Из группы Всемирный Клуб Одесситов.
Эти "10 нескучных фактов об Одессе", о которых пишет Марина Опачевская, проливают свет и на менталитет одесситов.
⚓️ Одесса - город, у которого отсутствует единый центр. Здесь нет одной центральной площади и даже Дерибасовскую нельзя назвать однозначным центром Одессы.
⚓️ Одесса - город, получивший одни из первых в Российской империи Оперный театр, гимназию и библиотеку. Именно одессит привёз первый в Российской империи автомобиль. Издатель газеты «Одесский листок» ездил на авто, когда царь ещё пользовался лошадьми.
⚓️ Одесса - город кофе наравне со Львовом. Хотя именно Львов претендует на это звание, Одесса была городом, где в начале 19 века можно было заказать кофе в кафе, в отличие от Петербурга. Этому не мог нарадоваться Пушкин, который 13 месяцев своей ссылки провёл в Одессе.
⚓️ Пушкину настолько понравилась Одесса, что он очень живописно описал ее в письмах брату Льву Сергеевичу. Лев Сергеевич заочно влюбился в наш город и прожил тут всю свою жизнь. Он был похоронен на Первом Христианском кладбище.
⚓️ Одесситы наравне с жителями Лондона и Парижа могли приобрести украшения ювелира Карла Фаберже в фирменном магазине, который открылся в Пассаже в конце 19 века.
⚓️ Одесса - второй город в мире, где есть Аллея звёзд. На Ланжероновской каждый год в день рождения города закладываются звёзды в честь людей, прославивших Одессу.
⚓️ Об одесских катакомбах наслышаны многие. А вот про одесский подземный театр знают не все. Театральное пространство расположилось под Сабанеевым мостом, на Военном спуске в бывшей мине.
⚓️ Здание одесского главпочтамта на Садовой - первое в Российской империи здание, построенное как узел связи. Сегодня здание главпочтамта может похвастаться самым большим световым фонарем в городе и самым высоким залом на первом этаже.
⚓️ Здание одесского цирка построил миллионер и пивной магнат Санценбахер. Цирк долго назывался железным - его конструкция создавалась в Германии и была собрана без сварки на заклёпках. Конструкция существует до сих пор.
⚓️ Знаменитая Потемкинская лестница не сразу получила такое название. Она была Бульварной, Гигантской и даже Николаевской. Потемкинской же стала после 1926 года.

80 лет назад началась публикация поэмы "Василий Тёркин" - великого народного эпоса. Перечитаем?

Где–то там, за полем бранным,
Думу думает свою
Тот, по чьим часам карманным
Все часы идут в бою.

И за всей вокруг пальбою,
За разрывами в дыму
Он следит, владыка боя,
И решает, что к чему.

Где–то там, в песчаной круче,
В блиндаже сухом, сыпучем,
Глядя в карту, генерал
Те часы свои достал;
Хлопнул крышкой, точно двёркой,
Поднял шапку, вытер пот...

И дождался, слышит Тёркин:
— Взвод! За Родину! Вперёд!..

И хотя слова он эти —
Клич у смерти на краю —
Сотни раз читал в газете
И не раз слыхал в бою,—

В душу вновь они вступали
С одинаковою той
Властью правды и печали,
Сладкой горечи святой;

С тою силой неизменной,
Что людей в огонь ведёт,
Что за всё ответ священный
На себя уже берёт.

— Взвод! За Родину! Вперёд!..
#ТвардовскийТёркин

Ну что ж, сегодня можно порадоваться и за нас с Трамвайчиком, и за всех тех замечательных авторов, которые вошли в шорт-лист Международной премии им. Фазиля Искандера. https://lgz.ru/news/iskander_nabiraet_vysotu/?ysclid=l7nec86kfq463837576

Мы все в одной лодке. Где бы кто из нас ни находился. Сегодня это особо ощутимо. Плывём в осень во всём её метафорически глубинном смысле. Плывём с весомым багажом памяти. В отличие от весны, осень направлена на прошлое, но с привкусом настоящего. От настоящего никуда не деться в этой машине времени. Смотришь, как окрашен в лёгкую желтизну лист, и вспоминаешь его в недалёком прошлом, а потом и в далёком, и всё это с позиций настоящего… ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ: https://gostinaya.net/?p=23344&fbclid=IwAR0fwDiph8XvAxRJr3le-f4SMiCykT-xgZWjFIE8ohkJ7XEiJaPOjiuGpKM

Стихи по погоде. У нас дождь...
* * *
В дождь сильнее привязанность к дому,
Дольше улицы вьются к теплу,
Придается значенье подъему
И разрытой трубе на углу.
В дождь все земли приходят к единству
По слезе, по струе, по реке –
По земному размазавшись диску –
И молчат на одном языке.
Как с педали не снятая нота,
Резонируют капли в окно.
В дождь всегда вспоминается что-то,
Что, казалось, просохло давно.

