Утром перед пятиминуткой в течение получаса выслушивал жалобы мужика, который поступил ночью с переломом позвоночника.
Говорил он много и пространно. Рассказывал, что всегда молодо выглядел для своего возраста, ловко передвигался, голова не седела, а потом его сглазили и жизнь пошла под откос.
Начались проблемы с кишечником, запоры и непроходимость. Провели операцию - не помогло. Нашёл какую-то женщину, которая дала таблетку, и его прорвало.
Потом аденома простаты и снова операция. В Ростове, посмотрев вот сюда (показывает пальцем себе в зад), ахнули и стали вопрошать, кто же тебе там так всё испортил?
Ещё рассказывал о семье, о прошлом, о работе и об общественном статусе; поведал, как он когда-то сам оперировал. Правда, после некоторой заминки добавил, что оперировал животных и будучи ветеринаром.
Под конец, подозвав меня жестом, уже переходил к более интимным подробностям, но мне было некогда. Показав на часы, я удалился.
По пути назад пытался переварить услышанное, восстановить хронологию и отсеить ненужное, чтобы добавить важное в историю болезни.
Вся эта автобиография началась с единственного вопроса: «Как вы себя чувствуете?» Я обычно таких нудных игнорю, но при сборе анамнеза важно каждое слово.
После планерки в ординаторскую с яростными возгласами влетел наш нейрохирург, который как раз и будет лечить моего утреннего собеседника.
«Что за херню он несёт?! Говорит, что урологи за ним следят! Что они строят козни против него!» – сокрушался нейрохирург.
Следом влетела молодая женщина и, как бы, пытаясь успокоить нашего доктора, объясняла, что у того психические проблемы.
Я сразу понял о ком речь, но все равно уточнил и мои опасения подтвердились.
Мне стало печально. Почувствовал себя обманутым. С досадой взглянул на кровать, на которой мог бы поспать ещё полчаса, вместо выслушивания параноидального бреда шизофреника. Эти полчаса уже не вернуть.
Но печальнее всего знаете что? Когда вокруг столько людей с манерами психически больных, перестаешь различать по-настоящему больных. Увы.
Говорил он много и пространно. Рассказывал, что всегда молодо выглядел для своего возраста, ловко передвигался, голова не седела, а потом его сглазили и жизнь пошла под откос.
Начались проблемы с кишечником, запоры и непроходимость. Провели операцию - не помогло. Нашёл какую-то женщину, которая дала таблетку, и его прорвало.
Потом аденома простаты и снова операция. В Ростове, посмотрев вот сюда (показывает пальцем себе в зад), ахнули и стали вопрошать, кто же тебе там так всё испортил?
Ещё рассказывал о семье, о прошлом, о работе и об общественном статусе; поведал, как он когда-то сам оперировал. Правда, после некоторой заминки добавил, что оперировал животных и будучи ветеринаром.
Под конец, подозвав меня жестом, уже переходил к более интимным подробностям, но мне было некогда. Показав на часы, я удалился.
По пути назад пытался переварить услышанное, восстановить хронологию и отсеить ненужное, чтобы добавить важное в историю болезни.
Вся эта автобиография началась с единственного вопроса: «Как вы себя чувствуете?» Я обычно таких нудных игнорю, но при сборе анамнеза важно каждое слово.
После планерки в ординаторскую с яростными возгласами влетел наш нейрохирург, который как раз и будет лечить моего утреннего собеседника.
«Что за херню он несёт?! Говорит, что урологи за ним следят! Что они строят козни против него!» – сокрушался нейрохирург.
Следом влетела молодая женщина и, как бы, пытаясь успокоить нашего доктора, объясняла, что у того психические проблемы.
Я сразу понял о ком речь, но все равно уточнил и мои опасения подтвердились.
Мне стало печально. Почувствовал себя обманутым. С досадой взглянул на кровать, на которой мог бы поспать ещё полчаса, вместо выслушивания параноидального бреда шизофреника. Эти полчаса уже не вернуть.
Но печальнее всего знаете что? Когда вокруг столько людей с манерами психически больных, перестаешь различать по-настоящему больных. Увы.
