Ожидаемое продолжение

В тот же день наш чудный пациент начал буянить, разбивая посуду, бросаясь на медсестёр, и, покрывая все вокруг отборным матом.

Родственников известили и объяснили, что постельный режим, в котором он нуждается, и, с которым наши уже не справляются, можно спокойно наладить в домашних условиях.

Те выпалили привычный набор слов: «Вы медики! Вы должны! Это ваша работа!»

Ну ок.

На следующий день наш герой сбежал из отделения. Охранники нашли, вернули и оставили в отделении с тем условием, что завтра что-то придумают.

А что делают шизофреники, когда их насильно запирают в помещении?

Раз... Два... Три...

Правильно, ищут альтернативные выходы. И самый простой из них - это окно. А наше отделение, к слову, на третьем этаже.

Итог: к имеющему перелому второго поясничного прибавился ещё первый, и тоже поясничный.

Перевели в отделение с решетками на окнах и теперь ищут виновных внутри больницы.

Впрочем, ничего нового.

По мнению многих нет ничего сложного в том, чтобы разобраться в наличии патологии – достаточно лишь провести рентгенограмму травмированной конечности.
⠀
Поэтому многие идут в травмпункт только, чтобы получить направление на снимок, а потом, тыкая в него пальцем, многозначительно произносят: «Я тут вижу...»
⠀
Будто снимок – это абстрактная живопись, в которой каждый обыватель находит что-то своё, и неважно, что.
⠀
Но расшифровка рентгенограмм – это такое же затейливое искусство, как чтение художественной картины, требующее определенной сноровки, профессиональной подготовки и лёгкой одержимости.
⠀
Снимок перед врачом, как «Черный квадрат» Малевича в глазах художника, которому достаточно и беглого взгляда, чтобы убедиться, что квадрат не совсем черный и ничуть не квадратный, а немного приглядевшись обнаружит баланс цветов, перспективу и динамическое напряжение.
⠀
Однако примерно тот же тип людей, что мыслит в искусстве ровно столько же, сколько в «Джоконде» Да Винчи видит странную бабу с тупой улыбкой, убеждён, что разбирается в ещё более сложных вещах, как обнаружение патологий на снимках.
⠀
А доктор, пытающийся отговорить от необоснованной диагностики, видится преградой на пути к овладению искусством. И разные люди пытаются преодолеть препятствие разными путями.
⠀
Одни демонстративной хромотой и болезненной гримасой приукрашивают симптомы, и, получив направление, уверенной поступью и торжественной улыбкой движутся к цели.
⠀
Другие ведут себя более сдержанно, но безучастные лица и нетерпеливые вздохи выдают внутренний протест, который гласит: «Кончай болтать и давай направление!»
⠀
Третьи без всяких прелюдий переходят к требованиям.
⠀
А когда доктор понимает, что рациональный подход не срабатывает, пытается отбиться эмоциональным: «Зачем вам лишний раз облучаться?»
⠀
А между тем ничто не проходит бесследно и эта фраза порождает другую крайность, в которой народ начинает относиться к рентгеновскому аппарату, как к Чернобыльской АЭС в момент аварии.
⠀
В общем, если доктор говорит, что нужно делать снимок, делайте, а не говорит – не делайте. А если прям неможется, то на выбор куча частных организаций. И, самое главное, не умничайте.

Открыть инстаграм – все равно что снять крышку с полного помойного ведра

Почему младенцам полезно лежать на животе
⠀
Нет сомнений, что спящих младенцев следует укладывать исключительно на спину – именно такая позиция снижает риск синдрома внезапной детской смерти.
⠀
Однако родители надолго оставляют малышей на спине даже во время бодрствования и злоупотребляют люльками, шезлонгами, автокреслами и всем тем, что сокращает время пребывания на животе.
⠀
Выкладывание на живот помогает укреплять мышцы шеи, рук, спины и ног; развивает такие навыки, как переворачивание, сидение, ползание; полезно в качестве профилактики кривошеи; более того, отражается на развитии моторики и, в целом, помогает малышу расти сильным и здоровым.
⠀
Исследование, проведенное в 2017 году среди младенцев в возрасте от 3-х до 9-ти недель, показало, что длительное пребывание на спине способствует формированию плоского затылка и других деформаций черепа.
⠀
Когда начать?
Примерно с двухнедельного возраста, как отпадает пуповина.
⠀
Как начать?
Ложитесь на спину и кладете младенца к себе на живот. Затем переводите на кровать или теплый пол. Начните с нескольких секунд, затем постепенно увеличивать время до минуты.
⠀
Как часто?
Самое простое – завести привычку укладывать ребенка при каждой смене подгузников. В первое время дети будут возмущаться, истерить, потому что для них это тяжелая тренировка и они такие же лентяи, как и взрослые.
⠀
До какого возраста?
Примерно до трех-четырех месяцев, пока ребенок не начнёт самостоятельно переворачиваться на живот.
⠀
P.S. Энн Захри провела небольшое исследование и выяснила, что дети, которых не выкладывали в младенчестве на живот, не только пропускают важный и полезный для здоровья этап ползания (привет ходункам), но также в будущем имеют слабые мышцы туловища и плохой почерк по сравнению с теми, кого регулярно выкладывали на живот.
⠀
Возможно, хороший почерк нашим детям и не пригодится, но вот сильные руки для будущих бойцов ММА будут нелишними.
⠀
Краткий адаптированный перевод статьи из New York Times.

