Возможно, кому-то из вас интересно, как выглядит полностью выгоревший вместе со всеми экспонатами и запасниками музей. Национальный музей Бразилии (20 миллионов единиц хранения). Выглядит ужасно.

Этнографический музей здорового человека (Tropenmuseum, Амстердам)

Vox вроде ничего нового не сказали, но вопросы задают хорошие.
https://www.youtube.com/watch?v=Qx_r-dP22Ps

Сегодня последний день подачи заявок на ежегодную конференцию британской Visitor Studies Group. В этот раз тема звучит как "Visitor studies: reflecting the wider world, advocating for change?"
http://visitors.org.uk/vsgconf19-call-papers/

До 15 октября принимаются заявки на конференцию "Museums as Agents of Memory and Change" (Тарту, Эстония)
https://networks.h-net.org/node/73374/announcements/1968225/museums-agents-memory-and-change

До 22 октября - заявки на Connected Audience Conference 2019 (Берлин, Германия). Тема этого года "The Role of Emotions in Museum and Cultural Experiences"
https://www.kulturagenda.at/connected-audience-conference-2019/

Интересуюсь этнографическими музеями, но почти ничего не знала о том, что и при каких обстоятельствах с ними происходило во Франции. Центр экспериментальной музеологии недавно опубликовал текст Николая Смирнова на эту тему. Почитайте, как развивалась французская этнологическая музеология (и как с этим связаны Фантомас, Батай и Жак Ширак).

«В новой парадигме мир делится на тех, кто имеет идентичность и производит культурное разнообразие, "пригвожденный" к своим местам проживания и, как правило, не очень хорошим условиям жизни. И тех немногих, кто способен эти культуры понимать, а значит, потреблять, имеет к ним доступ, играет со своей идентичностью, провозглашает универсализм и имеет повышенный аппетит ко всему другому. Особо интересный "трюк" в этой ситуации происходит с объектами. Как пишут Октав Дебари и Мелани Рустань в исследовании зрительного опыта посетителя Музея на набережной Бранли, посетитель одновременно встречает Другого и его отсутствие. Другие растворились, их нет, как нет и сопроводительных текстов, что-либо объясняющих, но их объекты остались, и это неожиданно поднимает у посетителя вопрос: почему мы здесь видим именно эти культуры? Что с ними стало?»
http://redmuseum.church/smirnov-diaspora-objektov

Позавчера как раз со студентами обсуждали особенности возрастных групп как участников культурной жизни, а сегодня попался хороший текст про аудиторию 65+ в Великобритании: https://www.artsprofessional.co.uk/magazine/318/feature/snapshot-older-audiences
(в конце страницы там ссылка на полный отчет)

Понятно, что в России все сильно по-другому, особенно в том что касается здоровья и материального состояния. Некоторые интересные штуки про британцев:
- аудитория 65+ неоднородна (в нашем случае это тоже важно)! у разных возрастных групп различаются потребности и привычки, например, более молодые пожилые приходят с детьми, люди постарше - со взрослыми; более молодые приходят за развлечением (entertinment), после 75 лет на первое место выходит "интеллектуальная", познавательная мотивация
- пожилые люди склонны рекомендовать посещенные места знакомым
- люди 65-80 лет мобильные и активные
- аудитория 65+ более этнически однородная, чем люди младше 65 лет

Забрала авторские экземпляры книги «Что-то новое и необычное: аудитория современного искусства в крупных городах России»! Я написала для коллективной монографии небольшой текст про технологии, а вообще это результат большого социологического исследования, которое провели коллеги при поддержке Фонда Потанина. Вы можете себе заказать книгу на сайте www.artauditoria.ru бесплатно, нужно будет только оплатить доставку. Советую: это пока главное исследование аудитории современного искусства в России. Книга толстая и красивая, с цитатами респондентов, комментариями экспертов, фото, инфографикой, и про итоги исследования, и про методы, и про теорию. Прочитаю и поделюсь соображениями по содержанию)

Caitlin Cass для журнала New Yorker: newyorker.com/cartoons

* Зал, который группа школьников покидает, посвящен североамериканские индейцам.

