Внучка имама Шамиля, выпускница Смольного института благородных девиц и жена главного дагестанского революционера. Некоторые эпизоды из жизни Нафисат Дахадаевой (Шамиль) – в нашем новом посте.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍66❤23👎2😁1😢1
«Милая Нафи», – писал ей её супруг Махач Дахадаев 20 сентября 1918 года. – «Я выехал не повидавши тебя. Надо было торопиться». В тот же день его убьют под Буйнакском и 21-летняя Нафисат станет вдовой.
А что было до этого? Беззаботные детство и юность. Да и какие заботы могли быть у дочери генерала царской армии Мухаммад-Шафи Шамиля и наследницы татарского купца-миллионера Марьям Апаковой? Нафисат была золотым ребенком не только в переносном смысле: она унаследовала от отца рыжие волосы.
После Дахадаева в ее жизни появился полковник Сулейман Кугушев. Их познакомила его сестра. Кугушев был татарин по национальности и представлял белое движение. Из-за брака с белогвардейцем от Нафисат даже отреклись несколько её друзей. В 1920-м Кугушева расстреляют большевики и она овдовеет во второй раз.
Далее будет жизнь в Петрограде, куда она переедет с матерью. Здесь Нафисат выйдет замуж за латыша по фамилии Сырутович. Историк Булач Гаджиев, от которого мы узнаем все эти факты, пишет, что её третий супруг имел странности. Например, он ходил среди бела дня босиком. Нафисат очень стеснялась этого и шла из-за этого по другой стороне улицы. В итоге Сырутович оказался иудой: когда она была в отъезде, он забрал все её ценности и исчез.
На этом злоключения Нафисат не закончились. В 30-е годы она, знавшая несколько иностранных языков, работала в гостинице «Астория» старшей горничной. Здесь она пересеклась с двумя турками, которые пообещали, что их страна завоюет Кавказ, а ее, внучку имама Шамиля, сделают королевой. Как пишет Гаджиев, после этого разговора Нафисат пришлось отсидеть в тюрьме два года.
«Были и другого рода несчастья, и, чтобы не особенно растягивать повествование, скажем, что Нафисат скончалась в Ленинграде во время блокады», – завершает свой рассказ историк.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
А что было до этого? Беззаботные детство и юность. Да и какие заботы могли быть у дочери генерала царской армии Мухаммад-Шафи Шамиля и наследницы татарского купца-миллионера Марьям Апаковой? Нафисат была золотым ребенком не только в переносном смысле: она унаследовала от отца рыжие волосы.
После Дахадаева в ее жизни появился полковник Сулейман Кугушев. Их познакомила его сестра. Кугушев был татарин по национальности и представлял белое движение. Из-за брака с белогвардейцем от Нафисат даже отреклись несколько её друзей. В 1920-м Кугушева расстреляют большевики и она овдовеет во второй раз.
Далее будет жизнь в Петрограде, куда она переедет с матерью. Здесь Нафисат выйдет замуж за латыша по фамилии Сырутович. Историк Булач Гаджиев, от которого мы узнаем все эти факты, пишет, что её третий супруг имел странности. Например, он ходил среди бела дня босиком. Нафисат очень стеснялась этого и шла из-за этого по другой стороне улицы. В итоге Сырутович оказался иудой: когда она была в отъезде, он забрал все её ценности и исчез.
На этом злоключения Нафисат не закончились. В 30-е годы она, знавшая несколько иностранных языков, работала в гостинице «Астория» старшей горничной. Здесь она пересеклась с двумя турками, которые пообещали, что их страна завоюет Кавказ, а ее, внучку имама Шамиля, сделают королевой. Как пишет Гаджиев, после этого разговора Нафисат пришлось отсидеть в тюрьме два года.
«Были и другого рода несчастья, и, чтобы не особенно растягивать повествование, скажем, что Нафисат скончалась в Ленинграде во время блокады», – завершает свой рассказ историк.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
😢93👍26❤15👀10👎1🔥1😁1
«Близ Анди есть небольшой хутор Цибильда. Лет 150 тому назад, на этом месте было довольно большое и богатое селение, жители которого делились на 2 тухума. Раз, в праздник Курбан-Байрама, молодежь вышла для состязания в стрельбе в цель. После нескольких выстрелов завязался спор перешедший в драку, в которой случайно был убит один из молодых людей. Родственники его сейчас же бросились на убийцу, от чего завязалась общая свалка между обоими тухумами. Когда в селении сделалось известным, что уже несколько человек убито с обеих сторон, старики и женщины начали в свою очередь драться между собою и душить детей друг друга. Убийства продолжались несколько дней и из всего селения остались в живых только 4 человека. Рассказ об этом происшествии передан мне 60-летним стариком, правнуком одного из уцелевших цибильдинцев». Взято из статьи А. Комарова «Адаты и судопроизводство по ним» в «Сборнике сведений о кавказских горцах» (1868 г.).