Видеоинструкция

https://youtu.be/M3rCtW9DMD4

В студенческие годы по просьбе товарищей проводил хиджаму (кровопускание)

В один из вечеров толпа студентов, среди которых были друзья, собралась на тусовку и решила провести хиджаму. Позвали меня как специалиста. Специалистом я ни разу не был, просто всем казалось, что раз человек немного религиозный и учится в меде, значит спец по хиджаме.

Сказали, что к процедурам всё приготовлено, и я, злобно потирая руки и жаждая крови, явился на тусовку. Ну, не портить же людям планы. Оказалось, что у них кроме немногих банок из под пюрешек, ничего не было. «А что-то ещё нужно было, что ли?!» – удивлялись студенты.

Вечер поздний, аптеки вокруг закрыты, все хотят хиджаму, а нечем. Не отменять же, в конце концов.

Собрались и на ночь глядя пошли они искать. Вернулись поздно с тремя бутылочками настойки боярышника, ватой, спичками и пачкой лезвий.

Один студент заказал 6 банок, второй - 4 банки, последнему досталась всего одна.

В общем, протираю я кожу боярышником, надсекаю "Рапирой", поджигаю вату, смоченную боярышником, вакуумирую банки из-под пюрешек "Фрутоняня", прикладываю к спине, и высасываю нечистую кровь, сгустившуюся под натиском темных сил надвигающейся сессии.

В тот же вечер я завязал. И вроде все выжили.

Первый пошёл

Написано: отказываю от согласия на выдачу органов

Как теперь дальше работать? Чем семью кормить?

Больница похожа на глубокую сливную яму, куда стекаются вести со всего города.

Работает это вопреки воле и всякой логике.

Если базар – это генератор новостей, то больница – некий агрегатор (а люди – трансформаторы?)

Пострадавших в ДТП, перестрелках, разборках и прочих инцидентах везут к нам вместе с новостями. Тут как бы всё логично.

Понятно и то, что даже если трое условятся хранить тайну, непременно появится четвертый и невольно выдаст остальных.

Но непонятно, зачем люди несут сюда всё то, что даже отдалённо не связано с делом.

– Что с ребёнком?
– Упал с турника в школе. Дочь директора этой школы вышла замуж за буйнакского депутата, чей отец был начальником председателя такой-то компартии...

Внимательно вслушиваешься, боясь упустить важную деталь, в итоге ни о ребёнке, ни о травме.

– Что с головой?
– В ДТП попал. Машину ударил, которую купил у пахана друга за 150 тыщ. Страховки не было, газ подорожал и мост тоже слишком узким оказался…

Информационная перегрузка – ещё одна проблема, с которой приходится постоянно бороться, чтобы отделять овец от козлищ.

Если в больнице к одному человеку прибавить второго, то из возникшей компании вылетают восторженные: «А ты слышал...? А представляешь...! А говорят...!»

В ординаторскую частенько заглядывают, чтобы первым делом справиться о родственниках.

Вторым – чтобы встать прямо посередине ординаторской и с блаженным смакованием рассказать обо всех последних новостях.

В результате мы узнаём, кто сошёлся, кто развёлся, а кого – просто посадили ни за что.

Я иногда представляю, как теряю терпение и вырываюсь из этой суеты.

Затыкаю уши и с криком «ХВА-А-ТИ-И-Т!» несусь прочь.

Расталкиваю прохожих, плечом выбиваю дверь, лечу по ступенькам.

Спотыкаюсь, падаю, скатываюсь, встаю, бегу дальше.

Швыряю колпак, рву на себе халат, мысленно разрываю клятву Гиппократа.

И даже в мыслях кто-то из толпы резкой хваткой одергивает меня, и тормозит на полном ходу.

Ошарашенный оборачиваюсь: передо мной милая женщина с огромным фингалом под глазом и с платочком, прикрывающим рот.

– Вы травматолог? – спрашивает она шепелявя, из-за отсутствующих передних зубов.
– Да, – осторожно отвечаю.
– Кажется у меня сотрясение. Вышла замуж третьей женой за такого-то, а первые две жены сговорились, побили, – убирает платочек и с широкой улыбкой добавляет, – и зубы выбили...

А-а-а-а!!!

