В последние месяцы работаю над новой и сложной для себя проблематикой — исследования жизненного пути (life course) и субъективного благополучия у россиян в 90-е годы. Пытаюсь выяснить то, как внутренние ресурсы человека — возраст, семья, образование, этничность, деньги и др. — влияют на разные виды удовлетворенности жизнью (работой, семьей, финансовым положением, условиями труда, жилищными условиями и др.) в динамике на лонгитюдных данных RUSSET, которые собирались в России в 1990-е годы. Прошло уже 30 лет. Кажется, что данные устарели, все поменялось. Однако этот период важен и интересен, с точки зрения социальных наук (помимо того, что многие угорают сейчас по 90-м), тем, что позволяет показать, какие именно ресурсы позволяли людям вывозить в очень непростое время, период радикальных экономических, политических, социальных преобразований. Какие социальные группы скорее адаптировались к новым правилам игры, а какие — не очень и почему. В этом контексте это прекрасный период для анализа.

В ходе статистического анализа удивительным для меня образом в моделях работает фактор дружбы, который я включал как одну из независимых переменных (одна из прокси социального капитала). Устойчиво получалось, что — чем больше друзей у респондента, тем выше большинство видов удовлетворенности. В общем, дружба — база субъективного благополучия. Это показываются и данные по России теперь, которых, как всегда, мало.

К своему стыду не знал, что есть целое исследовательское направление, изучающее, как фактор дружбы влияет в том числе на субъективное благополучие. Прикрепляю одну из современных и обзорных работ по этой проблематике. Авторы как раз жалуются на то, что есть белые пятна в изучении влияния дружбы на разные виды удовлетворенности и малое количество лонгитюдных работ. Постараюсь своей работой заполнить эти пробелы

- Christos Pezirkianidis, Evangelia Galanaki, Georgia Raftopoulou,
Despina Moraitou, Anastassios Stalikas. Adult friendship and wellbeing: A systematic review with practical implications
Frontiers in Psychology, 2023

На границах Владимиро-Суздальской земли, в городе Муром, в этнографической поездке. Скоро посмотрим, что за Окой

В доме-музее Ленина в Ульяновске. Сакраментальное место для всех пионеров, октябрят и комсомольцев. Конвенциональная дворянская усадьба Ульяновых, которую удалось в целом сохранить и реконструировать в прежних антуражах 1870-80 годов XIX века, с мебелью, книгами, тенистым садом, полем для крикета. Так сразу и ни скажешь, что здесь рос мировой хулиган, вождь планетарной революции.

В саду осталось единственное дерево времен ancient regime — груша. Это — груша обыкновенная (дичка Полесская). Одно из самых старых плодовых деревьев Ульяновской области вообще. Исследователи считают, что она выросла случайно из семечки, огрызка груши в 1870-е годы. Груша пережила Российскую империю, Ленина, СССР. Природа и порядок берут свое у революции. Висит груша —modernity нельзя скушать. Значит ли, что это аргумент в защиту традиционализма? Наверное, но мы пойдем другим путем.

Тут, в саду можно прямо взять с пола грушу, попробовать. Сейчас сезон. На вкус груша как обычная дичка. Кусаешь грушу вот так, вспоминая, как ел такие же с другом в детстве, и думаешь: вот эта дичка — абсолютно ведь случайное семечко из случайного огрызка дички да хоть бы и юного Володи Ульянова. Она — это сочетание случайностей, оказавшаяся здесь волею бесчисленного множества непреднамеренных обстоятельств. Как и Октябрьская революция

Та самая груша

От парадокса меритократии — к кризису демократии. Часть 1

Послушал запись недавнего выступления старика Майкла Сэндела на конференции Google Zeitgeist о кризисе демократии, который мне интересен и которым занимаюсь тоже.

Ключевая, по его мнению, причина кризиса — «тирания меритократии». О нем много пишут левые (но в другой терминологии и запале) в контексте критики успешного успеха. Когда здоровые, молодые, зажиточные буржуа учат секретам процветания менее успешных товарищей, которым нужно прокачать правильные установки и они добьются того же. 

Сэндел очень аккуратно встает на контрэлитные позиции. Отдельно мило, что он критикует дух меритократии внутри нее самой, на конференции Google. Но так осторожно, что никто ничего не замечает. Он частично пересказывает положения из своих книг «Democracy’s discontent» и «The Tyranny of Merit», которые, на мой взгляд, хорошо объясняют кризис демократии на уровне идей. Я не коммунитарист, но мне импонирует этот анализ кризиса демократии через критику идеи меритократии.

«Тирании меритократии» — это упование на то, что каждый человек, имея равные возможности, способен победить в гонке за успешную жизнь, у каждого есть внутренние способности и внешние возможности реализовать желаемое, все зависит только от тебя.

Этот образ мышления относится не только к мировоззрению успешного успеха, он имеет и далеко идущие политические последствия. Как пишет Сэндел в книге «The Tyranny of Merit», «победители», оказавшиеся наверху в силу разных обстоятельств и везения, думают, что их успех — это полностью их заслуга, он справедлив. А «проигравшие» — тоже, соответственно, заслуживают свою участь, она справедлива. В определенном смысле фундаментальная ошибка атрибуции из социальной психологии. Только тут хлеще: приписывание побед и неудач только себе, отношение к ним как к справедливым, заслуженным и игнорирование всех внешних обстоятельств, факторов как играющих тебе на руку, так и против тебя. 

Со временем социальные разрывы между «победителями» и проигравшими растут, поляризация усиливается. Проигравшие социальные группы начинают сначала ненавязчиво, а потом бурно вопрошать снизу, а им отвечают меритократы: нужно лучше работать над собой, и вообще ты кузнец своего счастья. Получается по-христиански и вполне паллиативно — индивидуально спастись, конечно, можно, но коллективно — нет. Без уверенности в себе, безусловно, никак, но важно и другое.

Вернемся к критике самой исходной идеи. Является ли меритократия меритократичной? Продолжим в следующем посте