Исследование: При выборе лечения позиционной плагиоцефалии имеет значение размер переднего родничка.

В этом исследовании рассматривается выбор лечения, когда степень асимметрии черепа – средняя (diagonal difference = 10-15mm), а возраст – ≥6 мес. Это своего рода рубеж, когда деформация черепа всё ещё приличная, а потенциал самокоррекции начинает уже снижаться. И встаёт вопрос: Что делать? Продолжать позиционную терапию или переключиться на ортопедический шлем?

С размерами переднего родничка связан темп роста костей черепа. При большом переднем родничке (≥25мм^2) темп роста костей черепа, а следовательно и потенциал спонтанной самокоррекции высокие, при малом (<25мм^2) – низкие.

И если на этом рубеже родничок большой, то можно продолжить позиционную терапию, а если малый, то – шлем. Подробный алгоритм в таблице ниже.

P.S. Эффективность ортопедического шлема не зависит от скорости роста костей. И в целом, скорость коррекции в шлеме выше, чем без.

Diagonal difference (mm)= длинная диагональ (AB) – короткая диагональ (CD)

В ковидном отделении со мной дежурила одна взрослая медсестра. Не знаю, пересекались ли прежде где-нибудь или нет. Виделись только в красной зоне, где на ней всегда был защитный костюм и три маски: респиратор и поверх – две тканевые; надевала одновременно очки и защитный щит; носила перчатки и бахилы; даже голос, который приглушался масками и резонировал от щита, выходил каким-то глухим, механическим и не своим. Да и в целом ассоциировалась скорее с каким-нибудь миньоном, который делает уколы и подключает капельницы.
⠀
Впервые увидел её лицо спустя два месяца совместной работы. На свадебном фото, где она, накрашенная по всем правилам дагестанских свадеб, стояла в окружении каких-то молодых дам. Она протянула свой телефон и говорит: «А вот моя дочь – справа от меня. Скоро закончит институт.» Я взял телефон, внимательно и с любопытством стал разглядывать не дочь, а свою медсестру. Неужели, думал, под этой мрачной, однотонной, бездушной защитной экипировкой, без которой я уже её не представлял, ютится личность с живым, уникальным, человеческим обликом. И за одно хотелось запомнить её, чтобы потом не обиделась, если не узнаю и пройду мимо. Подумает, столько времени вместе работали, а он даже не поздоровался.
⠀
И чем внимательнее разглядывал фото, тем яснее осознавал, что нет никакого живого, уникального облика, а есть тонны свадебной косметики и однотипного, пустого макияжа, которые скрывали настоящее лицо похлеще противовирусного костюма с тремя масками. Выглядело всё это немного мрачнее, и, пожалуй, не было никакого смысла запоминать её в таком виде. Всё равно бы потом не узнал.

Свадьбы страшны не только женским макияжем. Основными коронавирусными очагами по-прежнему остаются банкетные залы. Две недели к нам ходили разные люди с одной и той же свадьбы. «...Представляете, на второй день полегли все, кто там был!» – Удивлялась дама с одной из таких свадеб. Мы, конечно, не только представляли, но к тому моменту через нас прошла целая вереница её тухума. Потом фельдшер привозил кучу своих знакомых с другой свадьбы. И мне подумалось, что просто запретив свадьбы, мы бы смогли прилично снизить распространение вируса.
⠀
Обращений и госпитализаций тем временем становится больше. За последнюю неделю прям заметно. Оно и не удивительно. Сейчас осень – сезон простуд, когда кашель, сопли и температура – обычные явления. В другое время никто бы не обратил внимание, но теперь сразу связывают с коронавирусом и ищут характерные симптомы: одышку, боль в груди, потерю обоняния и вкуса и так далее. Потом бегут к нам. И все эти симптомы сразу же исчезают, если провести КТ и сказать: «Всё чисто». Прям на глазах меняется состояние от: «Вай, доктор, умираю, не могу дышать!» до: «Ну, раз на КТ ничего нет, то я пойду...»
⠀
Учащенные дыхание и сердцебиение, связанные со страхом перед мыслью «А вдруг у меня ковид», путают с одышкой, вызванную поражением лёгких. Дискомфорт в эпигастрии, связанный с обострением гастрита на фоне приёма НПВС (для снижения температуры) и жжение за грудиной, вызванное с рефлюкс-эзофагитом (при длительном кашле, содержимое желудка может забрасываться с пищевод и вызывать жжение), принимают за боль в груди/легких. А такое явление, как частичная потеря обоняния и вкуса, которое возникает при заложенности носа, считают чуть ли не главным подтверждающим симптомом.
⠀
Это малая часть, и проблема не в том, что люди путают одно с другим – на фоне всеобщей истерии даже плохое настроение можно принять за симптом ковида. А в том, что никто тебя уже не слышит. У всех истерика. Все хотят узнать, что там с лёгкими, какой там процент поражения, и какие антибиотики нужны. Любые попытки объяснить, вызывают истерику: «ДАЙТЕ МНЕ НАПРАВЛЕНИЕ НА КТ!»

