Ронин и поэт

Между нами стекло расстояний,
Между нами сернистая злоба.
Я противник твоих воздаяний
Старой дружбе, где были мы оба.

Мы смеялись над всеми глупцами,
Мы боролись за веру и правду,
Мы считали себя молодцами,
Мы глядели друг другу, как брату

Но нутро показало раскладыш
Я поэт, я щенок, я ослаб, уйду я
Ты солдат, ты бандит, ты убьёшь и раздавишь,
Потому что ты ронин впустую

Гнев был клеем для наших пустышек,
Но сомнение явится позже:
Разве правда для мира мартышек,
Что кислóты бальзамом по роже?

Между нами день кажется ночью,
Между нами пожжённые титры.
Ты обижен безропотной ложью
В старой дружбе, где был и один ты.

Я смотрю изнутри на тебя —
Ты же видишь наружные взгляды.
Как мне больно глядеть не любя,
Когда всем незаметный вид бляди.

Мне уже и потух интерес
Перебросить издёвки невеждам,
Позабудь же, куда ты полез,
Мой бездумно открытый всем брешам

"Друг, прости.
Я не фашистища ебаная,
Не Тесак, не фанатик ну брось ты!"
"Не брат ты мне, гнида окаянная" —
Открылся ронин мне.
Разбился ронин мне.

Между нами две жизни иньянем,
Между нами в глазах рококо.
Мы в тумане. С тоскою же взглянем
На ту дружбу, где нет никого.
На ту дружбу... где нет... никого.

Дезерт

Снежинки

Хороводы толп людей
улицу сминают звонко.
Кто-то хочет ближе к делу,
кто-то хочет дальше к спеху,
а лбу снежинки жгут на нос.
"Хоровод, я к вам не кинусь, брось!"

Туман пространства как лёд...

"О, снежинка, обними же, друг путей —
обниму бессильно-горько,
голосом на снег,
где их просто нет"...

огнями отдирают ото сна
бессмысленных вещей:
трамваи — хулиганы,
Проходом шумным балаганы
Всё прожигают тыл,
Всё проминают тыл...

Тут же ловко без перчатки
Маникюром цепят за помпон.
Ну, друже, не слышишь, что зовут?
Ты же слышишь меня?

Губы — сигаретою докрасна;
трезвый, как от сотни лещей;
в ручках ошивается холод брусчатки;
Нащупал на выход купон.
Снег с аллеи обут.
Глаз сияет её... сияй, сияй!

Официальному кофе —
— неформальный какао.
И удивлённые брови
качнутся мало.

Скажу тебе я вещь одну:
мы все — снежинок дикий скоп.
И тянет вниз, как будто бы ко дну.
И падаем безжалостно
Мы в мусорки общественной окоп.
Оно почти для всех одно — пакостно...
Одних бросает пылью звёздной
Других пустою крошкою несносной.
Но после каждой точки этой
поляпнется наш этот след,
наметится в пучине лет,
как Герострат, в дыму согрет.

Не хочется мне так!
Я о чём по-твоему?
Душенька-подруженька: я не хочу...
никак,
но всё останется по-чёртьему.

Кошмар,
ужас,
дрянь!
И не хочу учить я злому.
Прости мою бошку-солому!
Мне нужно будет отойти...

Смог бытия давит и ждёт.

Девяткой дряхлой время. Затишье
разорвалось хлопком из уборной.
С мест встрепенулись зеваки на марш
И та идёт, не ознакомлена с сюжетом,
Толкаясь,
Брыкаясь.
Тревогой глаз кольнула дверь —
и к горлу ком набросился теперь,
не тянет глаз с дурацким тем приветом
в кабинку, где геройчик наш...
"Ужасно, трагично, прескорбно!"
"Молчи, придурок: лишнее..."

И дым слепил всё сонной дымкой
Скривило нравственной ужимкой:
Не может быть... уж точно нет, нет...
Это... это снег. Это просто снег...
Это растаял снег...
Это растёкся снег...

...это снег за окном который день.
Утро без солнца —
доброта без сердца в оконце.
Вся комната — сплошная тень.

