РУССКИЙ ХОРРОР И КРЕЩЕНИЕ РУСИ В 988 ГОДУ 75 ПЕРСОНАЖЕЙ СЛЭНДЕРМЕН ТЫ ЧЁ НЕСЁШЬ

Англоязычное издание самого известного романа Уильяма Питера Блэтти, но реально криповое

На обложке книги русскоязычного автора написано что-то вроде "в духе Стивена Кинга"?

Пфффф, мда, надо быть дураком чтоб повестись на такую фигню

Книжка зарубежного ноунейм-автора, которую продвигают как IT meets The Fisherman in this story of supernatural horror, nostalgia and mystery.?

Ну, понимаете же — это другое... 😌 Такое да интересно почитать

В АПРЕЛЕ: Габино Иглесиас «Дом кости и дождя»

Серию «Академия ужаса. Мастера зарубежного хоррора» (изд. «Fanzon») продолжает первое на русском языке издание романа Габино Иглесиаса «Дом кости и дождя».

Симфония мести, насилия и преданности. Смесь истории взросления, напряженного путешествия и экшена, от которого невозможно оторваться. Книга до последнего остается красивой, тёмной и безжалостной.
Ричард Чизмар

В этой тяжёлой истории взросления и обречённой преданности, номинированной на премии Брэма Стокера и Локус, рассказывается о пяти подростках из Пуэрто-Рико, которые жаждут возмездия после того, как убили мать одного из них.

Иглесиас соединяет историю, вудуизм и мифы Пуэрто-Рико с суровой историей взросления, а обилие описаний насилия могут оттолкнуть некоторых читателей. Но те, кто любит кровавый хоррор, будут в восторге.
Publishers Weekly

#Иглесиас #Fanzon #мистика #хоррор

прогресс не остановить

Многие даже не подозревают, что в мире есть немало других писателей, кроме Стивена Кинга
которые работают в жанре ужасов.

Ну да, есть ещё два таких писателя — этот, как его и тот, другой.

Их произведения не менее страшные, а порой даже страшнее.

А ты не пиздишь? 🤔

Мы расскажем о шести из них. Конечно, их намного больше

Больше шести?!

но мы специально не стали писать про более-менее известных авторов

Более-менее известны — это явно какие-то ноунеймы, не интересно

типа Чака Паланика или Нила Геймана.

Кто это?

а выбрали наименее известных российскому читателю.

Impressive, very nice, давайте посмотрим на шесть писателей страшнее Стивена Кинга (после из книг мы не захотим выключать свет на ночь)

Стивен Грэм Джонс

Американский коренной писатель, представитель черноногих индейцев.

Американский. Коренной. Черноногий.

Известен не только своим оригинальным подходом — смешиванием в одном произведении сразу нескольких жанров.

Вроде бы ещё какой-то автор смешивал жанры, но он, кажется, умер.

Так, но Грэм Джонс известен не только своим оригинальным подходом, да? Ещё чем-то, да? Эй? Ау? Чем ещё известен?..

Рекомендуем [«Только хорошие индейцы»] прочитать, потому что она не только страшно интересная

Но ещё и страшнее страшного Стивена Кинга?

но и хорошо раскрывает культуру, о которой в России мало что знают.

Ага. Ага. Так вот кто кастрюлеголовым фантлабовцам напиздел про несуществующее раскрытие культуры индейцев в романе "Только хорошие индейцы"...

Сильвия Морено-Гарсия [Раскрывает] в своих произведениях мрачный мир мексиканской готики.

Какой, блядь, ещё мир мексиканской готики
Она живёт в Ванкувере! В Ванкувере, Канадский край!

В списке страшных книг — "Боги нефрита и тени", городское фэнтези в духе Нила Геймана.

"Носферату" Джо Хилла не страшнее Стивена Кинга.

"Изгнание дьявола из моей лучшей подруги" Грейди Хендрикса не страшнее Стивена Кинга.

"Птичий короб" Джоша Малермана не страшнее Стивена Кинга.

Алма Катсу идёт на хуй

Хуевый текст, но я бы тоже не старался для сайта издания M*xim 🌚

Сиквел!!!

Алексей Иванов.
«Пищеблок» — очень захватывающий мистический хоррор, хотя правильнее было бы сказать «ностальгический пионерский ужастик».

Так всё же это что?

Дарья Бобылёва одна из немногих авторов, работающих на стыке разных жанров — мистики, хоррора и магического реализма.

Да, вот она, ещё был мужик, написавший ту книгу, а другой лысый.

Анна Старобинец — одна из немногих писателей, которые пишут хорроры на русском языке.

Не, я точно уверен — только Анна Старобинец пишет хоррор на русском языке.

[Константин Образцов] «Молот ведьм» настолько хорош, что держит читателя в напряжении до последней страницы.

Да ладно, чё врать-то так, не бывает таких книг...

Поклонники творчества [Виктора Точинова] отмечают, что в книгах много реалистично описанных жутких сцен, а также хвалят его за динамичные сюжеты и легкий язык изложения.

