семь дней.
Оглядываясь назад (и особенно - в начало) - я удивляюсь тому, насколько это оказался трансформационный процесс, хотя идея проста, даже примитивна: взять самые запоминающиеся картинки и приклеить их в определённом порядке.

Следующий поток сознания порожден еженедельным приклеиванием картинок.

Творческий процесс резко изменяется, когда то, что ты делаешь, становится доступно всем; когда из категории чего-то личного, замкнутого оно попадает на всеобщее обозрение и обретает оценивающего наблюдателя.

Граница очень явная: как только я рассказала всем про проект, как требования возросли, мозг стал отсекать неудачные решения, которые прокатывали, пока все делалось в режиме потока и "в стол"; стало больше декоративного и абстрактного, но меньше буквального и достоверного.

Первичная цель - фиксирование и интерпретация образов и событий - отходит на второй план, когда у работы есть наблюдатель.

Любой творческий акт является переработкой и интерпретацией, независимо от присутствия наблюдателя. Я в любом случае рисую карту территории и у меня нет цели (и возможности) воспроизвести территорию.
Любые допущения допустимы.

Сырая мысль без фильтров не всегда имеет ценность для кого-то, кроме самого автора и его психотерапевта. Никому неинтересно читать чужие трип-репорты. Необработанность и первичность не равняются достоверности.

Только что поднятый со дна древний артефакт, в столетней грязи, окислах и водорослях, имеет определённую ценность, но он же, очищенный от всего лишнего, отреставрированный, помещенный под благотворное музейное освещение - формально является тем же предметом, но имеет больше шансов.
Творчество - это диалог, и если хочется, чтобы коммуникация состоялась, то мысль должна быть облечена в форму.

Здесь я не пытаюсь прокинуть идею, что творчество должно быть доступно и понятно, вопрос скорее в том, на каком этапе производства ты говоришь "я закончил, это готово".
Я считаю, что то, над чем ты думал подольше, получается лучше.

Не всегда.

Хочется добавить, что все это псевдоинтеллектуальный флекс, и на самом деле меня интересуют бдсм-оргии, но нет.
Меня интересует и то, и другое.

Признавайтесь, все слова сами прочитали, или тыкнули на кнопку "краткое содержание"?

Я снова сходила на наброски (в другую локацию); инсайтов на этот раз не завезли, но отмечу изумительный пример синхронизации с вселенной: из получившихся набросков мы делали коллажи.
Мне снова все понравилось.
Моя работа - в комментариях.

Все жизненные ситуации, с которыми я не справляюсь, даны для того, чтобы научиться.

В четверг в иззи открылась выставка, в которой участвует одна моя работа (это великое событие, поскольку со мной такое впервые, и вообще я не художник).
Пока готовила работу к экспозиции, пришлось кое-чем пожертвовать - подрезать поля, чтобы вместить лист в раму, и убрать часть с текстом, потому что она не влезла в сканер.
На выставке трансформация продолжилась - работу повернули на 90°. Может быть, она не влезла в проем, может быть, бракованное крепление помешало, может быть, так действительно лучше - я не знаю и предпочитаю не узнавать.
Мыслительный процесс, запустившийся в голове, привёл к такому выводу:

У моей работы, какую бы форму она ни имела, должна быть внятно обозначенная идея и цель - это ядро, которое сохраняется независимо ни от чего. Все остальное может меняться, и эти изменения - часть первичной идеи, они не перечеркивают её, а дополняют.

На каждом этапе трансформации и тиражирования надо задать себе вопрос - сохранилась ли первичная идея.
Если да, то все ок.
(Если нет, но мне на это пофиг - тоже ок).