На фото: картина Василия Верещагина «Апофеоз войны», 1871 г.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
На фото: картина Василия Верещагина «Апофеоз войны», 1871 г.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👀42😢29👍13❤11😁2
Как меня увольняли с работы
Было лето 1989 года. Мне исполнилось 16. Это трудный возраст – ты себя считаешь взрослым, а окружающие не в курсе. По этой причине очень часто случались дома недоразумения. Когда я выходил из-под контроля матери и старших братьев по домашним хозяйственным делам возникали скандалы. После очередного вмешался «верховный главнокомандующий» – отец, что бывало крайне редко по правилам нашего дома. Он жёстко объявил, что я «уволен с работы». Потом повернулся к маме и братьям и сказал, чтобы никакой работы по дому мне не поручали.
Слово отца для дома – закон, обсуждению и пересмотру не подлежит. И вот все идут на работу, кто на сенокос, кто по дрова, кто по другим делам, один я сижу дома. Вечером все возвращаются, умываются и садятся за стол. Отец первым делом спрашивает у мамы: «Сына накормила? Накорми его, за нас не беспокойся, вот его накорми сперва». Еду мне приносили в отдельную комнату, где я целый день, изнывая от безделья, валялся на диване и читал газеты, журналы, книги. Никто со мной не разговаривал, маму отец строго предупредил, чтоб кроме как о еде никаких других бесед со мной не вела.
Прошла неделя. Весь аул – стар и млад – на сенокосе и другой работе: кто на лугу, кто в лесу. Работает мой отец и домашние тоже, один я дома. Топор, косу и прочие инструменты отец закрыл на замок в сарае, чтобы я самовольно работать не пошёл. Мне ужасно стыдно перед односельчанами, такое ощущение, будто меня весь аул осуждает. И не расскажешь же про «увольнение», многие и не поймут, что это такое и каково моё положение. Ведь у каждого дома свои порядки.
Я мучился почти двадцать дней. И как-то утром попытался поговорить с матерью. Чуть ли не в слезах просил чтобы пустили меня работать. Дверь комнаты была приоткрыта, а в соседней спиной к нам на диване лежал отец, книгу читал. Но разговор наш слышал. Через несколько минут он позвал мать, а вернувшись, она передала мне отцовское распоряжение:
– Иди работать, но он говорит, если ещё раз откажешься делать, что тебе поручили, тебя уволит навсегда...
Каким счастливым я был, когда на следующий день вернулся домой уставший, запылённый, с ноющей от работы спиной и, умывшись, сел ужинать за общий стол с родителями и братьями.
Из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Было лето 1989 года. Мне исполнилось 16. Это трудный возраст – ты себя считаешь взрослым, а окружающие не в курсе. По этой причине очень часто случались дома недоразумения. Когда я выходил из-под контроля матери и старших братьев по домашним хозяйственным делам возникали скандалы. После очередного вмешался «верховный главнокомандующий» – отец, что бывало крайне редко по правилам нашего дома. Он жёстко объявил, что я «уволен с работы». Потом повернулся к маме и братьям и сказал, чтобы никакой работы по дому мне не поручали.
Слово отца для дома – закон, обсуждению и пересмотру не подлежит. И вот все идут на работу, кто на сенокос, кто по дрова, кто по другим делам, один я сижу дома. Вечером все возвращаются, умываются и садятся за стол. Отец первым делом спрашивает у мамы: «Сына накормила? Накорми его, за нас не беспокойся, вот его накорми сперва». Еду мне приносили в отдельную комнату, где я целый день, изнывая от безделья, валялся на диване и читал газеты, журналы, книги. Никто со мной не разговаривал, маму отец строго предупредил, чтоб кроме как о еде никаких других бесед со мной не вела.
Прошла неделя. Весь аул – стар и млад – на сенокосе и другой работе: кто на лугу, кто в лесу. Работает мой отец и домашние тоже, один я дома. Топор, косу и прочие инструменты отец закрыл на замок в сарае, чтобы я самовольно работать не пошёл. Мне ужасно стыдно перед односельчанами, такое ощущение, будто меня весь аул осуждает. И не расскажешь же про «увольнение», многие и не поймут, что это такое и каково моё положение. Ведь у каждого дома свои порядки.
Я мучился почти двадцать дней. И как-то утром попытался поговорить с матерью. Чуть ли не в слезах просил чтобы пустили меня работать. Дверь комнаты была приоткрыта, а в соседней спиной к нам на диване лежал отец, книгу читал. Но разговор наш слышал. Через несколько минут он позвал мать, а вернувшись, она передала мне отцовское распоряжение:
– Иди работать, но он говорит, если ещё раз откажешься делать, что тебе поручили, тебя уволит навсегда...
Каким счастливым я был, когда на следующий день вернулся домой уставший, запылённый, с ноющей от работы спиной и, умывшись, сел ужинать за общий стол с родителями и братьями.
