Сон про
Локон так вне
Комнина А.
Кряжи кручины са
Странные са
Ноч кошмар
Кружится снег
Сорвалась и снедает
Сладкий сон
Голос идёт из головы
Лавка стоит у стены
Кроме урошка
Зараза крошка
Ко мне
Кадка каль Кама
Ранено левое плечо
Повязка стерпит твой дискомфорт
Кажется дальше жил и был живым
Колючий куст опять не горит
Ночью человек спит
Локон так вне
Комнина А.
Кряжи кручины са
Странные са
Ноч кошмар
Кружится снег
Сорвалась и снедает
Сладкий сон
Голос идёт из головы
Лавка стоит у стены
Кроме урошка
Зараза крошка
Ко мне
Кадка каль Кама
Ранено левое плечо
Повязка стерпит твой дискомфорт
Кажется дальше жил и был живым
Колючий куст опять не горит
Ночью человек спит
Ты глупый, глупый, глупый мешок песка, рваный ботинок, полный ила. Как стыдно всё это писать. Сливник для всего этого мусора, говнавозная яма. Склад засаленых, вонючих штанов. Ни капли остроумия, отроумие противно, вы все враги. Какой смысл всё это писать, будто ты в живом журнале? Я бунтующий подросток, который кричит в подушку и швыряет её в дверь. Нескладный, с акне, который ест растаявший в кармане и смятый шоколадный баточник. Который пишет в молескин тупые рассказы. Который влюбляется самым дурацким образом. Дружба это что-то тупое.
Очень грустно. Глупая девчонка. Раздражительная, из частной школы, сидит в шкафу, в шкапчике. Разбитое сердце. Все повергают меня в смятение, вы все расатащите меня так что каждому достанется пшик.
Все пенки сняты. Я — этот самый чел, который стоит в поле, соединяя ногами землю по обе стороны межи. Молчаливый гигант, мужик, парень, парубок, чубчик, кудряш, чмошник, гармонист, водочник, русский, косарь, бабник, слесарь, мёртвый, лентяй. Кобзарь, скобяной, мефедронщик, слизняк, атлет. Кашу из горшка в форме скуластого лица, из котелка в форме черепушки, из черпака в форме женской ручки. Водичку, боже, какую чистую, блестящую, прям холодную, такой больше нет. Ненавижу родителей. Атлетично сложеный, в выглажений косоворотке. С хорошими мазолями на руках. С горстью, полной человеческой жизнью и не занятый никакой работой, никаким станком или инструментом. Обрубок, культя, уже зажила, или на коже болтается отрубленая рука, или держит её в другой руке, чтобы врач пришил обратно. Это должна быть сложная операция, соединить все капиляры и лимфотоки, главное – добежать.
30 апреля 2022
Очень грустно. Глупая девчонка. Раздражительная, из частной школы, сидит в шкафу, в шкапчике. Разбитое сердце. Все повергают меня в смятение, вы все расатащите меня так что каждому достанется пшик.
Все пенки сняты. Я — этот самый чел, который стоит в поле, соединяя ногами землю по обе стороны межи. Молчаливый гигант, мужик, парень, парубок, чубчик, кудряш, чмошник, гармонист, водочник, русский, косарь, бабник, слесарь, мёртвый, лентяй. Кобзарь, скобяной, мефедронщик, слизняк, атлет. Кашу из горшка в форме скуластого лица, из котелка в форме черепушки, из черпака в форме женской ручки. Водичку, боже, какую чистую, блестящую, прям холодную, такой больше нет. Ненавижу родителей. Атлетично сложеный, в выглажений косоворотке. С хорошими мазолями на руках. С горстью, полной человеческой жизнью и не занятый никакой работой, никаким станком или инструментом. Обрубок, культя, уже зажила, или на коже болтается отрубленая рука, или держит её в другой руке, чтобы врач пришил обратно. Это должна быть сложная операция, соединить все капиляры и лимфотоки, главное – добежать.
30 апреля 2022
В воздушной перспективе холмы и на кремовом глинозёме жёлтые поля.
Рэмбрандтовская корона блестит на внутренней стороне век.
Железная дорога огибает гору, открывая склон и сады.
Сложно удержаться от признаний в любви, будто скоро очень оборвётся всё.
Рэмбрандтовская корона блестит на внутренней стороне век.
Железная дорога огибает гору, открывая склон и сады.
Сложно удержаться от признаний в любви, будто скоро очень оборвётся всё.
Автобус – это остеклённая со всех сторон оранжерея, стекляный павильон. Он продолжает готический храм, который стремится истончить опоры и окружить пространство светоносной стеной.