При всём при том, что КТ ни в плане тактики лечения, ни в плане прогноза течения, практически ничего не даёт. Я этом уже писал, повторяться, наверное, не буду.

Коронавируса становится тем больше, чем чаще мы о нём говорим. На реальное количество больных это, конечно, не влияет, но влияет на отношение к болезни. Тут имеет место массовый коронавирусный психоз. Для борьбы с ним нужны не специалисты по ковид, а психотерапевты и информационный голод. И мне подумалось, что просто отключив интернет, мы бы смогли ещё на порядок снизить распространение вируса. Если не его самого, то хотя бы отношение к нему.

В последние дни столкнулся с чем-то странным. Несколько месяцев назад меня пригласили на работу в одну из частных клиник. От меня требовалось выделить один день и вести там амбулаторный приём. До этого дня об этой клинике практически ничего не знал, разве, что, проезжая мимо, задавался вопросом «Что же там внутри?»

Принял приглашение и забыл. Через месяц, когда мне повторно напомнили, я даже не ответил – были какие-то свои хлопоты. В третий раз напомнила сестра, которая недавно обратилась в эту клинику. В тот же день написал им и спросил, не передумали ли. Оказалось, что не передумали: приняли и разрекламировали в инстаграм.

Вот тут-то и начались странности. Сотни людей подписались на мою страницу, в первый же день десятки человек записались на консультацию, куча знакомых начали поздравлять, туча запросов в директ, с вопросами «Ребёнок хромает, что делать?» Начался какой-то ажиотаж, что чуть ли не случайные прохожие спрашивали, не я ли тот самый, который устроился туда. Почти после каждой консультации мои пациенты начали отмечать меня в сторис, чего раньше никогда не было. Даже один из моих коронавирусных пациентов написал благодарственное письмо в адрес нашей больницы. Хотя это, скорее всего, просто совпадение.

Странность, собственно, в том, что, живя в этом городе вот уже пятый год (или шестой), не осталось, наверное, места, где бы я не работал, и ребёнка, который бы не прошёл через мои руки, а ощущение, будто обо мне только позавчера узнали) Одна женщина на приёме даже спросила: «А вы к нам ещё вернётесь?» Имея ввиду этот город. Вот, что делает маркетинг.

Я, конечно, не любитель ажиотажа вокруг своего имени, и не сторонник превращения жизни в сплошную работу. Не сторонник бесконечных звонков в любое время суток с просьбами кого-то посмотреть или что-то показать. Мне легче оставаться в тени и уделять больше времени семье, детям, общению с друзьями, чтению, прогулкам и другим увлечениям. Когда жизнь превращается в работу, быстро устаешь и от работы, и от жизни.

Я не сторонник выбора врачей через инстаграм. У большинства супер врачей вообще нет никакого инстаграма и телеграмма. Выбирать надо по-другому. Нужно смотреть на отношение доктора к своей работе и пациентам, на отношение пациентов и других врачей к этому доктору. Нужно смотреть насколько доктор увлечён своей работой и как глубоко в ней разбирается. Хоть это и трудно.

У меня есть хорошие знакомые с прекрасными человеческими качествами, но я не могу никому их посоветовать в качестве специалистов. Потому что вижу, что им ничего не нужно, кроме как отсидеть рабочий день, заполняя бумажки с назначениями тридцатилетней давности, и со спокойной душой уходить домой. И таких немало. В том числе и в соцсетях.

А что касается красивой инстаграм картинки в профиле доктора и заумные тексты, то на это нужно смотреть в последнюю очередь. Даже если этот доктор я)

Теперь мне нужно выбрать ещё один день в неделю, чтоб отвечать на вопросы в директ)

И кстати, просили добавить возможность комментирования. Добавил. Посмотрим, что из этого получится.

