«Транспорт как объект изображения давно присутствует в творческих практиках художников. Он предстаёт в искусстве как органическая часть общей картины бытия, как художественный образ, как индивидуальная рефлексия авторов. В задачи выставки не входит пересказ краткого курса истории транспорта: большинство работ не носят преднамеренного характера, не являются арт-документацией тех или иных видов и образцов транспорта».

«В нашем фильме мы переосмыслили классическую пьесу, перенеся простые человеческие чувства в современность. Для меня важно, что даже среди турбулентности, тревожности сегодняшнего мира жажда настоящей любви остаётся самой главной движущей силой человека».

«Как-то после вечерних съёмок на студийной машине мы с Никитой ехали домой. На съёмках я поливал из шланга асфальт, чтобы в нём отражались фонари, промок и замёрз. По дороге хотел купить водку, но все магазины и рестораны закрыты: четверть двенадцатого.

Сначала завезли Никиту на Воровского.

— Никита, вынеси мне грамм сто водки, — попросил я. — А то я простужусь.
Самому в такое позднее время заходить в дом и просить водку было неприлично.
Никита вынес мне от души — полный стакан.

А через несколько дней меня встретил его папа, Сергей Владимирович Михалков:

— Ты соображаешь, что ты делаешь? У меня инфаркт мог быть! Лежу, засыпаю — вдруг открывается дверь, на цыпочках входит мой ребёнок, открывает бар, достаёт водку, наливает полный стакан и на цыпочках уходит… И я в ужасе: пропал мальчик, по ночам стаканами водку пьёт…»

«Памятников в принципе немного, и находка каждого из них — это, конечно, уникальное явление. Они, к сожалению, не очень богаты материалом. Но мы изучаем не только артефакты, мы изучаем и конструкции, и способы организации пространства, и всё остальное».