Вера Шенгелия ведёт канал про инклюзию и в том числе про создание доступной среды в музеях, рекомендую.

В конце 80-х Boston Science Museum решил, что отныне и навсегда все, что происходит у них в музее -- обучение, выставки, создание объектов -- будет основано на принципах универсального дизайна. Музей для всех, вот это все. С тех пор там случилось много всего интересного, я потом напишу разные подробности, но вот только сегодня я наткнулась на такую штуку как "персонажи музея". Проект Creating Museum Media for Everyone для Бостон сайенс сделал потрясающую штуку. Они взяли данные из кучи исследований аудитории научных музеев и создали такую карту посетителей на основе этих исследований. Получилось 8 персонажей, каждый с фотографией, историей, цитатой, описанием инвалидности (если она есть), отношением к ней, способом взаимодействовать с музеем. Действительно создавать инлюзивную экспозицию для 8 таких чуваков куда задорнее, чем для некого абстрактного "инвалида". Лежит вот тут: http://openexhibits.org/wp-content/uploads/papers/CMME%20Personas.pdf

Вышла книга "Museum Learning. Theory and Research as Tools for Enhancing Practice". Из авторов я знаю Теано Муссури - она хорошая и опытная исследовательница музейной аудитории, причем работает и с культурными организациями, и в академии. Поэтому есть надежда, что книга одновременно и полезная и практичная, и теоретически обоснованная и методически разнообразная. Хочу прочитать.
В России вообще, по-моему, мало кто говорит о музейном образовании/обучении (кроме экскурсий и всяких уроков в музее, наверное) и тем более о разных способах интерпретации - что поймут люди, то поймут, а искусство вообще говорит само за себя, кто не врубился, тот сам виноват.
Беглый взгляд позволяет заметить, что в книге рассматриваются разные теории обучения, стратегии изучения обучения в разных широко определенных "музейных ситуациях", а в главах 4-10 проблемы (производство смыслов, аутентичность, память, идентичность, мотивация) разбираются на кейсах, по одному на главу. Еще в книге большие поля, на которых кое-где за нас с вами уже выписали главные идеи. Класс!
Электронную версию книги можно найти на libgen.io

У-у, британцы открыли PhD позицию под исследование того, что происходит с фотографиями коллекций Science Museum Group. Можно не дергаться - non-EU студенты не рассматриваются. Остается только ждать публикаций от того, кому достанется это место и грант.
"Музеи окончательно отходят от рассмотрения посетителей как пассивных потребителей контента и видят в них активных участников производства знания. Проект будет исследовать, что это означает для музеев и их аудитории в цифровых пространствах, с акцентом на использование онлайн изображений коллекций SMG. Проект проанализирует, как и почему посетители музея делятся фотографиями предметов, сделанными в экспозиции, а также какие факторы мотивируют их взаимодействовать с цифровыми изображениями, доступными на сайте Музея науки, - тем самым помогая понять роль цифрового в развитии социального музея".
https://www.sas.ac.uk/graduate-study/fees-and-funding/mphilphd-funding#sciencemuseum

На днях по одной из рассылок пришло объявление о семинаре в UCL: Димитра Кристиду рассказывает о создании цифровых инструментов для изучения музейных посетителей.
Оказывается, в рамках совместного проекта Университета и Национального музея Осло норвежцы разработали (уже довольно давно) приложение Visitracker – специально для того, чтобы исследовать взаимодействие посетителей. Оно позволяет и проводить опросы, и записывать аудио, и отслеживать маршруты, и вести наблюдение, отмечая, кто из наблюдаемых людей что где делает в определенный момент (остановился, указал на экспонат, фотографирует, читает и т.д.) В основе этого инструмента лежит идея о том, что нужно анализировать мультимодальные данные – не только речевое взаимодействие, ответы на вопросы исследователя или только поведение.
Презентацию про Visitracker можно посмотреть здесь: https://www.researchgate.net/publication/319653479_Visitracker_A_tool_for_visitor_studies
А вот две весьма симпатичные мне статьи, опубликованные участниками того же исследовательского проекта:
Christidou, Diamantopoulou - Seeing and Being Seen: The Multimodality of Museum Spectatorship
https://www.researchgate.net/publication/305781823_Seeing_and_Being_Seen_The_Multimodality_of_Museum_Spectatorship
Steier et al. - Embodied Interpretation: Gesture, Social Interaction, and Meaning Making in a National Art Museum
http://www.uv.uio.no/iped/english/people/aca/palmyre/1-s2.0-s2210656115000331-main.pdf