До эпохи травматологии я жил клинической фармакологией. Настолько, что до сих пор нахожу у себя на полках книги, о которых давно забыл, и в памяти - подробную информацию о каком-нибудь препарате, которую, казалось, вообще не знал.

Так вот, наткнулся на ролик о препарате "Тералиджен" и вспомнил, как мы ещё лет 7-8 назад смеялись над ним.

Повторюсь, НАД ним, а не ПОД ним. А почему, поймёте, посмотрев сей ролик

Автостоянка грозненского аэропорта

Первый рабочий день после трехнедельного отпуска начался с третьей положительной.

Если самый сложный рабочий день - это понедельник, то первый день после отпуска - тройной понедельник.

Чашка с разметками для определения группы крови куда-то потерялась, пришлось достать старую тарелку, разделенную на три зоны.

За тарелкой три пробирки с цоликлонами для определения групп.

Говорят, что для антуража не хватает свечки в центре тарелки и рисунка перевернутой звёзды

Кстати, забыл сказать, что на этой тарелке вторая положительная.

Эта и многие другие интересные новости на нашем канале. Не переключайтесь!

Живя в Дагестане, я перестал удивляться многим диковинным явлениям, но вот пока кое-что меня все ещё шокирует.

Медсестра, с которой ты видишься каждый день, дважды в сутки здороваешься, трижды обсуждаешь последние новости, пьёшь за одним столом чай; которая приводит к тебе на консультацию всех своих родных, соседей, будущих детей; которая сама у тебя не раз лечится и консультируется, вдруг под постом в инстаграмме, где просят посоветовать травматолога, пишет, чтоб ехали куда подальше, потому что у нас нет хороших травматологов

¯\_(ツ)_/¯

Беспомощно протянутая рука с подключенным катетером в профилях врачей - такой же обязательный атрибут, как кофе или книга в ленте у блогеров.

Врачи этим пафосным жестом ведают миру, что они тоже люди и как бы тоже иногда болеют. Ровно как и блогеры, для которых кофе и книга - последний шанс причислить себя к интеллигенции, следующей модным тенденциям.

Но как и первые, что никогда не станут людьми, так и вторые - никогда не будут... Ну вы сами поняли.

А мне здоровья и скорейшего выздоровления. Аминь)

Ушла эпоха великих идей и безумных целей, наступило время обсуждения людей и в частности врачей.
⠀
В одной из компаний, где любили болтать о врачебных делах, случайно оказался наш коллега. Назовем его Володей.
⠀
Володя заболел и попал в больницу. В палате он был один, и только днём наведывались другие пациенты с целью «прокапаться». Дяденьки собирались в одно время, и пока капли в системе отсчитывали отведенное для процедуры время, затевали разные беседы.
⠀
Как и в любой случайной компании, начав с осторожных тем о политике и местном быте, плавно огибая острые углы, разговоры перетекали в общую тему, забавлявшую всех без исключения.
⠀
Всех, кроме Володи, потому что излюбленная тема касалась врачей. И никто в палате не знал, что Володя – доктор.
⠀
— ...и потом я ей говорю: «Ты даже анализы не проверила, а решила укол сделать!» – под сочувственные вздохи излагал один.
— Это же там мою жену чуть не убили!.. — горячо подхватывал другой.
⠀
Так со дня на день беседа велась об одном и том же, менялись же в ней лишь отделения и врачи.
⠀
Володя принял роль стороннего наблюдателя и молча слушал, лишь изредка встревая в нейтральные темы.
⠀
Так потихоньку добрались до отделения Володи и по злой иронии начали с него же самого.
⠀
– Подожди, кто? – еле сдерживая эмоции, перебил Володя того, кто уже представлял его самыми скверными оборотами, не скупясь на прямые оскорбления.
– Владимир Петрович! – уточнил, ничего не подозревавший собеседник.
– А ты знаешь его в лицо? – медленно приблизившись к нему, спросил Владимир.
– Конечно знаю! Он лечил моего родственника, а я ухаживал за ним.
– А если ты его встретишь, сможешь сказать ему всё это в лицо?
– Конечно смогу!
– Я и есть Владимир Петрович, и я тебя внимательно слушаю!⠀
⠀
Наступило гробовое молчание. Разоблачитель Володи спешно покинул палату и более не появлялся. И темы в дальнейшем как-то немного разбавились и пыл присутствовавших резко угас.
⠀
P.S. Я всё к тому, что в любой компании темы постепенно перетекают к обсуждению врачей, что приводит к искусственному усилению и без того (и не без оснований) плохой репутации врачей, и, что в конечном итоге сказывается на качестве лечения тех же пациентов.
⠀
Ещё к тому, что не всё, о чём говорят, есть правда. Точнее, лишь малая её часть является таковой. И в каждой правде есть нюансы, о которых ведает лишь вторая сторона.
⠀
Так что, не болейте и не болтайте)

Домбай глазами провинциального травматолога)