ПОВОРОТ ТУДА
105 subscribers
355 photos
71 links
Уважаю ваше неправильное мнение о книжках и кино.

Для связи писать @northern_alice
Download Telegram
Выживание мертвецов / Survival of the Dead (реж. Джордж Ромеро, 2009)

Вот мы и подобрались к финалу серии "Живые мертвецы". Символично, что "Выживание мертвецов" – это ещё и последний фильм Джорджа Ромеро вообще. Он начал карьеру режиссёра с фильма, положившего начало жанру зомби-хоррора, и зомби-хоррором же он и закончил.

Красиво уйти для творческого человека – задача не из простых. Но если вы после этого предложения ожидаете хвалебные оды "Выживанию мертвецов", то – нет. К сожалению, точку Ромеро поставил не очень удачно. Шестой фильм серии – это спин-офф "Дневников мертвецов", повествующий о группке выживших членов национальной гвардии, которые появились в предыдущей части на несколько минут и предстали не в лучшем свете. Что касается проблематики, то "Выживание" пытается развивать темы, которые возникли ещё в ранних картинах Ромеро о зомби, но здесь звучат более отчётливо. Во-первых, режиссёр вспоминает, что когда-то поставил вопрос о привязанности. В "Рассвете мертвецов" бедняки держали при себе своих почивших и восставших близких. В "Выживании" – один из героев пытается приучить зомби питаться мясом животных и приспосабливает их к работе по дому, как будто ничего не произошло. В "Дне мертвецов" герои делятся на два лагеря: те, кто настроен только и исключительно на войну с зомби, и те, кто пытается выйти с ними на контакт. В "Выживании" – поселение на острове раздирает междоусобица двух кланов: одни, как уже было сказано, топят за сожительство с мертвецами, другие же, находя это мерзким и опасным, всеми силами защищают свои территории от пожирателей плоти.

Какое место занимают здесь наши так называемые главные герои? Складывается ощущение, что они нужны больше для того, чтобы бегать, стрелять и становиться заложниками, кое-как двигая сюжет фильма. Ромеро предпринимает довольно вялые попытки показать товарищество как своеобразную форму семьи и ещё менее убедительно проводит романтическую сюжетную линию. Но то, что у режиссёра здорово удалось в "Рассвете мертвецов", здесь выглядит натянуто и даже не очень уместно. Складывается впечатление, будто бы Ромеро после "Дневников" подзабыл, как снимать камерные фильмы, и попытался кое-как залатать возможные пустые места в сюжете с помощью подручных средств.

Одновременно фильм пытается балансировать между ужасами, драмой и комедией. Надо отдать Ромеро должное и заметить, что стычки с зомби почти не уступают таковым в предыдущих фильмах. Так, например, эпизод с переправой на паром заставляет напрячься и доходчиво раскрывает мысль, что в ситуации конца света граница между добром и злом, подлостью и честностью становится очень размытой.

Возможно, сделай режиссёр ставку на мрачную и тревожную атмосферу, "Выживание" получилось бы средненьким, но вполне смотрибельный фильмом. Однако Ромеро то и дело норовит вильнуть в сторону комедии и вворачивает гэги, которые вызывают скорее чувство неловкости, чем смех, опять же, подрубая на корню потенциал фильма.

Есть фильмы, которые откровенно плохи, но смотрятся забавно. Есть проходные фильмы, которые можно посмотреть "разок под кофеёк". "Выживание мертвецов" же просто скучен. Ромеро сказал более чем достаточно в пяти своих зомби-муви, но мог бы и продолжить ту же "Землю мёртвых", доведя до логического предела эволюцию мёртвых. Однако он предпочёл заново пройтись по уже разрешённым вопросам, не только не привнеся ничего принципиально нового, но и и представив скучноватое кино, которое быстро выветривается из памяти, за исключением отдельных эпизодов.

5/10
4
Брайон Гайсин. «Процесс» / «The Process» (1969)

У нас Брайон Гайсин известен в лучшем случае как товарищ Уильяма Берроуза и соразработчик такой техники написания текста, как cut-up (метод нарезки). На родине же это один из важнейших представителей контркультурной литературы. Стараниями Алекса Керви (того самого, создателя легендарной оранжевой «Альтернативы») на русский язык наконец был переведён знаковый роман «Процесс».