Upd: Ничего хорошего не получилось))

Операция

Хирургическая операция обычно представляется каким-то строго слаженным процессом, где хирург, стоя над больным, периодически протягивает руку, и поставленным голосом чётко называет инструменты, а сестра тут же вручает ему скальпель, зажим и прочее. Но на деле всё выглядит немного иначе.
⠀
Слаженность, конечно, присутствует, но до той поры, пока всё идёт по намеченному протоколу. А пока всё по плану, ты любезно просишь у сёстры скальпель, аккуратным взмахом, словно каллиграфическом пером, рассекаешь им кожу. Послойно расслаиваешь мышцы, минуешь сосуды, нервы и верной поступью добираешься до самых костей.
⠀
Но как только возникает какая-то помеха, вроде той, что отломки костей не занимают положенного места, наступает лёгкий хаос. Весь план сыпится. Инструменты валятся. На лбу выступает пот. Стучит в висках. Кость не поддаётся. Время поджимает. Нужно сменить инструмент. Машинально протягиваешь руку и выдавливаешь из себя:
– Давай мне...
– Что? – Настораживается сестра.
Раскрыв ладонь, загадочно смотришь на неё. Голове маячит образ инструмента, а мозг никак не переключится с решения главной задачи на вспоминание названия инструмента.
– Ну, это... – Ладонь складываешь в кулак, вытягиваешь указательный и средний, и двигаешь ими, как ножницами.
Подаёт ножницы.
– Нет! – Заглядываешь на столик, в надежде встретить свой инструмент там. – Костные кусачки! – Наконец-то!
И сестра достаёт костные кусачки Люэра, в то время как ты представлял кусачки Листона.
⠀
Так обычно протекают плановые операции, а экстренные выглядят ещё более динамичными и хаотичными: ты просто жадно хватаешь инструменты, не дожидаясь, пока вспомнишь, что тебе нужно.
⠀
Всё это, конечно, не говорит, что так должно быть, и я вполне допускаю, что такое только у меня)
⠀
P.S. Хирургическая операция – это искусство рукодействия и научного мышления, которое поглощает всю твою концентрацию и внимание. Это всё равно, что одновременно рубиться в шахматы и фехтовать с невидимым противником. Эти минуты полностью отключают тебя от внешнего мира и оставляют наедине с недугом, который привёл твоего пациента на операционный стол. И частенько во внешнем мире остаётся даже твоя операционная сестра со своими инструментами)

Людям кажется, что чем больше врачей они задействуют в лечении своего родственника, тем выше внимание и качественнее лечение получит больной. А выходит ровно наоборот. Каждый доктор, которого просят уделить внимание, думает, что необходимое внимание окажет другой, и относится небрежно. В итоге пациент остаётся вообще без никакого внимания и лечения.
⠀
Получается своего рода «Эффект свидетеля»: «...Каждый из очевидцев считает, что помочь пострадавшим должен не он, а кто-то другой. Единственный очевидец понимает, что кроме него помочь пострадавшим больше некому, и действует гораздо решительнее».
⠀
Так и у нас: единственный лечащий врач несёт всю полноту ответственности, уделяет больше внимания и лечение в конечном итоге выходит более качественным.
⠀
P.S. Речь идёт не о «втором мнении».

В последнее время частенько попадаю в неловкие ситуации, когда подходят в маске и здороваются. Я отвечаю на приветствие и даю понять, что не узнал собеседника. А он с удивлением снимая маску: «Ты чё, не узнал, что ли?» И я такой с весёлой улыбкой: «А-а-а! Всё!» Хотя по-прежнему ни фига не узнал.

Недавно товарищ рассказал, как его пытались развести. Как-то он нашёл электроусилитель руля по хорошей цене. Решил подзаработать и сразу перепродал. Покупатель вернулся на следующий же день и потребовал вернуть деньги: усилитель, говорит, не работает. Товарищ объяснил, что сам проверял на своей машине и буквально вчера всё работало. Но тот продолжал настаивать и друг понял, что его пытаются развести. И прямо перед этим чуваком он разбирает усилитель и показывает места, где оставлял скрытые метки. Метки отсутствовали, а это говорило о том, что внутренности просто сменили на старые нерабочие и решили его кинуть. Товарищ любезно спрашивает, а не лоха ли он в нём нашёл. Тот начал троить и, свалив всё на третьих лиц, сделал ноги.

В этой истории меня удивило два момента. Первое: Товарищ, он же простой тренер по футболу, никакого отношения не имееющий к продаже автомобильных запчастей, решил
провести самую простую сделку, то есть взять что-то подешевле и перепродать подороже. Но в этом самом обыденном деле каким-то образом почувствовал, что его могут кинуть и поэтому оставил метки. Не имея опыта работы в этой сфере, как можно было предвидеть такое? Тут надо либо мыслить, как аферист, либо часто сталкиваться с таким, или же один раз хорошенько обжечься. Я бы никогда в жизни не подумал, что меня могут обмануть, если бы даже попался на этом разов тридцать, и, вообще, было бы лень разбирать и ставить метки.

