В издательстве Института Китая и современной Азии РАН вышла очень важная монография о том, как искать, понимать и анализировать информацию. Её автор - Константин Валерианович Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий специалист по политической культуре обеих Корей, а для меня ещё и наставник, благодаря которому больше 10 лет назад я пришла к академическому изучению корейской поп-культуры.

При этом книга совсем не только для корееведов или специалистов по Восточной Азии. Она о том, как мыслить критически в мире, где информации становится всё больше, а доверять ей - всё сложнее. Например, как воспринимать новости и проверять источники, по возможности избегать собственных когнитивных искажений и замечать их в чужих текстах, как искать информацию в поисковиках, почему даже к самым авторитетным мнениям полезно относиться с долей осторожности, как меняют информационное пространство нейросети - и ещё о множестве вещей, которые практически полезны, да и просто очень интересны!

Одним словом, от души рекомендую. Тем более что книга находится в свободном доступе в электронном формате и станет отличным дополнением к любой библиотеке.

Ссылка на официальный анонс: https://t.me/asiatica_ru/3982

И на саму книгу: https://lk.iccaras.ru/assets/components/dsgfileupload/files/1ee2a097.pdf

Чего на этом канале еще точно не было, так это обзора товаров с WB, но тут я просто не могу промолчать:)

Совершенно неожиданно на маркетплейсе обнаружилась футболка с очень любопытным изображением, практически гифкой: Будда отрешенно сидит в позе для медитации, но уже спустя секунду словно выходит из нее и с интересом прислушивается к звукам музыки, льющимся из граммофона.

Не знаю, что вкладывал продавец в это изображение и почему решил напечатать на футболке именного его, но перед нами логотип основанной в 1910 году японской звукозаписывающей компании Nihon Chikuonki Shōkai (日本蓄音器商会), более известной широкой аудитории как Nipponophone Company.

И ее история вообще полна интереснейших моментов. Так, например, это была не совсем японская компания. Ее основал американский бизнесмен Фредерик В. Хорн. Сначала он занимался импортом оборудования и инструментов в Японию через собственную Horn Company, затем начал торговать импортными фонографами с восковыми цилиндрами. Позже Хорн основал в Японии фабрику по производству пластинок, открыл студию звукозаписи, и компания стала первой в стране с централизованной системой производства и распространения записей. Помимо Хорна, совет директоров Nitchiku на момент основания состоял исключительно из иностранцев, то есть компания финансировалась и управлялась из-за рубежа.

Однако публичный образ компании был совершенно иным. Nipponophone представляла себя как ведущий лейбл Японской империи — это была своего рода маскировка, необходимая в эпоху растущего культурного национализма. Для этого компания предприняла несколько шагов.

Во-первых, было изменено название: изначально она звучало как American-Japan Phonograph Company, но позже слово American исчезло. Кроме того, английское название стало не Japan Phonograph Company, а Nipponophone — буквально что-то вроде «Звуков Японии». При этом слово Nippon было понятно и японцам без всякого перевода, но при этом легко читалось и иностранной аудиторией. Во-вторых, на ту же идею работал и дизайн пластинок. На этикетке изображен Будда, которого даже медитация не может удержать от желания прислушаться к музыке из граммофона. Это очевидная отсылка к дзен-буддизму, с которым тогда прочно ассоциировалась Япония. Но если присмотреться к самому центру пластинки, можно заметить белоголового орлана — символ США и товарный знак одного из американских лейблов, уже хорошо знакомый публике.

Получается, что внешне Nipponophone выглядела воплощением «японскости», хотя внутри оставалась компанией с сильным американским влиянием. И эта стратегия сработала: Nitchiku постепенно поглощала более мелкие компании и в итоге превратилась в крупную корпорацию, оказывавшую влияние на музыкальную индустрию Японии и ее колоний.

Для истории корейской популярной музыки Nipponophone важна тем, что в 1911 году стала первой звукозаписывающей компанией в Корее и оставалась монополистом до середины 1920-х (то есть во времена, когда Корея была аннексирована Японией).Так что с самого своего зарождения, еще задолго до успеха K-pop, корейская музыкальная индустрия была транснациональной.

Я порой так долго откладываю выпуск постов, что некоторые инфоповоды успевают стать актуальными уже по второму кругу. И уже совсем под другим углом.

Речь пойдёт об участии айдолов в рекламе. Это, в конце концов, одна из функций их как медийной личности и один из основных источников дохода корейской музыкальной индустрии. Но происходить это может очень по-разному, и «Пятёрочка» недавно это наглядно показала.