"Черная пантера" потыкала палочкой, помимо прочего, в больное место музеев - колониальное наследие. Есть основания полагать, пишет автор заметки ниже, что сила и размах популярной культуры придадут вес существующему негодованию и неудобству и заставят сразу многих задуматься о колониальных коллекциях.
Для русского музейного сообщества это, вероятно, не более близко чем для обывателя - кейс зеленой-толстовки-H&M. Но вот вторая часть характеристики кажется более универсальной: "Музей показан как незаконный механизм колониального режима, и вместе с тем, как пространство, даже не приветствующее тех, чью культуру выставляет".
https://jhuexhibitionist.com/2018/02/22/why-museum-professionals-need-to-talk-about-black-panther/

Если вы или ваши знакомые интересуетесь исследованиями аудитории и находитесь в Екатеринбурге, приходите на мероприятия 22-23 марта в ГЦСИ. Они любезно пригласили меня прочитать лекцию об изучении музейных посетителей в четверг, а в пятницу будет семинар с презентацией итогов исследования аудитории современного искусства в Екатеринбурге - части большого проекта, который недавно завершили местные коллеги.
http://www.ncca.ru/news.text?filial=5&id=1424

Есть такая постоянная спорная тема в разговоре про аудиторию музеев – про входную плату. Зачем нужны бесплатные дни и кого они привлекают? Как сказывается на посещаемости повышение цены билета? Дискуссии на эту тему в очередной раз обострились после того как Мет объявил о введении с 1 марта 2018 года платы за вход (посетители могли заплатить сколько хотят или не платить вовсе: плата в размере 25 долларов до этого была «рекомендована», теперь же она стала обязательной для всех, кто не проживает в Нью-Йорке).

Результаты исследований, похоже, свидетельствуют о том, что возможность бесплатного посещения – не однозначно хорошая штука. Те, кто уверен, что это эффективный инструмент для расширения аудитории, часто руководствуются эмоциями и упрощают реальную ситуацию. Диленшнайдер – с опорой на данные – утверждает, что музеям лучше сохранять плату за вход и при этом разрабатывать специальные программы для развития аудитории (то есть привлечения социально незащищенных категорий). Бесплатный вход привлекает и увеличивает вероятность повторного посещения тех, кто уже ходит в музеи; для тех, кто не ходит, деньги являются вторичным барьером посещения, а куда более важными – отсутствие времени и интереса. В России на похожее явление может указывать хотя бы популярность кино как проведения досуга.
https://www.colleendilen.com/2015/08/12/how-free-admission-really-affects-museum-attendance-data/

Еще аргументы за бесплатный вход и против и примеры программ по привлечению новых аудиторий (надо начинать с детей):
https://lyndalllinaker.wordpress.com/2017/03/17/do-admission-prices-stop-museums-from-growing-audiences/

Я тут хотела написать пост про "Большой музей", но УПС

Вчера смотрела на обнародованный «Большой музей» и прямо очень, очень хотела, чтобы проект мне понравился. Он красиво сделан и там интересные материалы, но чем пристальнее я смотрела, тем больше вопросов возникало.

Сегодня опять зашла на сайт, чтобы глянуть еще раз и написать о впечатлениях, и у меня не открылась ни одна страница музеев-партнеров.

Большому музею – большое разочарование!
Шутка.

В общем, вскоре все заработало, а я сформулировала некоторые впечатления. Я тут выступлю в роли, кхм, защитника интересов аудитории и озвучу такие вопросы, которые, как кажется, создатели проекта должны задавать себе сами – и задают, скорее всего.