Из блога Марины Кудимовой в VK. "НЕ ВСЁ ПРОДАЁТСЯ, ЧТО ПОКУПАЕТСЯ
​
День рождения А.И. Куприна. Грех не вспомнить.
Я совершенно точно «всему хорошему во мне» обязана рассказу «Белый пудель». Ни одно произведение, прочитанное в детстве, не вызвало такой бури чувств. История о том, как по старой ялтинской дороге из Севастополя идут в надежде заработать на богатых дачах два бродячих артиста – старый и малый – и их друг и кормилец королевский пудель Арто, первой в художественной литературе ненавязчиво и просто научила меня начаткам христианского смирения. Дедушка Лодыжкин и свою «почти сознательную», ​тяжкую и хрипучую шарманку воспитывал в том же духе: ​
– Что́, брат? Жалуешься?.. А ты терпи...
Его невинное бахвальство ​ («Ты меня спроси: уж я все знаю!»), его немощь, страх перед властью и стыд за то, что живет по чужому паспорту, - все перевешивается его кротостью («Я ведь не обижаюсь, я ничего… зачем обижаться?»). И только когда «господа» предлагают ему продать собаку, он «обижается».
По деталям этой жемчужной прозы я узнала не только крымскую, но и всю русскую жизнь начала ХХ века. Не разгадала только, почему Сережа называет Ибрагима «турецкой лопаткой». Но в великих произведениях всегда остаются темные места.
​Меня восхищало, что Лодыжкин молится перед трапезой, как моя бабушка. Меня, росшую в уральской тайге, до дрожи пробирала «серебряная дорожка» ночного моря.
​ Мальчик-сирота, ловкий, добрый, умный, бесконечно неприхотливый и терпеливый Сережа, был моим героем. Он учил меня взрослению на беде. Но главный урок все же состоял в другом:
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ - Нет​ вещи,​ которая​ бы​ не продавалась, - настаивает барыня. ​ ​
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ -​ Не все продается, что покупается, - отрезает дедушка."

И изображение под этой записью.

Господи, тебе видней… | Журнальный мир
https://xn--80alhdjhdcxhy5hl.xn--p1ai/content/gospodi-tebe-vidney

Из Гостиной. На сей раз - литературоведение. Это не первая публикация глав и фрагментов из замечательной и полюбившейся книги Марины Кудимовой «Кумар долбящий и созависимость. Трезвение и литература» (СПб.: Алетейя, 2021. С.700). С позволения автора, публикуем фрагмент ещё одной интереснейшей главы в надежде, что читатель сумеет приобрести и прочитать книгу полностью.
https://gostinaya.net/?p=23264

Лето отступает потихоньку.
Три звезды всё раньше на часах.
Кресло притулилось к подоконнику
И грустит о том, что день иссяк.
Был – и только блик на горизонте,
Память, что ушёл в разгаре дел
И оставил сумеречность в комнате
С креслом без того, кто в нём сидел… ©Вера Зубарева

Только что выпустили видео на основе моего прочтения нового перевода "Слова..." Видео идёт с текстом из книги и под музыку Вадима Зубарева. Монолог Святослава читает Ефим Бершин. [М.: Языки славянской культуры / LRC Publishing House, 2021
100 c., ил. — (Studia philologiсa. Series minor). ISBN 978-0-9861106-6-5 Издание второе, дополненное. Предисловие А.В. Маркова.] Аудиокнига выходит в том же издательстве, что и перевод. К её выходу приурочено видео: https://www.youtube.com/watch?v=PsIuO_inFXc

***
Листья ходят по саду,
Сбивчиво говорят.
Взлетят, а потом присядут
Друг на дружку, не в ряд,
 
Их поджимает прожелть.
Кто умелькнуть сможет
Хоть на полуверсту
От осеннего жома?
Тянется лист к чужому
Дереву и кусту.
 
Как совершенно летний,
Дольше и безбилетней,
Жох, Дориан Грей,
Зелен один чубушник,
Но в заплатках бэушных
Он у моих дверей.
 
Чуткий к иным обновам,
Каждым дрожит пестом,
Палым, златым, кленовым
Сплошь обсажен листом.
 ©

Объём огня потерян до заката.
Потерян так, как будто бы сто лет
До потрясенья солнцем,
До возврата
Мазка – в явленье, а штриха – в предмет.
Объёмы сумерек, объёмы ожиданья...
И расплылось в раздумьях мирозданье,
И не найти связующую нить.
И ядовито потемнели шторы,
Чтоб сразу за вопросом: «Час который?»
Незыблемое в зыбкое сманить. ©Вера Зубарева

Завидую заранее тем, кто сумеет быть. Удачи, Маринушка!

🟥«За рощу я, и за пущу я...»: Марина Кудимова в Доме Ростовых

28 сентября на Поварской состоится творческий вечер Марины Кудимовой – поэта, прозаика, переводчика, публициста, историка литературы.
М. Кудимова – автор поэтических сборников «Перечень причин», «Чуть что», «Арысь-поле», «Целый Божий день» и других. Лауреат Волошинской премии, премий им. Маяковского, Лермонтова, Антона Дельвига и многих других.