Первый кейс мне до сих пор кажется очень удачным. Ещё в апреле в Россию приезжала K-pop группа Close Your Eyes, и к этому событию случился их совершенно неожиданный коллаб с сетью супермаркетов «Пятёрочка». Парни прогулялись по российскому магазину, разглядывали незнакомые для них товары, собирали очень разношёрстную корзину с покупками и прямо у кассы пробовали квас «Очаковский».

Всё это выглядело очень сюрреалистично именно за счёт переворота привычной ситуации. Обычно российские фанаты приезжают в Корею, идут в 7-Eleven к полкам с кимпапом и банановым молоком. А здесь всё наоборот: корейские айдолы оказываются в самой обычной «Пятёрочке» у дома, берут шоколад «Алёнка» и сгущёнку, машут фанатам на фоне вывески «Кофе с собой» и рекламной брошюры с пасхальными товарами.

И при все сюрреалистичности это выглядит вполне естественно: айдолы вели себя как обычные туристы, которые знакомятся с новой страной через местные продукты. Думаю, многие из нас (я вот точно) в путешествиях делают ровно то же самое - обязательно заходят в супермаркет посмотреть, чем живут местные, что едят каждый день и что можно купить в обычном магазине.

Подробнее про этот кейс можно почитать здесь. А пока коротко обозначу основные моменты, которые делают его примечатльным.

1. Перед запуском кампании команда провела большое исследование: интервьюировала представителей фандома, изучала его культуру, отношение к айдолам и особенности взаимодействия внутри сообщества. То есть они сначала попытались понять (!!) свою аудиторию, а уже потом выстраивать с ней коммуникацию через рекламу.

2. Использование образов артистов было официально согласовано с лейблом. Это и важный юридический момент, и знак уважения к самим артистам и их фанатам.

3. Коллаб не ограничился одним рекламным роликом. В рамках кампании разыгрывали билеты на концерт, информацию распространяли через тематические телеграм-каналы, ориентированные на фанатов, а сама акция быстро породила мемы, обсуждения и пользовательский контент. То есть бренд не просто использовал популярную группу как говорящие головы, а сумел создать инфоповод, который органично встроился в фанатское сообщество и запустил привычную для него динамику.

И результат оказался соответствующим: более 4,1 млн просмотров видео, из которых 3,3 млн пришлись на органический пользовательский трафик, свыше 1000 комментариев и более 90 публикаций в фанатских сообществах. При этом стоимость просмотра составила всего 0,39 рубля — в несколько раз ниже среднего показателя для FMCG-ретейла.

То есть внимательное и уважительное отношение к K-pop кульутре внезапно (нет) оказалось ещё и выгоднрй с точки зрения бизнеса маркетинговой стратегией. Когда бренд понимает свою аудиторию, не пытается эксплуатировать её интерес или выставлять ее в странном свете, а разговаривает с ней на одном языке, он получает то, что не купить за рекламный бюджет: доверие, органические обсуждения и охваты.

А вот второй кейс от той же "Пятерочки" у меня до сих пор вызывает только недоумение и множество вопросов. О нем следующий пост

А буквально на днях анонсировали новую акцию, которая тоже должна была привлечь K-pop-фандом: в восьми московских «Пятёрочках» поставили фотозоны с участниками группы Stray Kids, с которыми можно сфотографироваться и участвовть в розыгрыше официального мерча.

И вот здесь у меня начинается одно сплошное недоумение: сложно поверить, что это действительно прошло через несколько этапов согласования и было сделано той же командой, что и предыдущая акция.

1.Самый очевидный вопрос: в курсе ли вообще агентство и сами мемберы, что их образы используются в рекламе? Одно дело, когда айдолы лично гуляют по магазину, участвуют в съёмках и понимают, что происходит, т.к. в этом случае подписываются все необходимые разрешения и использование их образов согласовано с агентством. Совсем другое - когда применяется фотомонтаж или сгенерированные изображения, а на вопросы о том, были ли официальные контакты с JYP Entertainment, ответа до сих пор нет.

Для K-pop-индустрии образ айдола - это основа IP (интеллектуальной собственности) агентства, а его использование в рекламе является значимой статьей доходов. Да, серьёзно следить за этим стали не так давно (одним из самых заметных прецедентов стали кейсы вокруг BTS), но сегодня это уже устоявшаяся практика, подкреплённая судебными разбирательствами и крупными компенсациями за незаконное использование образов.

