Я, уж извините, не написал вовремя итоги года: 31-го я писал статью, потом очень быстро и аккуратно готовил оливье с вареной курицей (это мой любимый салат, тут главное запомнить, что к оливье с колбасой надо резать свежие огурцы, а с курицей — соленые), пока люди, не сделавшие в жизни ничего, о чем можно было вспомнить с теплотой, ругали в интернете берлинское издание Schön. То, что они тратили на это праздничный день, исчерпывающе их характеризует — так, в общем, и живут, держаться от этого хочется максимально подальше.

Взял кастрюлю с салатом, взял рошеновский «киевский торт» (там просто куски сливочного масла внутри, что прекрасно), ушел к друзьям праздновать. Степень моей взвинченности и охуевания под конец года вы можете оценить по тому факту, что в клуб (RSO) в новогоднюю ночь я пришел в четыре утра, а ушел оттуда в четыре дня. Но в последнюю неделю был бенефис моих текстов на шёне и хотелось завершить год этой безумной смесью рейвов, политики, праздника, грязи и просто какой-то нормальной обычной жизни, которая так мне нравится в Берлине и которой обязательно хотелось поделиться, чтобы эти сияющие калейдоскопные узоры существовали не только в моей голове. Ну вот, поделился, устал, охуел, но оттанцевался, сейчас нормально.

В прошлом году я жил свою лучшую и одновременно свою худшую жизнь — и боюсь, что эта дуальность со мной уже навсегда, и одно без другого уже не будет. Я — человек, для которого (к сожалению) главное — работа, как вы думаете, я могу оценивать прошлый год, в котором появились «канцлер и бергхайн» и Schön — а это два лучших и просто самых живых журналистских продукта на русском языке в Германии? Это большое счастье, поверьте. И самое главное, что и «к и б», и «шён» — это командная работа, это гораздо больше, чем я один, — и это тоже для меня новый опыт и важное открытие, что можно так: каждый притащит бревно, и получается башня.

Этот год я протащил, благодаря Саше, Максу и Алексу (очень вас люблю и вами восхищаюсь), одному дружескому чатику, техно, шестнадцатичасовым интервалам в еде (вообще бомба), хот йоге, берлинским озерам, группе «Золотые зубы» и тому, что в очень нужные моменты появлялся добрый волшебник Леня и ломал мою картину мира. Ну и благодаря вам — тем, кто читает этот канал, шён и слушает подкаст, подходил ко мне на тусовках и танцевал под мое диджейство: спасибо. Ни во что не хочется верить, хочется жить сейчас, любить и делать свое дело — пусть так, тоже нормально.

Впервые вижу слово «пивы» — в смысле, во множественном числе! Гэдээровский, думаю, прикол.

Неожиданно открыл для себя альбом Валерия Леонтьева «По дороге в Голливуд» 1996 года — а он оказался совершенно великим. Я, к сожалению, помню ту эпоху, и Леонтьев казался зашкваром-зашкваровичем и бабушкиной радостью — мне и в голову бы не пришло его тогда включить. Тогда вся советская эстрада увлеклась техно, даже Кобзон записал альбом ремиксов «я техно отдал все сполна» — Леонтьев же не играл вообще в эти игры (ну ладно, чуть-чуть играл) и соответственно пропал с моих радаров. А оказывается он в это время в США записал гениальный концептуальный, дорогой, сложный и очень разнообразный альбом на музыку Чернавского — с гитарными соляками в хэви-метал-балладе «пьяное такси» (вообще обожаю), сложными религиозными отсылками в «по дороге в Голливуд» (она и сегодня звучит ультра современно, особенно разъеб в конце), госпелом, попытками рэпа, саксофонными трелями и песней «кончайте, девочки, со мной». Короче, этот недооцененный шедевр наконец нашел своего слушателя в моем лице, усилия были не напрасны.

Из-за этого вообще пересмотрел свое отношение к Леонтьеву, оценил его прикиды девяностых, в которых бы он суперуместно смотрелся в «Киткате» (в отличие от гостей вечеринки Ивлеевой, которых бы не пустили на порог), то как он за три дня до вторжения получил орден за заслуги перед отечеством (вот же тайминг), а после вторжения тихо свернул всю музыку, уехал в США и не позорится как Киркоров. Мог бы сделать больше, но, учитывая все обстоятельства и возможные альтернативы, могу сказать, что прямо великий человек, врубайте альбом.

Чуть поменял советскую карикатуру 1989 года, чтоб получился клуб «Киткат».

В рамках увлечения Леонтьевым (но на этом я закончу, не бойтесь) внимательно посмотрел клип «По дороге в Голливуд» того же 1996 года, которому во всех биографиях певца отводится отдельная глава как знаковое событие в его судьбе. Про съемку этого клипа снят даже отдельный фильм, из которого я выяснил, что Леонтьев в то время просто тупо везде ходил в трусах и в студии записывался тоже в таком виде (очень его понимаю).

