А вот брать у него интервью было сущей пыткой.
Или «да, нет», или «ну, это же не для печати, вы же понимаете!».
В первый и в последний раз в жизни у меня не получилось интервью: то, что осталось на бумаге «в сухом остатке», вызывало у меня самой острый стыд и тошноту, я публиковать эту тупость не хотела ни за что, и с извинениями звонила в газету, объясняя, почему так вышло…
Кстати, сейчас уселась искать его интервью, и поняла, к своему счастью, что с Леоновым толком не справился ни один интервьюер, вообще, включая телевизионщиков…
Я очень боялась идти смотреть чеховского «Иванова» в Ленкоме. Плохо себе представляла, как это можно оправдать на сцене, что вот в него – в такого – все без исключения влюблены…
Оказалось, ничего оправдывать и не нужно было.
Этот Иванов так тяготился всеобщей бездарной болтовней, так страшно грыз себя, так искренне страдал от неискоренимости пошлости, в том числе и в самом себе; это было так нестандартно и так мощно, – что не восхититься этой недосягаемой строгостью человека к самому себе было просто невозможно. А далеко ли от восхищения до влюбленности?
Леонова и самого обожали.
Публика, которая обычно заходится от красавцев-героев, этого смешного толстого и нескладного дядьку, совсем не похожего на артиста, готова была носить на руках. Но и любовь публики причиняла ему куда больше дискомфорта (а то и реальных бед), чем радости.
Он во всем был «нестандартный»…
Под сотню ролей в кино, за сорок ролей в театре…
И каждую виденную хочется вспомнить, про каждую сказать то самое доброе любящее слово, которого я так старательно избегала при «сочинении концепций»…
Понимаю, что Евгению Павловичу Леонову эти запоздалые сожаления сегодня не нужны.
Но, возможно, для того и существуют юбилейные даты, чтобы напоминать себе не о том, что и так очевидно, а о том, что было главным – и невероятным.

Псалом 1

Вышел сериал «Трудно быть богом и, конечно, смотреть я его не буду.
Да, я сноб и т.д. и т.п., но мне хватило уже того что:

- Снимали в Иране;
- Использовались декорации, которые были построены для фильма «Мухаммад: Посланник Бога»;.
- Вдохновением при создании арканарских костюмов и украшений послужили древние цивилизации Египта и африканские народы;
- Были созданы костюмы, отражающие быт в условиях пустыни и засухи;
- Художники вдохновлялась культурой персидской династией Ахеменидов.

Всё это ништяк и очень понтово, но какое отношение имеют зороастрийцы, пустыня, Иран и Ахемениды к ТББ, где однозначно очерчен лор средневековой Европы? Если уж им так хотелось пустыню, брали бы уж отличную «Разбойничью злую луну» Лукина, и из пальца высасывать меньше пришлось бы, там уже готовый сериал, а тут навертели какой-то отсебятины. Я человек простой, все заклёпки должны быь на своих местах, а иначе, как говорится, hard skip, пусть зумеры смотрят, на них и рассчитано.

Римский цикл

Сентябрь, и осыпается листва
на новую мозаику в бассейне,
прохладою сменяется жара,
и толпы римлян в поисках спасенья
уже не лезут в обмелевший Тибр.
На берегу вкушают хлеб и сыр,
и персики, и разливают в чаши
дешевое ритейское вино,
столь Августом любимое. Давно
не пил его... теперь не то, что раньше,
чуть выпьешь – начинает сердце биться,
как будто в сети пойманная птица,
да и болят суставы от вина.
Над Римом ночь по-прежнему нежна,
и ветер вновь приносит запах с моря,
и нагоняет тучи на луну.

Уж сорок дней, как Август умер в Ноле.
Нет и не будет равного ему.

"Прощай", – сказал он и взглянул в окно,
а там закат дымился, догорая.
Прощай и ты. И я тебя прощаю,
хотя теперь, мой Август, все равно.

04 июня 2024

Попутное
——————
Кстати , у Томаса Манна в «Волшебной горе» в санаторском обеденном зале есть «хороший русский стол» , а есть и «плохой».
Столетие прошло, а ничего не меняется, то есть уже тогда были хорошие русские.
Правда и то, что всем кранты. Не всем русским, а вообще всем.
Включая Томаса Манна.
Представить себе не могу, чтобы кто-то его стал читать. Кроме тех, кто уже.

Первые впечатления от увиденного на немецких каналах сложные. Я бы сказал, что 56 процентов не проголосовало за АдГ, и вопрос вопросов в тч и с помощью Украине состоит в том, как партия договорится с немецким ВПК.
Потому что ВПК — это рабочие места и жизнь экономики. Это большие планы на стратегию и проч. За ВПК — то, что немцы привыкли считать моральным выбором и долгом. За ВПК — Европа. За ВПК то, что Шмитт назвал «назначением врага» — Bestimmung. Враг для них Россия.
Слова «ультраправая партия» совершенно бессмысленные. Ультраправые традиционно за войну. Или за вооружение до зубов. Вот где-то мб на этой почве они договорятся с ВПК? Чем отдавать все оружие и деньги туда, где уже ясно, что будет пустыня, и хорошо, если не радиоактивная, мб лучше вооружаться самим и отстроить армию в лучших традициях? — это я не от себя, это я пытаюсь прикинуть их резоны во внутренних разговорах.
Не знаю.
Не уверен, что даже и сейчас можно всерьез рассчитывать на слом антирусской тенденции. Либо Альтернативу дальше не пустят, либо пустят при таких условиях, от которых России все равно приятно не станет.