Давно что-то не было постов про Койду. Поэтому держите в самый женский государственный день рассказ про одну женщину с крайнего севера.

Аня-чумработница!

Эта девушка заслуживает отдельного рассказа. После нашего первого концерта в клубе, во время посиделок за кружкой чая, она стала чуть ли не ключевой персоной вечера. Все внимание было устремлено на неё.
Очень обаятельная, обладающая каким-то необъяснимым внутренним шармом. Не сказал бы, чтоб она была красавицей, но уж точно была очень мила. С характерным северным говором с поднимающейся вверх интонацией в конце фразы. По ней видно, что ей не чужд тяжелый физический труд, при этом нет мужеподобности в ней. Она настоящая девушка, которая может и пококетничать, и при этом баню построить, собаку надрессировать, за дровами сходить, рыбы наловить и ещё много чего в суровых условиях тундры.

- А чем вы занимаетесь?
- А я – чум-работница.
- А это как вообще? Как так случилось?
- А все началось 5 лет назад, когда я приехала сюда, в Койду, работать в магазине продавщицей. Меня очень просила моя подружка, потому что никого найти не могли, ну я и решила на сезон приехать помочь. Оставаться и жить здесь, а тем более в тундре, планов не было. Во всем Арсений виноват!
- А что такое?
- А нечего было мне на глаза попадаться! Я как его увидела, что случилось со мной не знаю. Никогда такого не было. Просто поняла, что мой мужик! Ну я его в охапку и уже не отпускаю вот уже пять лет!
- А Арсений – он кто по профессии?
- Он оленевод, а я его чум-работница.
- То есть вы прям в чумах живете?
- Ну раньше были чумы, а сейчас специальные палатки. Но я не могу прям совсем по-оленеводски жить. У меня в моей чум-палатке и зеркало есть, и раскладушка, и отопление, всё есть необходимое. Но без изысков. Потому что, когда надо переезжать с места на место – надо же все это с собой перевозить. И так 8 возов везём. Это я ещё мужа приучила – у него раньше 15 было, все с собой таскал.
- А в чем же ваша работа как чум-работницы?
- А чум-работницы печку топят зимой, за дровами ходят, воду приносят, еду готовят. В общем обеспечивают быт оленевода. Ведь сам оленевод без дела не сидит. Ему нужно каждое утро собирать заново стадо. Олени – существа довольно глупые, у них отсутствует инстинкт самосохранения. Медведь, например, загрызет одного оленя, другие отбегут на небольшое расстояние и стоят смотрят, как хищник расправляется с их сородичем. И никаких выводов не сделают. Так вот олени пасутся сутки и потихоньку разбредаются, а потом оленеводы их собирают опять в кучку, считают, проверяют все ли на месте и те опять разбредаются в поисках новой пищи. Когда есть уже нечего мы снимаемся и ищем другое пастбище.
- А можно как-то научиться стать оленеводом?
- Неее. У меня брат хотел, просился. Арсений ему сказал – приезжай, я тебя в тундру отвезу и оставлю одного. Выйдешь – будешь оленеводом. Им нужно всю территорию наизусть знать, чтобы понимать, где может быть стадо, где медведь или волк ходит, да как домой вернуться хотя бы! Интернета то нету. Все на память. Я вот уже 5 лет живу – пару мест уже запомнила. Но меня надо на них привести и тогда я смогу вспомнить, что я тут была. А так чтобы сама, не, не могу. Арсений ещё прикалывался надо мной вначале, проверял на прочность. Мы, говорит, потерялись, все, не знаю, как дальше. Я сижу реву. Чего ревешь, спрашивает. Домой хочу, надо же маме помогать, да и собачки дома ждут. Сжалится - успокоит, выведет.
- А большое у вас стадо?
- Неее, маленькое – 500 голов всего. Оно у нас частное, но мы пасем его вместе с колхозным! Я вот в следующем году в колхоз собираюсь! Тут серьезная система вступления – сначала ты должен отработать 2 года, а потом все будут голосовать и принимать решение, можно ли тебя принимать в колхоз или нельзя тебе ещё пока доверять. Надеюсь вступлю!
- А как же вы тут, а стадо где?
- А у нас забойка сейчас. Старых уже оленей пришло время забить – не могут они уже больше, старые. Жалко ужасно, но что делать. Вот уже забили сколько планировали и теперь готовимся ямбдать – Серега поедет помогать.
- Что будете делать?

