>компанией RUSS, засравшей половину города слоганом "Любить по RUSSки", руководит МИРЗОЯН.

К кому обращаться за финансовыми вливаниями? Естественно, к русским предпринимателям. Нашли мы справочник «Жѐлтые страницы», и давай отзванивать по всем фирмам, в названиях которых есть слово «Русский». Русский продукт, Русские шубы, Русские куртки, Русские товары. В 90% хозяева этих предприятий — это Ашоты, Армены, Магомеды, Исааки, короче, если в названии фирмы есть слово «Русский», то, скорее всего, там русским духом вообще не пахнет, это просто кто-то хитрый и прошаренный использует такое название. Может быть, потому что если русские используют его, то это экстремизм? Но тогда этого не было. Это просто хитрые
чурбаны.

© Тесак

https://t.me/rybster/8098

С днём рождения, брат

Сука)

Не отписывайтесь, скоро здесь снова будет интересно.

Познакомился с Чижом, когда только заехал в подразделение. Сразу подружились на почве общих взглядов, знакомых и Питера. Работали вместе, долго, упорно, нудно. И на фоне этого Чиж удивлял своим неиссякаемым зарядом и позитивом, льющейся через край энергией даже сквозь тяжелый заеб и кровавые мозоли. Светлая, добрая душа коллектива. Как-то, возвращаясь с позиции до точки, откуда нас должны были забрать, Чиж спросил меня, нравится ли мне в батарее, несмотря на весь тяжкий изнуряющий труд войны? На мой положительный ответ тот не удивился - сказав, что нацболы люди упертые и упорные, особенно молодые. Воодушевило.

1 сентября у Чижа был день рождения. Я в тот день был на позиции, и через пацанов передал ему свой скромный подарок на праздник - хороший налобный фонарик с usb-разъемом. На следующий день мы переместились на новую позицию и с тех пор продолжаем скитаться по боевым, наступая вперед и давя противника. Так с ним с того момента и не увиделись. А узнать, понравился ему подарок или нет, уже не получится.

Пару раз Чиж говорил, что чувствует, что так здесь и останется - даже несмотря на минимальные потери нашей батареи за всю войну. Предчувствие оказалось верным.

Спи спокойно, брат. Мы их всех убьем. Теперь и за тебя. Till to Valhall.

Да, смерть.

Одинокий петух-клекотун. Стая контуженных гусей. Перепуганные тощие кролики. Опавшие колосья и крохотные, но спелые помидорки.

Мы тихо, кустами, чтоб вдруг не засек вражеский дрон, пробираемся к приглянувшемуся нам дому. Чисто - никого, кроме одичалых животных.

Дверь из прихожей в дом оказывается заперта на замок прежними хозяевами. Вскрыв сарай и добыв топор с монтировкой, выбиваем дверь в жилую часть хаты.

Чистенько. Кухня, из нее - вход в ванную комнату и в две жилых. Судя по всему, жила мать с дочкой. Сильно осматриваться некогда - сразу надо начинать раскладываться - заводить генератор, подключать к нему электросеть, лезть на дерево и выставлять антенны - и работать.

Завершив рабочий день, появилась возможность осмотреться. Абсолютно обычная, бедная, но уютная деревенская хата - потолок обит пленкой, в которую обычно заворачивают какой-нибудь "пеноплекс", в одной комнате отсутствуют обои. Но все чистенько и прибрано. В жилых комнатах полно детских игрушек, каких-то тетрадок. В шкафу - одежда, белье, полотенца. Все для обычной мирной жизни.

Только ее здесь нет. Как и хозяев. На календаре застыл "листень" - значит, хозяева покинули свой дом еще в начале лета.

Хозяйственная деревенская мама с добротным хозяйством собрала свои вещи. Взяла документы, еды и денег. Упаковала, сколько смогла, детские шмотки. Прибрала все, что не смогла взять с собой. А затем выгнала животных на улицу, заперла дверь и уехала. К ней приближалась война. Русское воинство все ближе и ближе подходило к этой деревне...

