Этот рассказ из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева покруче любого вестерна. Обсудим?

https://telegra.ph/Krovavye-istorii-Dzhurmuta-Ilyas-iz-Kamiluha-i-Revaz-iz-Kahetii-09-30

#чтиво

Масоны из Дагестана

Сохранились сведения об участии, по крайней мере, трех дагестанцев в масонских ложах во Франции.

Больше всех в этом деле преуспел уроженец Дербента Ибрагим-бек Гайдаров – экс-депутат Госдумы и член правительства Горской республики. В 1923-м после эмиграции во Францию принят в русскую масонскую ложу «Астрея», основанную для «участия масонов в восстановлении жизни в России». «Коллеги» писали о нем: «свою мусульманскую религию ставит очень высоко, считая, что при правильном ее понимании, она дает человеку очень высокий идеал», «уточняет, что управление Дагестаном должно быть самобытно, но связано с общим управлением Россией», «его верования не только не помешают, но, наоборот, помогут ему стать хорошим масоном». Впоследствии Гайдаров сам выступил одним из основателей лож «Золотое руно» и «Прометей». В 1928-м, переехав в Турцию, вступил в турецкую масонскую ложу.

Членом ложи «Золотое руно» был и уроженец села Урахи Азиз Далгат. Выпускник Харьковского университета, он сделал блистательную карьеру военного врача в Русской Императорской армии. В 1921-м стал эмигрантом. Работал врачом во Франции и Африке. Ложа «Золотое руно», в которой состоял Далгат, была образована для «внесения» франкмасонского света в среду инородческих жителей Кавказа». Впоследствии Далгат и другие масоны-кавказцы основали свою, уже чисто кавказскую ложу «Прометей».

Такой же путь проделал уроженец города Темир-Хан-Шура Гайдар Баммат. Выпускник Санкт-Петербургского университета, он был участником почти всех значимых политических процессов на Кавказе в начале XX века. После неудачной попытки сохранить Горскую республику, в которой он был министром иностранных дел, Баммат эмигрировал во Францию. Здесь он продолжил общественно-политическую деятельность. Был дипломатическим представителем Афганистана в Швейцарии. Известно, что Баммат состоял в трех ложах: «Золотое руно», «Прометей» и «Любомудрие». В последней он даже получил 4-ю из 14-ти степеней посвящения.

На фото: Ибрагим-бек Гайдаров, Азиз Далгат, Гайдар Баммат.

#факт

Шамхал Абу-Муслим Тарковский, 1845 год. Рисунок князя Григория Гагарина. Его историю борьбы за власть читайте в нашем посте «Как устраняли политических конкурентов в старом Дагестане».

Как устраняли политических конкурентов в старом Дагестане

Летом 1830-го резиденция тарковских шамхалов была погружена в траур. Здесь оплакивали шамхала Мехти ll, который умер, возвращаясь из Санкт-Петербурга после приема у императора Николая l. Люди с разных концов Дагестана прибывали, чтобы выразить соболезнование шамхальской семье. Неожиданно траурное мероприятие прерывает визит царского офицера Ивченко в сопровождении солдат. Он сообщает, что прибыл арестовать шамхальского сына Абу-Муслима…

Сказать, что это было шоком – ничего не сказать. Да, прежде Абу-Муслим имел некоторые отношения с мятежным имамом Газимагомедом, но незадолго до ареста он здорово помог царской администрации, сыграв значительную роль в умиротворении жителей Койсубулы. Царские офицеры, с которыми он всерьез обсуждал даже планы по пленению мятежного имама, уверяли его, что он непременно будет облагодетельствован за свои заслуги. Однако вместо этого его с пятью товарищами заключают в крепость Бурную, а его жену – дочь хунзахской ханши – помещают под домашний арест в шамхальской резиденции.

