Полное собрание мертвых ихтамнетов за 3 года войны на Донбассе.
#вопросы_Наступу
Сап, Наступ!
Хотел бы поговорить на тему, которая затронула многих (или обязательно затронет в недалеком будущем)—тему поступления.
Я уже закончил школу, но пока все еще сомневаюсь в выборе вуза. ЗНО сдал в целом нормально, хотя можно было и лучше: англяз 186, математика 188, укрмова 190, история 194. Варианты есть, о них ниже:
1) КИМО. Для меня это приоритетное направление, хотелось бы поступить на международные отношения. Но много слышал о том, как туда тяжело поступить и что если нет друга или родственника из дипломатических органов, то найти работу по специальности нереально.
2) Харьковский юридический Университет Ярослава Мудрого, факультет международного права.
3) Харьковский национальный экономический университет Семена Кузнеца, факультет международных экономических отношений.
4) Житомирский военный институт Королева. Он вообще технический, а я себя чувствую скорее гуманитарием (история и инязыки мне ближе всего, математика норм, а в физике я далеко не топ)+там нужна физподготовка. Но привлекает то, что можно гарантированно трудоустроиться в органах и что тебя содержат на территории под охраной, накормят, вещи постирают, не паришься об этом, родители спокойны.
Кто учился в этих вузах, поделитесь опытом, скажите, тяжело ли учиться, есть ли шанс поступить без коррупции и найти работу по специальности. Спасибо.
Сап, Наступ!
Хотел бы поговорить на тему, которая затронула многих (или обязательно затронет в недалеком будущем)—тему поступления.
Я уже закончил школу, но пока все еще сомневаюсь в выборе вуза. ЗНО сдал в целом нормально, хотя можно было и лучше: англяз 186, математика 188, укрмова 190, история 194. Варианты есть, о них ниже:
1) КИМО. Для меня это приоритетное направление, хотелось бы поступить на международные отношения. Но много слышал о том, как туда тяжело поступить и что если нет друга или родственника из дипломатических органов, то найти работу по специальности нереально.
2) Харьковский юридический Университет Ярослава Мудрого, факультет международного права.
3) Харьковский национальный экономический университет Семена Кузнеца, факультет международных экономических отношений.
4) Житомирский военный институт Королева. Он вообще технический, а я себя чувствую скорее гуманитарием (история и инязыки мне ближе всего, математика норм, а в физике я далеко не топ)+там нужна физподготовка. Но привлекает то, что можно гарантированно трудоустроиться в органах и что тебя содержат на территории под охраной, накормят, вещи постирают, не паришься об этом, родители спокойны.
Кто учился в этих вузах, поделитесь опытом, скажите, тяжело ли учиться, есть ли шанс поступить без коррупции и найти работу по специальности. Спасибо.
#творчество_душевнобольных
Черговий шедевр ватної кіноіндустрії. Давайте підтримаємо "талановитих" сценаристів фурою дизлайків під трейлером.
Черговий шедевр ватної кіноіндустрії. Давайте підтримаємо "талановитих" сценаристів фурою дизлайків під трейлером.
#мюсли_подписчика
Как Хорватия победила: хорватский опыт реинтеграции оккупированных территорий
Первый за годы украинской государственности визит в Киев премьер-министра Хорватии должен был бы напомнить нашей стране о хорватском опыте реинтеграции оккупированных территорий. Как и Украина, Хорватия находилась в серьезной военной опасности – пожалуй, даже более серьезной, чем наша страна, потому что на Хорватию сразу же после провозглашения независимости напала армия собственного союзного государства, а армия самой Хорватии еще не была сформирована вообще. Как и от Украины, от Хорватии были отторгнуты значительные части ее территории, сотни тысяч людей стали внутренними беженцами в самой Хорватии или вынуждены были бежать в Европу. Как и в украинском случае, хорватский "сепаратизм" пользовался покровительством Москвы. Как и в случае Украины, Хорватия находилась под серьезнейшим давлением Запада. Немецкие и французские политики хотели, чтобы Загреб не стал причиной нагнетания напряженности в регионе.
