Forwarded from Община ACEC «Матерь Несломленных»
Перевод: «Девочки! Эта работа тоже для вас!»
Forwarded from Община ACEC «Матерь Несломленных»
«Число наших конфессий можно было сократить до двух. Первой из них стала бы ненависть, которая использует обряды и догмы, чтобы нападать на других. Другая - Любовь, которая позволяет очень разным людям познать их единство и братство перед Богом".
Ричард Вурмбранд
Из книги «Христос спускается в тюремный ад»
Ричард Вурмбранд
Из книги «Христос спускается в тюремный ад»
о.Александр Мень размышляет о культуре и Исламе ⬇️
Библия - это вечные истины? Осторожно!
Конечно, вечные. С одной стороны.
А с другой - когда там вечное - только вечное - чисто духовное - это убивает ее плоть. Внеисторическое чтение делает из Слова Божия - просто сборник цитат, выражающих вечные истины - это убийственно. (И что потом удивляться успеху Довинченных кодов, Евангелия от Иуды и гностиков?) Оно - Слово Божие, конечно, но существует всегда в истории. И в окружающем мире своего времени с его проблемами. Потому она и написана на разных языках в разных культурных контекстах разными живыми авторами со своими темпераментами, психологиями и вопросами. Оно бросает вызов властям, империям, а не только персональным внутренним грехам.
Поэтому грустен подход: у меня вопрос - что Библия скажет на это? Я вовсе не о протестантах - кажется, это свойственно многим конфессиям - ну, православные обильно приправят Отцами, у протестантов этого нет, но сути сейчас это не меняет. (А еще удобнее бы разложить нужные цитаты по полочкам - и… Получится скучный набор прописных истин для катехизиса. Учение о разводе, учение о покаянии, учение о благотворительности - ненавижу! Это убивает. Это превращает нечто невыносимо прекрасное, неуловимое, многосмысленное - в банальности и общие места, которые мы сто раз слышали в проповедях.)
Вот и исток нео-гностицизма (и любви к Довинченному) сегодня. Ищи глубоко в себе сокровенную вечную истину и спасайся как можешь.
steba.livejournal
Конечно, вечные. С одной стороны.
А с другой - когда там вечное - только вечное - чисто духовное - это убивает ее плоть. Внеисторическое чтение делает из Слова Божия - просто сборник цитат, выражающих вечные истины - это убийственно. (И что потом удивляться успеху Довинченных кодов, Евангелия от Иуды и гностиков?) Оно - Слово Божие, конечно, но существует всегда в истории. И в окружающем мире своего времени с его проблемами. Потому она и написана на разных языках в разных культурных контекстах разными живыми авторами со своими темпераментами, психологиями и вопросами. Оно бросает вызов властям, империям, а не только персональным внутренним грехам.
Поэтому грустен подход: у меня вопрос - что Библия скажет на это? Я вовсе не о протестантах - кажется, это свойственно многим конфессиям - ну, православные обильно приправят Отцами, у протестантов этого нет, но сути сейчас это не меняет. (А еще удобнее бы разложить нужные цитаты по полочкам - и… Получится скучный набор прописных истин для катехизиса. Учение о разводе, учение о покаянии, учение о благотворительности - ненавижу! Это убивает. Это превращает нечто невыносимо прекрасное, неуловимое, многосмысленное - в банальности и общие места, которые мы сто раз слышали в проповедях.)
Вот и исток нео-гностицизма (и любви к Довинченному) сегодня. Ищи глубоко в себе сокровенную вечную истину и спасайся как можешь.
steba.livejournal
....Кто хочет узнать волю Божию, ищите тишины. Кто хочет собрать свои мысли и чувства, ищите тишины, потому что наши мысли и чувства разбегаются, не подчиняются нам. Мы живем всегда в рассеянности, но истинная духовная жизнь человека происходит только в собранности, внутреннем уединении. Надо собрать свои мысли и чувства в тихий очаг в глубине сердца, чтобы там наступило молчание, в котором Бог произносит Свое слово, обращенное к тебе. Если мы не будем заставлять, принуждать себя к молчанию, если мы останемся подвластными житейскому шуму, бесконечному бегу, то у нас вся жизнь пройдет на поверхности, без глубины, без духовности, без настоящей встречи с Господом.