Из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍182❤34🔥15😁13👎2👀1
Кто был последним президентом Дагестана?
Anonymous Quiz
33%
Муху Алиев
13%
Магомедсалам Магомедов
21%
Рамазан Абдулатипов
33%
Владимир Васильев
👎14👍8❤3🔥1🕊1
А знаете ли вы, что съемки культового фильма «Белое солнце пустыни» проходили в Дагестане?
Съемочная бригада и актеры приехали в Дагестан в конце лета 1968-го. Декорации были построены на побережье близ Каспийска: несколько бутафорских домиков, сад с виноградником, нефтеналивные баки. К берегу был подогнан старый баркас махачкалинского порта «Дербент», переименованный для съемок в «Тверь». Сцену, где Сухов откапывает Саида, снимали на бархане Сарыкум. Чтобы раскаленный песок не обжигал Спартака Мишулина, который играл Саида, его поместили в специальный ящик.
На время съемок актеры жили в Махачкале в гостинице «Кавказ» (возле ЦУМа). Описан инцидент, произошедший в одном из местных заведений с Павлом Луспекаевым – исполнителем роли таможенника Верещагина. Между посетителями возникла драка, а актер, разнимая их, получил ножом в лицо. Удар пришелся аккурат в левую бровь. Если бы ниже – актер остался бы без глаза.
На фото: кадры со съёмок фильма, взятые с сайтов «Мосфильм» и «Кинопоиск»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Съемочная бригада и актеры приехали в Дагестан в конце лета 1968-го. Декорации были построены на побережье близ Каспийска: несколько бутафорских домиков, сад с виноградником, нефтеналивные баки. К берегу был подогнан старый баркас махачкалинского порта «Дербент», переименованный для съемок в «Тверь». Сцену, где Сухов откапывает Саида, снимали на бархане Сарыкум. Чтобы раскаленный песок не обжигал Спартака Мишулина, который играл Саида, его поместили в специальный ящик.
На время съемок актеры жили в Махачкале в гостинице «Кавказ» (возле ЦУМа). Описан инцидент, произошедший в одном из местных заведений с Павлом Луспекаевым – исполнителем роли таможенника Верещагина. Между посетителями возникла драка, а актер, разнимая их, получил ножом в лицо. Удар пришелся аккурат в левую бровь. Если бы ниже – актер остался бы без глаза.
На фото: кадры со съёмок фильма, взятые с сайтов «Мосфильм» и «Кинопоиск»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
❤77👍42🔥4😁2👀1
Сталин в Буйнакске не только провозглашал автономию Дагестана... Подробности в нашем новом посте.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👎41👍29🤬3
УРБЕЧ
Сталин в Буйнакске не только провозглашал автономию Дагестана... Подробности в нашем новом посте. Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Как Сталин обманул дагестанцев
В ноябре исполняется 103 года со дня проведения Чрезвычайного съезда народов Дагестана, на котором с исторической речью выступил будущий лидер советского государства, а тогда нарком по делам национальностей РСФСР Иосиф Сталин. Помимо провозглашения автономии Дагестана, он тогда заверил делегатов, что советская власть не враг, а друг местному духовенству.
– До нашего сведения также дошло, что враги советской власти распространяют слухи, что советская власть запрещает шариат, – цитировала Сталина газета «Советский Дагестан» 17 ноября 1920 года. – Я здесь от имени правительства РСФСР уполномочен заявить, что эти слухи неверны. Правительство предоставляет каждому народу полное право управляться на основании своих законов и обычаев. Советское правительство считает шариат таким же правомочным, обычным правом, какое имеется и у других народов. Если дагестанский народ желает сохранить свои законы и обычаи, то они должны быть сохранены.
Последующие события события показали, что Сталин лукавил. Не прошел и год, как начались притеснения духовенства. Ревком ДАССР постановил изъять уголовные дела из ведения шариатских судов, а затем и вовсе лишил представителей духовенства избирательных прав. В 1927 году началась конфискация собственности мечетей в пользу государства. Тогда же были упразднены и шариатские суды, а для нарушителей предусматривалась уголовная ответственность.
Последние надежды духовенства умерли, когда команда «фас!» прозвучала из уст председателя ДагЦИКа Нажмудина Самурского. В том же году на Вседагестанском съезде Советов он произнес: «Мы не можем допустить, чтобы в дальнейшем культурном развитии нашего хозяйства нам мешало духовенство. Нам нужно вырвать у духовенства последние зубы, чтобы оно не могло произнести ни звука». В 1929 году в Дагестане создают Совет Союза воинствующих безбожников. Его руководство заявляет открыто о своих задачах: за год привлечь в организацию до 25 000 членов и еще 10 тысяч – в общество «Юных безбожников».