Спустя года вплеск ужасных минут
В часы стушёванной тоски бессловной
Встряхнул весь мёртвый месяц ровно
...тут

Потолок в воздушных поцелуях
От чёрной помады "мальборо"
Ящик не льёт о ведущих-холуях,
Старой хандрой кружится наново

Шторы закроют снег за стеклом
Для раненых глаз
Светом для них через миг запекло
Сломанным духом себе напоказ

В зеркале улиц волосы как провода —
Чушью холодной.
На личике молча кричала всех слов
полнота:

"Не хочу,
не могу;
перехочешь,
недосможешь..."

Пустые дни тишиною рвотной.

Ты была королевой сердец,
Сейчас — узница брадикардии.
Посмотри на себя. Это пиздец!
Петлёй судеб те перипетии

Звонок двери хлопком навзрыд... как взрыв.
Бегом.
Напролом в груди ком
навис над пустым проёмом,
конверт где прилётом

"Оставь свой звёздный след.
Я был потерян да дурак Я.
Не будь мной. Скинь же плед,
Чтоб не стать никем, как Я".

Пусть мистика, пусть бред, болезнь,
Советы свыше или смесь —
Неважно!

...

"Алло? Прости, не писала, не звонила..."

...

"Вы подбросили? Ну даёте, а я думала..."

Дезерт

Смерть всех святых

Подростки пугают любовью жизнепотребления,
Старушки боязливо смотрят на землю,
В которой ступеньки на станцию "наднебесия".
Среди боязни тихо дремлю.

Ангелом святого она,
Я — как из доктора "Кто?".
Горько пугаю готичным бездушием
Пуская дыханьем свои депрессанты.

Точно невзлюбит она.
Жду полухладным скотом —
Свежесть обнимет могильным удушьем,
Ветрище полощет мозги конопаты

Чуть ломаю своей статуи камень.
На взгляде — в её глаз локон.
И я тут, живой я, просто парень.
Явлен, бездумен, надурен, скомкан

Подростки боятся пойти за бабкой,
Бабка сварила с нектара компот.
Я трогаю камень лица украдкой —
Мой безнадёжный оплот

Я теперь тоже, только другого боюсь.
Мнусь и о камень я бьюсь

Рушу я в ужас пустые все лики,
В которых запрятал улыбку свою.
Не пропущу я те юности блики,
Где все грехи, ошибки, где на краю

Не зависну и не заглючу,
Не упаду, покуда подростки боятся
Увидеть старушку.
После — нечего бояться, сёстры и братья

Впрочем, и нечего в целом
Поживу умом и телом.

Сегодня у меня разбитый нос
И что?
Постой.
Забыл послушать те мысли-депрессанты,
Подхожу. Одно предложение, один вопрос:
Хороший день, чтобы жить. Как ты?

Дезерт

❗️❗️Через пять минут прилетает новый жёсткий стих ❗️❗️
Спасибо ПЗЧ за цель придумать что-то меланхоличное для поэтического вечера — вышло немного трагикомично 🤭
Все персонажи и ситуации выдуманы, при сочинении никто не пострадал

Моей ночью

Все заснули младенцами —
Только я беспокойный старик.
Окочурились птéнцами
В сладкой дрёме с веселья и книг.

Моей ночью листва опадает
Как волосы на онкологии,
И тоска тут по роли, как катет:
Лишь винтик в бессоницы мини-оргии.

С ней ебались тоска и злоба,
Раздолбали друг друга и только,
А бессоннице хуем по лбу
Не дало и легонько.

Здесь закрыто: нет ни соли, ни хлеба!
И надеясь, чтоб встал я скорее
В полдень вы врубите вдруг кальянного рэпа.
Идиоты! Моей ночью играет "kid A"!

Моей ночью смехачи смехами,
А в метро — безэмоуты на том лице
И вороной в душе бел, с помехами.
О, спасибо суке-бессоннице...

И внутри меня сил больше нет,
Я пою свой последний куплет,
7-0-0, и мне скоро на пары.
И мне снова на пары...
И мне больно на пары...
И м н е с к о р о н а п а р ы...
Мне на пары, как зэку на нары!

Моей ночью я так устал.
Это смех, это бес, это кто?
Это ночь, это я, это что?
Я всего лишь болезный и хмурый,
А я мнил что я яркий кристалл...
Ограничьте дверью, словом и арматурой
Промеж глаз
Напоказ.

Моей ночью... мне... так одиноко
Вне чужих дней с вечерами.
И в "Нигде" мечтательно-тонко
Тот покой красотой оригами...

