Варг Викернес о России

"По некоторой причине я всегда чувствовал связь с Россией, но я не могу сказать, есть ли какая-то особенная связь между Норвегией и Россией, за исключением одного — мы хорошие соседи, и всегда ими были. Когда я был подростком, я чувствовал связь с Россией потому, что невежественные, фанатично религиозные, нечистокровные, скидывающие ядерные бомбы, кровожадные, нечестные, лживые, предательские, воинствующие, уродливые, жирные, лишённые вкуса США распространяли так много антирусской пропаганды. Как можно не любить Россию, когда США ненавидят её? Верно? Так-же, я рос под музыку Чайковского — великолепного композитора, вне всяких сомнений. Да, и ближе к реальности; можно ли игнорировать русских женщин, AK-74, БМП-1, БТР-80, Ми-17, или камуфляж "Берёзка"?"

"Если преступники из НАТО когда-нибудь нападут на Россию, я приеду в качестве добровольца Русской армии, но других причин ехать в Россию у меня нет. Как я уже говорил раньше, я не очень люблю путешествовать".

Берег всегда с тобой здоровался так, будто вы не виделись десять лет, даже если вы виделись позавчера. Он обладал совершенно детской любовью к жизни — способностью удивляться и восхищаться буквально всем, чем только можно, причём каждый раз словно впервые. «Ух ты, автомат Калашникова, мммм! О! Вискарь? Ваааау! Да ладно — солнышко выглянуло? Офигенно!» То, как он это сочетал с презрением к смерти, было первым из парадоксов его личности. Второй — неподдельный интерес к людям, полная неспособность на кого-то обижаться (если кто-то творил херню и поступал скверно, даже в его сторону, его это скорее расстраивало: мол, ну как же так, человек, что же ты херню-то творишь, зачем так скверно поступаешь) и при этом спокойная, совершенно безэмоциональная ненависть к врагам.

Такие люди всегда кажутся обывателям кровожадными экстремистами (вар.: безумными психопатами, сумасшедшими наркоманами, девиантными шизоидами, далее везде) и по доброте душевной, шизоиды обывателям подыгрывают — да, мол, так и есть, фашист, наркоман, псих, тем и примечателен. В голове простого человека парадоксы не укладываются, а предположить, что герой, да хоть бы и просто талантливая личность, способен сочетать в себе крайности и странности, очень его ранит. Идеальный герой для обывателя — высочайше утверждённый мертвец с портрета или хотя бы затюканный инвалид, у которого всё в прошлом. Короче, чтобы «не конкурент» Перед таким можно щеголевато изображать почтение, и даже кошмарить окружающих за недостаточное уважение к Великим Людям. Когда же сам великий человек жив, бодр и дееспособен — терпеть это выше сил. «Отморозок, придурок, с черепом выступает». А что ещё говорить, когда сам можешь разве что цитировать какой-нибудь дуре в сушатне Евгения Гришковца, попутно воображая о себе всякое.

Берег всегда был жив, бодр и дееспособен, даже когда был мертвецки пьян. Выпить он любил и умел, и наш 2014-й год ознаменовался разухабистыми кутежами на Чистых Прудах после выездов в Новороссию с гуманитаркой. Тогда, в дни русского восстания, Берег показал мне войну. Теперь, когда идёт СВО, успел показать, как воюет его антидроновое подразделение.

Жену Игоря, Таню, я знаю года с 2005-го, и когда они объявили о помолвке — это была одна из самых неожиданных новостей, которые я слышал. Они двое принадлежали довольно разным сегментам моей жизни и познакомились, кажется, вообще без моего прямого участия. Чем изрядно меня удивили, и это тоже было абсолютно в стиле Берега — отчебучить что-то неожиданное и изрядно удивить. За Таню я радовался — благодаря Игорю она расцвела, вылезла из крайне мрачного периода своей жизни, и была с ним безумно счастлива. Сейчас ей тяжело, как никому другому, и я желаю этой мощной малышке сил и мужества пережить случившееся.

Многие сейчас говорят о боевом пути и военных достижениях Берега. Осмелюсь дополнить, что по натуре своей он был скорее не «военный», а «революционер». В рамках Системы или Структуры ему было тесно. Стихией этого обаятельного нахала были гениальные импровизации и незаурядные решения, в условиях хаоса, неразберихи и аврала он разгуливался и был сверхэффективен. Благодаря этим качествам ему и удалось создать лучший на сегодняшний день антидроновый взвод Сурикатов. Неудивительно, что туда устремились нацболы и вообще максимально «неуставные» люди.

«Майор Берег» — звучит, как будто это просто какой-то фээсбэшник из дешёвого романа про фээсбэшников, а скажешь «капитан Берег» — сразу представляется удалой пират, поэтому я не хочу, чтоб мне повысили звание», — так он говорил в нашу последнюю встречу. По биографии Берега в лучшие времена написали бы авантюрный роман-эпопею, и уже одно это подводит всё-таки светлую черту под чёрной датой его гибели. Берег жил так, как ему было в кайф, чего бы ему это ни стоило. В нынешние угрюмые времена это — не буквально, но мистическим образом — стоило ему жизни. Отдыхать от трудов праведных в Ливане, когда на Луганщине война, он бы себе не позволил никогда.

Прощай, удалой пират. Прощай, навсегда капитан Берег. Ты никогда никому не разрешал грустить и скучать, но прости, сейчас это очень сложно.