Второе: Эта грёбаная деталь не стоит таких огромных денег, чтобы из-за этого рисковать своим именем, репутацией и прочими делами, но даже на этих мелочах кто-то пытается обманом заработать. Зачем? Конечно, большие деньги не оправдали бы его, но можно было бы хоть как-то объяснять чужую логику.

Когда мне кажется, что начинаю разбираться в людях, встречаются такие типы и разрушают всю картину

Базар

Недавно по соцсетям пронеслась тема о переносе хасавюртовских рынков за город, и я решил немного поразмыслить о роли базаров в жизни нашего города.
⠀
Наш город известен миру по двум причинам: «Хасавюртовский договор» и рынки. В любой точке мира, когда узнают, что ты из Хасавюрта, спрашивают: «Это, где рынки?» А если что-то ещё и покупаешь, удивляются: «Чё здесь покупать, когда у вас столько рынков?!»
⠀
Рынков у нас, действительно, много: «Центральный», «Зеленый», «Терек», «Восточный», «Хайван базар», «Железный базар», «Автомобильный» и другие. Рынки постоянно растут, а когда для этого не хватает суши, то расширяются на реку, воздвигая над ней искусственные платформы. Чем не Дубай? Один из таких рынков над рекой назвали «Титаником», как бы намекая, что рано или поздно какой-нибудь водный катаклизм унесёт его на дно.
⠀
Рынки живут по своим законам. Рынков хоть и много, но товар почти одинаковый: привозит один человек, перекупают десятки, в результате базар заполняется одним и тем же товаром. На наших рынках есть всё, а если чего-то нет, то продавщица удаляется на несколько минут и приходит с любым товаром, с любыми размерами и расцветками. На рынке нельзя больше трёх раз спрашивать цены: «Если не собираешься покупать, зачем спрашивать?» – Отчитают тебя за нарушение. И пусть любой житель хасавюрта попробует произнести следующую фразу своим собственным акцентом: «Холодный лимонад, минералка, Денеб, баночные напитки!»
⠀
В мире нет ни одного рынка, который бы мог похвастаться таким числом торгующих юристов, экономистов и педагогов (выпускники ДГУ и ДГПУ). Когда дети всего мира мечтали слетать в космос, мы мечтали обзавестись контейнером на «Зелёном», потому что один контейнер мог воплотить любые мечты, вплоть до полётов в космос. И каждый житель нашего города хоть раз в жизни пытался наладить рыночный бизнес, или хотя бы открыть точку «Мегафон» на главке. «Мегафоном» у нас называют сотовые салоны.
⠀
Социальные классы формируют те же рынки: Мадам, владеющая точкой на базаре, имеет на порядок больше дохода и выше почтения, чем какая-нибудь нищая медсестра. Вопреки расхожему мнению не горы и аулы, а именно наши базары формируют культуру и дагестанский характер, который потом оттачивается в спортивных залах и распространяется на весь мир. К слову, широкая «экспансия» наших спортсменов за пределы Дагестана – заслуга тех же рынков. Поговорка «За каждым великим мужчиной стоит великая женщина» у нас обретает иной смысл: «За каждым великим мужчиной сидит великая женщина и торгует на базаре». И все дороги у нас ведут на базар, а не в Рим.
⠀
Рынки так же занимают важную роль во внешней политике: благодаря им (и таблеткам) у нас хорошие отношения с соседями. Рынки чуть ли не единственный источник дохода и ядро местной экономики; последний оплот малого и среднего бизнеса; главная противоборствующая сила глобализации и захватнических сил крупных магазинов.

Наши рынки, как оазисы среди пыльных, замусоренных и разбитых улиц. Как Элизиум над всем остальным миром. Вся жизнь бурлит, кипит и выплёскивается через края исключительно тут. Здесь же богатеют и беднеют, женятся и разводятся, взрослеют и стареют. И подобно тому, как больницы притягивают больных и слабых, базары манят здоровых и сильных.

Учитывая вышесказанное, сложно делать выбор «За» или «Против» переноса, но с этими пробками на дорогах и мусором в реке нужно что-то делать.

