Может, ты и появился на свет для того, чтобы для меня достать кулич, курицу и водку и составить мне компанию

(Аркадий Аверченко, "Телеграфист Надькин")

Не живи так, точно тебе предстоит ещё десять тысяч лет жизни. Уже близок час

(Марк Аврелий)

Зачем атомам так утруждать себя быть вами — не такое уж благородное занятие на атомном уровне

(Билл Брайсон, "Краткая история почти всего на свете")

Когда ты слышишь, что твой телефон молчит, знай, что это я не звоню тебе

(Флэгг Фэнни, "Жареные зеленые помидоры")

У Мани И. был очень корректный муж, но не было детей, зато их канарейка, жившая в клетке в полном одиночестве, вдруг снесла яйцо: обвинили Маниного мужа

(Лиля Брик, "Пристрастные рассказы")

Дружелюбие – это способность терпеть дураков с радостью

(Том Стоппард, "Изобретение любви")

― Мальчики, пошли наконец рубать! ― заорал Юрка. ― На первое возьмем шашлык! ― крикнул Алик.
― И на второе шашлык, ― сказал Димка

(Василий Аксенов, "Звездный билет")

Просто беда с ними, с откровенными, открытыми людьми. Они думают, что и все остальные такие же

(Халед Хоссейни, "Бегущий за ветром")

Судьба проказница, шалунья
Определила так сама:
Всем глупым счастье от безумья,
А умным — горе от ума

(Александр Грибоедов, "Горе от ума")

Я на свой лад сентиментален и скорее сделаю крюк в десять кварталов, только бы не пройти под балконами дома, где я был счастлив

(Хулио Кортасар, "Выигрыши")

Жизнь слишком коротка, чтобы жить мечтой кого-то другого

(Хью Хефнер)

Меньше сцен, сударыня, но с большим блеском!

(Андре Моруа, "Письма незнакомке")

Мы не спросили ни о чем,
И не клянемся, что до гроба...
Мы любим.
Просто любим оба

(Есано Акико)

И торжествовала тогда довольность народная, так что всякой легко мог видеть, когда праздничной день в лете, то все места кругом Москвы за городом, сходные к забавам, как Марьины рощи, Девичье поле и протчее, наполнены были народом, которые в великих забавах и играх бывали, из чего можно было видеть довольность жития их

(Борис Куракин, "Гистория о Петре I и ближних к нему людях 1682—1695 годах")

Да разве журнал издается для черни? Умилосердитесь!

(Николай Надеждин, "Всем сестрам по серьгам")

Везде исследуйте всечасно,
Что есть велико и прекрасно

(Михаил Ломоносов)

— Пошёл вон, — сказал ему Воланд.
— Я ещё кофе не пил, — ответил кот, — как же это я уйду?

(Михаил Булгаков, "Мастер и Маргарита")

Взрослых все-таки нужно жалеть. Ведь, как правило, они умирают раньше нас

(Владимир Киселев, "Девочка и птицелет")

Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам насладиться

(Николай Гумилев)

Я родился в двадцать восьмом году, двадцать восьмого числа... и всю мою жизнь двадцать восемь было для меня самым счастливым числом. И вот только недавно мне пришлось узнать, что и в математике двадцать восемь есть особенное "совершенное" число

(слова Льва Толстого из "Международного толстовского альманаха", 1909)

То, что тебе непонятно, ты можешь понимать как угодно

(Чак Паланик, "Дневник")