👍7
Давно не катался на поезде. В плацкартах, определенно, есть своя романтика)
👍3😁1
Записки уездного травматолога
Утром перед пятиминуткой в течение получаса выслушивал жалобы мужика, который поступил ночью с переломом позвоночника. Говорил он много и пространно. Рассказывал, что всегда молодо выглядел для своего возраста, ловко передвигался, голова не седела, а потом…
Ожидаемое продолжение
В тот же день наш чудный пациент начал буянить, разбивая посуду, бросаясь на медсестёр, и, покрывая все вокруг отборным матом.
Родственников известили и объяснили, что постельный режим, в котором он нуждается, и, с которым наши уже не справляются, можно спокойно наладить в домашних условиях.
Те выпалили привычный набор слов: «Вы медики! Вы должны! Это ваша работа!»
Ну ок.
На следующий день наш герой сбежал из отделения. Охранники нашли, вернули и оставили в отделении с тем условием, что завтра что-то придумают.
А что делают шизофреники, когда их насильно запирают в помещении?
Раз... Два... Три...
Правильно, ищут альтернативные выходы. И самый простой из них - это окно. А наше отделение, к слову, на третьем этаже.
Итог: к имеющему перелому второго поясничного прибавился ещё первый, и тоже поясничный.
Перевели в отделение с решетками на окнах и теперь ищут виновных внутри больницы.
Впрочем, ничего нового.
В тот же день наш чудный пациент начал буянить, разбивая посуду, бросаясь на медсестёр, и, покрывая все вокруг отборным матом.
Родственников известили и объяснили, что постельный режим, в котором он нуждается, и, с которым наши уже не справляются, можно спокойно наладить в домашних условиях.
Те выпалили привычный набор слов: «Вы медики! Вы должны! Это ваша работа!»
Ну ок.
На следующий день наш герой сбежал из отделения. Охранники нашли, вернули и оставили в отделении с тем условием, что завтра что-то придумают.
А что делают шизофреники, когда их насильно запирают в помещении?
Раз... Два... Три...
Правильно, ищут альтернативные выходы. И самый простой из них - это окно. А наше отделение, к слову, на третьем этаже.
Итог: к имеющему перелому второго поясничного прибавился ещё первый, и тоже поясничный.
Перевели в отделение с решетками на окнах и теперь ищут виновных внутри больницы.
Впрочем, ничего нового.
😱4❤2👍2
По мнению многих нет ничего сложного в том, чтобы разобраться в наличии патологии – достаточно лишь провести рентгенограмму травмированной конечности.
⠀
Поэтому многие идут в травмпункт только, чтобы получить направление на снимок, а потом, тыкая в него пальцем, многозначительно произносят: «Я тут вижу...»
⠀
Будто снимок – это абстрактная живопись, в которой каждый обыватель находит что-то своё, и неважно, что.
⠀
Но расшифровка рентгенограмм – это такое же затейливое искусство, как чтение художественной картины, требующее определенной сноровки, профессиональной подготовки и лёгкой одержимости.
⠀
Снимок перед врачом, как «Черный квадрат» Малевича в глазах художника, которому достаточно и беглого взгляда, чтобы убедиться, что квадрат не совсем черный и ничуть не квадратный, а немного приглядевшись обнаружит баланс цветов, перспективу и динамическое напряжение.
⠀
Однако примерно тот же тип людей, что мыслит в искусстве ровно столько же, сколько в «Джоконде» Да Винчи видит странную бабу с тупой улыбкой, убеждён, что разбирается в ещё более сложных вещах, как обнаружение патологий на снимках.
⠀
А доктор, пытающийся отговорить от необоснованной диагностики, видится преградой на пути к овладению искусством. И разные люди пытаются преодолеть препятствие разными путями.
⠀
Одни демонстративной хромотой и болезненной гримасой приукрашивают симптомы, и, получив направление, уверенной поступью и торжественной улыбкой движутся к цели.
⠀
Другие ведут себя более сдержанно, но безучастные лица и нетерпеливые вздохи выдают внутренний протест, который гласит: «Кончай болтать и давай направление!»