Марина Кудимова не нуждается в долгих представлениях: «Сейчас я знаю в поэзии два имени – Иосиф Бродский и одна девчонка из Тамбова», – сказал про нее однажды Е. Евтушенко. Стихи Кудимовой – одновременно откровенные и исповедальные, новаторские и обращенные к традиции.

Ждём всех ценителей позии.

Начало в 19:00. Вход неизменно свободный.

168 лет назад, 25(13) сентября 1854 года, началась оборона Севастополя. Почти целый год гарнизон героически противостоял превосходящим англо-французским силам. Вместе с русскими солдатами и офицерами все тяготы осады разделяли сёстры милосердия. 2 июня 1855 года в газете «Одесский вестник» была опубликована статья военного медика П. Дьяконова «Женщина и женщины в Севастополе», посвящённая подвигу сестёр Крестовоздвиженской общины в годы Крымской войны. Материал доступен по ссылке.

Один из лучших научных журналов "Вопросы литературы" в рубрике "Горячая десятка" поместил сентябрьскую подборку, посвященную исторической поэтике. Редакция журнала «Вопросы литературы» выбрала 10 статей, рассказывающих о стратегиях развития Digital Humanities, гуманитарной угрозе для теории литературы, метакритике, русском формализме, ренессансном сонете, Веселовском в англоязычной интерпретации, а также сделала стенограмму круглого стола современных критиков. В число 10 лучших статей из рубрики «Теория литературы» наряду со статьями таких корифеев, как И. Шайтанов и Валерий Тюпа, вошла моя статья "Перечитывая А. Веселовского в XXI веке", чему я, конечно, несказанно рада.
"Годы занятий общей теорией систем (ОТС) и ее приложениями к литературоведению дали возможность по-новому взглянуть и на то, что сделал и пытался донести до нас Веселовский, который «был достаточно скуп на теоретические высказывания». Речь идет не только о методе его литературоведческого анализа, но, прежде всего, о методе мышления, задавшем направление его поискам. В русле ключевых разработок ОТС захотелось переосмыслить и термин «историческая поэтика», и специфику сопоставлений Веселовского, и его идею смен исторических и литературных периодов, и роль субъективности в научной оценке… И открылся неизвестный доселе Веселовский."
https://voplit.ru/2022/09/21/istoricheskaya-poetika-na-fone-sporov-o-sovremennoj-kritike/

#НовостиПоэзии_Prosodia
На вечере поэтесса прочитает свои лучшие стихи.

Подробнее - на нашем сайте.

Дети не знают, что происходит
глубокой ночью,
Куда летишь вместе с городом
под разрывы оставшихся связей
Со скоростью темени,
относительно которой всё прочее
Измеряется по ту сторону
человеческой фантазии.
Видишь то, что раньше было не велено,
Когда зажмуривался,
в надежде подсмотреть,
Что происходит в момент её наступления,
Как из жизни пытаются
подглядывать в смерть.
А теперь вот закрыть бы глаза,
чтобы миновало
Это зрелище опрокинутых
в безмолвие мыслей,
Где собственное одинокое начало
Пребывает, заглушённое до пианиссимо.
Где эта непридуманная никем колыбельная
Для ума, который давно всё уже понял?
Кто бы так сумел нашептать: «Не велено!»,
Чтоб уснуть, лишившись собственной воли?
Как укрыться под то спасительное одеяло,
Под которым никаких разногласий с душою,
И превратиться в прежнее малое,
Просто и радостно вливающееся в большое? ©Вера Зубарева

СООБЩАЮЩЕЕСЯ МОЛЧАНИЕ

Я люблю диалог – наиболее полно передающее способы общения слово. Автор сообщается с читателем либо «как со знающим», либо «как с незнающим», либо «как с самим собой». Мартин Бубер говорил, что самое горячее словесное общение еще не разговор, а для разговора иногда не нужен звук, не нужен даже жест. Это и есть литература – «сообщающееся молчание», по тому же Буберу. Ни Шекспир, ни Толстой, ни Гоголь никогда не заговорят с нами напрямую – только через фабулу и героев. И чем такое молчание «в одиночестве мира» многозначнее и выразительнее, тем больший срок отведен молчальнику в вечности.

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Ах, ухватиться б за подол заката
И плыть, и плыть – туда, где не объято
Никем, пространство жмётся на краю
Всего земного, что уму понятно,
И напевает "баюшки-баю".
И на зеркально-синей акварели
Качаются, как лодки, колыбели,
Плывут, как сны, туманы вдоль земель,
И лунный свет играет на свирели
И нить судьбы мотает на свирель.
А ночью кроны – как большие крыши.
Под ними заклинается в двустишье
Магическое "баюшки-баю".
Ты слушаешь. Ты спишь. А край всё ближе.
Как ни ложись, проснёшься на краю.
И смешивая сумрак с небесами,
Единый кто-то, множась голосами,
Поёт одно и то же – «не ложись!»,
Но исподволь меняет всё местами.
Очнёшься, вздрогнув. Полоснёт, как пламя…
«Кто это был?» И вдруг прозреешь: жизнь.
©Вера Зубарева