Отозвалось.
Тим Ингольд о том, что делает антропология:
"Единственное, что может сделать антропология и чего не делает ни одна другая академическая дисциплина в данный момент, — это принимать опыт других людей — где бы они ни жили, каково бы ни было их происхождение, на каком бы языке они ни говорили — воспринимать этот опыт всерьез и учиться на нем. И учиться на нем, чтобы помочь нам всем выяснить, как мы собираемся жить в будущем таким образом, чтобы создать мир, пригодный для обитания будущих поколений. Многие из моих коллег не согласятся с этим, но я провожу очень четкое различие между антропологией и этнографией.

Этнография вполне достойна уважения. Она изучает условия жизни людей по всему миру, описывает их, анализирует, пытается понять их как можно лучше. Это нормально. Но у антропологии, я думаю, другая цель. Я определяю антропологию как щедрое, открытое, сравнительное и в то же время критическое исследование условий и возможностей жизни в едином мире, в котором мы все живем. Поэтому смысл антропологии не в том, чтобы изучать других людей, а в том, чтобы учиться вместе с ними, учиться у них и использовать это обучение, чтобы помочь нам наметить путь в будущее. И это должен быть коллективный путь, путь для всех нас продолжать нашу жизнь в будущем. Нам нужно вовлечь всех этих людей, чьи голоса, знания и опыт в противном случае были бы маргинализированы, в разговор, который мы все должны вести о том, как жить. И вот тут, я думаю, вступает в дело антропология.

Есть много других дисциплин — психология, история, география, что угодно — которые изучают людей и собирают данные о них, анализируют то, что они делают, или их убеждения и взгляды, при этом рассматривая их как объекты исследования. Но для меня то, что отличает антропологию, заключается в том, что это именно то, чем мы не занимаемся. Мы на самом деле собираемся учиться у людей. Точно так же, как вы можете пойти в университет, чтобы учиться у определенных профессоров. Мы не изучаем наших профессоров; мы учимся у них и надеемся, что то, чему мы узнаем от них, поможет нам в тех трудностях, с которыми нам предстоит столкнуться в будущем. Мне бы хотелось думать, что когда антропологи работают с другими людьми, они делают то же самое.

Когда я работал с саамами, я сомневаюсь, что у меня была именно такая мысль в голове, но я думаю, что я многому научился из того давнего опыта. И то, чему я тогда научился, помогло мне в решении этих вопросов о том, что значит быть живым в этом мире и как нам жить дальше".

#антропологическое@freewomenoftheeast
#путьисследователя@freewomenoftheeast

Дорогие подписчики!

Я начинаю большой исследовательский проект на два года, в рамках которого мне хотелось бы познакомиться с новыми людьми и собрать еще больше историй о российском K-pop фандоме.

Если вы как раз в нем (или когда-то были) и готовы поделиться своим опытом - я была бы очень рада пообщаться! Особенно интересно услышать впечатления тех, кто когда-либо был админом фан-групп или делал переводы для себя (но это не обязательно).

Со мной можно связаться через лс @Olga_LLazareva

Пишите, подберем удобный для вас формат: онлайн или очно (Санкт-Петербург, Москва).

Заранее большое спасибо всем, кто откликнется!

Если в 2010-х российские СМИ про Халлю не писали, то в 2020-х корейская поп-культура все чаще фигурирует в статьях (причем речь идет о росте в десятки раз).

Однако, мне кажется, если опираться только на цифры, то этот сдвиг не понять. Важно учитывать контекст этих упоминаний и то, как расставляются смысловые акценты. В западных СМИ, например, корейская поп-культура зачастую представляется либо как чрезмерно коммерческий и искусственный «культурный товар», созданный по заказу государства, либо как объект «шока и удивления», нарушающий «естественное» доминирование западной поп-культуры.

Мне стало интересно разобраться, а как обстоит дело в российских СМИ. Я проанализировала все статьи (114) за 2025 год в ведущих онлайн-изданиях («Известия», «Коммерсант», «Ведомости», «Российская газета», «Комсомольская правда», «Аргументы и факты»), в которых упоминался K-pop.

Здесь картина оказалась иной. Ни риторики «шока и удивления», ни выраженного акцента на «искусственности» не было обнаружено. Вместо этого статьи опирались на две идеи: констатация популярности K-pop и признание его укорененности в современной культуре.

Такая особенность языка СМИ может быть связано с рядом факторов.