Прот. Александр Мень
Прот. Александр Мень
Христианство – это событие. Нет другого слова, чтобы описать его природу: это не "закон", не "идеология", "концепция" или "проект". Христианство – не религиозное учение, не свод нравственных законов, не совокупность обрядов.
Христианство есть факт, событие: все остальное из этого вытекает.
Л.Джуссани. "Прочертить след в истории мира"
Христианство есть факт, событие: все остальное из этого вытекает.
Л.Джуссани. "Прочертить след в истории мира"
Телеканал History продолжает радовать своих поклонников интересными исследованиями в области религии и презентует миру новый удивительный фильм под названием «Иисус: Его жизнь».⬇️
Душа одна сама по себе много дороже целого мира и мирского царства.
Преподобный Макарий Великий
Преподобный Макарий Великий
28 марта 1929 года в Польше, появилось женское священство.
Первая, подобного рода церемония рукоположения прошла в Старокатолической Церкви Мариавитов под призывом «Милосердия и любовь» в Плоцке. Первой женщиной, рукоположенной до сана епископа была 39-летняя сестра, Изабела Вилуцка. С тех пор с титулом первосвященника входила в состав правления Старокатолической Церкви Мариавитов.
P. S. Первая картинка - портрет.
Вторая - фотография.
Две последних - наши дни мариавитов.
Первая, подобного рода церемония рукоположения прошла в Старокатолической Церкви Мариавитов под призывом «Милосердия и любовь» в Плоцке. Первой женщиной, рукоположенной до сана епископа была 39-летняя сестра, Изабела Вилуцка. С тех пор с титулом первосвященника входила в состав правления Старокатолической Церкви Мариавитов.
P. S. Первая картинка - портрет.
Вторая - фотография.
Две последних - наши дни мариавитов.
Контраст означающего и означаемого
Лк 15:1-3; 11-32
Что можно говорить о притче о блудном сыне, когда о ней все сказано (причем в ней же самой)?
Однако есть один прием, позволяющий увидеть в некоторых притчах Иисуса, в том числе в этой, нечто новое. Этот прием дал сам Иисус, когда говорил об отце, который не может на просьбу сына о пище подать ему змею или скорпиона, после чего сказал: «И если вы, люди дурные, умеете давать своим детям что-то хорошее, то тем более Небесный Отец даст Святого Духа тем, кто Его просит!» (Лк 11:13). Здесь сравниваются земные отцы и Небесный Отец. Сравниваются по принципу «тем более». Оказывается, этот принцип надо вспоминать и при чтении других притчей. Например, когда мы читаем там же, в одиннадцатой главе Евангелия от Луки притчу о легшем спать человеке и его друге, который стучится и просит «три хлеба». Ведь не зря же именно после этого Иисус приводит сопоставление земных отцов и Небесного Отца по принципу «тем более». Друг, которому лень встать с постели и дать «три хлеба», – вовсе не прямое подобие Бога, а образ, созданный по контрасту. Такой же контраст – в притче о неправедном судье, который ни Бога не боялся, ни людей не стыдился (Лк 18:2-7).
Земные образы притчей Иисуса очень важны своей конкретикой и близостью к нам, слушателям. Но они важны и тем, что, будучи земными, они зачастую соотносятся с небесным именно по контрасту.
В притче о блудном сыне самое важное – в финале. И обратим внимание на то, как ярко тут работает принцип контраста. Да, земного отца можно упрекнуть в несправедливости. Но вот здесь слушатель и читатель притчи должны задуматься о том, можно ли в этом упрекнуть Отца Небесного. Притча точна своим психологизмом, и мы можем оказаться «убаюканными» реалистичностью этого психологизма. Наше восприятие говорит: да, я очень хорошо понимаю этого старшего брата. И вот здесь надо ударить себя ладонью в лоб и сказать: «Так ведь речь идет об отношении к Небесному Отцу!». Старший брат, который символизирует здесь фарисеев и учителей Закона (см. ст. 2), является образом респектабельной человеческой религиозности. И, правильно прочитанная, эта притча должна своим финалом сказать нечто важное о сущности этой религиозности. А сущность такова: респектабельная человеческая религиозность – это религиозность людей НЕВЕРУЮЩИХ. Ибо в Библии под неверием понимается вовсе не атеизм. Неверующий – это относящийся к Богу каким угодно образом, но только не тем, который предполагает, что Бог – это Бог. Упрекнуть Небесного Отца в несправедливости может только тот, кто не познал Его.
