«Посетители приходят разные, с разными познаниями и стремлениями, а наша задача как сотрудников Эрмитажа — направить их в нужное русло. Они приходят и теряются: пять зданий, как попасть, куда пройти? А иногда задают самые неожиданные вопросы, например, могут спросить: "Где у вас Янтарная комната?" Или: "Скажите, пожалуйста, я посмотрел скульптуру, а на ней трещина, — каким составом она замазывается?"»
https://zapovednik.space/material/idu-v-krasotu

Вот еще похвалю вышкинских студентов. Недавно вышла книга «Хранители времени» по результатам экспедиции магистрантов программы «Литературное мастерство» в Ясную Поляну и Куликово поле.
Несколько прочитанных глав мне понравились. Это путевые заметки, неформальный путеводитель, описание наблюдений, истории и прямая речь местных жителей, сотрудников музеев и других людей, так или иначе причастных к «хранению времени». Опасения мои не оправдались: в тексте нет ни высокомерия, ни наивности, ни чрезмерного доверия к информантам. Зато есть готовность рефлексивно рассматривать собственную позицию и отношения с объектом. Авторы внимательно слушают собеседников и показывают сложность и множественность того, что представляют собой культурные и исторические достопримечательности и перспективы тех, кто их делает, воспринимает и поддерживает. После прочтения испытываешь желание поехать в описанные места и тоже смотреть на них нетуристическим симпатизирующим взглядом. :)
https://ridero.ru/books/khraniteli_vremeni/

«Такие дела» и Фонд Потанина сделали спецпроект к 20-летию фонда - документальный сериал, рассказывающий личные истории людей, чьи проекты (в области музейного дела, неформального образования и социального предпринимательства) получили поддержку фонда. Я пока посмотрела про Михаила Клецкого и Татьяну Гафар - красиво и вдохновляет, хотя и не очень информативно (но и не для информирования делаются такие вещи). В общем, можно глянуть в свободное время.
https://vmeste.takiedela.ru/

Пример того, как можно писать отчёт. Не тяните, сделайте так, чтобы читатель узнавал о выводах уже по содержанию - в кратком виде вынесите тезисы в заголовки разделов

Это исследование Young People’s Cultural Journeys, Arts Connect, Morris Hargreaves McIntyre http://www.artsconnect.co.uk/wp-content/uploads/2018/06/Arts-Connect-CCJ-report-FINAL.pdf

В новом номере журнала "Экономическая социология" обзор социологических исследований культурного потребления, — хорошо для знакомства с темой: https://ecsoc.hse.ru/data/2019/01/31/1202972755/1ecsoc_t20_n1.pdf

Мне понравился материал и по форме (студенческие проекты полезно превращать в публичные результаты, это заставляет всех серьезнее к ним относиться и производит содержание, не уступающее многим современным медиа), и по содержанию (видно, как разные музеи дают по-разному взглянуть на себя и на то, что такое память, интересно, какие вопросы к ним задают наблюдатели). В то же время есть к чему стремиться - например, можно представить продолжение этого проекта в виде масштабного и более методичного исследования.
https://knife.media/club/museum-memory/

написала пост про оцифровку музейных коллекций. о том, что вообще-то оцифровка – это долго, дорого, охуенно, но в России пока только долго и дорого.

камис и госкаталог vs open access и public domain

https://link.medium.com/rliD3odOcU

Однажды я обещала написать, что, на мой взгляд, не так с этим:
https://crowd.mos.ru/projects/museums/book.html
https://rg.ru/2019/01/16/reg-cfo/chego-po-mneniiu-moskvichej-ne-hvataet-stolichnym-muzeiam.html

Во-первых, я не специалист по краудсорсингу, при этом в целом идее краудсорсинга симпатизирую. Вообще он неплохо работает, например, в случае Википедии, в астрономии, орнитологии и для отслеживания распространения борщевика Сосновского. Во-вторых, оставим в стороне вопросы о том, зачем создан проект crowd.mos.ru, как он функционирует и сколько средств на него выделено, – это же не расследование, это просто ворчание.

Так что же с этим проектом не так? Вопрос тем более интересный, что исследования аудитории на первый взгляд указывают делать именно такие вещи: ориентируйтесь на посетителей, спросите у них, чего они хотят. Мои соображения на этот счет укладываются в 4 пункта.

1. Не спрашивайте аудиторию, нужна ли туалетная бумага в уборных.
Есть кое-какие вещи, понятные без специальных усилий. Вот, скажем, среди топовых идей участников проекта – читабельный шрифт этикеток и вежливые сотрудники, а еще связь экскурсий со школьной программой. Ну ничего себе! Чуть дальше по вниз по ступеням тривиальности располагаются мастер-классы, интерактивные игры, творческие вечера и концерты, клумбы, виртуальные экскурсии. Вопросы об очевидных вещах не стоит задавать никогда. Ну разве что только если ваше начальство в упор не видит большой проблемы и надо ее выразительно показать (но и тогда лучше этого избежать).

2. Москвичам совершенно все равно, в какие музеи они ходят.
Нет, конечно, музеи выбираются тщательно и с умом, но в этом, как правило, не учитывается одна характеристика: является ли музей московским. За исключением двух вопросов – льгот и режима работы – подчинение музеев нерелевантно для посетителя. Сохранение этой бюрократической логики в исследовании настолько же бессмысленно, насколько было бы мерить идентичность горожан по их почтовым индексам.