Во-вторых, вся акция держится исключительно на сексуализации айдолов: их фигуры размещены в ваннах, а к лицам буквально дорисовываны голые торсы. И особенно странно это смотрится, если помнить, насколько осторожно корейская индустрия относится к подобным вещам и что демонстрация тела остаётся достаточно контролируемой частью образа артиста, а не чем-то, что может свободно интерпретировать сторонний бренд.

Я бы поняла, если бы подобный фотомонтаж сделали сами фанаты для небольшого мероприятия «для своих». Внутри фандома существует своя динамика отношения к телесности, и понимание того,что обнажённое тело - это не всегда про обнажённое тело и сексуальную объективизацию. Есть границы, контекст, устоявшиеся взаимные конвенции о допустимом/неуместном. Но здесь речь идёт о федеральной рекламной кампании, и обнажённое тело здесь становится способом привлечь внимание, т.е. происходит его прямая эксплуатация. То, что может быть шуткой в контексте фандома и его сложной культуры, нельзя просто взять и перенести в рекламную кампанию крупной компании розничной торговли.

3. И, не последнее по значимости: такая акция создаёт достаточно специфичный образ и самого фандома, и K-pop культуры в целом. Причём создают его не фанаты, корейские лейблы или артисты, а российские маркетологи, которые почему-то решили, что айдолы - это объект для пассивной сексуализации, а фанатам только это и нужно. Что их не волнуют вопросы использования ИИ, права на изображение, уважение к телу артиста и границы допустимого. Что единственное, что может привлечь аудиторию, - это полуголые мемберы. Повторюсь: эту рекламу видят не только стэи или люди из фандома. Её видят тысячи случайных покупателей: полуголые азиатские парни стоят посреди магазина как объект для фотографий (вероятно) молодых девушек-фанаток. Так и в очередной раз укрепляется представление о том, что с K-pop и его фанатами «что-то не так». Хотя все вопросы явно не к ним.

Самое ироничное, что первый кейс «Пятёрочки» буквально доказал обратное. Когда бренд изучает аудиторию, уважает артистов, работает вместе с агентством и понимает контекст фандома, это приносит и отличные охваты, и хорошее отношение сообщества.

Поэтому я пока не очень понимаю, действительно ли можно было настолько халатно подойти к своей работе, или нас всё-таки ждёт внезапное заявление от JYP Entertainment, что это была вирусная кампания перед их выходом на российский рынок (нет).

P.s. Сейчас все упоминания акции стремительно подчищаются из социальных сетей магазина

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ СПОНТАННОЙ ТРИЛОГИИ ОБ АЙДОЛАХ В РОССИЙСКОЙ РЕКЛАМЕ

Правила насыщенного антропологического описания требуют уточнить: однобоко утверждать, будто эта акция в "Пятерочке" не понравилась абсолютно всем.
Под сохранившимися в сети фотографиями можно найти множество комментариев в духе: «Мне это нужно!!!», «Где такое найти?», «Почему в нашем городе такого нет?», «Почему вообще кто-то почувствовал себя ущемлённым?».

Разница реакций неудивительна: фандом объединяет множество людей, и говорить о некоем «среднестатистическом фанате» затруднительно. Просто одни мнения неизбежно оказываются более заметными - по стечению обстоятельства или потому, что их действительно разделяет большинство.

В одних случаях расхождение во мнениях можно объяснить индивидуальным опытом, ценностями и жизненными обстоятельствами отдельных фанатов. В других - более широкими социальными и культурными условиями. В конце концов, речь идет не о K-pop фандоме в вакууме, а о фандоме, существующем в российском контексте.

Так, многие комментаторы отмечали, что не видят ничего плохого в неофициальном использовании образа айдолов в рекламе "Пятерочки". И это легко понять, если заглянуть в историю K-pop фандома в России. Первые товары, связанные с K-pop, зачастую распространялись именно неофициально - печатались принты на кружках и футболках, распечатывались плакаты, музыка с дисков выкладывалась в общий доступ. Такие практики внесли вклад в складывание местного сообщества, развитие интереса к жанру и его доступность в целом. Да и сейчас при желании можно заказать какой угодно неофициальный мерч, а K-pop пати или кафе не обходятся без ростовых фигур айдолов, распечатанных карточек и многого другого мерча.