Что делали хорваты? Они формировали армию и ждали ослабления Сербии. Ждали ситуации, когда Милошевичу будет уже не до них, когда белградский диктатор сам заинтересован будет в договоренностях и не станет помогать своим марионеткам. Но не просто ждали – а формировали, используя энергию переселенцев, параллельные структуры власти для всех оккупированных территорий. Придет время – и эти структуры сменят коллаборационистов и сами начнут реинтеграционный процесс.
Они строили сильное – и единое – государство. В этом государстве немыслимо было представить себе СМИ, которые работают на врага и расшатывают сами основы государственного единства. Для таких медиа создавались невыносимые условия существования. И для политиков, которые ради удовлетворения собственных амбиций, доступа к должностям и деньгам пытались расшатать страну – тоже. За это первого президента Хорватии Франьо Туджмана неоднократно критиковали, обвиняли в репрессиях против инакомыслящих и подрыве свободы слова. В коррупции хорватскую власть тоже обвиняли – и не без оснований. Вот только где те критики? А территориальное единство Хорватии восстановлено, страна – в Европейском Союзе и НАТО, соперничающие партии уже не раз сменяли друг друга у власти. Хорватия стала обычной европейской страной – но для того, чтобы добиться успеха, ей пришлось прожить годы в режиме военного лагеря.
В том самом режиме, которого так боится большинство украинских граждан. В том самом режиме, без которого успеха не достичь.
Как Хорватия победила: хорватский опыт реинтеграции оккупированных территорий
Первый за годы украинской государственности визит в Киев премьер-министра Хорватии должен был бы напомнить нашей стране о хорватском опыте реинтеграции оккупированных территорий. Как и Украина, Хорватия находилась в серьезной военной опасности – пожалуй, даже более серьезной, чем наша страна, потому что на Хорватию сразу же после провозглашения независимости напала армия собственного союзного государства, а армия самой Хорватии еще не была сформирована вообще. Как и от Украины, от Хорватии были отторгнуты значительные части ее территории, сотни тысяч людей стали внутренними беженцами в самой Хорватии или вынуждены были бежать в Европу. Как и в украинском случае, хорватский "сепаратизм" пользовался покровительством Москвы. Как и в случае Украины, Хорватия находилась под серьезнейшим давлением Запада. Немецкие и французские политики хотели, чтобы Загреб не стал причиной нагнетания напряженности в регионе.
Что делали хорваты? Они формировали армию и ждали ослабления Сербии. Ждали ситуации, когда Милошевичу будет уже не до них, когда белградский диктатор сам заинтересован будет в договоренностях и не станет помогать своим марионеткам. Но не просто ждали – а формировали, используя энергию переселенцев, параллельные структуры власти для всех оккупированных территорий. Придет время – и эти структуры сменят коллаборационистов и сами начнут реинтеграционный процесс.
Они строили сильное – и единое – государство. В этом государстве немыслимо было представить себе СМИ, которые работают на врага и расшатывают сами основы государственного единства. Для таких медиа создавались невыносимые условия существования. И для политиков, которые ради удовлетворения собственных амбиций, доступа к должностям и деньгам пытались расшатать страну – тоже. За это первого президента Хорватии Франьо Туджмана неоднократно критиковали, обвиняли в репрессиях против инакомыслящих и подрыве свободы слова. В коррупции хорватскую власть тоже обвиняли – и не без оснований. Вот только где те критики? А территориальное единство Хорватии восстановлено, страна – в Европейском Союзе и НАТО, соперничающие партии уже не раз сменяли друг друга у власти. Хорватия стала обычной европейской страной – но для того, чтобы добиться успеха, ей пришлось прожить годы в режиме военного лагеря.
В том самом режиме, которого так боится большинство украинских граждан. В том самом режиме, без которого успеха не достичь.