Будучи, как уже упомянуто выше, другом Бе́рроуза, Га́йсин являет собой полную его противоположность. Если Берроуза интересовали прежде темы контроля и зависимости, то Гайсину важнее вопросы духовные, на грани с эзотерикой. Если Берроуз погружался в мир тяжёлых наркотиков, то Гайсин предпринимает вылазку в мусульманскую Африку, а трава (или, как его тут называют, кеф) служит способом выйти на контакт со своим подсознанием и получить трансцендентный опыт.

Действие «Процесса» разворачивается в пустыне Сахара, куда устремляется герой книги по имени Хэнсон. Это столь же поэтичный, сколько увлекательный текст, в котором детально описывается суфийская культура, но он нисколько не похож на романтическое описание экзотики. Не случайно писатель делает главное действующее лицо чернокожим. С одной стороны, поездка в Африку для него равна возвращению на родину его предков. С другой – он, сколько бы ни пытался, не может стать настоящим мусульманином, и выглядит среди арабов белой вороной. Таким образом религиозные тайны открываются ему лишь частью. Однако и предкам он, будучи всё-таки американским туристом, принадлежит не до конца. Это пограничный герой, способный перемещаться из одной культуры в другую достаточно глубоко, чтобы получить о ней представление, но не настолько полно, чтобы стать её частью. Это то качество, которое необходимо для хорошего исследователя-антрополога, и тут очень важно, что по профессии он именно учёный.

Как уже было сказано, «Процесс» – роман о поиске себя. Сахара – не только полное загадок место, где стирается граница с потусторонним, но и метафора сознания. Тут стоит обратить внимание на структуру текста: каждая крупная глава – это история одного из тех, с кем повстречался герой. Ничего не меняя и не утаивая, он даёт нам стенограммы их рассказов, которые записывает на диктофон, разделяют же их короткие, на несколько страниц, интерлюдии. Причём главы озаглавлены местоимениями: он, она, мы, ты... Однако финал романа наталкивает на мысль, что все эти рассказчики – его субличности. Тут есть и мужчины, и женщины, ведь в каждом человеке есть и мужское, и женское начало. Герой даёт им голос, и каждая микроновелла – это кусочек паззла. Так постепенно вырисовывается единый образ. При всём том сам по себе Хэнсон – не более, чем ещё одна субличность. Доминирующая и руководящая процессом, но всё же неотделимая от остальных.

«Процесс» – это ещё и книга о языке. Личность не существует без языка. Язык – это метод познания и осознания мира, а значит, и себя самого. Для нас, наделённых даром речи, слово – это начало и конец всего. Вот почему Гайсин в романе о самопознании, самоизучении, так выделяет Слово.

Несмотря на фантастические элементы, это не магический реализм. В сознании возможно всё, и никакие чудеса, парадоксы, экстраординарные события и разломы и пробелы в пространстве и времени не противоречат логике этого мира. Пустыня Сахара – это место, где время и пространство предельно условны, и именно потому она так хорошо подходит как образное описание сознания.

Но даже если не влезать в дебри психологизма, «Процесс», как верно подметил Берроуз, – это ещё и увлекательное, хоть и достаточно специфичное по манере изложения и своей конструкции, чтиво, и его можно воспринимать как атмосферный и занятный приключенческий роман. Остаётся лишь гадать, почему издательство АСТ В своё время так упрямо не желало давать Керви зелёный свет на издание «Процесса», ибо вещь прекрасная. Не побоюсь сказать, что один из лучших прочитанных мной текстов за последние года, наверное, полтора.

10/10
5
Всем привет. Это пост обратной связи. Канал ПОВОРОТ ТУДА появился ровно месяц назад, и я вижу, что за это время прибавилось относительно немало подписчиков, с которыми мы не знакомы. Немного неожиданно и радостно, что мои заметки о кино и книжках даже находят отклик.
Если вы хотите о чём-нибудь спросить, что-то порекомендовать к просмотру и т.д., то можно сделать это под данным постом.
🔥6
Возможно, однажды я научусь писать коротко и ёмко, но это совсем другая история. К тому же, тут у нас случай, когда фильм влюбил в себя моментально, и кажется, что никакого лонгрида не хватит, чтобы выразить то, насколько кино мне резонирует. «Heathers», или, как он называется в России, «Смертельное влечение» (кстати, перевод хотя и, кхм, неверный, но даже отражает смысл) стал для меня почти откровением. Спешу поделиться с вами своими мыслями о нём в своей рецензии.