Дезерт

Режим молчания отменяется. Слишком много невысказанного накопилось за пару недель, хотя не всё хочется публиковать. Посмотрим насчёт этого, но один точно будет скоро

Пока я не выступал, на Первых Зумерских Чтениях какая-то жестьб

Событие имя которого нельзя называть

Ведаем вам историю, которая сильно подкосила наше настроение на несколько дней (возможно и надольше)

3.12го мы проводили наши 19е чтения, в нашем обычном стиле, тематика, открытый микрофон, с уймой хороших поэтов, специальным гостем "Перекур", шутками, обсуждением текстов, планов, идей на поэтические настоящее и будущее и так далее, все как всегда.

В организации этого вечера были проблемы с утра, сперва наложение с другим мероприятием (разрешилось), потом напряг с затесавшимся (по нашему незнанию) в основную часть отмененным поэтом, который почти срывал мероприятия в прошлом (разрешилось, он очень хорошо себя вел и читал) и по итогу все шло прекрасно.

Кроме одного человека, который в нетрезвом состоянии метался по площадке, с площадки на улицу и с улицы обратно в течение вечера делал много выкриков. В целом, это урегулировалось, в определенной мере. Но полностью проконтролировать персонажа, который тебе угрожает ножом за невыкладывание твоих текстов и обсуждения его угроз за спиной, немного тяжело собраться выгнать и тем более в грубой форме. Особенно, когда для нормального человека обычно хватает пару слов, чтобы понять, что он ведет себя, как минимум некрасиво.

В итоге это выливается в то, что человек отчитывает еле стоя на ногах, потом еле сидя на ковре, потом еле лежа на ковре, мямля свои "тексты недопонятого гения", еле поднимается, еле уходит опираясь на всех зрителей, и слава его много почитаемому Богу, куда-то теряется в другой комнате площадке (хотя расчет был на почитал и ушел)

И в течение чтения последнего текста другого поэта, перед самым перерывом, слышатся громкие звуки алюминиевых картин: данная личность улеглась у объектов искусства, вычиталась на них своими недоваренными "стихами", уснула и когда его попытались разбудить и "сказать, что он что-то делает не так", начал драку с самого старта достав нож, порезав им картины и владельца площадки и порезав себя, после вскачив, угрожая девушке, доводя ее до паники, всем кто пытался успокоить, своим товарищам, незнакомым – всем. Все со словами, если примерно: "Че, страшно?! Испугались?!" В течение смелых попыток его держать: "Я русский поэт! Я русский человек! Я недопонятый гений!" - угрожая, напомню, всем вокруг ножом – сомневаюсь, что так ведут себя те люди, которыми он назвал себя.

После некоторого времени борьбы, в которой участвовали его друзья в том числе, "оружие" было от него изолировано и он был выведен на улицу, полиция и скорая подоспела, "человек" был забран куда надо.

Итог: испачканная кровью площадка, разбитый плафон, побитые и помятые картины, поцарапанная гитара, убитое настроение у организаторов, читающих, слушающих, владельцев площадки, подорванная репутация у ПЗ (в глазах новых людей), подорванная репутация у места

И

подорванная репутация у поэтического сообщества.

После двух дней отсидки за содеянное, данный человек пишет, что его побила крыса, "Бог" и "правда" на его стороне и что он "раскаивается за содеянное". Как выяснилось это не первое событие когда человека надо было нейтрализовывать, дабы не дошло серьезных последствий. После тех случаев человек тоже раскаивается, но как видно, не исправляется.

Мы сожалеем, что не предвидели возможности такого события, не заблокировали данного человека и за то, что через наше мероприятие был нанесен вред заведению, владельцу и участникам.

Я не упомянул ничьих имен, так как люди в сообществе и так все знают, и надеюсь все поэтическое сообщество понимают важность произошедшего, так как это может произойти со многими открытыми микрофонами. Мы достаточно молодые в этой сфере и мы допускаем разного рода ошибки, но хотим для всех нас только продвижения поэзии и спокойствия для других на всех вечерах, поэтому призываю всех неотменивших данного человека на своих мероприятиях, его отменить.

И видимо проводить запись на ОМ с алкотестером...


Отдельно, хочу поблагодарить людей, которые выразили большую поддержку мне лично, так как это было мне очень важно. А так же тем, кто остается с нами.

