Недавно завершился второй сезон Мастерской исследования ценностей Летней школы «Что такое счастье?». Это такая независимая научно-учебная полевая летняя школа для студентов со всей России, которую придумал два года назад и которую поддержала нежно любимая ЛШ. Школа проходит в бывшем пионерлагере в Тверской области, в лесу на берегу Волги.

Тут подробнее — http://happinessvalues.tilda.ws/

Мастерская – о ценностях, как и зачем их изучают социальные науки с фокусом на нашей стране и ее людях, которых мы хотим лучше понимать. В этот раз уже второй сезон. Сезон был посвящен феномену счастья и другим близких категориям в социальных науках. Категория счастье использовалась здесь как удобная отмычка для разговора о ядре социальных наук – субъективных смыслах и мотивациях действия и человеческой деятельности в целом.

В этом сезоне мастерскую мы делали с прекрасными коллегами-кураторами – Еленой Рыбиной, Марией Кучерявой, Екатериной Настиной, Евгением Варшавером и Кирой Легут. Хочу сказать им огромное спасибо. Отдельное спасибо лекторам школы – Дмитрию Леонтьеву, Анне Гороховой, Павлу Степанцову, Виктории Новиковой.

Вместе со студентами в первой учебной части школы мы попытались рассмотреть феномен счастья в критической перспективе современных социальных наук, как они его сейчас изучают, почему все так захвачены его достижением. Какие у этой категории есть понимания, какие смыслы и мотивации вкладываются в счастье самими людьми, обыденные и возвышенные, как (и можно ли) его измерить, как социальное неравенство связано с счастьем, какие факторы на него влияют (универсальны ли они?) в разных обществах с упором на России.

Вторая часть школы – полевая. Студенты учились работать в поле, вместе с командой мастерской придумывали дизайны собственных коллективных мини-исследований о счастье. Потом они шли в поле – Дубну, Кимры и деревни в окрестностях, собирали интервью, обрабатывали данные и представляли свои результаты и интерпретации. Получилось восемь потрясающих проектов – о субъективном благополучии пожилых, городские жителей и сельской местности, понимания счастья у бывших наркоманов, работа о Волге как общем благе, сообществах счастья и саморазвития, счастье у животные, утопии в советской архитектуре наукоградов. Надеюсь, что-то можно будет довести до публикации в академических журналах.

Получилась такая вполне утопическая школа с разговорами о частном и общем благе, сочетанием коммунарских идей, самоорганизацией, коллективным трудом, бытом, учебой, полем и обсуждениями. Будем продолжать)

В последние месяцы работаю над новой и сложной для себя проблематикой — исследования жизненного пути (life course) и субъективного благополучия у россиян в 90-е годы. Пытаюсь выяснить то, как внутренние ресурсы человека — возраст, семья, образование, этничность, деньги и др. — влияют на разные виды удовлетворенности жизнью (работой, семьей, финансовым положением, условиями труда, жилищными условиями и др.) в динамике на лонгитюдных данных RUSSET, которые собирались в России в 1990-е годы. Прошло уже 30 лет. Кажется, что данные устарели, все поменялось. Однако этот период важен и интересен, с точки зрения социальных наук (помимо того, что многие угорают сейчас по 90-м), тем, что позволяет показать, какие именно ресурсы позволяли людям вывозить в очень непростое время, период радикальных экономических, политических, социальных преобразований. Какие социальные группы скорее адаптировались к новым правилам игры, а какие — не очень и почему. В этом контексте это прекрасный период для анализа.

В ходе статистического анализа удивительным для меня образом в моделях работает фактор дружбы, который я включал как одну из независимых переменных (одна из прокси социального капитала). Устойчиво получалось, что — чем больше друзей у респондента, тем выше большинство видов удовлетворенности. В общем, дружба — база субъективного благополучия. Это показываются и данные по России теперь, которых, как всегда, мало.

К своему стыду не знал, что есть целое исследовательское направление, изучающее, как фактор дружбы влияет в том числе на субъективное благополучие. Прикрепляю одну из современных и обзорных работ по этой проблематике. Авторы как раз жалуются на то, что есть белые пятна в изучении влияния дружбы на разные виды удовлетворенности и малое количество лонгитюдных работ. Постараюсь своей работой заполнить эти пробелы

- Christos Pezirkianidis, Evangelia Galanaki, Georgia Raftopoulou,
Despina Moraitou, Anastassios Stalikas. Adult friendship and wellbeing: A systematic review with practical implications
Frontiers in Psychology, 2023

На границах Владимиро-Суздальской земли, в городе Муром, в этнографической поездке. Скоро посмотрим, что за Окой

В доме-музее Ленина в Ульяновске. Сакраментальное место для всех пионеров, октябрят и комсомольцев. Конвенциональная дворянская усадьба Ульяновых, которую удалось в целом сохранить и реконструировать в прежних антуражах 1870-80 годов XIX века, с мебелью, книгами, тенистым садом, полем для крикета. Так сразу и ни скажешь, что здесь рос мировой хулиган, вождь планетарной революции.

В саду осталось единственное дерево времен ancient regime — груша. Это — груша обыкновенная (дичка Полесская). Одно из самых старых плодовых деревьев Ульяновской области вообще. Исследователи считают, что она выросла случайно из семечки, огрызка груши в 1870-е годы. Груша пережила Российскую империю, Ленина, СССР. Природа и порядок берут свое у революции. Висит груша —modernity нельзя скушать. Значит ли, что это аргумент в защиту традиционализма? Наверное, но мы пойдем другим путем.

Тут, в саду можно прямо взять с пола грушу, попробовать. Сейчас сезон. На вкус груша как обычная дичка. Кусаешь грушу вот так, вспоминая, как ел такие же с другом в детстве, и думаешь: вот эта дичка — абсолютно ведь случайное семечко из случайного огрызка дички да хоть бы и юного Володи Ульянова. Она — это сочетание случайностей, оказавшаяся здесь волею бесчисленного множества непреднамеренных обстоятельств. Как и Октябрьская революция

Та самая груша