Может быть, хозяйка дома надеялась вернуться. Может, уходя и закрывая дверь навсегда, именно это она сказала тем, кого не смогла взять с собой - собаке, пяти котам, стайке гусей и кроликам? Иначе как объяснить то, что те за все это время никуда не разбрелись в поисках пищи, но упорно пасутся в окрестностях дома и двора?

Девочка, дочка хозяйки, видимо, очень любила своих котов. Холодильник был увешан рисунками каждого из них - совсем еще детскими. Четыре рыжих и один серый. Все они паслись рядом с нами, а когда я сел поесть, отчаянно начали попрошайничать еду. Видимо, хвостатые пацаны все-таки не привыкли к самостоятельной добыче пропитания.

Я разбавляю гранатовый концентрат, найденный в холодильнике, водой; заедаю галету найденным здесь же земляничным вареньем; упаковываю в рюкзак найденное в шкафу полотенце с парой носков, трусов и тапочками. Это не грабеж и не мародерство - просто я уже третью неделю не менял носки с трусами, а тапочки с полотенцем и вовсе оставил на располаге, не думая, что вояж по боевым затянется так надолго.

Когда мародеришь брошенную хохляцкую позицию, находя там различные ништяки, брошенные бежавшим врагом - от патронов и гранат до сигарет и еды - испытываешь радость и гордость добытчика, природно свойственную каждому мужчине - отбирать у врага его добро и присваивать в свою пользу. Вытряхивая же шкаф в мирном, абсолютно гражданском доме из другой вселенной, чувствуешь только неловкий стыд. Надеюсь, хозяева по возвращению не обидятся. Если, конечно, они вообще вернутся. Хотелось бы, чтоб вернулись.

Чтоб по этой плодородной земле бегали разномастые дети и взрослые, одетые в самую разную одежду, а не одинаковый камуфляж. Чтоб четыре рыжих и один серый коты всегда были накормлены, а гуси не растеряны, а, как и положено гусям, задиристо-агрессивны. Чтоб в небе летали только мясные птицы - а те, что механические и с винтами, только для аграрных целей.

Но это все потом. А сейчас мы идем вперед, каждый день отправляя в Вальхаллу по десятку вражеских солдат. Ради того, чтоб эта богатая, добрая земля раз и навсегда стала Россией, воссоединившись с родиной. Все, что разрушено, будет восстановлено. Начиная великой империей и кончая мирной жизнью народа этой империи.

Да будет так!

Кто-то с завидным упорством ставит блевотину мне на каждый пост. Зачем ты это делаешь?)

Иудаизм, а вслед за ним и христианство с исламом возникли в результате плагиата основных доктрин из язычества. Язычество объявили поганым (paganus) идолопоклонничеством и развязали против него политическую войну за умы. Сделано это было ради воплощения национальной идеи избранного народа. Другие народы её не имеют. Такая война не даёт быстрых результатов, её ведут много поколений. Библия и другие книги обеспечивают преемственность борцов. Чтобы прекратить это сумасшествие, надо развенчать саму основу идеи, доказать её ложность. Претензии, исходящие из заблуждений, могут не туда завести целые народы. Боги подскажут тебе, но ничего за тебя не сделают. Ты подобен богам и отличаешься наличием материального тела и глупостью. Рождённый свободным, не будь рабом. Бог – не рабовладелец.

— Наталья Поклонская. «Мысли вслух», 2024

Вдвойне забавно, что это говорит человек, ещё несколько лет назад активно страдавший убежденным православием головного мозга и ходивший на крестные ходы с иконой Николая Второго. Рад, что Няш-Мяш (помните??) выкинула из головы эту ересь и обратилась к правильным взглядам. Нас становится все больше!

Ротация

Если раньше для нацбола было высшим почетом сидеть по тюрьмам, то теперь основная честь - воевать.