В это время на престоле утверждается старший сын Мехти ll – Сулейман-паша. Пожилой шамхал, не желая смуты между своими сыновьями, позаботился об этом заблаговременно. Утверждение его наследником – было первое, о чем он просил царя в Петербурге. Если бы не это обстоятельство, то между Сулейман-пашой и Абу-Муслимом вполне могла произойти междоусобица. Градус напряжения в их отношениях не спадал даже спустя некоторое время после того, как сам царь утвердил Сулейман-пашу. Теперь не трудно догадаться, кто стоял за арестом Абу-Муслима. Но сначала надо рассказать о другой, не менее яркой личности…

«…этот Иван-бек, по роду армянин, вышедший в люди из ничтожества, благодаря случайности и своей ловкости…», «известный казнокрад и соглядатай, прозванный А. П. Ермоловым Ванькой-Каином» – так описывают современники майора Ивана Корганова. Он был адъютантом при фельдмаршале Паскевиче, который в то время являлся фактически главнокомандующим на Северном Кавказе. Военный историк Волконский, от которого мы узнаем всю эту историю, пишет, что Корганов с «наперсниками» использовали свое положение для личного обогащения и продвижения по службе: «Наши власти, даже высшие, исполняли их представления и содействовали предприятиям этой шайки, не имея права критиковать их, а владетельные особы Дагестана поневоле молчали и покорялись».

Арест Абу-Муслима Тарковского также оказался делом рук Корганова. Прибегнув к служебному подлогу, он провернул эту операцию руками недальновидного командира Апшеронского полка полковника Мищенко. Как пишет Волконский, арест брата был «политическим заказом» Сулейман-паши Тарковского. Корганов, по показаниям мехтулинского хана, «взял с Сулейман-паши тысячу червонцев и карету, чтобы обвинить и арестовать Абу-Муселима, и насильно отнял у последнего невольницу».

Неизвестно, чем бы закончилась эта история, если бы не кратковременный отъезд с Кавказа покровителя Корганова – фельдмаршала Паскевича. Абу-Муслим будет освобожден из-под ареста и через несколько лет займет шамхальский престол после смерти брата Сулейман-паши. Паскевич по возвращении будет «поставлен в необходимость отозвать Корганова, так как злоупотребления его наконец вывели из терпения дагестанских владельцев». Однако он так и не понесет ответственность за свои «проделки». «Такова была сила временщика, известное всем пристрастие к нему графа Паскевича и боязнь даже высокопоставленных лиц обнаружить преступления Ваньки-Каина», – заключает Волконский.

#история

Традиционно дагестанцы заключают браки с односельчанами. И чем дальше вглубь веков смотрим, тем этот обычай строже. Особенно для девушек. Сохранились поговорки: «Хороший камень из аула не вынесут», «Золото ценнее будет там, где его добывают».
Есть предание о мужчине из Согратля, который взял вторую жену из другого села. В итоге между его женами состоялся словесный баттл. Первая язвила: «Чистая рожь реку не перейдет, непорочная девушка из своего села в другое не попадет». Вторая не растерялась: «Если мельница исправна, воду не перекрывают; если бы ты была хорошей женой, он бы меня не взял».

Кое-где за такие браки вводили санкции. Согласно адатам аварцев Келебского общества, если девушка выходила замуж за его пределы, то с опекуна и с нее взыскивался штраф в размере пахотного участка. Если же она вместе с мужем оставалась в ауле, то штраф налагался на того, кто предоставит им кров: 3 овцы за каждый день. По адатам села Харахи, за брак с иноаульцев семья девушки платила десять рубей. Мужчина за брак с женщиной из другого села платил телкой двух лет. Послабления могли делать для бедных семей. Так, в селе Сиух у одного бедняка было шесть дочерей, которых никто не брал замуж из-за их бедности. Джамаат разрешил ему выдать дочерей в другое село.