Итак, позиция старшего брата, то есть книжников и фарисеев, то есть респектабельной человеческой религиозности, – это просто позиция неверующего. Неверующий – это не знающий Бога. Только так притча может быть прочитана до конца. В противном случае мы будем рассуждать просто о «не очень красивом», но при этом совершенно понятном с психологической точки зрения поведении старшего брата. При правильном же прочтении мы увидим: младший сын оскорбил отца тем, что скандальным образом ушел от него, потребовав своей доли наследства, а старший сын никогда отца и не знал. И весь обличительный пафос притчи становится очевиден.
Rev. Dr. Ales Dubrouski
Лк 15:1-3; 11-32
Что можно говорить о притче о блудном сыне, когда о ней все сказано (причем в ней же самой)?
Однако есть один прием, позволяющий увидеть в некоторых притчах Иисуса, в том числе в этой, нечто новое. Этот прием дал сам Иисус, когда говорил об отце, который не может на просьбу сына о пище подать ему змею или скорпиона, после чего сказал: «И если вы, люди дурные, умеете давать своим детям что-то хорошее, то тем более Небесный Отец даст Святого Духа тем, кто Его просит!» (Лк 11:13). Здесь сравниваются земные отцы и Небесный Отец. Сравниваются по принципу «тем более». Оказывается, этот принцип надо вспоминать и при чтении других притчей. Например, когда мы читаем там же, в одиннадцатой главе Евангелия от Луки притчу о легшем спать человеке и его друге, который стучится и просит «три хлеба». Ведь не зря же именно после этого Иисус приводит сопоставление земных отцов и Небесного Отца по принципу «тем более». Друг, которому лень встать с постели и дать «три хлеба», – вовсе не прямое подобие Бога, а образ, созданный по контрасту. Такой же контраст – в притче о неправедном судье, который ни Бога не боялся, ни людей не стыдился (Лк 18:2-7).
Земные образы притчей Иисуса очень важны своей конкретикой и близостью к нам, слушателям. Но они важны и тем, что, будучи земными, они зачастую соотносятся с небесным именно по контрасту.
В притче о блудном сыне самое важное – в финале. И обратим внимание на то, как ярко тут работает принцип контраста. Да, земного отца можно упрекнуть в несправедливости. Но вот здесь слушатель и читатель притчи должны задуматься о том, можно ли в этом упрекнуть Отца Небесного. Притча точна своим психологизмом, и мы можем оказаться «убаюканными» реалистичностью этого психологизма. Наше восприятие говорит: да, я очень хорошо понимаю этого старшего брата. И вот здесь надо ударить себя ладонью в лоб и сказать: «Так ведь речь идет об отношении к Небесному Отцу!». Старший брат, который символизирует здесь фарисеев и учителей Закона (см. ст. 2), является образом респектабельной человеческой религиозности. И, правильно прочитанная, эта притча должна своим финалом сказать нечто важное о сущности этой религиозности. А сущность такова: респектабельная человеческая религиозность – это религиозность людей НЕВЕРУЮЩИХ. Ибо в Библии под неверием понимается вовсе не атеизм. Неверующий – это относящийся к Богу каким угодно образом, но только не тем, который предполагает, что Бог – это Бог. Упрекнуть Небесного Отца в несправедливости может только тот, кто не познал Его.
Итак, позиция старшего брата, то есть книжников и фарисеев, то есть респектабельной человеческой религиозности, – это просто позиция неверующего. Неверующий – это не знающий Бога. Только так притча может быть прочитана до конца. В противном случае мы будем рассуждать просто о «не очень красивом», но при этом совершенно понятном с психологической точки зрения поведении старшего брата. При правильном же прочтении мы увидим: младший сын оскорбил отца тем, что скандальным образом ушел от него, потребовав своей доли наследства, а старший сын никогда отца и не знал. И весь обличительный пафос притчи становится очевиден.
Rev. Dr. Ales Dubrouski
Исцеление расслабленного в Капернауме. Которого спустили к Иисусу через крышу ⬇️