В это же время набирает обороты «дело Али Хаджи Акушинского»: преследованиям подвергаются 64 человека в Даргинском округе. Престарелый шейх, который умрет через год, вынужден просить у властьимущих помиловать его сына Магомеда, которому в итоге расстрел заменяют на ссылку. Впоследствии будет репрессирован и другой влиятельный духовный лидер – шейх Хасан Кахибский, чье место захоронения неизвестно по сей день. Полным ходом будут закрываться мечети и медресе, запрещаться любые религиозные обряды и праздники, уничтожаться мусульманская литература, проходить аресты представителей духовенства.
Итогом станет то, что к 1933 году будут репрессированы более 1,2 тысячи религиозных деятелей. Опасаясь этой участи, 941 имам и 552 кадия откажутся от религиозной службы. К началу 1940 года в Дагестане фактически не останется официально действующих мечетей, в то время как еще 12 лет назад их насчитывалось 2 тысячи.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
В ноябре исполняется 103 года со дня проведения Чрезвычайного съезда народов Дагестана, на котором с исторической речью выступил будущий лидер советского государства, а тогда нарком по делам национальностей РСФСР Иосиф Сталин. Помимо провозглашения автономии Дагестана, он тогда заверил делегатов, что советская власть не враг, а друг местному духовенству.
– До нашего сведения также дошло, что враги советской власти распространяют слухи, что советская власть запрещает шариат, – цитировала Сталина газета «Советский Дагестан» 17 ноября 1920 года. – Я здесь от имени правительства РСФСР уполномочен заявить, что эти слухи неверны. Правительство предоставляет каждому народу полное право управляться на основании своих законов и обычаев. Советское правительство считает шариат таким же правомочным, обычным правом, какое имеется и у других народов. Если дагестанский народ желает сохранить свои законы и обычаи, то они должны быть сохранены.
Последующие события события показали, что Сталин лукавил. Не прошел и год, как начались притеснения духовенства. Ревком ДАССР постановил изъять уголовные дела из ведения шариатских судов, а затем и вовсе лишил представителей духовенства избирательных прав. В 1927 году началась конфискация собственности мечетей в пользу государства. Тогда же были упразднены и шариатские суды, а для нарушителей предусматривалась уголовная ответственность.
Последние надежды духовенства умерли, когда команда «фас!» прозвучала из уст председателя ДагЦИКа Нажмудина Самурского. В том же году на Вседагестанском съезде Советов он произнес: «Мы не можем допустить, чтобы в дальнейшем культурном развитии нашего хозяйства нам мешало духовенство. Нам нужно вырвать у духовенства последние зубы, чтобы оно не могло произнести ни звука». В 1929 году в Дагестане создают Совет Союза воинствующих безбожников. Его руководство заявляет открыто о своих задачах: за год привлечь в организацию до 25 000 членов и еще 10 тысяч – в общество «Юных безбожников».
В это же время набирает обороты «дело Али Хаджи Акушинского»: преследованиям подвергаются 64 человека в Даргинском округе. Престарелый шейх, который умрет через год, вынужден просить у властьимущих помиловать его сына Магомеда, которому в итоге расстрел заменяют на ссылку. Впоследствии будет репрессирован и другой влиятельный духовный лидер – шейх Хасан Кахибский, чье место захоронения неизвестно по сей день. Полным ходом будут закрываться мечети и медресе, запрещаться любые религиозные обряды и праздники, уничтожаться мусульманская литература, проходить аресты представителей духовенства.
Итогом станет то, что к 1933 году будут репрессированы более 1,2 тысячи религиозных деятелей. Опасаясь этой участи, 941 имам и 552 кадия откажутся от религиозной службы. К началу 1940 года в Дагестане фактически не останется официально действующих мечетей, в то время как еще 12 лет назад их насчитывалось 2 тысячи.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
😢93👍43❤14🤬13👎9🔥2
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Она охотилась вместе с Хемингуэем в Кении, была женой внучатого племянника Тургенева и управляла крупнейшей хлопковой плантацией в Эфиопии. Героиня нашего нового поста – Назима Ханафи, праправнучка имама Шамиля.
Она родилась в эфиопском городе Харар. Ее родителями были Ханафи и Нафисат Магометовы. Историк Булач Гаджиев пишет, что Ханафи родом из Кумуха, однако сама Назима говорит, что ее отец уроженец Харькова и русский наполовину. Так или иначе Ханафи был одним из крупнейших эмигрантов-предпринимателей в Эфиопии и даже был вхож ко двору тогдашнего императора Менелика. Его жена Нафисат, мать Назимы, была внучкой Газимухаммада – сына имама Шамиля.
Сама Назима окончила университет Бейрута, где изучала международное право. Кроме амхарского языка, на котором говорят в Эфиопии, она знала также французский, английский, арабский и персидский. В 1948 году в Аддис-Абебе она вышла замуж за русского эмигранта Юрия Лапина, который пользовался расположением тогдашнего императора Хайле Селассии. Он реализовал в этой стране несколько крупных бизнес-проектов, в частности, создал первую в Эфиопии пароходную компанию.