UPD. В тексте допущена ошибка. Не знаю, откуда у меня в голове вылез Коппола, но "Клуб Завтрак" снял, конечно же, Джон Хьюз.
8
Наконец дошли руки посмотреть заключительную (надеюсь) часть «Пилы» – франшизы, которая могла быть интересной от и до, если бы жадные продюсеры не воскресили то, что должно было завершиться ещё в 2010.
Спойлер: фильм очень плохой, что бы там ни говорили кинокритики. Почему плохой, пытаюсь обосновать в своей рецензии.
👍6🔥21
Мне кажется, следующим шагом для «Пилы» должен быть сиквел, где действие разворачивается в космосе. А то уже десять фильмов прошло, а всё никак не соберутся, непорядок. Вон, Джейсон Вурхиз в космосе уже побывал. А Восставший из ада дотуда вообще уже в четвёртой части долетел.
💯6😁2
ПОВОРОТ ТУДА pinned «Возможно, однажды я научусь писать коротко и ёмко, но это совсем другая история. К тому же, тут у нас случай, когда фильм влюбил в себя моментально, и кажется, что никакого лонгрида не хватит, чтобы выразить то, насколько кино мне резонирует. «Heathers», или…»
Фильм с моим участием / A Film with Me in It (реж. Йен Фитцгиббон, 2008)

Немного отвлечёмся от страшилок. Вспомнился мне тут давеча весьма потешный фильм из числа просмотренных за этот год. «Фильм с моим участием» (или, как он известен в России, «Фильм со мной в главной роли») – это очень хороший образчик чёрного ирландского юмора, где совместились социальная сатира, элементы абсурда и ситуационная комедия.

Начинается кино со вроде бы обычной истории о неудачниках, которые не могут заплатить вовремя за жильё, имеют проблемы с личной жизнью и зарабатывают какие-то гроши. Один – безработный актёр, которого никак не берут ни в один проект, по имени Марк. Второй – закоренелый алкоголик и начинающий сценарист Пирс, который никак не может написать ни один сценарий, в исполнении бесподобного Дилана Морана. Последний – настоящая звезда кинокартины. Если кто-то из вас смотрел «Black Books», то сразу считает за Пирсом Бернарда Блэка: та же манера речи, та же неаккуратность, те же повадки, разве что герой «Фильма с моим участием» чуть более активен, когда дело касается личной безопасности.

Но вернёмся обратно. Фитцгиббон в какой-то момент переворачивает ситуацию и уводит фильм в сторону чёрной комедии. В съёмной квартире Марка, которая являет собой прямо синоним поломок, происходит череда смертей одна другой глупее, да ещё и за один вечер. Как тут не вспомнить Кровосток: «Можно сдохнуть, короче, как и когда угодно».

До самого финала кино не будет нагружать зрителя глубоким смыслом. Вы будете воспринимать его, как уморительную комедию, полную странноватых шуток и неожиданных сюжетных поворотов, обязательных не только для британцев, но и ирландцев. Однако обратите внимание на один момент. Когда отчаявшийся Марк, которому грозит уголовка за несколько не совершённых убийств, обращается за помощью к Пирсу, он подаёт произошедшее как готовую идею для кино. С этого момента фильм превращается в Фильм. Если начало было предельно бытовым, то теперь история превращается в фарсовый триллер, где друзья пытаются избавиться от трупов. Смерти, в которых они и так неповинны, они пытаются представить как несчастные случаи, причём их постановки, будто бессознательно скопированные из других фильмов, выглядят столь серьёзно, что выглядят, пусть и более правдоподобно, но едва ли не более нелепо и абсурдно, чем правда.

В итоге произошедшее действительно превращается в кино. Но снятый Пирсом фильм – это лишь ремейк неповторимого оригинала, то бишь того, что произошло с нашими героями на самом деле. Хотя в ремейке Марк так и не получил роль, а всё равно стал одним из центральных актёров в разыгравшейся пьесе.

