Вспомнил эту заметку. Там же и картинка banksy

Коронавирус неожиданно вернулся в наше отделение: у одной из санитарок тест оказался положительным. Вернулся, когда мозг вытеснил все воспоминания о пневмониях и сатурациях, и начал привыкать к переломам и скальпелям. Не успели открыться, как снова закрылись на двухнедельный карантин. Это не вторая волна, а продолжение первой: только вынырнули, отряхнулись, а волна обратным течением подсекла, свалила с ног и уносит обратно в море))

Многострадальная рука мальчика, о котором я писал ранее. Вторым этапом нейрохирурги восстановили срединный нерв. Ко мне пришли снять швы

Новогодняя ночь. Бой курантов. Гул и вспышки фейерверков. В это время мы с коллегой в экстренной собираем разорванную петардой кисть. Конец трехчасовой возни. Захожу в палату и рассказываю пострадавшему с чем имеем дело. Мужик меня сразу перебивает:
– А сколько швов?
⠀
Сколько швов? Причём тут швы? Не осознаёт всю серьёзность? Пытаюсь повторно объяснить и встречаю тупое безразличие. И тут же меня осеняет, что тяжесть ран в народе принято оценивать по количеству швов.
⠀
Не по длине или глубине раны, и даже не по повреждению важных анатомических структур, а просто по количеству швов. Чем больше швов, тем сложнее рана. И наоборот: пусть хоть нож торчит из спины, но если в итоге наложили пару швов, то беспокоиться не о чём.
⠀
– Очень много швов! – Нервно бросаю я в ответ мужику и ухожу.
⠀
После операций родители почти всегда первыми делом спрашивают «Как всё прошло?» и, не дожидаясь ответа, тотчас добавляют: «А сколько швов?»
⠀
Ведь количество швов им скажет больше, чем мои скучные рассказы про репозиции, фиксации и всевозможные последствия.
⠀
А ещё количеством швов гордятся, как числом боевых наград:
– Ну что там?! – Испуганно вскакивают ожидавшие родственники, когда раненный выходит из перевязочной.
– Пять швов! – С гордостью роняет пострадавший.

А когда больше пяти, меняется даже походка пациента, принимая более грациозный характер. Ведь таким количеством можно будет похвастаться даже перед будущими внуками.
⠀
Количество швов имеет решающее значение в оценке общего состояния.
⠀
К примеру, ДТП. Тяжёлая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга. Кома. Реанимация. Выход из комы. Долгое тяжелое восстановление. В итоге:
– Слышал ты в аварию попал.
– Да, пару швов наложили. – Откидывает челку, оголяя маленький багровый шрам на лбу.
⠀
Врачу же вообще без разницы, сколько у вас там швов. Потому что огромную рану можно зашить одним непрерывным швом, и маленькую – бесчисленным количеством узелков. В принципе, можно и без единого шва.
⠀
Однажды слышу диалог:
– Ну как прошла операция? – Спрашивает один другого.
– Разве это операция? Три дырки вот тут, – равнодушно тычет тремя пальцами себе в бок, – пара швов и на второй день отпустили.
⠀
Три дырки – результат малоинвазивной эндоскопической операции.
⠀
Суммировав все выводы, мне показалось, что я как никогда близок к разгадке давно мучившей тайны: когда пытаешься сделать всё, чтобы избежать операцию, встречаешь только недоумение, а когда оперируешь – восторг и попытки отблагодарить.
⠀
Но потом встретил людей, которые ломают себе здоровые уши и понял, что имею дело с непростыми общественными феноменами, ключи к разгадке которым находятся где-то далеко в горах.