В 1974 году после прихода к власти коммунисты отобрали у Юрия и Назимы все активы и владения, оставив им одну единственную виллу. В 1994 году супруги приезжали в Дагестан. «В Махачкале тысячи людей вышли на улицы, чтобы поприветствовать меня», – вспоминала потом Назима. После смерти мужа в 1997 году она приняла православие и сменила имя на Мария. Она умерла в 2018 году и похоронена на армянском кладбище Аддис-Абебы рядом с супругом.
В 2010 году в эфире «Вестей» показали репортаж о Назиме с ее интервью. Некоторые отрывки – на видео.
#женщины
Она родилась в эфиопском городе Харар. Ее родителями были Ханафи и Нафисат Магометовы. Историк Булач Гаджиев пишет, что Ханафи родом из Кумуха, однако сама Назима говорит, что ее отец уроженец Харькова и русский наполовину. Так или иначе Ханафи был одним из крупнейших эмигрантов-предпринимателей в Эфиопии и даже был вхож ко двору тогдашнего императора Менелика. Его жена Нафисат, мать Назимы, была внучкой Газимухаммада – сына имама Шамиля.
Сама Назима окончила университет Бейрута, где изучала международное право. Кроме амхарского языка, на котором говорят в Эфиопии, она знала также французский, английский, арабский и персидский. В 1948 году в Аддис-Абебе она вышла замуж за русского эмигранта Юрия Лапина, который пользовался расположением тогдашнего императора Хайле Селассии. Он реализовал в этой стране несколько крупных бизнес-проектов, в частности, создал первую в Эфиопии пароходную компанию.
В 1974 году после прихода к власти коммунисты отобрали у Юрия и Назимы все активы и владения, оставив им одну единственную виллу. В 1994 году супруги приезжали в Дагестан. «В Махачкале тысячи людей вышли на улицы, чтобы поприветствовать меня», – вспоминала потом Назима. После смерти мужа в 1997 году она приняла православие и сменила имя на Мария. Она умерла в 2018 году и похоронена на армянском кладбище Аддис-Абебы рядом с супругом.
В 2010 году в эфире «Вестей» показали репортаж о Назиме с ее интервью. Некоторые отрывки – на видео.
#женщины
👍53👎29❤24😢9🗿3🔥2😁1
А знаете ли вы, что традиция почитания старших нашла отражение в Конституции Дагестана? Согласно статье 63, первое заседание Народного Собрания открывает и до избрания председателя ведет старейший по возрасту депутат. Так, в сентябре 2021 года, когда шла первая сессия новоизбранного состава НС РД, на ней председательствовал старейший из парламентариев Магомед Патхулаев – уроженец села Шодрода Ботлихского района, которому на тот момент исполнился 71 год.
Фото: Евгений Костин/«Молодежь Дагестана».
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Фото: Евгений Костин/«Молодежь Дагестана».
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍63❤9🔥1
Пушкин и бандиты
– Огь бандитги бандит я... гьале ха бихьинчи!!! – крикнул гость вошедшему мальчику и подозвал к себе.
– В какой класс пошёл?
– Во второй...
– Спортом занимаешься?
Мальчик промолчал, посмотрел на отца, который сидел в роскошном кожаном кресле напротив гостя.
– На панкратион записал я его... – сказал отец, но ответ был неубедительный.
Гость, чтобы избавиться от неловкой паузы, разговор перевёл на другую тему. Но отцу приятно было услышать от гостя слово «бандит» в адрес своего сына. Звучало оно для него как комплимент. «Может, есть в нём какие-то бандитские зададатки и выйдет нормальный человек», – думал он про себя.
Когда гость ушёл, Гусейн вспомнил своё прошлое. Начинал он с воровства и грабежа поездов, которые шли из Кизляра в Астрахань. Через несколько лет один из его «коллег по поездам» стал депутатом парламента и важным человеком. Он дал бывшему подельнику заправку, чтоб зарабатывать, и частное охранное предприятие, чтобы обеспечить безопасность ему.
Наладилась жизнь, построил большой дом, имел авторитет, был даже депутатом парламента в одном созыве. Рос у него сын Салам, отцу в нём не нравилось одно его у влечение – сын всё время был занят раскраской разных картинок, читал сказки и смотрел мультфильмы, когда его сверстники играли во дворе в бандитов. Из того, что говорил отец, одно делал сын беспрекословно – это намаз. Делал вовремя, иногда на утренний намаз отца тоже будил.
Гусейн понимал, что если сын не будет молиться, то общество его не примет. И намаз, и разные дуа, которые делают на таъзиятах, больше нужны для этого мира, чем для загробного. Он видел, как близкие к духовенству люди неплохо кушают. Но только намаза недостаточно, надо ещё что-то делать, чтобы пробиться наверх. Например, ранить или грохнуть кого-нибудь ближе к двадцати годам. Там дальше можно было подключить духовенство, авторитетных людей и маслиат сделать. По крайней мере было бы с чем идти в Белый дом, когда будешь просить мандаты для своих детей. Не скажешь же ты там, что он хорошо учится и математику знает. Или у него необычного цвета, красный диплом. За «чмошника» примет избирком и секретариат партии.