⠀
Третьи без всяких прелюдий переходят к требованиям.
⠀
А когда доктор понимает, что рациональный подход не срабатывает, пытается отбиться эмоциональным: «Зачем вам лишний раз облучаться?»
⠀
А между тем ничто не проходит бесследно и эта фраза порождает другую крайность, в которой народ начинает относиться к рентгеновскому аппарату, как к Чернобыльской АЭС в момент аварии.
⠀
В общем, если доктор говорит, что нужно делать снимок, делайте, а не говорит – не делайте. А если прям неможется, то на выбор куча частных организаций. И, самое главное, не умничайте.
⠀
Поэтому многие идут в травмпункт только, чтобы получить направление на снимок, а потом, тыкая в него пальцем, многозначительно произносят: «Я тут вижу...»
⠀
Будто снимок – это абстрактная живопись, в которой каждый обыватель находит что-то своё, и неважно, что.
⠀
Но расшифровка рентгенограмм – это такое же затейливое искусство, как чтение художественной картины, требующее определенной сноровки, профессиональной подготовки и лёгкой одержимости.
⠀
Снимок перед врачом, как «Черный квадрат» Малевича в глазах художника, которому достаточно и беглого взгляда, чтобы убедиться, что квадрат не совсем черный и ничуть не квадратный, а немного приглядевшись обнаружит баланс цветов, перспективу и динамическое напряжение.
⠀
Однако примерно тот же тип людей, что мыслит в искусстве ровно столько же, сколько в «Джоконде» Да Винчи видит странную бабу с тупой улыбкой, убеждён, что разбирается в ещё более сложных вещах, как обнаружение патологий на снимках.
⠀
А доктор, пытающийся отговорить от необоснованной диагностики, видится преградой на пути к овладению искусством. И разные люди пытаются преодолеть препятствие разными путями.
⠀
Одни демонстративной хромотой и болезненной гримасой приукрашивают симптомы, и, получив направление, уверенной поступью и торжественной улыбкой движутся к цели.
⠀
Другие ведут себя более сдержанно, но безучастные лица и нетерпеливые вздохи выдают внутренний протест, который гласит: «Кончай болтать и давай направление!»
⠀
Третьи без всяких прелюдий переходят к требованиям.
⠀
А когда доктор понимает, что рациональный подход не срабатывает, пытается отбиться эмоциональным: «Зачем вам лишний раз облучаться?»
⠀
А между тем ничто не проходит бесследно и эта фраза порождает другую крайность, в которой народ начинает относиться к рентгеновскому аппарату, как к Чернобыльской АЭС в момент аварии.
⠀
В общем, если доктор говорит, что нужно делать снимок, делайте, а не говорит – не делайте. А если прям неможется, то на выбор куча частных организаций. И, самое главное, не умничайте.
👍6
Открыть инстаграм – все равно что снять крышку с полного помойного ведра
👍2👏1
Почему младенцам полезно лежать на животе
⠀
Нет сомнений, что спящих младенцев следует укладывать исключительно на спину – именно такая позиция снижает риск синдрома внезапной детской смерти.
⠀
Однако родители надолго оставляют малышей на спине даже во время бодрствования и злоупотребляют люльками, шезлонгами, автокреслами и всем тем, что сокращает время пребывания на животе.
⠀
Выкладывание на живот помогает укреплять мышцы шеи, рук, спины и ног; развивает такие навыки, как переворачивание, сидение, ползание; полезно в качестве профилактики кривошеи; более того, отражается на развитии моторики и, в целом, помогает малышу расти сильным и здоровым.
⠀
Исследование, проведенное в 2017 году среди младенцев в возрасте от 3-х до 9-ти недель, показало, что длительное пребывание на спине способствует формированию плоского затылка и других деформаций черепа.
⠀
Когда начать?
Примерно с двухнедельного возраста, как отпадает пуповина.
⠀
Как начать?
Ложитесь на спину и кладете младенца к себе на живот. Затем переводите на кровать или теплый пол. Начните с нескольких секунд, затем постепенно увеличивать время до минуты.
⠀
Как часто?