Согласно адатам лезгин Самурской долины, если житель другого общества брал в жены местную девушку, то должен был внести 3 рубля в пользу сельского магала, к которому принадлежала невеста. Эта подать называлась «барху». В селе Мискинджа в качестве барху было принято отдавать быка. В Табасаране за девушку, выходившую замуж в другое общество, надо было платить десять рублей, за вдову – пять рублей.

Этнограф Сакинат Гаджиева приводит эти факты в своей книге «Семья и брак у народов Дагестана в Xl – начале XX вв». Отмечается, что в основе адатов лежали социально-экономические интересы обществ. Так они стремились сохранить в пределах своего ведения имущество, выдаваемое в качестве приданного, особенно земельные участки.

На фото: привод невесты в селе Ицари, 1969 год.

#адат

Рокеры из Ансалты

Фото рок-группы «Ансалта» давно гуляет по соцсетям, однако нигде нет сведений об этом ярком коллективе. «УРБЕЧ» решил устранить этот досадный пробел и поговорил с её участником Магомедом Алиевым.

Группа была основана в селе Ансалта Ботлихского района во второй половине 80-х. Её основатель – выпускник Махачкалинского музыкального училища Нурмагомед Нурмагомедов. Кстати, он двоюродный дядя легендарного Шамо – звезды дагестанской эстрады нулевых. Нурмагомедов написал слова и музыку почти для всех песен «Ансалты». Пели они на родном аварском языке. Главные хиты: «Аваристан», «Хаджимурад» и «Газават». Исполняли также кавер-версии песен западных рок-групп, в частности, «Pink Floyd» и «Smokie». В начале 90-х у «Ансалты» даже состоялось своего рода турне по Дагестану, кульминацией которого стал концерт в Аварском театре.

По ряду причин группа перестала выступать во второй половине 90-х. Студийных записей у неё никогда не было. Всё наследие «Ансалты» –личные архивы участников.

Что касается фото, то оно было сделано в Махачкале после концерта в Авартеатре. Слева-направо: Ахмед Лабазанов (ритм-гитара), Абдурахман Абдулвахидов (клавиши), Магомед Дибиров (бас-гитара), Магомед Алиев (ударные) и Нурмагомед Нурмагомедов (вокал). На фото нет шестого участника Вагаба Ибрагимова (соло-гитара). Вопреки расхожему мнению известный певец Руслан Магомедов, тоже уроженец Ансалты, не был в группе. Однако он хорошо знаком с участниками и даже спел несколько их песен сольно. А кавер-версию «Another Brick in the Wall» на аварском, которую ошибочно приписывают «Ансалте», Руслан Магомедов исполнил с другими музыкантами.

Сегодня уже нет в живых основателя «Ансалты» Нурмагомеда Нурмагомедова и клавишника Абдурахмана Абдулвахидова. Вагаб Ибрагимов и Магомед Алиев занимаются строительством. Ахмед Лабазанов работает в сфере туризма, а у Магомеда Дибирова свой магазин. Музыкальное прошлое они не забывают и иногда собираются, чтобы тряхнуть стариной. Но уже для себя.

#факт

«Предсказание по лопатке» – интересный рассказ из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева о суеверных повериях горцев.

Обсудим?

https://telegra.ph/Predskazanie-po-lopatke-10-07

Чохская трагедия

Камалил Башир – один из самых известных и загадочных героев дагестанского фольклора и литературы. Юноша невероятной красоты, вызывающий страстную любовь у женщин и дикую ревность у мужчин, погибает от руки собственного отца, который становится палачом не по своей воле, а по решению джамаата.

Каким был настоящий Камалил Башир, доподлинно уже не установить – слишком давно это было. Реальную картину по историческим и фольклорным материалам попыталась восстановить историк Патимат Тахнаева. В скором времени предполагается издание её книги о Камалил Башире. «УРБЕЧ» побеседовал с автором и вот что мы узнали.