Очень рекомендую. Критики сравнивали картину с фильмом «Уитнэйл и я», но мне больше напомнило «Трилогию вкусов Корнетто» Эдгара Райта.
10/10
🔥2
Слон / Elephant (реж. Гас Ван Сент, 2003)

Недавно мне тут напомнили про фильм, который в прошлом году меня просто сломал. «Слон» Гаса Ван Сента – подлинный шедевр, который говорит со зрителем на уникальном киноязыке. Он избегает манипуляций, он холодный и отстранённый, не обращается за помощью к саундтреку. Но именно благодаря этой немногословности он накладывает глубокий отпечаток после просмотра.

В основу кинокартины легла трагедия Колумбайна. Хотя она идеально подходит для выражение главной идеи, опора на реальные события породила вокруг «Слона» множество кривотолков и поверхностных толкований. Одни находят тут комментарий к неудобной теме скулшутинга, другие – попытку проникнуть в сознание убийц, короче говоря, слишком концентрируются на сюжете. На все эти интерпретации мне хочется ответить так: «Вы не поняли этот фильм».

Гас Ван Сент ставит тут известную, но глубокую философскую проблему. Это кино о столкновении со смертью – самой абсурдной вещью в жизни.

«Слон» устроен так, что не рассказывает историю, а как бы втягивает зрителя в пространство фильма, делает его полноценным участником действа. Пусть физически и находимся перед экраном, во время просмотра мы становимся одним из учеников школы. Мы ходим по её коридорам, сидим в классах и наблюдаем за другими учениками. Ад – это другие, как писал Сартр. Нам недоступно то, что происходит у них внутри, Гас Ван Сент полностью отказывается от попыток понять чувства и залезть в голову к персонажам. Мы здесь такие же студенты, посторонние люди для каждого, кто нас тут окружает. Отсюда и отстранённый тон фильма.

Сюжет как таковой в «Слоне» практически отсутствует. По меньшей мере половина фильма максимально реалистично передаёт повседневность. Её подчёркивает, с одной стороны, структура повествования, а конкретно изображение одних и тех же моментов с разного ракурса. Во-вторых же, чувство обыденности подкрепляют долгие проходки, которые заканчиваются буквально ничем. Вот человек идёт, идёт, идёт, приходит – и всё, наше внимание переключают уже на кого-то другого. Ничто не предвещает беды, тот самый слон в комнате остаётся незамеченным.

Точно так же нам не скажут ничего о мотивах того, зачем двое из учеников этой школы решили пострелять по живым мишеням. Да, нам покажут, как они выбирают оружие, как продумывают план, но, опять же, никакой психологии. Мы, по сути, просто подглядываем за ними, не зная бэкграунда. То, что один из стрелков играет на компьютере в какой-то туповатый шутер – не ключ к понимаю его помыслов, а лишь насмешка (единственная на весь фильм) над обществом, которое возлагает ответственность за подростковую жестокость на кровавые видеоигры, тяжёлую музыку или насилие по ТВ.

И вот настаёт тот момент. Они приходят. Зачем? Почему? Кто это? А главное: как возможно такое, что вот только что это был обычный день, а теперь мы смотрим в глаза смерти... ответов нет. Это происходит и это за пределами нашего понимания. Что важно, до самого конца фильм выдерживает отстранённый тон. Что школьная жизнь, что стрельба в пространстве «Слона» одинаково повседневны. Никакого нагнетания, никакого искусственного саспенса и всё то же молчание – принципиальный отказ от комментария, саундтрека, морализаторства. Гас Ван Сент не ставит целью осмысление конкретного события, его задача в том, чтобы заставить нас ощутить этот диссонанс, отобрать возможность рационализации, с головой окунуть в абсурд, а осмысление этого опыта остаётся за зрителем.

Этот текст – даже не рецензия, а ответ на попытки зрителей вывести фильм в плоскость остросоциального кино и осмысление трагедии Колумбайна. Это не кино о Колумбайне. История Харриса и Клиболда – только повод и подходящая основа для кинокартины, инструмент для раскрытия философской идеи.

Есть такие фильмы, после которых хочется просто молчать – настолько они ошарашивают. «Слон» порождает в голове множество мыслей, но их хочется придержать до поры до времени. У меня они вылились ещё на обсуждении в киноклубе, но, кажется, только сейчас, через примерно год после просмотра, я действительно хочу их озвучить.

Один из любимых фильмов. 10/10
4