Накануне Ночи искусств Московский институт социально-культурных программ выложил результаты исследования Ночи в музее. Характеристики и сегментация аудитории, проблемы акции, сравнение данных 2016 и 2018 года и рекомендации организаторам:
http://www.miscp.ru/assets/docs/museum-night-2018.pdf

Пересказ на русском блогов на Медиуме - странный жанр (особенно когда заголовок превращается в "как новые технологии могут полностью преобразить музеи"), но пусть будет. Автор рассказывает, что можно измерять и отслеживать в "умном музее" и как данные можно использовать. Мне это всё представляется полезным, кроме рассуждений о новых бизнес-моделях. Последние - основанные оплате за количество просмотров - преподносятся как удобные и выгодные музеям, авторам работ и посетителям, но в действительности, кажется, заслуживают критического отношения.
https://rb.ru/story/smart-museum/

На днях коллеги обсуждали недавно вышедшую статью об оцифровке музейных коллекций в России. Исследование довольно простое: авторы показывают, какая доля объектов в фондах оцифрована и какая доступна онлайн. Результаты тоже не очень удивляют: несмотря на то, что музеи обязаны заниматься оцифровкой фондов и ежегодно отчитываться об этом, российские музейные коллекции оцифрованы в меньшей степени, чем европейские, и совсем небольшая доля оцифрованных объектов находится в публичном доступе. И все же выводы заставляют задуматься о разных способах и смыслах (не)распространения технологий. Для отечественных музеев сегодня возможность оцифровки так же, как и несколько десятилетий назад, является прежде всего развитием системы учета предметов, а не способом открытия их для аудитории. Не появляются категории пользователей и практики использования, большой объем частично описанного материала остается вне поля зрения ученых, студентов, профессионалов, популяризаторов, художников и простых интернет-пользователей.
https://academic.oup.com/dsh/advance-article/doi/10.1093/llc/fqy035/5104166

Это я в музеях

Сделала полку на Букмейте с книжками по теме канала.
Если у вас нет подписки, можно получить ее на месяц по кодовому слову museum – и наконец прочитать «Партисипаторный музей»!)

К слову о партисипаторном музее. Как его не надо делать:
https://crowd.mos.ru/announcement?id=museums
(Но я, конечно же, записалась и буду докладывать вам о процессе)

Проект "Mapping Museums" делает "перепись" независимых британских музеев с 1960 годов. Таких музеев сотни, но информацию о них сложно найти, она разрозненная и неполная, поэтому команда проекта описывает и картографирует где и когда музеи открывались и закрывались, насколько они крупные, чему посвящены.
В блоге проекта недавно поднималась проблема учета посещаемости. Во-первых, все музеи пользуются разной методологией: кто-то считает всех зашедших в здание, кто-то только тех кто попал в экспозицию, некоторые включают участников внешних мероприятий в число посетителей. Во-вторых, есть причины не верить данным - они могут быть завышены (для заявок на гранты, например) или занижены (чтобы платить меньше налогов или меньший взнос за членство в ассоциации), могут просто быть неправильно учтены в документах. В итоге для проекта было решено не давать абсолютные значения посещаемости, а присвоить музеям категории по их размеру.
http://blogs.bbk.ac.uk/mapping-museums/2018/10/22/missing-massaged-and-just-wrong-problems-with-visitor-numbers/

Хороший текст/кейс про то, что может предполагать деколонизация музеев. В коллекции и экспозиции вплетены очень сложные отношения, связанные и с прошлым, и с настоящим, и чтобы решить вопросы с артефактами, принадлежащими другим культурам, потребуется долго и взвешенно работать и взаимодействовать. Кажется, что государства здесь не очень эффективны, - лучше получится у конкретных людей, организаций и активистов.
«В одной из наших бесед, как всегда дипломатичный Нангирия предлагает альтернативное решение: пригласить старейшин для проведения церемонии, которая "отсоединит" объекты от их культурных функций и позволит Масаи передать их музею».
https://www.theguardian.com/culture/2018/dec/04/pitt-rivers-museum-oxford-maasai-colonial-artefacts

И отчасти созвучно этому - интервью про критику идеи коллекции, контекстуализацию искусства, разрушительную силу шедевров и необходимость в новом языке.
«Классические музеи исходят из парадигмы, в которой, чем больше у тебя сокровищ, тем ты более важен. Это не соответствует сегодняшнему дню, во-первых, потому что искусство принадлежит всем, а во-вторых, потому что позволить вещам генерировать истории — важнее, чем владеть ими».
http://www.theartnewspaper.ru/posts/6466/

В конце декабря студенты моего курса «Исследования аудитории музея» в Вышке представляли результаты проектов. Итоговое задание курса – провести небольшое исследование. Немного расскажу про процесс и результаты.