Во-первых, K-pop присутствует в России уже более 20 лет и за это время стал частью повседневности - от клипов на телевидении до заимствования эстетики жанра местным бизнесом. В результате он перестает быть чем-то необычным и язык его описания закономерно смещается от удивления к нейтральной констатации.

Во-вторых, сам K-pop становится все менее «корейским» и все больше интегрируется в мировую индустрию развлечений - от съемок айдолов в сериалах для Нетфликс до проектов, которые уже не позиционируют себя как K-pop (например, KATSEYE). K-pop перестает восприниматься исключительно как далекий азиатский феномен, а становится частью современного сложного медиапространства, так что и язык СМИ утрачивает риторику экзотизации.

В-третьих, это может быть частью более широкого сдвига - роста интереса к популярной культуре Восточной Азии в целом (Азиатская волна или "тренд на Азию"). В этом контексте, если раньше Корейская волна и, в частности, K-pop, представали как едва ли не единственная заметная альтернатива западной поп-культуре, то сегодня они оказываются частью тренда на популяризацию азиатской современной культуры и превращении ее в мейнстрим.

Но есть важный нюанс.

При этом образ K-pop остается ограниченным: внимание сосредоточено на узком круге наиболее известных артистов, а аналитические или оригинальные материалы встречаются редко. Из 114 публикаций только 8 можно назвать полноценными текстами о K-pop - с авторской позицией и попыткой анализа, выходящей за рамки новостной сводки, перевода зарубежных СМИ или афиши. В остальных случаях K-pop появляется в тексте лишь эпизодически - в пределах абзаца или одного предложения.

Его используют как самоочевидный маркер времени, атрибут современной культуры, неотъемлемую частью жизни молодежи - но при этом не обсуждают.

Возможно, это связано с тем, что K-pop не вызывает интерес как самостоятельный объект журналистского анализа и не рассматривается как значимая тема, требующая освещения. А может с тем, что в основном публикации о нем сосредоточены в иных сегментах медиа: в специализированных изданиях по молодежной культуре или в фан-сообществах.

Так или иначе, можно заметить, что медийный язык описания K-pop не универсален: в разные периоды и в разных историко-культурных контекстах он варьируется от риторики «шока и удивления» до представления жанра как обыденной части глобальной поп-культуры. И вместе с этим меняется и репрезентация самой Республики Корея: в одних случаях страна оказывается источником «конвейерного» продукта, в других - создателем успешной и конкурентоспособной музыкальной индустрии.

Эта поездка в Москву оказалась очень насыщенной и продуктивной.

1. Провела мастер-класс в рамках Форума «Языки и культуры Восточной Азии в образовательном пространстве». Поговорили о том, как перевести пеструю реальность K-pop на язык науки и как это лучше всего понять через его историю (напомню, K-pop уже почти 30 лет!).

2. Побывала на выставке «Праздник Весны. Новый год в старом Пекине» в Музее Москвы. Самые приятные впечатления, могу смело рекомендовать (идет до конца мая). Также заглянула в музей современного искусства «Гараж». Само открытое хранение не особо впечатлило, но зато осталась в восторге от книжного магазина, где собрана прекрасная подборка книг - от антропологии до роскошных подарочных изданий про искусство и моду.

3. Успела провести два интервью в рамках нового проекта, который я делаю с коллегами в ИЛИ РАН. Огромное спасибо всем, кто откликнулся и с кем мы уже встретились или еще только собираемся пообщаться в ближайшее время!

4. Традиционно зашла проверить обстановку в кафе «Чико», где сейчас идет ивент к возвращению BTS. И наконец-то побывала в K-pop кафе «Tokpokki», о котором давно наслышана и все собиралась зайти. К сожалению, мы попали на вечеринку, поэтому долго посидеть не удалось. Но кухню все же попробовали, и она оказалась неожиданно приличной - также рекомендую!

5. Увезла с собой книгу от Екатерины Александровны Востриковой - ведущего специалиста по корейскому традиционному искусству. Она также выступала на Форуме и влюбила всех присутствующих в настенную живопись когурёских гробниц.

А еще встретилась с хорошими людьми, с которыми давно не виделась (с некоторыми - аж пять лет!). Познакомилась с еще большим количеством хороших людей. Ходила в гости на домашнюю лекцию, много гуляла и пробовала найти вкусные места в Москве.

И это все за четыре дня :)