Нужно время в поездке, чтобы внимание отдохнуло и деконценрировалось и поле зрения вышло из тоннеля и ты обнаружил себя окруженным ландшафтом под парящим балдахином.
Автомобиль же похож на беседку.
Нужно время в поездке, чтобы внимание отдохнуло и деконценрировалось и поле зрения вышло из тоннеля и ты обнаружил себя окруженным ландшафтом под парящим балдахином.
Автомобиль же похож на беседку.
Суетливое днище-донышко,
Кибальчича кипарисовый скверик,
Туй и лохов аллея тенистая и пахучая,
Рапортовала тоскливо и точечно Лариса-Кибела.
Витеиватные веневитиновки как речной вокзал покинуты бедовые заброшенки.
Колючки обнимаются интемнее, чем дальше заходишь
Кибальчича кипарисовый скверик,
Туй и лохов аллея тенистая и пахучая,
Рапортовала тоскливо и точечно Лариса-Кибела.
Витеиватные веневитиновки как речной вокзал покинуты бедовые заброшенки.
Колючки обнимаются интемнее, чем дальше заходишь
Если так ярка луна, то какой пригожий день на ней.
Если б формула–1 была формы треугольной головы.
Если бы двуручная пила вместо ручек имела символ треф.
Зачем сопротивляться поляне и долине?
Почему-то лишь искристой сваркой выразимы блоки схемы.
Внутри уютного котла мы собрались вокруг костра.
Сухой и длинный рисовый цветок, как дрóфа строгий сухостой.
Когда расслаблены слова, точёный образ – рябь над гулом и голодом.
Если б формула–1 была формы треугольной головы.
Если бы двуручная пила вместо ручек имела символ треф.
Зачем сопротивляться поляне и долине?
Почему-то лишь искристой сваркой выразимы блоки схемы.
Внутри уютного котла мы собрались вокруг костра.
Сухой и длинный рисовый цветок, как дрóфа строгий сухостой.
Когда расслаблены слова, точёный образ – рябь над гулом и голодом.
Отрокрык жирколаг
Смолевле жиспода
Дапсеждаш калзох
Хозоща марлешач
Юбендуф чуруэб
Бебрануц сливода
Далеметник жесткач
Жулик-жолдик дискач
Чанка ногвел лентранс
Сратиборлих холуй
Елюю черкичех
Крымский горный орех
Хелиада дилдак
Карамзин нализал
Закруботник конав
И круботник канов
Ваня дворник прощи
Щачло зубеклала
Лаламудерекладажлузня
Смолевле жиспода
Дапсеждаш калзох
Хозоща марлешач
Юбендуф чуруэб
Бебрануц сливода
Далеметник жесткач
Жулик-жолдик дискач
Чанка ногвел лентранс
Сратиборлих холуй
Елюю черкичех
Крымский горный орех
Хелиада дилдак
Карамзин нализал
Закруботник конав
И круботник канов
Ваня дворник прощи
Щачло зубеклала
Лаламудерекладажлузня
Для кома в горле современная ткань
Кромешный воздух надувает парашюта луковицу
Маковку батута надувают твои, читатель, губы
Об стекло вальера бъётся что осталось
Между мной и тобой колосится поле
Кромешный воздух надувает парашюта луковицу
Маковку батута надувают твои, читатель, губы
Об стекло вальера бъётся что осталось
Между мной и тобой колосится поле
Мы будем лежать на песке под небом, смотреть "Страну Приливов" на ноутбуке
На повторе будем слушать песню, пока она не станет собой
В бетоне каждая ветка арматуры будет подпевать
И кипарис шелестеть, нагоняя теплоту
Мы прилегли под каждой галькой
Пока буквы не показали углы
Пока кофе не запахнет следующим вечером
На повторе будем слушать песню, пока она не станет собой
В бетоне каждая ветка арматуры будет подпевать
И кипарис шелестеть, нагоняя теплоту
Мы прилегли под каждой галькой
Пока буквы не показали углы
Пока кофе не запахнет следующим вечером
Строгая, раскрытая, тропических цветов,
Птица певчая: певчий клюв, певчее горло, певчий зоб.
Песни фанки иль невыносимый вой.
Свист и скрежет и гулкий гром.
Как камни кёрлинга, как шорох счётчика банкнот.
Призрак не может зацепиться ни за что.
Кружится и полирует паркетный пол.
Птица певчая: певчий клюв, певчее горло, певчий зоб.
Песни фанки иль невыносимый вой.
Свист и скрежет и гулкий гром.
Как камни кёрлинга, как шорох счётчика банкнот.
Призрак не может зацепиться ни за что.
Кружится и полирует паркетный пол.