Первый и главный вопрос – кому и зачем предполагается пользоваться проектом? Пока не будем о музеях, зачем им, примерно понятно. Но как представляется ситуация, в которой аудитория подумает «зайду-ка я в Большой музей»? Откуда люди будут приходить? Как они должны следить за обновлением контента? Как это встроено в их повседневную жизнь?

В последние годы появляется много сайтов и медиапроектов, успешных и нет, про популярную науку, публичную историю, всякое такое. О причинах успеха можно строить разные версии – какие-то освещают оригинальные темы, какие-то круто и качественно сделаны, какие-то приводят читателей за харизматичными и интересными рассказчиками. Зачем вот этот еще проект? Это мне не очевидно. Некоторые особенно культурно активные и профессионально заинтересованные туда полезут что-то смотреть и читать, а полезут ли школьники? Родители? Учителя? Офисные работники с хобби про искусство?

На моей памяти, например, открывал свой нынешний сайт Политех. Когда сайт разрабатывался, на нем сделали большой раздел, посвященный популярной науке. Там должны были быть блоги, статьи, видеоматериалы, как непосредственно связанные с музеем, так и не связанные. Сейчас свидетельства этого можно увидеть внизу страниц сайта – там еще видно раздел «Поп-наука», хотя соответствующая страница уже не работает.

Второй вопрос связан с тем, что участники БМ – музеи. Физические пространства с экспозицией и выставками. Как большой музей будет связан с реальными музеями? Это сейчас не брюзжание типа «уу, молодежь, главное-то коллекции и настоящие вещи», если что :) Интересно было бы понять, как в глазах создателей проекта или команд музеев-участников должен быть выстроен путь аудитории – из физического музея в виртуальный и обратно. Потому что делать дополнительную примочку к экспозиции, не связанную с ней, – это хорошо и полезно, в т.ч. для большой России, но было бы лучше, если бы одно работало на другое. Оно и будет работать, скажете вы. Окей. Как?

Отдельное опасение - что сотрудники музеев забьют на развитие экспозиции, потому что у них есть БМ. То есть можно же придумать слои содержания для разных аудиторий, вложить в руки и уши посетителей аудиогид, положиться на то, что люди будут смотреть и читать материалы до и после визита. Один из рисков – что для людей, которые не готовы осваивать новые культурные и технологические практики, это сделает музей скорее более закрытым, чем более доступным (хотя намерения наверняка противоположные).

Наконец совсем не фундаментальный, а практический вопрос. В описании проекта сказано, что «Большой музей помогает музеям… структурировать информацию и легко ее находить». Пока что на страницах музеев мы видим картинки и интригующие названия материалов - а внутренних меню, типов материалов, тегов нет. Как именно для пользователя упорядочена информация, что помогает искать ее? Как, скажем, понять, что материалы разные – игры, интервью, статьи?

В общем, пока много непонятного. Я думаю, ответы на часть вопросов есть, они просто не видны в устройстве и содержании платформы. Посмотрим, как БМ будет развиваться и что с ним будут делать участники и аудитория.
https://bm.digital/

Если вы еще не получаете рассылку Ани Михайловой "Музей в цифровую эпоху", вы многое теряете. Во вчерашней рассылке Аня и Дарья Градусова подготовили краткий обзор интересных докладов конференции Museums and the Web - в том числе нескольких про исследования аудитории.
Вот, например (выдержка из письма):
"Анонимный и дешевый: экспериментирование с ненавязчивыми методами измерения пользовательского опыта и взаимодействия с интерактивными технологиями на экспозиции"
В докладе сотрудника Музея стекла в Корнинге, Нью-Йорк, будут рассмотрены бюджетные методы анализа пользовательского опыта: использование данных с камер видеонаблюдения и данных, полученных из самих приложений и программ (сценарии анализа нужно запрограммировать заранее - например, время простоя, пока приложение не использовалось, а также время взаимодействия с ним).
https://mw18.mwconf.org/paper/anonymous-and-cheap-experimenting-with-unobtrusive-methods-of-measuring-user-experience-and-engagement-for-in-gallery-interactives/