«И это будет правильно. Если бы я послушался своего отца в своё время и поступил в финансовый техникум, что было бы со мной?» – грустные размышления охватили Гусейна. Он, заложив руки за спину, шагал по персидскому ковру, наискосок пересекая просторный зал. Вдруг остановился и посмотрел на столик в углу, где лежали наполовину, раскрашенные рисунки из журнала «Почемучка» и потрёпанная книга сказок. Его лицо изменилось, глаза заблестели в ярости:
– Вот эта обезьяна украла у меня сына!!! – крикнул
Гусейн и швырнул в дальний угол «Сказку о золотом петушке». Со старой книги сорвались и, словно листья в осеннем саду, в разные углы полетели страницы сказки.
– Сам он петушок, этот Пушкин, – добавил Гусейн и пошел сына искать.
Из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
– Огь бандитги бандит я... гьале ха бихьинчи!!! – крикнул гость вошедшему мальчику и подозвал к себе.
– В какой класс пошёл?
– Во второй...
– Спортом занимаешься?
Мальчик промолчал, посмотрел на отца, который сидел в роскошном кожаном кресле напротив гостя.
– На панкратион записал я его... – сказал отец, но ответ был неубедительный.
Гость, чтобы избавиться от неловкой паузы, разговор перевёл на другую тему. Но отцу приятно было услышать от гостя слово «бандит» в адрес своего сына. Звучало оно для него как комплимент. «Может, есть в нём какие-то бандитские зададатки и выйдет нормальный человек», – думал он про себя.
Когда гость ушёл, Гусейн вспомнил своё прошлое. Начинал он с воровства и грабежа поездов, которые шли из Кизляра в Астрахань. Через несколько лет один из его «коллег по поездам» стал депутатом парламента и важным человеком. Он дал бывшему подельнику заправку, чтоб зарабатывать, и частное охранное предприятие, чтобы обеспечить безопасность ему.
Наладилась жизнь, построил большой дом, имел авторитет, был даже депутатом парламента в одном созыве. Рос у него сын Салам, отцу в нём не нравилось одно его у влечение – сын всё время был занят раскраской разных картинок, читал сказки и смотрел мультфильмы, когда его сверстники играли во дворе в бандитов. Из того, что говорил отец, одно делал сын беспрекословно – это намаз. Делал вовремя, иногда на утренний намаз отца тоже будил.
Гусейн понимал, что если сын не будет молиться, то общество его не примет. И намаз, и разные дуа, которые делают на таъзиятах, больше нужны для этого мира, чем для загробного. Он видел, как близкие к духовенству люди неплохо кушают. Но только намаза недостаточно, надо ещё что-то делать, чтобы пробиться наверх. Например, ранить или грохнуть кого-нибудь ближе к двадцати годам. Там дальше можно было подключить духовенство, авторитетных людей и маслиат сделать. По крайней мере было бы с чем идти в Белый дом, когда будешь просить мандаты для своих детей. Не скажешь же ты там, что он хорошо учится и математику знает. Или у него необычного цвета, красный диплом. За «чмошника» примет избирком и секретариат партии.
«И это будет правильно. Если бы я послушался своего отца в своё время и поступил в финансовый техникум, что было бы со мной?» – грустные размышления охватили Гусейна. Он, заложив руки за спину, шагал по персидскому ковру, наискосок пересекая просторный зал. Вдруг остановился и посмотрел на столик в углу, где лежали наполовину, раскрашенные рисунки из журнала «Почемучка» и потрёпанная книга сказок. Его лицо изменилось, глаза заблестели в ярости:
– Вот эта обезьяна украла у меня сына!!! – крикнул
Гусейн и швырнул в дальний угол «Сказку о золотом петушке». Со старой книги сорвались и, словно листья в осеннем саду, в разные углы полетели страницы сказки.
– Сам он петушок, этот Пушкин, – добавил Гусейн и пошел сына искать.
Из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍63😁30❤7🔥5👎4👀3💔2
Этот дом в Гунибе был построен в 1860-е для императорского наследника Павла Романова. Дело в том, что мальчик страдал легочной болезнью. Знаменитый хирург Николай Пирогов посоветовал его отцу, императору Александру ll, поселить сына в Гунибе из-за местного целительного климата. Так началось строительство двухэтажного дома европейского типа со стенами двухметровой толщины и огромными пятистенными залами.
После цесаревича дом в разное время занимали должностные лица. Так, в 1873-м здесь в семье военного начальника Среднего Дагестана Дмитрия Комарова родилась известная писательница Ольга Форш. Улица, на которой находится этот дом, сегодня носит ее имя.