- Ямбдать – переезжать с места на место. Это на ненецком. Эти оленеводы как начнут между собой говорить – до сих пор не понимаю половину. Вроде слова все понятные, но ничего не понятно. Хотя я тут уже пять лет!
- А в город не тянет обратно? Вы же там так долго прожили?
- Да, почти 30 лет прожила в Архангельске! Но неее, не тянет. А что там делать то? Даже когда в отпуск езжу туда – стараюсь побыстрее дела все сделать, закупиться сразу на следующую зимовку, и сразу обратно. Скучно там. То ли дело в тайге! Вышла из палатки, удочку забросишь, сидишь рыбачишь. Не клюет? Колокольчик повесила на поплавок, пошла грибы собирать. Не хочешь грибы? Так ягоду – морошку, или бруснику. Дзынь-дзынь! Рыбку вытащила, закинула и дальше собирать. Ну красота же! Летом вообще хорошо. Печку топить не надо, а то зимой – раз в 2 часа надо дров подкинуть. А летом – благодать.
- А как вы знаете, сколько надо продуктов на сезон?
- Да теперь-то знаю. А сначала закупилась – так свекровь говорит: Ты что, с ума сошла? Вам это на несколько лет вперед. Но теперь уже знаю, сколько нужно чего и уже без свекрови справляюсь. Я её вообще подсидела! На пенсию отправила, и свекра тоже. Воюю правда с ним, он обижается. В возрасте уже – тяжело ему уже даются такие поездки в тайгу. Любит их ужасно, а я не пускаю. Не дай Бог что с ним случится, так ведь и домой не вернуть его никак.
- Надо же, такая жизнь тяжелая, а он туда рвется, нет, чтоб дома посидеть на старости лет.
- Так там интересно! Есть чем заняться! Надо вас на экскурсию свозить в стадо. Оно, кстати, недалеко сейчас. У креста поклонного на 9 км. Но я всегда так переживаю – это самое опасное место.
- А почему?
- Так майдинские украсть могут. Приедут на снегоходах, заарканят (вообще для них есть специальное слово, но я его не записал и естественно забыл) и потом ищи их и доказывай, что это твои. Но даст Бог все обойдется, пока очень мало мы так потеряли. Но потери все равно есть – то украдут, то зверь в стадо придет.
- А часто случается, что зверь приходит?
- Ой, у меня тут привез волка Арсений. Такой здоровый, это кошмар. Одна голова с пол моего тела! Отстрелили – а то повадился в стадо ходить. Так наш Пузырь, пес наш, понюхал его, так заскулил и убежал – во как испугался. Одного запах только. Без собачек поэтому никуда! Они нас не один раз предупреждали о звере. Один раз подняли вой ночью – думали просто так воют. И только наутро узнали, что по берегу ночью медведь ходил. А собаки зверя очень чуют! Правда они там стареют очень быстро – постоянно в работе, ноги очень быстро изнашиваются. В разы быстрее, чем городские. Тоже усыплять приходится. Всегда очень жалко, я же ведь их прям со щеночков всех выкормила. Арсений ругается – говорит и так собак полно, а я все равно притащу какого-нибудь. Была б моя воля – всех бы взяла!
- Да и им у тебя нравится, - вмешалась Галина Александровна, - они ж у неё дома живут зимой. Холодно им говорит!
- Ага, а вот вас на улицу выкинуть зимой – холодно будет? У них конечно шерсть, но ведь все равно холодно! А муж ругается, не разрешает! А я ночью встану и в палатку пущу одного. Через часик другого, через час третьего. А муж встанет, слышу споткнулся, ворчит, ругается, но не прогоняет уже. Один раз хотел, так я ему: сейчас тебя рядом с ними там привяжу – посмотрим, как тебе понравится. Перестал уже воевать со мной, смирился. А олени тоже иногда заглядывают, но их не пускаю! Есть один – повадился. Как я готовить начну – он голову засовывает в палатку и принюхивается, но уж его тоже жалко, но в чум не пускаю.
Так что видите, какая у нас жизнь интересная – оставайтесь у нас, всех научу, помогу. Будете чум-работниками у нас!

Ну и какой же весенний праздник и женский день без кантаты Весна в исполнении Камерного хора ПСТГУ?)