Значимость такого "браконьерства"(в терминологии Г.Дженкинса) для российского K-pop фандома сложно переоценить. Особенно учитывая то, что корейские музыкальные агентства вообще долго упорно игнорировали российский рынок и не прикладывали усилия для контакта с российской аудиторией.

Поэтому закономерной реакцией для многих фанатов на акцию "Пятерочки" становится радость от того, что в принципе появилось в доступе что-то связанное с тем, что им дорого и интересно, а не размышления об интересах далёких и безразличных к ним иностранных корпораций. Однако в таких условиях именно факт официальной коллаборации был бы для многих поклонников куда более значимым, чем подобные фотозоны из фотошопа. Он мог бы стать символом того, что российскую аудиторию наконец заметили и признали частью глобального фандома.

P.s. И, конечно, одно дело - небольшой фанатский бизнес (кафе или вечеринки), который возникает внутри сообщества и служит поводом объединить людей из фандома и выразить общий интерес. Совсем другое - крупная федеральная компания, которая пытается извлечь прибыль из популярности K-pop, при этом имея все возможности оформить сотрудничество официально. Да и время другое: современный K-pop - это не малоизвестный жанр из страны Восточной Азии, а глобальный бизнес , сопровождаемый юридическими отделами и активной защитой интеллектуальной собственности.

Увидела сегодня на "Панораме"* новость, что литературоведы установили истинную концовку "Репки": на самом деле мышка просто отказалась тянуть корнеплод! Мол, раз уж столько сильных персонажей не справились с задачей, брать на себя ответственность за вытягивание репки не стоит.

И тут я вспомнила, что давно хотела написать про концовки.

На фоне популярности корейских дорам и фильмов в России многие заметили, что финалы у них, мягко говоря, не самые позитивные. Цитируя классиков: "Все умерли. Я сказал вообще все. Даже собачка тёти героя". Конечно, сценарии бывают разные, и такая концовка распространена далеко не во всех жанрах, но сам тренд вполне заметный.

Ещё в 2013 году в Институте практического востоковедения Ксения Хмельницкая защитила отличную работу на эту тему, сфокусировавшись на жанре экшн-кино. Проанализировав выборку, она обнаружила, что тема страдания присутствует в 100% случаев, а классического хэппи-энда нет: так или иначе кто-то из героев погибает (часто даже не добившись цели), остаётся с травмой, в состоянии беспомощности или безысходности. С 2013 года прошло уже почти 15 лет, но это наблюдение всё ещё кажется вполне актуальным. Вспомним "Игру в кальмара", "Паразитов", "Поезд в Пусан", ну и куда без тех же "Алых сердец".

Тем не менее, термин "корейская концовка" как таковой не устоялся. А вот "русская концовка" вполне себе существует и связана как раз с излишне трагическими финалами первых немых фильмов, которые еще в императорские времена шли на больших экранах в Российской империи.

Конечно, в случае корейского и российского кинематографа трагические финалы совершенно про разное и связаны с разным культурным контекстом. Однако есть одно, что их объединяет, - логика бизнеса.

Тогда, в начале XX века, в России драмы с хэппи-эндом просто окупались куда хуже, чем фильмы с трагическим финалом, что заметили кинопроизводители и откликнулись соответствующим контентом. Причём и при импорте зарубежных лент для русской аудитории снимали отдельную, более мрачную концовку, и при экспорте российских картин за границу - наоборот, доснимали классический хэппи-энд.

Что касается корейских фильмов и сериалов, то сегодня в их производство всё чаще инвестирует Netflix, являясь при этом ещё и глобальной платформой для их просмотра. Ориентируясь на данные и видя интерес аудитории к прошлым проектам, он идёт по знакомой дорожке и активно инвестирует в жанры вроде survival, horror, revenge и dystopia, которые пользуются большим спросом. В итоге Netflix делает определенный тип корейских трагических историй глобально видимым, запуская своеобразный замкнутый круг.

В обоих случаях то, чем заканчивается история на экране, оказывается связано не только с культурой и представлениями о хорошем финале, но и с тем, что что зритель готов смотреть и за что готов платить.

*сатирическое новостное издание

В этот четверг на образовательной платформе  "Страдариум" провожу открытую лекцию.
Страданий и средневековья не будет, но будет разговор о музыке, которой есть что показать.

Всех приглашаю, присоединяйтесь!:)

🎤 Кажется, у нас были открытые лекции про всё. Как бы не так! k-pop мы ещё не разбирали. Исправляемся!