Самое простое – завести привычку укладывать ребенка при каждой смене подгузников. В первое время дети будут возмущаться, истерить, потому что для них это тяжелая тренировка и они такие же лентяи, как и взрослые.
⠀
До какого возраста?
Примерно до трех-четырех месяцев, пока ребенок не начнёт самостоятельно переворачиваться на живот.
⠀
P.S. Энн Захри провела небольшое исследование и выяснила, что дети, которых не выкладывали в младенчестве на живот, не только пропускают важный и полезный для здоровья этап ползания (привет ходункам), но также в будущем имеют слабые мышцы туловища и плохой почерк по сравнению с теми, кого регулярно выкладывали на живот.
⠀
Возможно, хороший почерк нашим детям и не пригодится, но вот сильные руки для будущих бойцов ММА будут нелишними.
⠀
Краткий адаптированный перевод статьи из New York Times.
⠀
Нет сомнений, что спящих младенцев следует укладывать исключительно на спину – именно такая позиция снижает риск синдрома внезапной детской смерти.
⠀
Однако родители надолго оставляют малышей на спине даже во время бодрствования и злоупотребляют люльками, шезлонгами, автокреслами и всем тем, что сокращает время пребывания на животе.
⠀
Выкладывание на живот помогает укреплять мышцы шеи, рук, спины и ног; развивает такие навыки, как переворачивание, сидение, ползание; полезно в качестве профилактики кривошеи; более того, отражается на развитии моторики и, в целом, помогает малышу расти сильным и здоровым.
⠀
Исследование, проведенное в 2017 году среди младенцев в возрасте от 3-х до 9-ти недель, показало, что длительное пребывание на спине способствует формированию плоского затылка и других деформаций черепа.
⠀
Когда начать?
Примерно с двухнедельного возраста, как отпадает пуповина.
⠀
Как начать?
Ложитесь на спину и кладете младенца к себе на живот. Затем переводите на кровать или теплый пол. Начните с нескольких секунд, затем постепенно увеличивать время до минуты.
⠀
Как часто?
Самое простое – завести привычку укладывать ребенка при каждой смене подгузников. В первое время дети будут возмущаться, истерить, потому что для них это тяжелая тренировка и они такие же лентяи, как и взрослые.
⠀
До какого возраста?
Примерно до трех-четырех месяцев, пока ребенок не начнёт самостоятельно переворачиваться на живот.
⠀
P.S. Энн Захри провела небольшое исследование и выяснила, что дети, которых не выкладывали в младенчестве на живот, не только пропускают важный и полезный для здоровья этап ползания (привет ходункам), но также в будущем имеют слабые мышцы туловища и плохой почерк по сравнению с теми, кого регулярно выкладывали на живот.
⠀
Возможно, хороший почерк нашим детям и не пригодится, но вот сильные руки для будущих бойцов ММА будут нелишними.
⠀
Краткий адаптированный перевод статьи из New York Times.
NY Times
The Benefits of ‘Tummy Time’ (Published 2018)
Positioning babies on their stomachs helps prevent flattening of the head and strengthens neck, trunk and shoulder muscles, as well as hands.
👍6❤1
В студенческие годы по просьбе товарищей проводил хиджаму (кровопускание)
В один из вечеров толпа студентов, среди которых были друзья, собралась на тусовку и решила провести хиджаму. Позвали меня как специалиста. Специалистом я ни разу не был, просто всем казалось, что раз человек немного религиозный и учится в меде, значит спец по хиджаме.
Сказали, что к процедурам всё приготовлено, и я, злобно потирая руки и жаждая крови, явился на тусовку. Ну, не портить же людям планы. Оказалось, что у них кроме немногих банок из под пюрешек, ничего не было. «А что-то ещё нужно было, что ли?!» – удивлялись студенты.
Вечер поздний, аптеки вокруг закрыты, все хотят хиджаму, а нечем. Не отменять же, в конце концов.
Собрались и на ночь глядя пошли они искать. Вернулись поздно с тремя бутылочками настойки боярышника, ватой, спичками и пачкой лезвий.
Один студент заказал 6 банок, второй - 4 банки, последнему досталась всего одна.
