У вас есть только один способ убедить других — выслушать их

(Джордж Вашингтон)

Как драгоценности от небреженья,
Цари теряют от неуваженья
Свой гордый блеск

(Уильям Шекспир, "Перикл")

Не приближай, Господь, мой смертный час,
И мой последний вздох не торопи Ты,
Чтоб я без очищенья и защиты
Не отошел в путь дальний, ждущий нас

(Григор Нарекаци, "Книга скорби")

Уже само существование вируса иммунодефицита доставляло Джону Шоукросу изрядное удовольствие, но постепенно он пришел к выводу, что еще приятнее было бы, если бы он сам мог как-то быть причастен к этой божьей каре

(Грег Иган, "Моральный вирусолог")

Нет ничего более естественного, чем считать, что в твоих неудачах есть вина других, так же как совершенно естественно забывать тех, кто причастен к твоим успехам

(Трумен Капоте, "Хладнокровное убийство")

Люблю добрых. Ни умные, ни талантливые меня уже не волнуют

(Горан Брегович)

Жизненный опыт показывает, что в абсолютном большинстве случаев человек, обладающий всей полнотой конкретной информации, продолжает сидеть без движения

( С. Змеев, "Интуитивный Трейдинг. Секреты Нейроинсайдера. Биржевая магия" )

Клянусь своей жизнью и любовью к ней , что никогда не буду жить ради другого человека и никогда не попрошу другого человека жить ради меня

(Айн Рэнд, "Атлант расправил плечи")

Чем ты, Россия, не изобильна?
Где ты, Россия, не была сильна?

(Василий Тредиаковский)

Улыбаться с разбитым сердцем — это мы, женщины, умеем

(Филиппа Грегори, "Еще одна из рода Болейн")

Новые мысли придумывают мудрецы, а распространяют глупцы

(Генрих Гейне)

Веселье то лишь непорочно,
Раскаянья за коим нет

(Гавриил Державин)

Сон в некоторых случаях есть также нечто вроде репетиции того, что должно случиться в действительности

(Николай Некрасов, "Макар Осипович Случайный")

Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры. И потому он ищет женщину, как самую опасную игрушку

(Фридрих Ницше, "Так говорил Заратустра")

У нас могут быть только две партии: одна у власти, другая в тюрьме

(Николай Бухарин)

Либо людям наплевать на меня, и тогда я тоскую; либо они не интересны мне, и их это злит

(Камилла Стен, "Мертвый город")

Как всегда, когда я хочу избавиться от кого-нибудь, кого слушаю через силу, я сделал вид, что со всем согласен

(Альбер Камю, "Посторонний")

— Позволь спросить у тебя кое-что, – сказала Тереза Брюнель. – Какой самый верный способ уничтожить человека?
Жером отрицательно покачал головой, не зная ответа.
– Сначала ты завоевываешь его доверие, – сказала она, не сводя с него глаз. – А потом предаешь

(Луиза Пенни, "Время предательства")

Мы поставили чайник на спиртовку в носовой части лодки и удалились на корму, делая вид, что не обращаем на него внимания и озабочены совершенно другими делами. Это единственный способ заставить чайник закипеть. Если только он заметит, что вы нетерпеливо ждете, чтобы он закипел, – он даже и зашуметь не подумает

(Джером К. Джером, "Трое в лодке, не считая собаки")

Русский мат на несколько веков старше современного языка и звучал ещё в древнерусском. Вот и гадай после этого, кто кем засорён

(Фёдор Плевако)

Дни рождений, как и дни рождества, сотворены для разочарований. Всегда это притворное, заранее расписанное веселье — всегда это дуло к виску: «Веселись, кому говорят!»

(Джон Голсуорси)