Итак, Башир жил в селе Чох во второй половине 18 века. Его отец – местный уздень Камал. Они относятся к тухуму Арбухановых. На момент гибели Баширу было 17 лет или немногим больше. Не исключено, что он располагал к себе не столько внешней красотой, а сколько харизмой. Например, он хорошо играл на чагане – музыкальный инструмент по типу скрипки. Приписываемые ему связи с противоположным полом – выдумка. Эти пикантные дополнения были наложены на его историю со временем. На самом деле это был целомудренный юноша: за ним не было ни одного проступка, за который его могли предать наказанию по адату и шариату.

Одно из оригинальных повествований о Башире – это старинная народная песня, записанная со слов уроженца Чоха Мусал Алил Омара. К сожалению, утеряны ее начало и конец, а из того, что есть, вырисовывается следующий сюжет. Башир до полудня играет на бубне в окрестностях лакского села Куба, а после полудня – на чохских полях, уже на чагане. Это время, когда он вынужденно покинул родной аул, найдя прибежище в гроте неподалеку, именуемом теперь в его честь «Баширил-нохо» – пещера Башира. Оно находится в живописном месте недалеко от плато Маарда, откуда, действительно, рукой подать до чохских полей и лакских сел.

В один из дней Башир видит из своего грота толпу мужчин, которая идет в его сторону из Чоха. Впереди бежит его двоюродный брат Али, который кричит ему: «Беги, Башир! Они идут тебя убивать!» Башир тронут его беспокойством, но отвечает, что не будет бежать, ибо ему надоели «заячий бег» и «лисья жизнь». В итоге толпа схватила его и привела на центральную площадь села. Юношу привязали к столбу, который служил местом для казни. Был вызван отец Башира – старый Камал до последнего не знал о происходящем. Его поставили перед выбором: либо он сам убьет сына, либо это сделает джамаат. Тогда Камал берет в правую руку топор, а другой вытирает слезы… Здесь песня обрывается.

Любопытно, что широкую известность легенда о Камалил Башире получила лишь после того, как вышла одноименная пьеса поэта Магомеда Абасилава. До тех пор о юноше пели и рассказывали только в самом Чохе и ближайших обществах, в том числе лакских и даргинских. Другой интересный момент: до Башира в дагестанском фольклоре обычно героем выступал брутальный мужчина, который совершает разные подвиги, а он стал первым героем, воспетым не за молодецкую удаль, а за красоту и харизму.

Почему же с Камалил Баширом поступили так жестоко, если за ним не было реального преступления? В основе решения джамаата лежал своего рода инстинкт самосохранения. Присутствие такого юноши в селе ставило под угрозу спокойствие как мужчин – из-за ревности, так и женщин – из-за соблазна. А отцу пришлось самому исполнить общественный приговор, поскольку иначе, если бы казнь совершил кто-то другой, на родственников Башира легло бы обязательство кровной мести.

Со временем чохцы пришли к покаянию за казнь невинного человека. Его могила стала сакральной – женщины проводили здесь обряд взывания дождя. Обязательной формулой обряда была фраза: «На Чохе грех». Возможно, принесением покаяния они хотели вызвать к себе милость и прощение.

#легенда

Заметили, что «УРБЕЧ» становится мужским каналом, ибо процент подписчиц стремительно сокращается. Чтобы восстановить баланс, решили запустить серию публикаций о женщинах в истории Дагестана. В следующем посте – первая из них.

На фото: картина Халилбека Мусаясул «Девушка из Дагестана»

Эта хрупкая девушка из чеченского аула Гехи вынесет испытания, которые сломили бы многих на ее месте. Гибель всех мужчин в родительской семье, разлука с любимым мужем и его смерть, заключение в яму зимой и роды там же. Это все про Сану – жену легендарного Хаджи-Мурада.