Подписаться на рассылку:
http://ideasformuseums.com/subscribe/

Анкета для опроса посетителей 17 Молодежной выставки, 1986 год

Как увеличить посещаемость вдвое, история от директора парижского Музея Гиме Софи Макариу:
1) Сделать понятным название музея (Музей Гиме -> Национальный музей восточных искусств — музей Гиме)
2) Сделать понятными этикетки и названия выставок
3) Ввести билеты, позволяющие прийти в музей еще раз в течение двух недель бесплатно (чем пользуется 1/4 получивших такую возможность)
4) Бесплатные концерты диджеев по вечерам
https://www.theartnewspaper.com/feature/how-to-double-your-visitor-numbers-a-case-study

Прочитала комментарии к новости про решение суда обязать музей «Сталинградская битва» пускать матерей с колясками и огорчилась. Что музей (особенно этот) – не место для детей, что мать должна сидеть дома и заниматься хозяйством и развитием ребенка.
Давайте надеяться, что музеи умнее этих комментаторов, и поговорим о хорошем.
Ниже статья про то, как сделать музей для детей; если коротко, то вот что нужно:
– Обеспечение инфраструктуры: места для парковки колясок, для сидения, для кормления, места где разрешено есть принесенную с собой еду (у нас кстати я такого нигде не видела, зато видела не одно плохое кафе), пеленальные столики (не только в женских туалетах, но и в мужских (!))
– Информирование: люди с детьми должны видеть/быть в состоянии узнать, что все это есть, в том числе заранее посмотреть список таких точек и услуг на сайте учреждения; показывать детей на страницах музея в социальных медиа тоже помогает сделать музей более привлекательным для этой категории посетителей
– Работа с сотрудниками: они должны знать о потребностях посетителей, направлять их в музее, если понадобится помощь (найти интересные для детей места и объекты, предостеречь о залах с «неподобающим» содержанием), защищать экспонаты и при этом не стращать детей, приветствовать как взрослых, так и детей, опускаясь на их уровень ❤; те кто не взаимодействует с посетителями напрямую – разрабатывать кидс-френдли дизайн экспозиций, этикетки, программы
– Специальные программы: давать детям высказаться как по делу, так и не по делу (ох, это сложно), опираться на особенности восприятия и обучения, свойственные детям – важны объекты, сенсорный опыт, возможность участия и активная деятельность
https://www.aam-us.org/2017/11/29/inviting-children-in-valuing-the-youngest-museum-visitors/

Отличный кейс про цифровые этикетки от музея Те Папа: о том, как можно использовать информацию о поведении посетителей, чтобы улучшать их опыт.
Цифровые этикетки – удобный и ценный инструмент. Можно показывать длинные истории, представлять дополнительные факты и изображения, не загромождая пространство выставки текстом и прочей визуальной информацией, давать пользователям возможность самим выбирать контент, который им интересен. Но есть и риск. Часто кажется, что такие медиа работают сами по себе, без дополнительных усилий, что качественное содержание и хороший контент обеспечивают успех у посетителей. Это не так.

Проблемы, следующие из данных о пользовании интерактивными этикетками, и ответные действия:
- Когда экран воспроизводит образы экспонатов на выставке, люди нажимают только на крупные/красочные/необычные объекты, - хотя за менее заметными тоже стоят достойные изучения истории
Решение: визуально выделять не привлекающие внимание, более мелкие и «скучные» объекты; в двух (интригующих) словах суммировать историю, которую человек может узнать об экспонате
- Некоторые посетители не хотят взаимодействовать с экраном
Решение: обеспечивать альтернативные способы получить информацию, которая заложена в цифровое устройство (текст/картинки на стене, распечатанные изображения)
- Люди проводят у экрана не более 2 минут, даже когда в него заложено контента на 20 минут
Решение: создать удобные места для сидения
http://blog.tepapa.govt.nz/2018/05/09/how-your-behavior-has-changed-the-way-we-make-digital-exhibition-labels/