3. За ответы нужно быть ответственным.
Судя по комментариям и статистике проекта, его участники – активные посетители, много где бывавшие и неравнодушные к предмету. В самом общем виде они, конечно, стейкхолдеры, и, наверное, будут и дальше ходить в московские музеи, наблюдая за их преображением. Какую ответственность они несут за свои предложения, непонятно. Воспользуются ли они собственными предложениями, непонятно. Подпишется ли кто-то из них на youtube-канал музеев Москвы? Будут ли их дети играть в специальное приложение с забавными героями? Возьмут ли они карту с отмеченными музеями, лежащую в общественном месте, чтобы прогуляться прямо из МФЦ до ближайшей площадки для русских народных игр? Показательно, что некоторые из названных идей уже есть в музеях, и то, что люди об этом не знают, может быть, промах музеев, а может быть – свидетельство круга возможностей, которыми участники действительно готовы пользоваться.

4. Для улучшения музеев существуют специально обученные и оплачиваемые люди. (Которые могут и должны опираться на обратную связь, данные и исследования, но другие, более приспособленные для работы экспертов.)
Это пункт тесно связан с предыдущим. Обычные посетители профессиональны в своей обычности, но все же они не профессионалы, в смысле не эксперты. Особенно в сложном мире госучреждений и чиновников. Почему музеи (а речь идет о целой системе музеев Москвы, напомню) работают по существующему графику, как сделать гибкое ценообразование и систему онлайн-покупки билетов, кому принадлежит земля, на которой предлагается сажать цветы и делать уличные выставки, сколько человекочасов нужно на урегулирование вопросов прав при оцифровке книг и личных документов, – это все выносится за скобки, и вот как будто бы принимать решения легко и приятно. Те, кто вовлечен в профессиональную работу и несет ответственность за ее результаты, знают, какие задачи еще не решены в этих самых музеях и какие обладают приоритетом, понимают, какие изменения реальны, и имеют возможность просчитать цену и последствия решений. Вот давайте им и поручим эту задачу.

Вообще память - удивительным образом уже последние несколько лет весьма популярная тема, но от этого не менее интересная. Я вот стараюсь следить за музейными и медиапроектами и обсуждениями про сложное прошлое (сказал человек, ещё не добравшийся до новой экспозиции Музея истории ГУЛАГа).
Мемориал завтра организует важную дискуссию на спорную тему: https://march.ru/about/events/104303

Музей робототехники в Сеуле роботы же и построят. Прекрасная идея, никаких комментариев не надо. А красивые картинки смотрите по ссылке.
https://www.designboom.com/architecture/maa-robot-science-museum-seoul-02-19-19/

До 1 марта можно подать заявки на конференцию «Теории и практики искусства и дизайна: социокультурные, экономические и политические контексты», которую организует Школа дизайна НИУ ВШЭ 10-12 апреля. Отдельное направление посвящено современным музейным практикам, кроме этого есть социология и экономика искусства, инклюзивные практики, технологии, телесность и проблематизация зрителя.
http://design.hse.ru/pages/139

На вопросе про российскую глубинку всплакнула - выбрав вариант про сбор материала для исследования, конечно же.
https://theoryandpractice.ru/questionnaires/test-museum-visitor

Алёна Агапиева, руководитель PR-отдела Третьяковской галереи рассказала в Шанинке про стыдливый маркетинг в музее. Зачем маркетинг музею? Почему он стыдливый? И чем музейный маркетинг отличается от любого другого? Про похищение Куинджи, конечно, тоже говорили. Полная версия видео тут: https://youtu.be/fY7IpMIT34A

Исследования аудитории музеев в Москве 5 лет назад: ходишь и рассказываешь музеям, почему им нужно провести исследование. Исследования аудитории музеев в Москве сейчас: ходишь и рассказываешь музеям, почему им не нужно проводить исследование.

Может, это случайность, но за последние полгода я несколько раз встретила установку "исследование нам покажет, что делать и в какую сторону развиваться". Нет, ребята, к сожалению, все устроено так, что сначала надо принять хотя бы какие-нибудь решения, пусть временные, самим. Другой вариант неконструктивной установки: "эти данные нам полезны, но никаких конкретных задач у нас нет". Так тоже не сработает.

В первом случае непонятно, о чем задавать вопросы и каким людям их задавать (не определен предмет, формат, тема предлагаемого проекта, аудитории, с которыми учреждение хочет работать); во втором случае велик риск, что в итоге вы окажетесь с результатами, имеющими только познавательную ценность и не способными повлиять на вашу деятельность. Исследования при этом делать-то можно, но по-моему в конечном счете это не укрепляет веру в их ценность, а наоборот.

До 15 марта можно отправить заявку на конференцию молодых ученых «Векторы развития современной России» (Шанинка, 18-20 апреля). С музейной тематикой можно подаваться к социологам (секция «Взаимодействие искусства и социальных наук: от концептуализаций к исследованию») и публичным историкам («Советское в постсоветском: между памятью и историей»).
http://conferences.msses.ru/vectors2019

Отличный комикс, можно прямо с него курс по исследованиям аудитории начинать: https://contingentmag.org/2019/03/20/i-make-exhibits/

Что делать с устаревшей диорамой, если вы не хотите избавляться от нее: добавьте новый слой значений, заставляющий пересмотреть и ставящий под сомнение исходное изображение.
https://www.nytimes.com/2019/03/20/arts/design/natural-history-museum-diorama.html

Наконец сходила на «Игру с шедеврами» в Еврейский музей, в компании двух подростков. Идея мне была известна и заранее симпатична, но я не совсем знала, чего ожидать от исполнения. В итоге - хорошо (да, можно что-нибудь сделать лучше и можно по-другому, но вот этой выставки по-моему уже вполне достаточно). Такое, конечно, нужно делать не только и не столько для детей, а для взрослых. Везде. И побольше наклеечек с эмоциями. И места, чтобы посидеть и обсудить.
А в среду 27 марта мои коллеги устраивают в Вышке встречу с куратором этой выставки Лией Чечик. Надо зарегистрироваться: https://goo.gl/tC9gWL