Я все чаще ловлю себя на наблюдении, которое не даёт мне покоя…у меня много контактов с людьми из помогающих профессий - психологи, коучи, психотерапевты, специалисты самых разных направлений. Люди, которые ежедневно работают с чужими переживаниями, внутренними конфликтами, попытками что-то пережить, выдержать или изменить. И при этом удивительно часто они не используют собственные знания для себя. Как сказал один мой друг, глядя на одну психологиню из моего круга общения - «сапожник без сапог».

И я не имею в виду использование знаний для себя в каком-то героическом смысле, не про «будь собранным и осознанным всегда», а на уровне самопомощи, саморегуляции, элементарного внимания к собственным состояниям. В разговорах всплывают знакомые отговорки: нет времени, не тот период, сейчас не до этого, я и так всё понимаю, а иногда это звучит рационально, либо - это просто как способ не трогать больное место.

Странно не потому, что они плохие специалисты. Многие из них действительно сильны в своей работе: точны, внимательны, тонко чувствуют других. Странно потому, что между знанием и его применением на собственной жизни возникает зазор, который как будто принято не замечать, как будто профессиональная роль позволяет вынести себя за скобки - анализировать процессы, но не проживать их, знать и отложить.

Иногда это выглядит так: все услышано, все понято, все разложено по полочкам - и аккуратно убрано в папку «интересно». Не как руководство к действию, а как культурный багаж, а дальше жизнь продолжается почти без изменений, только с более сложным языком для объяснения собственных же паттернов поведения, тупиков и повторов. Не отрицание, а скорее вежливое дистанцирование.

Я не пишу это с позиции упрека, скорее с ощущением внутреннего диссонанса. Потому что, если ты каждый день имеешь дело с механизмами психики - защитами, выгоранием, избеганием - и при этом относишься к себе так, словно это все к тебе не относится, в этом есть что-то тревожное.

Иногда мне кажется, что это особая форма расщепления: быть помогающим, но не живущим, быть понимающим, но не включенным. Как-будто знание автоматически обязывает быть опорой для других, но не даёт права на собственную уязвимость и заботу о себе. Хотя именно знание дает больше инструментов, больше вариантов, больше шансов не доводить до предела.

В этом месте мне вспоминается цитата, которая каждый раз звучит неожиданно жестко:

«Мы лишь того зовем ученым, кто добродетельно живет, а не того, кто поучает, а делает наоборот»

Я слышу в ней не мораль и не приговор, а напоминание о несоответствии, о том, что «сапожник без сапог» - это не ироничная шутка, а устойчивая позиция, за которую со временем приходится платить.

Этот пост не про призыв срочно заняться собой и не про очередное надо бы, он про силу, которая уже есть, про инструменты, которые уже освоены, про способность видеть процессы и в других, и в себе…и про странную привычку делать вид, что на себя это почему-то не распространяется.

Я пишу это как напоминание. Иногда достаточно ненового знания, а разрешения использовать то, что ты и так знаешь, хотя бы начать, хотя бы честно заметить: я тоже здесь, я не только роль, не только функция, не только помощь. И если уж кто-то и способен не прятаться за иллюзию «я все понимаю», то это как раз те, кто лучше всех знает, чем обычно заканчивается понимание без действия.

Дофаминовый миф

Почти 4 миллиона просмотров у видео про «дофаминовую яму» (Справедливо на момент написания). Все вокруг говорят о лёгком дофамине, детоксе и зависимости от соцсетей. Но что, если вся эта история - миф?

Начнём с простого... дофамин считают гормоном удовольствия. В интернете пишут: съел круассан - выброс дофамина, получил удовольствие, съел два - нужно три для того же эффекта, потом четыре, восемь, и вот ты уже в яме, не способный радоваться жизни.
Проблема в том, что это так не работает!

Эксперимент Олдса и Милнера 1950-х годов показал: крыса, нажимая рычаг, стимулирует себе прилежащее ядро и не отходит от него. Назвали его «центром удовольствия», позже выяснили - там активен дофамин. Казалось, загадка решена: дофамин = удовольствие.

Но дальнейшие исследования показали совсем другое...

Работа Шульца перевернула понимание. У крысы падает клубника - всплеск дофамина, повторяем и всплеска почти нет, добавляем условный сигнал - звонок, потом клубника и вот тут внимание - дофамин выделяется при звонке, а при получении клубники уже нет.

Дофамин не связан с удовольствием, он связан с расхождением прогноза/реальности и с обучением.
Люди с заблокированными дофаминовыми рецепторами продолжают получать удовольствие от еды. Дофамин влияет на готовность преодолевать препятствия, но не на саму радость.

А что с зависимостью?

Парк крыс Александера показал: изолированная крыса садится на морфин и умирает. Крыса в комфортной среде с сородичами, игрушками и развлечениями полностью игнорирует наркотик. И тут дело не в сломанной химии мозга, а в условиях жизни и уровне стресса!

Исследование зависимых от ПАВ подтверждает: до 20% бросают сами, без лечения. Просто в какой-то момент жизнь меняется, и позитивный опыт перевешивает воспоминание о кайфе.

Дофаминовый детокс? Его создатель Кэмерон Сепах сам признался: термин придуман для привлечения внимания. Речь шла о работе с привычками через когнитивно-поведенческую терапию, а не о сидении в темноте без еды. Изоляция и депривация не восстанавливают рецепторы - это может занять месяцы.

Прокрастинация тоже не про дофамин, это смещённая активность при стрессе. Голубка, видя, как ястреб ест птенцов, начинает чистить перья. Не от радости, а от невозможности контролировать ситуацию. Вы залипаете в телефон не потому что зависимы от соцсетей, а потому что не знаете, как решить рабочую задачу.

Решение? Не холодная ванна😅, а снижение неопределённости, нужно разбить задачу на части, попросить помощи, разобраться в проблеме.

Импульсивность, склонность к зависимости, способность откладывать удовольствие - это не про количество дофамина. Это про работу префронтальной коры, стресс и условия жизни (среда).

Да, стоит делать паузы в удовольствиях, иначе адаптация притупит ощущения, но это работает избирательно, например переел круассанов - не хочется круассанов, а не всей еды вообще, так как системы разные.

И последнее - зависимость не в дофамине, она в патологической памяти о моменте эйфории и других причинах, плюс в неспособности учитывать негативные последствия. Лечат не таблетками и детоксом, а работой с мышлением, средой и стрессом.

Дофамин - это просто сигнал об ошибке прогноза, нужный мозгу для обучения (предиктор ошибки) .

В конце прошлого года я завершил курс «Современная клиентоориентированная позитивная гипнотерапия» — и это стало мощным импульсом для возвращения в активную практику гипноза и внушения.

Что это дало на деле? Удалось не просто «закрыть пробелы», а качественно структурировать базу: освоить методы мгновенного погружения и заметно расширить арсенал рабочих индукций. К тому же теперь у меня есть доступ к бессрочному наставничеству Игоря Табунова.

Отдельно отмечу профессиональное комьюнити. В него попадаешь ещё во время учёбы, оно формируется и остаётся живой, поддерживающей средой после. Это именно то «плечо», которого часто не хватает в нашей сфере: честный обмен опытом, глубокая поддержка и регулярные очные встречи.

Хотите попробовать гипноз на практике? Напишите мне в ЛС: @viktormalinkin