Обычно получается, что большинство собирает данные и анализирует их в последний момент; хотя даже так можно получить ценные результаты, это, конечно, влияет на качество. В этот раз с парой мини-групп удалось начать обсуждать ход исследований заранее, взвешивать разные варианты и дорабатывать инструментарий, и это явно улучшило результаты и позволило избежать некоторых ошибок.

Исследования проводятся в настоящих музеях и для настоящих проектов – в этом году, например, это были Дарвиновский музей, Центр моды и дизайна Музея ДПНИ, приложение Artefact в Третьяковской галерее, крепости Самарской области, лекции ScienceMe. Некоторые студенты сами выбирают объект исследования, другим я предлагаю варианты – от тех, кого я знаю лично или через музейных знакомых. Если вы хотите, чтобы мы пришли к вам в следующий раз, кстати, напишите мне :)

Я иногда переживаю из-за того, что люди тратят на меня со студентами свое время (назначают встречи, проводят по музею, пускают потом собирать данные), а мы в обмен не можем гарантировать действительно крутых материалов: степень самостоятельности, возможность и желание делать что-то серьезное у всех участников курса разная. Очень приятно, когда получается взаимовыгодное сотрудничество, когда студенты мотивированы участвовать, а музеи серьезно относятся к результатам даже маленького исследования. И в этом году, и в прошлом на презентациях были представители условного «заказчика», это прямо здорово.

В целом в этом году проекты удались, слушать презентации было увлекательно и было что обсудить. Вот пара классных, на мой взгляд, наблюдений:

1) С приложением Artefact есть ряд проблем (пользователи не замечают и не понимают некоторые функции, им не нравится смотреть в экран в музее), зато, попользовавшись им какое-то время, дальше, уже без приложения, они начинают смотреть на произведения искусства иначе – замечают и обсуждают детали.

2) Другая группа сравнила, как осваивают первый зал экспозиции в Дарвиновском музее индивидуальные посетители и экскурсионные группы. Получилось, что, хотя экскурсоводы активно включают большие белые фигуры вымерших животных в центре зала в рассказ, для тех, кто ходит без экскурсии, эти скульптуры оказываются «невидимыми», незаметными. Есть несколько версий, почему так происходит: это незнакомые звери, непонятно как их назвать и как интерпретировать их присутствие; они слишком большие, чтобы охватить их взглядом и узнать; на них неудобно смотреть снизу.

Вообще в этом году была классная группа, с которой было легко (ну, относительно легко, а то я написала и задумалась) и интересно. Новый курс по исследованиям аудитории начинается – на другой магистерской программе – уже в январе, посмотрим, что будет там!

Пока ещё практически продолжается Новый год, время пожеланий, планов и начинаний. Так что вот напутствие разным культурным и просветительским проектам (не новое, но не устаревающее): если вы считаете свою аудиторию дураками (объяснить для тупых, просвещать быдло) или говорите о "плохой" аудитории, - призадумайтесь.

В свежей статье "Culture is digital: Cultural participation, diversity and the digital divide" исследователи показывают на данных британского мониторинга "Taking Part", что, хотя цифровые медиа и помогают привлечь новые аудитории, посещение музеев онлайн воспроизводит неравенство в участии (а не дает более широкий и равный доступ, как принято считать). Более того, - там оно даже сильнее, чем оффлайн.
Если так, то недостаточно обращаться к цифровым технологиям, считая, что они сами собой найдут нужные неохваченные аудитории и сделают культуру демократичной и доступной. Вроде мы и так это знали, но вот еще аргумент.
https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/1461444818822816