🌱В восьмой день весны мы наконец публикуем главную премьеру большого ноябрьского концерта - кантату «Весна» Сергея Васильевича Рахманинова. Запасайтесь вкусняшками на 18 минут красоты и драмы, чтобы дослушать до «Люби, покуда любится, терпи, покуда терпится» в исполнении нашего Тихона Зайцева.

А дорогих девушек и дам с праздником🌷

Театр, или как мы познавали искусство лицедейства.

На нашем приходе с 1992 года в течение 20 лет служил один из величайших священников современности – отец Олег Пэнежко. Это человек, восстановивший около 5 храмов, создавший крепчайшую общину, собравший хор, приходской театр, организовавший воскресную школу, который в каком-то настолько древнем году, что мне ещё и пяти лет не было, получил патриаршую грамоту и выступал в Москве со спектаклем «Царь Горох». В этом спектакле играл современный настоятель нашего храма – отец Антоний Рыжаков, его достойный преемник.

Изначально театр ставил постановки для детских утренников из серии «Иоанн Богослов», «Маланья, голова баранья» и др. Но потом к нам в храм пришла Любовь Ивановна – профессиональный режиссер из института Русского театра. Пришла в результате личной жизненной трагедии, после которой многие бы и не оправились. Но величайший дар отца Олега был именно в том, чтобы находить человеку то дело, которое раскроет его талант, поможет ему "зацепиться" в храме, не пасть в глубины собственного уныния и отчаяния. И главное – умел вдохновить человека на это делание и долго умел его в этом поддерживать. Даже если взгляды на происходящее расходились. Потому что проблем в понимании театра не не было.

Любовь Ивановна – модерновый режиссер, любящий вставить что-то оригинальное, использовать что-то интересное, типа пластиковых масок и проч. Батюшка же – любитель максимально классического театра, в котором должна быть только игра актеров. На этой почве неоднократно были долгие обсуждения и разговоры, бывало батюшка убегал с середины спектакля, потому что ему не понравилась сцена, бывало на последней репетиции запрещал что-то показывать из подготовленного и мы меняли, но в итоге Любовь Ивановна задержалась

Самая первая наша постановка был тот самый Иоанн Богослов. Я тогда играл его ученика, Прохора. И попал под раздачу. Её первая репетиция началась с моего монолога. Огромный монолог в стихах на полстраницы А4. Полтора часа работы и она все равно чем-то недовольна. «Красишь слова» - что за бред? Я уже не первый год играю и тут те на-те. Слова красишь!!! Тогда возмущался. Но внутри, сжав зубы, скрепя сердце. Понимал, что она явно знает больше и надо просто сейчас довериться, послушаться и сделать, как просят. Переспал с текстом, начинаю с её правками – не узнаю собственный диалог. Он стал другой, наполнился смыслом. Любовь Ивановна все равно недовольна, но работать стало интересно.

Вообще Любовь Ивановна редко была нами довольна. Трагедия её жизни, амбиции профессионального режиссера, жизнь в среде артистов – все это накладывало на неё отпечаток, который усугублялся её сильнейшим характером. Пару раз она не хотела выходить на поклон, когда её приглашали, неоднократно на последней репетиции накануне был полный разнос, потом мы сидели до полуночи – заново разбирали тексты, пересматривали задачи героев, сверх-задачу спектакля. Было неимоверно интересно. Пару раз она нас обвиняла, что у нас нет коллектива и мы друг друга не поддерживаем. Потом у неё что-то случилось в её театральном коллективе - извинялась перед нами, что наехала. Поняла разницу.

В итоге мы стали делать постановки русской классики. Нашей визитной карточкой стал водевиль «Беда от нежного сердца» Владимира Соллогуба. Где только мы его не показывали, какими составами только не играли. Единственный спектакль, который мы крутили несколько лет подряд. Потом были «Светский случай» Хмельницкого, «Идеальный муж» Оскара Уайльда, «481 градус по Фаренгейту» Рэя Бредбери, спектакли по рассказам Чехова и Тэффи, «Сотворившая чудо» и другие спектакли. Кульминацией нашей русской театральной деятельности стала защита диплома Любовь Ивановны в институте Русского театра перед Марком Разовским – показывали ему «Светский случай».

Когда мои ученики меня спрашивают, какое прошедшее время лучше употребить во фразе

https://youtube.com/shorts/CdkU2OccUug?si=2gGkVhCbKY26Jmog