В общем, протираю я кожу боярышником, надсекаю "Рапирой", поджигаю вату, смоченную боярышником, вакуумирую банки из-под пюрешек "Фрутоняня", прикладываю к спине, и высасываю нечистую кровь, сгустившуюся под натиском темных сил надвигающейся сессии.
В тот же вечер я завязал. И вроде все выжили.
В один из вечеров толпа студентов, среди которых были друзья, собралась на тусовку и решила провести хиджаму. Позвали меня как специалиста. Специалистом я ни разу не был, просто всем казалось, что раз человек немного религиозный и учится в меде, значит спец по хиджаме.
Сказали, что к процедурам всё приготовлено, и я, злобно потирая руки и жаждая крови, явился на тусовку. Ну, не портить же людям планы. Оказалось, что у них кроме немногих банок из под пюрешек, ничего не было. «А что-то ещё нужно было, что ли?!» – удивлялись студенты.
Вечер поздний, аптеки вокруг закрыты, все хотят хиджаму, а нечем. Не отменять же, в конце концов.
Собрались и на ночь глядя пошли они искать. Вернулись поздно с тремя бутылочками настойки боярышника, ватой, спичками и пачкой лезвий.
Один студент заказал 6 банок, второй - 4 банки, последнему досталась всего одна.
В общем, протираю я кожу боярышником, надсекаю "Рапирой", поджигаю вату, смоченную боярышником, вакуумирую банки из-под пюрешек "Фрутоняня", прикладываю к спине, и высасываю нечистую кровь, сгустившуюся под натиском темных сил надвигающейся сессии.
В тот же вечер я завязал. И вроде все выжили.
😁5👍2
Больница похожа на глубокую сливную яму, куда стекаются вести со всего города.
Работает это вопреки воле и всякой логике.
Если базар – это генератор новостей, то больница – некий агрегатор (а люди – трансформаторы?)
Пострадавших в ДТП, перестрелках, разборках и прочих инцидентах везут к нам вместе с новостями. Тут как бы всё логично.
Понятно и то, что даже если трое условятся хранить тайну, непременно появится четвертый и невольно выдаст остальных.
Но непонятно, зачем люди несут сюда всё то, что даже отдалённо не связано с делом.
– Что с ребёнком?
– Упал с турника в школе. Дочь директора этой школы вышла замуж за буйнакского депутата, чей отец был начальником председателя такой-то компартии...
Внимательно вслушиваешься, боясь упустить важную деталь, в итоге ни о ребёнке, ни о травме.
– Что с головой?
– В ДТП попал. Машину ударил, которую купил у пахана друга за 150 тыщ. Страховки не было, газ подорожал и мост тоже слишком узким оказался…
Информационная перегрузка – ещё одна проблема, с которой приходится постоянно бороться, чтобы отделять овец от козлищ.
Если в больнице к одному человеку прибавить второго, то из возникшей компании вылетают восторженные: «А ты слышал...? А представляешь...! А говорят...!»
В ординаторскую частенько заглядывают, чтобы первым делом справиться о родственниках.
Вторым – чтобы встать прямо посередине ординаторской и с блаженным смакованием рассказать обо всех последних новостях.
В результате мы узнаём, кто сошёлся, кто развёлся, а кого – просто посадили ни за что.
Я иногда представляю, как теряю терпение и вырываюсь из этой суеты.
Затыкаю уши и с криком «ХВА-А-ТИ-И-Т!» несусь прочь.
Расталкиваю прохожих, плечом выбиваю дверь, лечу по ступенькам.
Спотыкаюсь, падаю, скатываюсь, встаю, бегу дальше.
Швыряю колпак, рву на себе халат, мысленно разрываю клятву Гиппократа.
И даже в мыслях кто-то из толпы резкой хваткой одергивает меня, и тормозит на полном ходу.
Ошарашенный оборачиваюсь: передо мной милая женщина с огромным фингалом под глазом и с платочком, прикрывающим рот.
– Вы травматолог? – спрашивает она шепелявя, из-за отсутствующих передних зубов.
– Да, – осторожно отвечаю.