Сюжет — Леонтьев в Питере на концерте купается в народной любви от женщин, которые выглядят так, что явно сейчас вернутся домой и первым делом соорудят себе популярный в то время растворимый напиток «инвайт» из сахарина и красителя. На сцене его поздравляет мэр Собчак, Путин явно где-то тут же, но не допущен. Усталый артист прячется от любви в гримерке, но вдруг его засасывает зеркало и через минуту адской компьютерной анимации он в Голливуде. Там уже известный по тексту сюжет — дорога, бар, шоколадная мулатка (но уже некоторые приколы — мулатка то и дело, когда Леонтьев отвернется, превращается в громадного чернокожего амбала или компьютерную змею).

Лучше понять сюжет мешает обилие наркоманской компьютерной анимации (ее реально на полклипа, а он идет восемь минут), но, если коротко, Леонтьев, переспав с мулаткой, теперь гоняется за амбалом, тот улетает на вертолете, в конце вертолет взрывается — общий пафос перед взрывом такой, что этот момент — в принципе, самое прекрасное, что зритель мог видеть в жизни. Я пропустил момент, когда Леонтьев в гриме старика танцует какую-то чунга-чангу, но это я не могу соотнести с остальным сюжетом, пусть остается в качестве отдельной виньетки.

Сначала я думал, что американцы наебали Леонтьева, продав ему за миллионы баксов какую-то дичь. Косвенно это подтверждает сам Леонтьев, который клип никогда не хвалил и говорил что-то вроде: я в этом ничего не понимаю, мне интересно было быть пластилином в руках американских профессионалов. Но потом я узнал, что 17-летний, кажется, на тот момент сын гениального композитора Чернавского в тот момент запустил студию компьютерной графики и тоже находился в каком-то смысле «по дороге в Голливуд». Чернавский (это моя догадка) нафаршировал клип творениями сына, боюсь, сделав это в ущерб тому «Твин Пиксу» со взрывами, который они снимали, а американцы просто позволили ему это сделать, так как им было пофиг. Время показало, что это была ошибка: Чернавский-джуниор до сих пор, кажется, делает компьютерную графику, но, как говорится, сияющей вершины этого клипа не достиг.

Интересно, что было бы, если бы Чернавский с сыном остались в начале девяностых в Берлине (они тут жили) и не уехали бы в Голливуд — тогда и Леонтьев жил бы тоже где-то на Савиньиплатц. Но это мечты.

Температурю, Алекс отдувается сегодня за себя и за того (в смысле, этого, вашего) парня. 🤒

Дима приболел (пожелаем ему быстрой поправки), так что ждем его поправки. Чтоб не затягивать паузу в нашем общении давайте попробуем сессию вопрос-ответ (пишите в комменты), на которые я поотвечаю сегодня вечером в 1730 по Берлину трансляцией в этом канале (аю)

Но, как когда-то говорили, есть и хорошие новости.

https://t.me/BILD_Russian/14057

Бундесцентрале фюр политише бильдунг (вот удивительное, конечно, учреждение — это главный немецкий политпросвет) расширило ассортимент бесплатных карт. Бесплатно вам пришлют на немецкий адрес бумажную карту Украины или, если нужно, России (понятно, что без Крыма), да хоть Катара. Пользуйтесь, раз напечатали.

Не пропустите и карту от бундесцентрале фюр берлинише бильдунг.

жиза

Фан фэкт: если вы читали недавний шёновский текст про «Тахелес», то вам, наверное, как и мне, жалко ту часть здания с прекрасным куполом, которую снесли в восьмидесятые. То, что не успели снести, как известно, спасли художники — они в 1990 захватили остаток здания, тусовались там 20 лет, потом их выгнали, долго все это дело перестраивали, и сейчас там fotografiska.

Но я именно про часть здания с куполом — до того, как ее снести, в 1971 году, там, оказывается, сняли эпизод из пятой серии советского фильма «Освобождение». Вот спокойно на ютубе можно посмотреть.

Прочитайте, если еще не успели, историю про адскую виллу, на которой ультраправые мечтали об очищении Германии от иностранцев. Меня тут, как во всех больших историях, привлекает сочетание высокого и низкого: ситуация совсем не веселая, очень серьезная, одновременно там фигурирует плавучая сауна, буквальное повторение «союза меча и орала», депутатка по фамилии Huy и куча других абсурдных деталей, которые не позволяют вести об этом разговор на очень уж сложных щах (и может быть это нас каким-то образом и спасет).

Попал в модный берлинский инстаграм культовой серии вечеринок gegen! Ну как попал, как фон для красивой Саши (слева мое плечо 🥲).

Все забываю написать про эту фотографию из шёновской статьи про Тойфесльберг — она перевернула мою картину мира. Это, собственно, и есть место, где сейчас находится Тойфельсберг — ну вы знаете, гора с радарной станцией наверху, которая получилась, когда после войны разбирали разрушенные дома, и весь строительный мусор свезли в одно место. Оказывается, мусор вывалили прямо на это здание — а это гитлеровская постройка военно-технического института, чуть ли не первое здание Германии — новой столицы Рейха, которую хотели построить на месте Берлина. Институт не был достроен до конца войны, но он не был и взорван (эта фотография 1949 года) — его засыпали, но он так до сих пор и стоит внутри горы, можно откопать. Можно сказать, что гора стоит на его фундаменте.

Короче, Груневальд с Тойфельсбергом и так странное место, а теперь там еще и нацистский университет в основании. Что мы еще узнаем?

веселый молочник