«Было бы несправедливо повесить на всех без исключения хирургов-ортопедов ярлык неандертальцев-костоломов только потому, что 99 процентов из них соответствуют этому описанию, однако у меня неизменно замирает сердце каждый раз, когда я получаю посреди ночи вызов в их отделение.
⠀
На этой неделе мне довелось осмотреть пока двух их пациентов. Вчера: мужчина с мерцательной аритмией после того, как его прооперировали в связи с переломом шейки бедренной кости. Изучив его ЭКГ, сделанную при госпитализации, я понимаю, что мерцательная аритмия была у него до поступления к нам, чего принимающие его врачи не заметили, хотя это практически наверняка объяснило бы, почему он изначально раскорячился на полу в супермаркете.
⠀
Возникает желание устроить для ортопедического отделения семинар на тему «Люди порой падают не просто так».
Сегодня меня попросили осмотреть 20-летнего пациента, чьи анализы крови показали нарушение функции почек. Обе его руки были полностью загипсованы, словно у какого-нибудь злодея из «Скуби-Ду».
⠀
Ему не давали физраствор, а на столе у его кровати стоял нетронутый стакан с водой, взять который (я уверен, ему страшно хотелось пить) мешали законы физики.
⠀
Я назначил ему капельницу с физраствором, хотя было бы гораздо эффективней назначить немного здравого смысла кое-кому из моих коллег.»
⠀
«Будет больно» Адам Кэй
⠀
Да, это про нас)

Всего месяц назад писал о москитных сетках, и с тех пор встретил уже третьего ребенка, выпавшего из окна по той же причине.

Мама говорит, что во всем доме сетка была только на одном окне и мальчик выпал именно из него.

Сработала та самая иллюзия опоры. Получается, что открытое окно без сетки даже безопаснее, чем с ней.

После закрытия последнего провизорного отделения, всех коронавирусных больных укладывают в инфекционное отделение. С тех пор поступают и выписываются, а общее число держится на уровне 15-20 (±10). Никаких пока резких скачков нет. Были какие-то шевеления, когда на летний отпуск начали приезжать из севера (ХМАО, Уренгой и прочее). Сами приезжие болели и заражали местных не переболевших.

В Хасавюрте пока так.

«Больше нет инфекционной службы, все прекрасно» Монолог инфекционистки Лейлы Батчаевой — она рассказала «Медузе» о масштабах эпидемии коронавируса в Карачаево-Черкесии и была вынуждена уволиться — Meduza
https://meduza.io/feature/2020/07/20/bolshe-net-infektsionnoy-sluzhby-vse-prekrasno

У малышки сложный перелом. Один из самых неприятных переломов у детей. Неприятен по причине всевозможных осложнений. А сложность ощущается даже в названии – чрезмыщелковый перелом плечевой кости.
⠀
Родители говорят, что травму девочка получила несколько дней назад. Обратились в районную больницу и вернулись домой с диагнозом «Ушиб локтя».
⠀
Рука в гипсе. Причём обмотана им наглухо, чего в первые дни при переломах и ушибах области локтя делать категорически нельзя – это может иметь фатальные последствия вплоть до полной утраты конечности.
⠀
На рентгенограмме – классический чрезмыщелковый перелом со смещением костных отломков. Смещение не устранено.
⠀
В итоге имеем перелом, который ни с чем не спутает даже студент начальных курсов, не отрепонирован и фиксирован с серьёзными нарушениями – родители явно чего-то недоговаривают.
⠀
Доктор продолжает выпытывать подробности и наконец мать признаётся, что были у костоправа.
⠀
Костоправ покрутил рукой, сказал, что поправил кости, обмотал руку гипсом, направил на рентгенограмму и посоветовал, вернуться через 10 дней, чтобы подправить в случае чего.
⠀
Матери не понравилось, что кисть девочки сильно отекла и посинела. Собственно, это и привело их в больницу.
⠀
О знахарях, причинах обращения к ним и последствиях я уже писал не раз. Сейчас немного о другом.
⠀
Родителей за правду никто бы не побил, не отказал бы в помощи и не лишил бы родительских прав, однако они соврали. Почему? А вот почему:
⠀
1. Врачи любят поносить друг друга перед публикой. Трясут листком назначений перед носом пациента и возмущаются: «Кто вам такое написал?!»
⠀
Бабушка нам с братом часто повторяла: «Как вы относитесь друг к другу прилюдно, так и другие будут относиться к вам.»
⠀
Видя, как врачи отзываются о коллегах, пациенты быстро подстраиваются: «Мы были у доктора Иванова, но он – полное чмо, а вас так хвалят.»
⠀
Иванов может и чмо, но эта информация не несёт никакой полезной нагрузки в плане диагностики и лечения, однако люди знают, что этим врача можно легко подкупить.

Знают, что после этих слов доктор начнёт летать на конференции без самолётов, а к ним отнесётся повнимательнее, чтобы самому не оказаться чмом на приёме у следующего доктора.

Но бабушкин принцип работает всегда и везде: сегодня ты, завтра тебя, а за пределами города – всех нас.