За тридцать лет музыка из Южной Кореи стала одним из главных культурных явлений эпохи. K-pop бенгеры узнаются по паре нот, а айдолы стали своего рода законодателями мод с узнаваемым стилем. Откуда взялся этот моментально считываемый визуальный код? Как выглядела корейская популярная музыка до появления K-pop? Могут ли K-pop клипы спровоцировать общественные дискуссии?

Об этом — открытая лекция Ольги Лазаревой «Визуальный язык k-pop». Поговорим о том, как выглядела корейская поп-музыка до k-pop, с чем связана эстетика айдолов и какие общественные споры вспыхивают вокруг клипов. А ещё о том, как государственная цензура, Азиатский финансовый кризис, расцвет соцсетей и один упрямый продюсер, вдохновлённый Майклом Джексоном, шаг за шагом собрали тот самый узнаваемый стиль.

Ведёт Ольга Лазарева — кандидат культурологии, социальный антрополог и автор книги «Корейский плейлист. Как k-pop помогает понять современный мир».

🗓 10 сентября, 19:30 по Мск. С вас, как всегда — только регистрация.

🌱 Подписаться на Страдариум
Telegram | Рассылка | Ветка

Запись вчерашней лекции о визуальном языке K-pop теперь доступна в свободном доступе на YouTube!

Спасибо всем, кто пришёл, а также тем, кто задавал вопросы и писал комментарии.

К сожалению, чат из Zoom не сохранился, и я не успела его посмотреть. Но организаторы сказали, что там было очень оживленное обсуждение))

Весной 2026 года на экраны вышел российский фильм «Твоё сердце будет разбито» - экранизация одноимённого романа писательницы Анны Джейн. Среди саундтреков неожиданно оказались сразу две песни корейской группы BTS - Dynamite и Butterfly. Тогда это вызвало немало обсуждений среди зрителей: от вопросов о том, насколько легально было такое использование музыки, до критики изображения K-pop-фандома в фильме (для многих оно показалось странным и неуместным).

Впрочем, как рассказывал сам режиссёр, с правами всё было официально, хотя переговоры и заняли семь месяцев. На руку сыграли и планировавшийся камбэк группы, и настойчивость продюсеров, которые лично поехали в Корею, и, конечно, кругленькая сумма в договоре.

Но сегодня хочу рассказать о другом неожиданном коллабе - корейская группа X:In и «Смешарики»! Точнее, речь идёт не совсем о классических «Смешариках», а о Моднюше - сайд-проекте, посвящённом гламурной жизни Нюши в городе.

Суть коллаба: вчера сразу на нескольких платформах вышел совместный сингл "Клик". Интересно, что в исполнителях указана и группа ( X:In), и персонаж (Моднюша) и франшиза в целом («Смешарики»). В песне звучат сразу три языка: участницы X:In исполняют свои партии на корейском и английском, а Моднюша - на русском.

За релиз сингла отвечает Riki Music - музыкальный лейбл, специализирующийся на издании музыки и продюсировании артистов, чьё творчество ориентировано на детей, подростков и широкую семейную аудиторию. За плечами лейбла множество музыкальных релизов популярных анимационных проектов: «Смешарики», «Фиксики», «Малышарики», «Финник» и другие. Кроме того, лейбл уже выпускал коллаборации анимационных героев с известными артистами и исполнителями - от Андрея Князева до Хелависы. Так что такой совместный проект выглядит вполне органично.

Причём трек не просто выпустили, но и выстроили вокруг него промо через конкурс: участникам предлагают сделать пресейв «Клика» и прислать скриншот в комментарии к конкурсному посту. Затем организаторы случайным образом выберут победителя, который получит мерч Моднюши и возможность попасть на концерт X:In.

С одной стороны, смысл коллаба в то, что группа получает дополнительный контакт с русскоязычной аудиторией, причём не только с уже существующим K-pop-фандомом ( аудитория «Смешариков» потенциально шире и охватывает другие возрастные группы).

С другой стороны, всё можно развернуть в обратную сторону: а вдруг это способ для Моднюши выйти за пределы российской франшизы и попробовать себя как персонажа на корейском рынке? Тем более что компания, выпускающая «Смешариков» (группа компаний «Рики»), уже давно представлена со своими проектами на крупных платформах Южной Кореи.

Так что интересно: то ли K-pop заходит на российский рынок через анимацию, то ли российская анимация - на корейский через K-pop