Точно лёгкий? Твёрдый язык изложения я не люблю, мне не нравится.

Наиль Измайлов не страшнее Стивена Кинга.

Александр Варго не страшнее Стивена Кинга.

Страшнее Стивена Кинга — сайт издания М*ксим.
Говорят, французский режиссёр Паскаль Ложье вырезал из фильма "Мученицы" сцену, в которой героиню принуждают читать статью "Лучшие анекдоты с характером" — сцена была слишком жестокой и страшной.
Заменили её сдиранием кожи с героини.

Нет доказательств, но я уверен на 99%: дед хуячит эротические фанфики по ТРБ под хэштегом #monstrfucking. Да и не только по ТРБ, чё уж 😳

Lisa Tuttle "A Nest of Nightmares" // Лиза Таттл "Гнездо кошмаров", (1985), 13 рассказов, 208 страниц

Здесь уют повседневности нарушается странным, жутким и ужасающим образом. Женщина, приехавшая навестить свою тётю, с ужасом обнаруживает, что та умирает, — и виновен в том молодой любовник тёти. Успешная писательница получает приглашение на съезд любителей фантастики, и сталкивается со ужасным прошлым... Семейство горожан селится в мрачном краю, где властвует нечто злое, а разводящиеся супруги находят мрачное решение как поделить общее имущество — любимого пса...

На русский язык переведены рассказы "Bug house" ("Термитник", пер.: Л. Прокопенко; антология "Кровь? Горячая!"), "Treading the Maze" ("В лабиринте", пер.: И. Русакова, антология "Зомби")

Лиза Таттл написала много, но у нас изданы жалкие крохи: несколько рассказов в разных сборника, повесть "Моя смерть" (антология 'Книга ужасов") и меланхоличный фэнтезийный роман/цикл повестей "Шторм в гавани ветров", созданный в соавторстве с тем мужиком, который не допишет ветра зимы.

Из предисловия от Уилла Эриксона (коллекционера книг в мягких обложках) выясняется, что "Гнездо кошмаров" было издано в 1985 году в лондонском издательстве Sphere, где чуть раньше были изданы (с оглушительным успехом) сборники рассказов никому не известного Клайва Баркера.

К сожалению, столь же успешным дебютный сборник рассказов Лизы Таттл не стал, и не получил переиздание в Штатах, хотя был несколько раз переиздан в Европе. Книга, вошедшая в список "Horror. The 100 best books" Стивена Джонса, была практически позабыта, но положение исправил Грейди Хендрикс, переиздавший сборник Таттл в серии Paperbacks from Hell.

👇👇👇

Там же в предисловии Уилл Эриксон цитирует саму Таттл:

(скобки мои):

"Термин „хоррор“ для этого жанра меня не устраивал. Я отдавала предпочтение [неясности]. И когда дело касалось „невозможного“ или сверхъестественного, я всегда чувствовала: чем сильнее на этом настаиваешь, тем выше шанс, что это начнёт выглядеть нелепо и перестанет по-настоящему тревожить или пугать».

Оригинал:

i was not enamoured of the term “horror” for the genre' 'My preference was for [ambiguity],' and when dealing with “impossible” or supernatural elements I always felt that the further you pressed it, the more likely it was to start seeming ridiculous, and stop being genuinely disturbing or scary.

Эти слова... точнее одно слово [ambiguity] / [неясность] очень точно подчёркивают чего стоит ждать от сборника рассказов Лизы Таттл, и чего ждать не стоит.

Ужас здесь "тихий", "неясный", и, чаще всего, Таттл даёт читателю возможность увидеть лишь самую малость страшного/жуткого. Таттл, кажется, больше интересует путешествие к ужасу, а не демонстрация этого ужаса. Но не возникает чувства оборванности, как было, например, с недавним сборником Брайана Эвенсона. Таттл не обрывает рассказы в никуда, а заканчивает панчлайном.

Важно отметить: "Гнездо кошмаров" — образцовый феминисткий хоррор, и в англоязычном хоррор-дискурсе книгу Таттл называют "самой значительной книгу, придерживающейся феминистского подхода к литературе ужасов" (из Википедии).

👇👇👇

Однако нужно понимать, что феминизм Таттл не тот же самый феминизм, что встречается в книгах Кассандры Хау ("Чёрные зубы"), Агустины Бастеррики ("Особое мясо") или в романе "The Eyes Are the Best Part" Моники Ким (Премия Брэма Стокера, 2024).

У последних (и не только у них) авторок под феминизмом скрывается демонизация мужчин и мизандрия довольно трусливого толка: мужские персонажи становятся злодеями не по причине совершения злых поступков, а потому что они мужчины. Ну да, ведь если ты мужчина, то по факту виновен.

Феминизм Лизы Таттл того же рода, что феминизм Джеммы Файлз: в своих историях обе авторки рассказывают о ЖЕНЩИНАХ и о ЖЕНСКИХ ПРОБЛЕМАХ, не о страшных злых мужчинах, потому что феминизм не про мужчин, он про женщин.
(ух, как же приятно заниматься менсплейнингом!)