Еще на сайте Те Папа есть образовательный раздел для профессионалов – полезные материалы про то, как делать музей (включая исследования посетителей, а также работу с сотрудниками и волонтерами, поиск финансирования, разработку этикеток и многое другое).
https://www.tepapa.govt.nz/learn/for-museums-and-galleries/how-guides/running-museum

Райан Додж пишет про изучение более 250 тысяч фотографий из Королевского музея Онтарио (еще не завершенный). При помощи Google Cloud Vision изображения распознаются и им автоматически присваиваются тэги, анализ опирается на статистику этих тэгов, объединенных в более крупные категории. В самом исследовании, пожалуй, ничего совсем неожиданного. Посетители много фотографируют архитектуру, любят динозавров, фотографируют людей, но обычно одного, а не группу. Снимков музейных объектов куда больше, чем селфи.
Интереснее другое: наблюдение о том, что в целом специальные музейные проекты для вовлечения посетителей в производство контента были не очень успешными, зато необычные мероприятия не только привлекают аудиторию, но и приводят к увеличению числа фотографий, которые в свою очередь привлекают еще больше людей. Это же сработало и на выставках – специальные знаки, побуждающие сделать фотографию и поделиться ею, привели к увеличению количества постов и посетителей. И вывод – идея, что вместо попыток изменить поведение посетителей и заставить их включаться в какие-то специально придуманные вами цифровые/социальные практики, нужно обращать внимание на то, что люди уже и так делают. Фотографии передают личный опыт и эмоции, становятся ценным и аутентичным способом распространения информации о месте.
В тексте есть ссылки на другие исследования фотографии в музеях, рекомендую с ними тоже ознакомиться.
https://medium.com/@wrdodger/https-medium-com-wrdodger-unpacking-260-000-visitor-photos-at-the-royal-ontario-museum-e35a51aa9f6b

Когда я не пишу про музейную аудиторию, я пишу про технологии вместе с моими замечательными коллегами @WrongTech - это социологический проект по исследованию того, какие проблемы, сбои и барьеры существуют во внедрении и использовании цифровых технологий. Кроме публикации серьезных научных статей мы ведем телеграм-канал с небольшими заметками и наблюдениями.

Про робота в Сбербанке я уже писала, расскажу про более близкую мне вещь – роботов в музеях.
Недавно Смитсоновский институт получил от Softbank Robotics в дар 25 роботов; роботы, которых зовут Пеппер, умеют разговаривать, рассказывать об экспозиции, позировать для селфи и еще знают суахили, поэтому помогут посетителям понять выставку африканского искусства.
https://hyperallergic.com/439771/with-smithsonians-blessing-humanoid-robots-invade-our-museums/

При этом хорошо, что музеи начинают относиться к роботам не просто как к модной фишке, диковинке, привлекающей внимание посетителей и СМИ. Важный и разумный способ использования роботов-экскурсоводов – обращение к телеприсутствию: возможности показать музей, например, людям, которые физически не могут попасть в это пространство по ограничениям здоровья, или дать представителям коренной народности, живущим далеко, самим рассказать о выставке, посвященной их культуре. Интересно, что пример Музея Первой мировой войны в Мо (Франция) показывает, что таким образом служащий чьим-то телом и глазами робот может быть совсем не человекоподобным – а представлять собой ящик на колесиках с экраном на палке.
https://www.nytimes.com/2017/03/14/arts/design/museums-experiment-with-robots-as-guides.html

Барьеры внедрения таких устройств понятны: высокая цена, невозможность обеспечить дистанционной аудитории физический опыт взаимодействия с объектами, опасение что музеи пытаются заменить ими человеческих сотрудников (судя по статьям на эту тему, почти в каждой из которых цитируются слова администрации учреждения, что робот не заменит людей!). Мобильных роботов-экскурсоводов вообще приходится сопровождать, чтобы они случайно что-нибудь не сломали, в том числе себя.

PS Конечно, главный робот-экскурсовод ever – это Сепулька https://ic.pics.livejournal.com/budushchee/66390594/413561/413561_900.jpg