В советское время и в наши дни здание использовали под разные нужды, в основном здесь располагались госучреждения. Сейчас дом частично занимает местное отделение Социального фонда, а большая часть пустует.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
После цесаревича дом в разное время занимали должностные лица. Так, в 1873-м здесь в семье военного начальника Среднего Дагестана Дмитрия Комарова родилась известная писательница Ольга Форш. Улица, на которой находится этот дом, сегодня носит ее имя.
В советское время и в наши дни здание использовали под разные нужды, в основном здесь располагались госучреждения. Сейчас дом частично занимает местное отделение Социального фонда, а большая часть пустует.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍105❤22🔥1
В этом молодом человеке тяжело узнать колоритного Омара Бегова – одного из первых дагестанцев-депутатов Госдумы РФ, неотъемлемой частью имиджа которого была надетая набекрень папаха. Читайте ниже наш новый пост – о забавном происшествии с его участием.
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍61❤7👎6🔥5
УРБЕЧ
В этом молодом человеке тяжело узнать колоритного Омара Бегова – одного из первых дагестанцев-депутатов Госдумы РФ, неотъемлемой частью имиджа которого была надетая набекрень папаха. Читайте ниже наш новый пост – о забавном происшествии с его участием. Подпишитесь…
Рассказывает известный журналист Иззет Алиев:
«Однажды в столичной гостинице «Москва» я пошел в парикмахерскую, занял очередь и за чтением «Вечерки» дожидался своего часа. Наверху в номере меня ждали друзья – Ислам Казиев и Исмаил Джамалутдинов. Вдруг раздался обычный, но резкий и громкий вопрос:
– Кто здесь последний?
Голос был очень знакомый. Я невольно обернулся и увидел Омара Бегова, самого шумного среди моих знакомых человека.
Он тогда создавал сталинскую партию, был очень деловит и беспредельно самодоволен.
Омар обнял меня, оценивающе оглядел всех, кто стоял в очереди впереди меня, и с присущим ему напором овладел ситуацией:
– Почему ты последний? Они же в гостинице не живут. Мы, гостиничные, имеем право обслуживаться вне очереди. Здесь так принято.
С этими словами он зашел в парикмахерский зал, прикинул, где завершают стрижку, и рокочущим голосом непререкаемо произнес:
– Ты сядешь в то кресло, а я – в это. А те подождут, – сказал он, оглядев притихших москвичей.
Мы, действительно, без всякого сопротивления со стороны аборигенов заняли наши кресла и оживленно справлялись о последних новостях, когда раздался телефонный звонок. «Мой» парикмахер поднял трубку, а затем спросил:
– Кто здесь Иззет Алиев?
– Я!
– Вас просит к телефону, – произнес парикмахер, таинственно понизив голос, – сам Расул Гамзатов.
Я подошел к телефону, взял трубку и услышал хихиканье Ислама Казиева, который, естественно, голосом Расула поговорил с парикмахером и очень довольный своей проделкой справлялся:
– Скоро поднимешься?
– Чем меньше ты будешь беспокоить меня, тем скорее все завершится, – строго сказал я, забыв, что разговариваю с «Расулом Гамзатовым».
Тут парикмахер совсем ошалел: он стриг человека, который «отчитывает» самого Расула. Его движения стали мягкими и нежными. Он так тщательно обслуживал меня, что процесс сильно затянулся.
– Я тоже хочу встретиться с Расулом, – сказал Омар. – Он здесь, в гостинице?
– Да, – окончательно заврался я.
Когда мы прощались с мастером, «мой» задержал Омара и тихо спросил, кивая в мою сторону:
– А кто это?
– Не спрашивайте, в другой раз… – еще таинственней ответил Омар, окончательно повергнув парикмахера в шок».
Из книги Максима Алимова «Выше гор могут быть только горцы»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
«Однажды в столичной гостинице «Москва» я пошел в парикмахерскую, занял очередь и за чтением «Вечерки» дожидался своего часа. Наверху в номере меня ждали друзья – Ислам Казиев и Исмаил Джамалутдинов. Вдруг раздался обычный, но резкий и громкий вопрос:
– Кто здесь последний?
Голос был очень знакомый. Я невольно обернулся и увидел Омара Бегова, самого шумного среди моих знакомых человека.
Он тогда создавал сталинскую партию, был очень деловит и беспредельно самодоволен.
Омар обнял меня, оценивающе оглядел всех, кто стоял в очереди впереди меня, и с присущим ему напором овладел ситуацией:
– Почему ты последний? Они же в гостинице не живут. Мы, гостиничные, имеем право обслуживаться вне очереди. Здесь так принято.
С этими словами он зашел в парикмахерский зал, прикинул, где завершают стрижку, и рокочущим голосом непререкаемо произнес:
– Ты сядешь в то кресло, а я – в это. А те подождут, – сказал он, оглядев притихших москвичей.