И женщины эти могут быть разными: злобными, опасными, мерзкими, усталыми, любящими, страдающими. Напомню, что Лоис Кернс, героиня романа "Экспериментальный фильм", не ненавидела своего мужа, а любила его, и боялась себя самой, с трудом находя общий язык с сыном-аутистом. И угрожало жизни Лоис существо женского пола.

В рассказах Таттл мужчины либо отсутствуют вовсе, либо им отдана роль на дальнем плане, потому что Таттл рассказывает о женских страхах, и, вероятно, считает женщин куда более страшными существами, нежели тупых спермобаков.

Кошмары Таттл легко считываются через главные темы сборника: гиперопека и контроль; деспотичная жестокая мать/материнская фигура; бегство от такой матери в поисках лучшего мира; страх вернуться в травмирующее прошлое.

👇👇👇

Об этом рассказы Flying to Byzantium; A Friend in Need; The Nest.

В тревожной истории Flying to Byzantium ("Возвращение в Византию") Шейла Столлер, написавшая мега-популярный фэнтезийный роман "Лунный свет под Горой", прилетает на фантастический конвент в город Византия. Ныне Шейла, обретшая славу, невероятно красивая девушка, её бойфренд — голливудский актёр, но так было не всегда. Когда-то Шейла жила с деспотичной матерью, в городке, по странному совпадению, расположеном недалеко от Византии. Мать воспитала в девушке чувство неполноценности, заставляя стыдиться своего тело и внешности, и только побег из дома излечил Шейлу... Но прошлое возвращается, когда Шейла становится заложницей двух женщин, организовавших конвент — и вот у девушки пропадает сумка с вещами и деньгами, а одна из женщин начинает контролировать девушку, заявляет, что бойфренда-красавца та выдумала, ведь тот никогда бы не стал встречаться с той, у кого лишний вес, прыщи и уродливые очки на носу... Шейла сбежала из личного ада один раз, но получится ли сбежать снова?..

Рассказ Nest ("Гнездо") повествует о двух сёстрах, исполнивших мечту детства — они приобрели дом в сельской местности. Однако уют сменяется ощутимым дискомфортом. Сначала главная героиня натыкается на странное дымно-чёрное существо, скользнувшее на чердак дома, а затем и сестра главной героини почти поселяется на чердаке. Сестра не верит ни в какое существо, и обвиняет героиню в гиперопеке и стремлении контролировать её жизнь. Однако всё становится страннее, когда на чердаке обнаруживают огромное гнездо...

Героиня истории A friend in need ("Настоящая подруга") встречает в аэропорту подругу детства, с которой не виделась много лет. Однако вскоре обе выясняют, что их воспоминания о детстве не совпадают, и, кажется, одна девочка просто выдумала себе подругу и лучшее детство в новой семье, чтобы в воображаемом мире скрыться от домашнего насилия и матери-садистки.

Зловещая материнская фигура присутствует в рассказе The Other Mother ("Другая мать"): героиню-художницу сталкерит жуткая женщина в белом, оборачивающася то огромной белой птицей, то такой же огромной белой свиньёй. И, кажется, её целью являются двое маленьких детей художницы.

В этом рассказе прослеживается другая тревожащая Таттл тема: неудачное (если можно так выразиться) материнство: потеря детей, неумение найти с ними общий язык, банальная усталость от собственной роли матери.

Да, в этом плане Таттл похожа на Джемму Файлз. Другие рассказы на эту тему: The Horse Lord и The Memory of Wood.

👇👇👇

Рассказ The Horse Lord ("Повелитель лошадей") можно отнести к классическим историям о призраках и проклятом доме. Молодая женщина тоскует в мрачном доме, куда переехала со своим супругом и его детьми от прошлого брака. Дом построен в пустынном краю, где нет ничего кроме неба и мерзлой земли. Супруг рассказывает героине зловещую семейную легенду —на этой же земле его прадеда загрызли собственные лошади, и случилось это потому что прадед не послушал индейцев, предупреждавших о проклятии, что падёт на каждого, кто поселится здесь... И совсем скоро героиня слышит призрачное лошадиное ржание...

В The Memory of Wood ("Дерево помнит") герои - супружеская пара - покупают на дворовой распродаже старинный сундук, однако уже дома главная героиня Хелен обнаруживает что из сундука несёт падалью, а по ночам из сундука слышится детский плач. Хелен начинает опасаться за своих детей - трехлетнего сына и дочь-младенца... Только к сундуку очень уж влечёт мальчишку, и обернётся всё это очень плохо...

В сборнике не только про злых матерей рассказывается, если что. Лиза Таттл не Филип Фракасси, хехе. (Отмечал боязнь материнства у Фракасси в отзыве на его сборник рассказов Behold the Void)

Таттл умеет и в мрачный юмор (Community Property), и в могильную романтику ("Need", "Термитник"), и в трогательную историю о потере близкого человека ("В лабиринте"), да и сюра не чурается.

👇👇👇