В случае с нашей девочкой родители понимают, что из-за знахаря их могут отчитать, а за врача из районной больницы, возможно, даже похвалят.

2. Люди боятся ответственности, и чем выше ответственность, тем сильнее страх и желание переложить ответственность на других. А самую высокую ответственность люди чувствуют за своих детей.

Визит к знахарям – собственная инициатива, и ответственность несёт сам инициатор. Обращение в больницу – мера скорее вынужденная и ответственность подсознательно перекладывается на врачей.

В иерархии объектов перекладывания ответственности, медики бюджетных организаций на уровне чуть выше козла отпущения.

С перекладыванием ответственности мы сталкиваемся постоянно.

Молодой человек катается на семёрке, нарушая скоростные и другие ограничительные меры, и врезается в столб. А врачу надо собрать его так, чтобы он мог ходить и бегать так же, как и до аварии. И в случае чего ругать будут не идиота, который нарушал правила, и меры примут не для предупреждения нарушений, а... Ну, вы сами поняли.

Женщина с ребёнком с порога бросается на врачей, обвиняя во всех смертных грехах? Значит мать уронила своё дитя и пытается свалить вину.

Если поступила женщина с синяками, а молодой человек в толпе громче всех орёт, выше всех прыгает и чуть ли не с топором бросается на врачей, значит муж побил жену и притащил в больницу))

Кто-то писал, что в частных клиниках люди спокойно сидят в очередях и редко возмущаются. Частные клиники тоже своего рода личная инициатива и отношение, следовательно, другое.

Моральных суждений, выносимых в конце, у меня нет, выводы делайте сами.

Кстати, о знахарстве писал тут.

И случай был один в один с нынешним

В Дагестане своё существование надо подтверждать созданием страницы в Инстаграм

«Мне по роду деятельности часто приходится выполнять миссию консультанта, но я никогда при этом не пытаюсь играть роль судьи. Не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Две
тысячи лет назад было сказано: «Не судите, да не судимы будете». Всю жизнь пытаюсь следовать этим постулатам и, даже видя очевидные промахи коллег, указываю на них обычно в индивидуальной беседе, а при необходимости обсуждения стараюсь это делать в корректной, не обидной форме. Умный поймёт.»

«Руководство по клиническому мышлению»
А.В. Ягода

Продолжение истории косолапика, о котором писал тут, тут и тут

Типичная телефонная беседа:
– Где ведёте амбулаторный приём и во сколько?
– Там-то, в четыре.
– Вечера?

Неужели люди допускают мысль, что я могу вести приём в четыре утра?

Это из той же серии, когда ты, измазанный кровью, копошишься в чьей-то ране, кто-то заглядывает в перевязочную и спрашивает:
– А вы не заняты?
– Нет, конечно, не заняты! Мы в свободное время так развлекаемся.

Детский травматизм имеет сезонность. Ранняя осень и начало учебного года сочетаются с падениями с турников, а поздняя осень и вся зима проходит в относительном затишье, кроме редких случаев, когда выпадает снег и дети цепляются за машины.

Весной наблюдается небольшое оживление, и самое веселье начинается летом, когда дети лазают по деревьям, прыгают по детским площадкам, ныряют в водоемы, бросаются под машины, выпадают из окон, катаются верхом на коровах, бодаются с петухами и прочее.

Так же детский травматизм имеет необъяснимую цикличность. Периоды относительного затишья, когда за целую неделю поступают один или два ребёнка, сменяются периодами бурного потока с пятью-шестью поступлениями в день. Пытался найти хоть какое-то логическое объяснение этому явлению, вплоть до связи с активностью магнитных бурь, но ничем, кроме как происками дьяволов, которых кто-то временами выпускает на волю, объяснить пока не удалось.

Самый кошмар – это когда выгул демонов выпадает на летний сезон. В последнюю неделю именно это и происходит. Какая-то пандемия детского травматизма.

Вот только дополз до ноутбука, чтобы сообщить о причине перерыва на канале. Ни сил, ни времени, ни эмоций. Плюс ко всему больше половины нашего коллектива в отпуске и часть их забот тоже перепала мне.

Про демонов - это шутка, если что

Кстати, ковидных у нас стало больше. За несколько дней переоборудовали под них уже второе отделение. Кажется, у меня дежавю.