Три базарных эпизода из личной жизни:

1. Во время студенчества, в конце летних каникул, перед отъездом в Астрахань я заглянул на рынок и купил себе ветровку. Ходить по рынкам не любил, поэтому взял первую попавшуюся. Покупка на редкость получилась удачной – ветровка мне очень нравилась. Представляя, каким я буду стильным и крутым, вернулся в Астрахань, но в первый же день разочаровался. Прям там же хотелось снять ветровку и выкинуть. Потому что почти все дагестанцы, – а это примерно половина академии на тот момент, – были точно в таких же ветровках. Было ощущение, что попал на испытание экспериментальных андроидов, которым ещё не придали индивидуальный окрас и внешность. Видимо, мы стали жертвой одного завоза.
⠀
2. Поздним вечером, возвращаясь с тренировок, которые у нас проходили в Волчановском саду, мы решили сократить дорогу и пройти через «Зелёный рынок». Ворота с южной стороны были открыты, но сам рынок был пуст. Когда мы с друзьями, спокойно болтая, добрались до другого конца рынка, северные ворота были уже заперты. Быстро побежали обратно - южные тоже были уже закрыты. Мы оказались взаперти. Перелезть ворота было невозможно. На крышах контейнеров (тогда не было навесов) бегали какие-то собаки, не знаю, откуда они там взялись. Пока мы искали выходы, уже стемнело. Было страшно. Под мостом, рядом с южными воротами, нашли запертую калитку. Над ней была колючая проволока, но это был единственный шанс. Мы полезли через калитку, застревали в этой проволоке, рвали на себе одежду, но всё же выбрались.
⠀
3. Дело было тоже в детстве. Кажется, я учился тогда в шестом классе. Мы с братом ходили по рынку и что-то искали, не помню, что. В какой-то момент в толпе раздались крики. Весь базар со стороны «Зелёного» рванулся с места и помчался на нас. Тогда были неспокойные времена: война в Чечне, теракты и любая искра могла зажечь толпу. Я встал как вкопанный. Огромная бурлящая стена с жуткими воплями неслась прямо на нас. Первая мысль в голове: «Случилось что-то ужасное, надо бежать!» В этот момент брат хватает меня, просто отводит в сторону и прижимает к лавке. Весь бушующий поток проносится мимо нас. Там и дети, и старики, и женщины на высоких каблуках, и мужчины с детьми на руках. Кто-то падает – его топчут, другой орёт, что задыхается, третий кричит, чтоб не паниковали. И среди всей этой шумихи я отчётливо различаю «Бомба», «Теракт», «Взрыв». Вижу впереди лестницу, тяну брата и показываю в сторону лестницы: «Пожалуйста, давай убежим!» Брат приказывает не дергаться. Через несколько минут толпа стихает. Мы, прижимаясь к лавкам, потихоньку бочком добираемся до той самой лестницы и сваливаем из этого ужаса.
⠀⠀
Позже рассказывали, что причиной паники стало то, что кто-то в толпе крикнул «Бомба» и все бросились бежать. Ещё говорили, что в тот день давке погибло несколько человек. Не знаю, что было бы с нами, если бы мы побежали, но толпа точно смяла бы нас.

Сегодня с ковидной пневмонией к нам попала моя первая школьная учительница. Больше десяти лет не виделись. Сразу узнала меня. Представьте, по глазам (я в защитном костюме). Крепко схватила мою руку и кажется немного поплакала. Мне почему-то казалось, что она давно умерла. Несколько раз чуть не сказал ей об этом. Сидели с ней в палате, долго беседовали, вспоминали школьные годы. Она ещё тогда была в возрасте. Мы её любили. Она была очень похожа на мою бабушку, поэтому я любил её вдвойне. Сегодня, записывая её паспортные данные, с удивлением узнал, что она из того же села, что и моя бабушка. Говорит, что до недавних пор хранила мои рисунки, пока не потерялись во время ремонтов. Мне аж стыдно стало, что не ходил проведать. Очень стыдно. Странные ощущения. Кто бы мог подумать, что встретимся в таком месте и при таких обстоятельствах. Здоровья ей.

Покупка машины - это, оказывается, не просто купил, сел и поехал. Это прежде всего отечественная или иномарка; модель и год выпуска; тип двигателя и объем; механика или автомат; робот или вариатор; пробег и страна сборки; ПТС и переоформление; юридическая чистота и число ремонтов; наличие или отсутствие сервис центров; доступность запчастей и состояние салона; битая или крашеная; бензин или газ; новая или старая; хендай солярис или киа рио; Мерседес или БМВ; авито или автору; водитель женщина или мужчина; из Дагестана или Пятигорска; таксист или "просто на работу ездил"; "щас бери" и "потом возьми"; "почему раньше не брал?" и "вот только что нормальную продал"... Короче, я запутался.