«И нет предела совершенству...»
Haute-Rive — лаборатория времени, созданная мечтателем и экстраординарным мастером Stéphane von Gunten — наследником часовой династии в 5-м поколении.
«Haute-Rive» — мастерская Iréné Aubry (предка Stéphane), где изобретён и запатентован (в 1888 г.) легендарный «Hebdomas» (первый 8-дневник).
Одним прекрасным утром — опираясь на личный объем знаний и навыков, обретённым в Patek Philippe, а затем Ulysse Nardin (шеф департамента исследований - на его счету более 30 патентов), Stéphane замыслил собственное детище.
Да так, чтоб ахнули...
«Настало время явить вызов, традиционным устоям часостроения», решил Stéphane. Ну по крайней мере в области - объема накопленной (классикой механики) энергии.
Перешагнув 40-летний юбилей, Stéphane представил «дебют» собственных трудов — уникальный турбийон «Honoris I» (запасом хода 1000 часов - почти 42 дня), названный в честь «Hebdomas» — наследие семьи.
Диво сие Haute-Rive «Honoris I», о ø42.5mm (коих будет лишь 10) оценивается в ₣148.000
Haute-Rive — лаборатория времени, созданная мечтателем и экстраординарным мастером Stéphane von Gunten — наследником часовой династии в 5-м поколении.
«Haute-Rive» — мастерская Iréné Aubry (предка Stéphane), где изобретён и запатентован (в 1888 г.) легендарный «Hebdomas» (первый 8-дневник).
Одним прекрасным утром — опираясь на личный объем знаний и навыков, обретённым в Patek Philippe, а затем Ulysse Nardin (шеф департамента исследований - на его счету более 30 патентов), Stéphane замыслил собственное детище.
Да так, чтоб ахнули...
«Настало время явить вызов, традиционным устоям часостроения», решил Stéphane. Ну по крайней мере в области - объема накопленной (классикой механики) энергии.
Перешагнув 40-летний юбилей, Stéphane представил «дебют» собственных трудов — уникальный турбийон «Honoris I» (запасом хода 1000 часов - почти 42 дня), названный в честь «Hebdomas» — наследие семьи.
Диво сие Haute-Rive «Honoris I», о ø42.5mm (коих будет лишь 10) оценивается в ₣148.000
👍13🔥9👏5❤2🤯1
«Несекретные секреты Дома Cartier»…
Братья Edward и Harry Lee Danziger уроженцы Нью-Йорка, начали своё профессиональное восхождение, как владельцы студии-звукозаписи (в родном городе).
Однако наибольшую известность господа снискали, перебравшись за океан, в Англию.
Тут братья раскрылись талантом. Крайне плодотворные продюсеры: кои создали для британской киноиндустрии более 140 кинофильмов (в основном на собственной студии New Elstree Studios), а также множество: шоу, программ и сериалов – для набирающего силу национального телевидения.
Нас-же интересует иная страсть семьи Danziger.
В 1966 году, братья, взяли, да и секретно прикупили себе, весь Дом Cartier Paris. И плодотворно управляли оным, аж до 1972 года.
Именно в годы сии, Harry Lee Danziger заказывает уникальные произведения Cartier (только себе), и мимо фирменных каталогов.
Дивный исторический пример – футуристичные (единственные в своём роде) Сartier Ogival, с заказным Blancpain.
Оные, пару лет назад обрели нового хозяина, за €193.700
Братья Edward и Harry Lee Danziger уроженцы Нью-Йорка, начали своё профессиональное восхождение, как владельцы студии-звукозаписи (в родном городе).
Однако наибольшую известность господа снискали, перебравшись за океан, в Англию.
Тут братья раскрылись талантом. Крайне плодотворные продюсеры: кои создали для британской киноиндустрии более 140 кинофильмов (в основном на собственной студии New Elstree Studios), а также множество: шоу, программ и сериалов – для набирающего силу национального телевидения.
Нас-же интересует иная страсть семьи Danziger.
В 1966 году, братья, взяли, да и секретно прикупили себе, весь Дом Cartier Paris. И плодотворно управляли оным, аж до 1972 года.
Именно в годы сии, Harry Lee Danziger заказывает уникальные произведения Cartier (только себе), и мимо фирменных каталогов.
Дивный исторический пример – футуристичные (единственные в своём роде) Сartier Ogival, с заказным Blancpain.
Оные, пару лет назад обрели нового хозяина, за €193.700
🔥17❤3👍2👏2🤯2🤔1
«Элегантность Совершенства»…
Однажды, более так полувека назад, братья Edward и Harry Lee Danziger (владевшие в те славные ламповые годы легендой по-имени Cartier) решили — а давай сделаем для «Нового Света», не просто смелые «изогнутые» Часы (оным не особо удивишь), но так — чтобы «конфетка с дивной начинкой»…
Выбор пал на — нуждающуюся в средствах, для финансирования нового дорогостоящего проекта «беспрецедентных спортивных стальных Часов» известную мануфактуру из Le Brassus…
Так,…ну или примерно-может-быть… (специально для «Cartier New York»), были созданы (увеличенные в размерах - 28х56mm) дивные Cartier Oval Large, жёлтого золота.
А внутри живет отныне Audemars Piguet K2050.
Оказывается, и Cartier, отчасти тоже, мы благодарны за Royal Oak…
Для «Старого Света», Cartier Oval был чуть меньше, с сердцем Jaeger-LeCoultre.
Сии весьма редкие Cartier Oval Large 1971 года, пару лет назад, обошлись новому владельцу в €143.000
Однажды, более так полувека назад, братья Edward и Harry Lee Danziger (владевшие в те славные ламповые годы легендой по-имени Cartier) решили — а давай сделаем для «Нового Света», не просто смелые «изогнутые» Часы (оным не особо удивишь), но так — чтобы «конфетка с дивной начинкой»…
Выбор пал на — нуждающуюся в средствах, для финансирования нового дорогостоящего проекта «беспрецедентных спортивных стальных Часов» известную мануфактуру из Le Brassus…
Так,…ну или примерно-может-быть… (специально для «Cartier New York»), были созданы (увеличенные в размерах - 28х56mm) дивные Cartier Oval Large, жёлтого золота.
А внутри живет отныне Audemars Piguet K2050.
Оказывается, и Cartier, отчасти тоже, мы благодарны за Royal Oak…
Для «Старого Света», Cartier Oval был чуть меньше, с сердцем Jaeger-LeCoultre.
Сии весьма редкие Cartier Oval Large 1971 года, пару лет назад, обошлись новому владельцу в €143.000
🔥18👍8