Девушка рано познала горечь потери. Один за другим на Кавказской войне погибли семь ее братьев. А отец, могучий Дурди, был злодейски убит выстрелом в спину – дело рук человека, за которого он отказался выдать красавицу Сану. Как известно, за тягостью наступает облегчение, и через некоторое время к ней сватается самый храбрый и дерзкий мужчина на Кавказе – Хаджи-Мурад Хунзахский. Сватом выступил сам имам Шамиль. В этом браке Сану родила сына Абдул-Кадыра и дочерей Баху, Бахтике, Семисхан и Кихилай.

В конце 1840-х годов у Хаджи-Мурада начинаются неприятности. Нажив себе серьезных врагов в окружении имама Шамиля, он попадает в опалу, а затем сбегает к царской администрации. Его дом сжигают люди наиба Даниял-бека, которому он в свое время нанес оскорбление, похитив его тёщу. Имущество Хаджи-Мурада конфискуют, оставляя беременную Сану с детьми и его пожилую мать Залму без средств к существованию. Их бросают в яму, в которой они проведут зиму, питаясь одной водой и кукурузным хинкалом.

Хаджи-Мурад в это время находится в расположении царских войск, съедаемый переживаниями. Ему стало известно, что Сану хотят выдать за его врага Даниял-бека, как только она родит. Печаль опального наиба глубока: описан случай, как в один из дней после молитвы в нухинской мечети он плачет навзрыд. Хаджи-Мурад так и не узнает, что в той яме Сану родила ему сына, которого назовут в его честь. Храбрец из Хунзаха будет убит и обезглавлен царскими солдатами после безуспешной попытки сбежать обратно в Дагестан.

Сану и других пленников выпустят из ямы, когда станет известно о гибели Хаджи-Мурада. Затем через послов Даниял-бек предложит ей свою руку.

«Скорее сто раз умру, чем стану женой человека, поставившего капкан моему льву», – таким будет ответ Сану.

В итоге её вынудят стать женой духовного лица из селения Тлох (ныне Ботлихский район). Это Дибирмагома Дибирчо, знакомый Хаджи-Мурада. Он возьмёт Сану вместе с детьми. В этом браке у нее также родятся дети. Свои дни Сану закончит в Тлохе в 1891 году, пережив Хаджи-Мурада почти на 40 лет.

#женщины

Как Никсон создал Албанию в Дагестане

Как показала викторина, почти четверть опрошенных не знает, что в Тляратинском районе есть село Албания. Расследование тг-канала «УРБЕЧ» о происхождении этого названия привело нас не в Кавказскую Албанию, как ожидалось, а в 1956 год, когда состоялось развенчание культа личности Сталина...

Тогда сверху вниз спустили разнарядку: осудить бывшего вождя на собраниях местных активов. Дошла она и до Тляратинского района. Однако собрание, которое здесь вел секретарь райкома Магомед Гитинов, в какой-то момент пошло не по плану из-за своенравного жителя села Хиндах Насрудина Ибрагимова (на фото). В будущем он получит прозвище Никсон за свою непредсказуемость, но обо всем по порядку. На собрании Насрудин дал понять, что ему не нравится критика в адрес Сталина. Убежденный коммунист, потерявший ногу на войне, он посчитал эту риторику предательской. Завязалась полемика. Демократичный секретарь райкома Гитинов оставил сталиниста при своем мнении, но пошутил в конце: «Насрудин, не веди себя как Албания». Как известно, социалистическая Албания тогда отдалилась от СССР, в том числе из-за антисталинской риторики Москвы.

Насрудин униматься не собирался. Он тогда только-только переселился в хиндахский хутор у реки Чарах. После собрания Насрудин сказал людям, что называет его Албанией в знак солидарности с политикой этой страны. Название приросло к хутору, который со временем разросся до села.