– Кажется у меня сотрясение. Вышла замуж третьей женой за такого-то, а первые две жены сговорились, побили, – убирает платочек и с широкой улыбкой добавляет, – и зубы выбили...
А-а-а-а!!!
Работает это вопреки воле и всякой логике.
Если базар – это генератор новостей, то больница – некий агрегатор (а люди – трансформаторы?)
Пострадавших в ДТП, перестрелках, разборках и прочих инцидентах везут к нам вместе с новостями. Тут как бы всё логично.
Понятно и то, что даже если трое условятся хранить тайну, непременно появится четвертый и невольно выдаст остальных.
Но непонятно, зачем люди несут сюда всё то, что даже отдалённо не связано с делом.
– Что с ребёнком?
– Упал с турника в школе. Дочь директора этой школы вышла замуж за буйнакского депутата, чей отец был начальником председателя такой-то компартии...
Внимательно вслушиваешься, боясь упустить важную деталь, в итоге ни о ребёнке, ни о травме.
– Что с головой?
– В ДТП попал. Машину ударил, которую купил у пахана друга за 150 тыщ. Страховки не было, газ подорожал и мост тоже слишком узким оказался…
Информационная перегрузка – ещё одна проблема, с которой приходится постоянно бороться, чтобы отделять овец от козлищ.
Если в больнице к одному человеку прибавить второго, то из возникшей компании вылетают восторженные: «А ты слышал...? А представляешь...! А говорят...!»
В ординаторскую частенько заглядывают, чтобы первым делом справиться о родственниках.
Вторым – чтобы встать прямо посередине ординаторской и с блаженным смакованием рассказать обо всех последних новостях.
В результате мы узнаём, кто сошёлся, кто развёлся, а кого – просто посадили ни за что.
Я иногда представляю, как теряю терпение и вырываюсь из этой суеты.
Затыкаю уши и с криком «ХВА-А-ТИ-И-Т!» несусь прочь.
Расталкиваю прохожих, плечом выбиваю дверь, лечу по ступенькам.
Спотыкаюсь, падаю, скатываюсь, встаю, бегу дальше.
Швыряю колпак, рву на себе халат, мысленно разрываю клятву Гиппократа.
И даже в мыслях кто-то из толпы резкой хваткой одергивает меня, и тормозит на полном ходу.
Ошарашенный оборачиваюсь: передо мной милая женщина с огромным фингалом под глазом и с платочком, прикрывающим рот.
– Вы травматолог? – спрашивает она шепелявя, из-за отсутствующих передних зубов.
– Да, – осторожно отвечаю.
– Кажется у меня сотрясение. Вышла замуж третьей женой за такого-то, а первые две жены сговорились, побили, – убирает платочек и с широкой улыбкой добавляет, – и зубы выбили...
А-а-а-а!!!
👍6
До эпохи травматологии я жил клинической фармакологией. Настолько, что до сих пор нахожу у себя на полках книги, о которых давно забыл, и в памяти - подробную информацию о каком-нибудь препарате, которую, казалось, вообще не знал.
Так вот, наткнулся на ролик о препарате "Тералиджен" и вспомнил, как мы ещё лет 7-8 назад смеялись над ним.
Повторюсь, НАД ним, а не ПОД ним. А почему, поймёте, посмотрев сей ролик
Так вот, наткнулся на ролик о препарате "Тералиджен" и вспомнил, как мы ещё лет 7-8 назад смеялись над ним.
Повторюсь, НАД ним, а не ПОД ним. А почему, поймёте, посмотрев сей ролик
Первый рабочий день после трехнедельного отпуска начался с третьей положительной.
Если самый сложный рабочий день - это понедельник, то первый день после отпуска - тройной понедельник.
Чашка с разметками для определения группы крови куда-то потерялась, пришлось достать старую тарелку, разделенную на три зоны.
За тарелкой три пробирки с цоликлонами для определения групп.
Если самый сложный рабочий день - это понедельник, то первый день после отпуска - тройной понедельник.
Чашка с разметками для определения группы крови куда-то потерялась, пришлось достать старую тарелку, разделенную на три зоны.
За тарелкой три пробирки с цоликлонами для определения групп.
👍2