Мы, действительно, без всякого сопротивления со стороны аборигенов заняли наши кресла и оживленно справлялись о последних новостях, когда раздался телефонный звонок. «Мой» парикмахер поднял трубку, а затем спросил:
– Кто здесь Иззет Алиев?
– Я!
– Вас просит к телефону, – произнес парикмахер, таинственно понизив голос, – сам Расул Гамзатов.
Я подошел к телефону, взял трубку и услышал хихиканье Ислама Казиева, который, естественно, голосом Расула поговорил с парикмахером и очень довольный своей проделкой справлялся:
– Скоро поднимешься?
– Чем меньше ты будешь беспокоить меня, тем скорее все завершится, – строго сказал я, забыв, что разговариваю с «Расулом Гамзатовым».
Тут парикмахер совсем ошалел: он стриг человека, который «отчитывает» самого Расула. Его движения стали мягкими и нежными. Он так тщательно обслуживал меня, что процесс сильно затянулся.
– Я тоже хочу встретиться с Расулом, – сказал Омар. – Он здесь, в гостинице?
– Да, – окончательно заврался я.
Когда мы прощались с мастером, «мой» задержал Омара и тихо спросил, кивая в мою сторону:
– А кто это?
– Не спрашивайте, в другой раз… – еще таинственней ответил Омар, окончательно повергнув парикмахера в шок».
Из книги Максима Алимова «Выше гор могут быть только горцы»
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
😁128👍40❤12🔥9👎5
У народов Южного Дагестана, в отличие от остальных дагестанцев, гостю в первую очередь предлагали чай: подавался кипяток, заварка в чайнике и армуды – стаканы небольших размеров, несколько утонченные в средней части по сравнению с верхней и нижней.
К чаю – кусковой, сколотый от сахарной головки, сахар. Тут же, как правило, подавались лепешки и сыр, иногда мед и сливочное масло.
При неторопливой беседе, маленькими глотками, гость выпивал обычно один стакан и ставил пустую посуду на подстаканник вверх дном. Жест означал, что от дальнейшего чаепития гость отказывается, и хозяин не настаивал. Еда для гостя подносилась уже после чаепития.
Зная этот порядок, гость обычно затягивал чаепитие до появления на столе первых блюд. Как пишет этнограф Сергей Лугуев, обычай чаепития, развившийся у народов Южного Дагестана по всей вероятности под влиянием Азербайджана, распространился к началу XX века по всему Дагестану, с разной, однако, интенсивностью.
У народов Западного Дагестана, например, чаепитие более или менее вошло в быт где-то в предвоенные-послевоенные годы, да и особенно там не привилось. Чаепитие и, соответственно, угощение гостей чаем, основательно привилось в Северном и Центральном Дагестане. Правда, здесь чай гостям чаще всего предлагался к концу трапезы.
На первом фото – чаепитие с участием официальных лиц во дворе джума-мечети Дербента, на втором – знаменитый дербентский чайханщик Октай. Источник: тг-канал «Дербентские новости».
#адат
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
К чаю – кусковой, сколотый от сахарной головки, сахар. Тут же, как правило, подавались лепешки и сыр, иногда мед и сливочное масло.
При неторопливой беседе, маленькими глотками, гость выпивал обычно один стакан и ставил пустую посуду на подстаканник вверх дном. Жест означал, что от дальнейшего чаепития гость отказывается, и хозяин не настаивал. Еда для гостя подносилась уже после чаепития.
Зная этот порядок, гость обычно затягивал чаепитие до появления на столе первых блюд. Как пишет этнограф Сергей Лугуев, обычай чаепития, развившийся у народов Южного Дагестана по всей вероятности под влиянием Азербайджана, распространился к началу XX века по всему Дагестану, с разной, однако, интенсивностью.
У народов Западного Дагестана, например, чаепитие более или менее вошло в быт где-то в предвоенные-послевоенные годы, да и особенно там не привилось. Чаепитие и, соответственно, угощение гостей чаем, основательно привилось в Северном и Центральном Дагестане. Правда, здесь чай гостям чаще всего предлагался к концу трапезы.
На первом фото – чаепитие с участием официальных лиц во дворе джума-мечети Дербента, на втором – знаменитый дербентский чайханщик Октай. Источник: тг-канал «Дербентские новости».
#адат
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
👍82❤16🔥7😁2👀1
16 ноября – один из трагических дней в истории Дагестана. 27 лет назад в результате взрыва жилого дома в Каспийске погибли десятки человек. Рекомендуем к просмотру документальный фильм коллег из «Молодежки», в котором они говорят о теракте с очевидцами и выжившими.
#дата
https://youtu.be/Fc5m-AGwdiM
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
#дата
https://youtu.be/Fc5m-AGwdiM
Подпишитесь на «УРБЕЧ»
YouTube
Теракт в г. Каспийск 16 ноября 1996 года.
😢90❤10👍3🕊3