Всех любим и все будет поэтически-стихически

– ал.ко.

Тот лиричный стих, который я хотел опубликовать, я не дописал, поэтому херачу из закромов бессмысленное и беспощадное

Антипод-переворот

Пускай ты мир — я зло.
Пускай ты "стой" — я шло.
Пускай ты за — я до.
Пускай ты дно — я высь.

И ты
Голосовые слушаешь.
Кранты
Нашей порядочной любви!
Не говори ты мне тут,
Лучше в путь тут меня калечь.
Лоскут
Сорви с речи, забыв,
Что такое
Без покоя

Полоумно-полудурно,
Полуковарно-перевратно,
Перепродажно-недобратски,
Недоотрадно-полусучьи —

И я буду в этом виноват,
Как больной
Со своей панк-рок
Головой в черепок;
Головой
Ой глуповат!

Если ты вплавь — я хтонь.
Если ты жизнь — я хворь.
Если ты в глаз — я в бровь.
Если ты "я" — я "брысь".

Моё небытие
Расцветает
Космами без такта
И поклона.
Иду на саммит
За ядерное оружие.
Не взяли, суки...
И голубая рябь канала
В глазах двоится. Доканало!
Смотрю со скуки:
Ты — дно балкона,
Я — высь асфальта.

Дезерт

Моей единственной

Ты ходишь, бродишь ты за мною,
В тени ты — тень своих подобий.
Стараюсь скрыть свою тревогу,
Но знаю, кто за мною ходит.

Я рисовал дымок ресничный,
Мечтал, что дым огнём рождённый,
Но это лёд сухой, нависший,
Заместо слёз к щекам стужёным

Знакомый образ в бок иглою
Напомнит мнимость всех подобий
Тех глаз, что, быв чуть-чуть со мною,
В моих узнали тень надгробий.

С минуты слов нет места слову.
Казалось бы: начало. Точка!
Но с точкой — точка, точка снова —
Лишь многоточьем ночь за ночкой

На небе звёзд в помине нет, и
Я разучился в чудо верить,
Пока спокойна ты в бесснежье
Своих здоровых дней безгрешных.

Я позабыл, что значит Слово
И я не вспомню имя Бога,
Но коль узнаю Это снова,
То засияю, как ребёнок,
То рассмеюся, как чертёнок,
Найду свой путь в глуши потёмок!...

...во снах лишь пыль её подобий.
Тревоги дрожь по телу скоро,
И я ищу, где полдень пробил,
Ту правду счастья жизни хворой

Приняв к дождю, что вновь один я,
Мелом рухну я на стены.
Звёзд всё нет. Стены‌ не видя,
Я пишу тебе из тени...

И ты в объятьях не легка
Боль мне пульсом по вискам.
Позабыть бы твой уклад,
Твой холодный острый взгляд!

Вывожу заветный ной,
Докалял извилин зной,
Доливал душевный гной
Для Неё такой одной.
Для Неё, Неё...

"...Отойди ты, о, Тоска;
Отвяжись же ты, Тоска;
Отпусти, мой мозг Тоска!
Отпусти меня... Тоска..."

Дезерт

Сейчас подумаю: может быть, выложу кое-что примечательное, связанное с этим стихом

Кромешное

Тлен.
Сплин.
Плен.
Лин.
Меня окружает тьма.
Не хочу, чтобы было иначе.
Блин...
Бред.
Клин.
Плед.
Не охота вставать весьма.
Глаз закрываться начал.
Сгинь.
Свет...
Жизнь?
Нет.
Жизнь давит лёгкие без лени.
Есть панацея от этой болезни:
Лин.
Плен.
Сплин.
Тлен.

Дезерт

Затишье.

Ветер,
Погони мрак из разума.
Я к тебе в доверии.

Вольный,
Унеси дух от фатума
Вернуться в келью.

Лечит
Не время, но часы,
Когда не тет-а-тет с глухой судьбой.

И после бури, чуть побыв с тобой,
Остался в штиль,
Держа в руках без сил
Твоё немое "прости".
Больно...

Дезерт

Ностальгирую по концептуальной и предельно краткой форме работ двухгодовалой давности (типа этой или, которой я меньше стесняюсь, этой), только с большим упором на чувственное. Добавлю что-нибудь и к прошлому стиху