Тебя отжимали и уж
Залез в твои трусы
Жёлтый осенний лист
На лбу гадюки лёг
(Так можно принять гадюку за ужа)
Твёрдый хуй в кармане пальто в пол лежит
14 мая 2024
Залез в твои трусы
Жёлтый осенний лист
На лбу гадюки лёг
(Так можно принять гадюку за ужа)
Твёрдый хуй в кармане пальто в пол лежит
14 мая 2024
Внутри меня качается такой перунчик с полинезийской маской, глинобитный шатун
Траншеи, окопы на карте как петроглифы и родовые знаки
Ты сам как злаковое поле или пещерный городок
У чёрного, непроглядного неба и у жёлтой лампочки есть свой бесконечный сентябрьский закат
Корочка льда на лужах, её аккуратный хруст;
И рассхошийся жгут, и то как он крошится
Любимая, любимая
Любимое здание школы
Останутся лишь трещены на асфальте и растущая сквозь них микрозелень, которая однажды высохнет и пожелтеет навсегда
20 июля 2024
Траншеи, окопы на карте как петроглифы и родовые знаки
Ты сам как злаковое поле или пещерный городок
У чёрного, непроглядного неба и у жёлтой лампочки есть свой бесконечный сентябрьский закат
Корочка льда на лужах, её аккуратный хруст;
И рассхошийся жгут, и то как он крошится
Любимая, любимая
Любимое здание школы
Останутся лишь трещены на асфальте и растущая сквозь них микрозелень, которая однажды высохнет и пожелтеет навсегда
20 июля 2024
Маленький человек, будто нарисованный гуашью, какой-то гоголевский или вальзеровский герой убегает, прячется, хочет укрыться.
Хочет расствориться в ряби опавших листьев на легком ветру или в ряби горячего чая, когда на тот дуют остужая или в том призрачном тумане, похожем на вьюгу, что поднимается над этим чаем.
И сладость от сахара во рту переходит в горькую и кислую вязкую слюну.
Под студёной утренней травой дышит чернозём (чёрная земля–мужчина). Только трава не деаёт сыпаться комкам почвы его вздымающейся земляной груди.
На этой мускулистой и крепкой груди стоят зелёные и коричневые дачи с верандами, стоят как сказочные, фантазийные бабы, с наливными кругло-румяными лицами окаймлёнными яркими узорчатымм платками (дачи–женщины).
Мужичку, гонимому ветром и ворохом розданных впопыхах обещаний, ему желается лишь сидеть на такой веранде с чаем и смотреть на зелень, может даже лечь на траву, но уже осень и трава холодная и земля тоже.
24 сентября 2024
Хочет расствориться в ряби опавших листьев на легком ветру или в ряби горячего чая, когда на тот дуют остужая или в том призрачном тумане, похожем на вьюгу, что поднимается над этим чаем.
И сладость от сахара во рту переходит в горькую и кислую вязкую слюну.
Под студёной утренней травой дышит чернозём (чёрная земля–мужчина). Только трава не деаёт сыпаться комкам почвы его вздымающейся земляной груди.
На этой мускулистой и крепкой груди стоят зелёные и коричневые дачи с верандами, стоят как сказочные, фантазийные бабы, с наливными кругло-румяными лицами окаймлёнными яркими узорчатымм платками (дачи–женщины).
Мужичку, гонимому ветром и ворохом розданных впопыхах обещаний, ему желается лишь сидеть на такой веранде с чаем и смотреть на зелень, может даже лечь на траву, но уже осень и трава холодная и земля тоже.
24 сентября 2024
В Гос-услуге
Не откажи Господь луга божьих коровок (Бежин луг),
Где гул нежен коворка хиджабок.
Гослинг-случка, где магнитом чулок манит лингам,
Где льётся малага на упругие тити Ляйсан
Как сома сквозь цедилку из овечей шерсти
19 октября 2024
Не откажи Господь луга божьих коровок (Бежин луг),
Где гул нежен коворка хиджабок.
Гослинг-случка, где магнитом чулок манит лингам,
Где льётся малага на упругие тити Ляйсан
Как сома сквозь цедилку из овечей шерсти
19 октября 2024
Nissan Qashqai,
Надир, подавай!
Бери пальто своё
И в таксо-мотор.
Рембетико ставь,
Ах ты, красава!
Саванны мчатся
И станицы Стáврополья.
Поляну проставлю
Как будем на пляже
5 октября 2020
Надир, подавай!
Бери пальто своё
И в таксо-мотор.
Рембетико ставь,
Ах ты, красава!
Саванны мчатся
И станицы Стáврополья.
Поляну проставлю
Как будем на пляже
5 октября 2020