А прозвище «Никсон» Насрудин получил в 70-е, когда стал председателем райпо. В те годы бытовал один коррупционный обычай. Когда в магазины привозили новый товар, жены номенклатурных работников «по блату» могли взять нужные им вещи и продукты до того, как все это окажется на прилавках. Насрудин жестко пресек это дело. В советской прессе тогда много писали про «Никсоновский шок» – неоднозначные экономические реформы президента США Ричарда Никсона. В итоге кто-то из местных сравнил Насрудина с Никсоном и пошло-поехало. Его сыновей по сей день именуют по патрониму «Никсонил» – «Никсоновские».

#факт

Пословицы народов Дагестана о семейной жизни

🔸 Яс – гамачI чияр къадалъе («Дочь – камень для чужой стены», пер. с аварского)

🔸 Багамикестти нисна гуни IуьтIуфна, дахи хьир акьуф пушмал верефттава («Кто утром съел сыр с хлебом, и кто женился рано, тот жалеть не будет», пер. с агульского)

🔸 Уршила хьунул г1ели хъубеш неш х1ейгахъу, хъубеш неш ритаурхIели – уршила хьунул хIейгахъу («Когда сама невестка – ненавидишь свекровь, когда становишься свекровью – ненавидишь невестку», пер. с даргинского)

🔸 Самурсакъдан гелин этгенде, къыркъ гюн ийис чыкъмагъан («Когда из чеснока сделали невесту, сорок дней не было запаха», пер. с кумыкского)

🔸 «Чассара» куну, цIувххукун, «ттигу щар къадуцав» куссия тIар («Когда спросили: «Ты откуда?», «Еще не женился», – ответил, говорят», пер. с лакского)

🔸 Гьич са касдиз кьве паб тахьуй дуьньядал («Пусть в этом мире ни у кого не будет две жены», пер. с лезгинского)

🔸 ЦIинды сада цIине, йисды – йыва («Новая одежда один раз бывает новой, старая – семь раз», пер. с рутульского)

🔸 Хпири маргъ тутрувиш, жилири йивдар («Если жена палки не даст, муж и не ударит», пер. с табасаранского). И в тоже время: дирбаш жилири хпириина хил за дарапІур («Храбрый муж на жену руку не поднимет», пер. с табасаранского)

🔸 Чоджаршини хунащершихъад мугьу1ббат ээхьи деш («Жены двух братьев дружно не живут», пер. с цахурского)

Два сына

У женщины было два сына. Старший родился маленьким и больным. Он с раннего детства обучался Корану, обрабатывал землю и ухаживал за садом. У него были самые хорошие абрикосы во всём ауле. И весь урожай он раздавал людям.

Второй сын был красавцем: высокий, привлекательный и успешный молодой человек. У него сразу сложилась карьера. Открыл в 90-е годы коммерческий банк, были и развлекательные заведения: казино, рестораны, сауны и много недвижимости. Он брал её в качестве залога у должников и в последующем выкупал по остаточной стоимости. Карьера шла в гору, он ел икру и запивал дорогим коньяком.
Красивые женщины, несметное количество денег, зарубежные поездки, яхты и горнолыжные курорты, признание, почёт и слава окружали нашего героя.

Когда он прижимал к своей груди очередную красавицу и пропускал очередную рюмку шотландского виски, его брат выгружал арбу навоза возле персикового дерева в ауле. Когда он принимал очередную порцию кокаина и плавал в небесах, брат его, больной и невезучий, закрывался в дальней комнате своего дома, думал о своей смерти, саване и могиле, Судном дне и Сирате и плакал тайно от всех, представляя картину МахІшара.

Мать периодически навещала больного сына и привозила ему разные подарки, младший брат его уговаривал поехать в санаторий, он хотел помочь ему, брат непростого человека не должен так прозябать.

В последний раз они его навестили вместе, мать привезла из Турции дорогую куртку и туфли, брат положил на стол деньги. Уговаривали оставить сад, аул и переехать в город.

Они его жалели…

Из книги «Тайная тетрадь» Магомеда Бисавалиева.