Казалось бы, где одно и где второе? Абсолютно несочетаемые в обычных глазах вещи. Но только не в глазах революционера, русского патриота-националиста.

Наша главная цель - победить. Восстановить великую Империю, объединив под русским знаменем все утраченные нами земли, собрав русский народ заново в одно целое, свергнув антинародный режим. Надеюсь, никто же не обманывается в сущности режима власти в РФ как антинародного, несмотря на начало СВО и прочие вяло-бодрые заявления и действия насчет каких-нибудь условных мигрантов (которых они сами и завезли)? И добиваться этого мы будем любыми путями и средствами.

Враг не имеет не только пола и возраста, но и флажка, который он на себя цепляет. Укроп-всушник, жидовский олигарх, жирный чиновник - неважно, каким знаменем будет прикрываться каждый из них, он будет оставаться врагом России и нашего народа, а значит, и нас.

Раньше мы шли в тюрьмы. Массово. Времена еще были травоядные, двадцать-пятнадцать лет назад давали административку или несколько лет за те деяния, за которые нынче могут упечь в тюрьму до старости лет. Относительно свободные СМИ, политическое разнообразие - все это способствовало нашей акционистской движухе. Каждая громкая АПД, влекшая за собой тюремные сроки, била по государству. Мы не только поднимали внимание к той или иной проблеме, но и учили людей протестовать. Просто-напросто показывали народу, что - да, так можно! Если властьимущие охуели, можно и нужно брать и выходить показывать им свое недовольство! Они не небожители, а такие же люди из плоти и крови, которая льется у нас всех одинаково.

И народ учился. Когда в образ власти, воплощенный в лице важного чиновника, прилетает яйцо или банка майонеза, волей-неволей его ореол неприкосновенности деконструируется.Такими темпами мы дошли до декабря 2011 года, когда у вышедшего на улицы взбешенного народа был реальный шанс на революцию. Благодаря либералам этот шанс был слит в унитаз.

Многие не понимали и продолжают не понимать - что же изменилось от кинутого в чиновника яйца, за которое ты получил срок? Или от митинга, переросшего в драку с ментами? На такое можно задать встречный вопрос.

Что изменилось от того, что Андрей Келлер пошел забирать дрон и погиб, если этот самый дрон - обычный мавик-расходник, который могли проебать уже на следующий же день? Что изменилось от того, что Сережа Демидов подорвался на растяжке, возвращаясь с анти-БПЛА смены, если, казалось бы, его работа никак не повлияла на победу - фронт под Кременной же стоит неизменной линией уже полтора года. Нахуя и зачем это было нужно? Это же даже не тюрьма, это война. Здесь могут и убить, и убивают, риски еще выше, чем несколько проебанных впустую лет.

Но только в дебильных фильмах главный герой по щелчку пальца разруливает все проблемы. А в реальной жизни поставленная нами задача по восстановлению Русской Империи крайне трудная и многосложная. Победа не достигается одном лишь желанием, она берется лишь долгим и упорным трудом. И в нашем случае, соразмерно цели - велики и риски.

Ты можешь сесть или покалечиться, умереть за, казалось бы, полную хуйню. Но именно из этого, мало-помалу, по песчинке и складывается фундамент нашей победы.

Россия - все, остальное - ничто. В том числе и наши жизни со здоровьем. Ради России и русского народа мы с готовностью и честью кладем их на алтарь. Умирать или сидеть не страшно, если делаешь это за Идею, за Нацию, за соратников. Это всего лишь продолжение нашей борьбы и жизни. Так к чему этого страшиться? Пусть их боятся россияне. А мы этого не боимся...

Начало полномасштабной войны подарило нам уникальную доселе вещь - одобряемость нашей борьбы. Теперь за преступления против враждебного государства награждают не тюремными сроками, а двумя сотнями тысяч рублей в месяц. Что в сочетании с практически невозможностью борьбы внутри страны и привело к тому, что все самые ебанутые, самые отмороженные наши пассионарии и оказались сейчас здесь.