6 апреля 1896 года.
Санитарный врач 4-й части Екатеринодара опубликовал отчет о состоянии Дубинки, в котором дал такую характеристику этого окраинного, "бедняцкого" района.
«Дубинка,— писал он,— занимает довольно значительную площадь между реками Карасуном и Кубанью, представляя собою скорее пригородный поселок, чем часть города. Занятие большинства — земледелие». К январю 1896 г. здесь проживало почти 10 тысяч человек, причем за пять последних лет население Дубинки увеличилось более чем в полтора раза за счет переселенцев из Харьковской, Полтавской и Екатеринославской губерний.
Рождаемость была высокой: на одну тысячу жителей 60 рождений, но показатели смертности достигали 51,6\%, что объяснялось «сильным вымиранием » детей до двухлетнего возраста. Дети в быту дубинцев, по наблюдениям санитарного врача, были тяжелым бременем, большинство семейств обитало в крайней нищете, занимая обычно одну небольшую комнату, а нередко в таковой помещалось сразу две или три семьи вместе с детьми. В этих переполненных людьми жилищах, сырых, с недостаточным количеством света, зачастую отделенных от сарая для скота дощатой перегородкой, воздух был настолько тяжел, что вошедший туда с трудом мог пробыть 15—30 минут... На Дубинке не имелось ни одной бани, из учебных заведений было два училища — городское и церковно-приходское. Что же касается нсблагоуст- роенности улиц, особенно здесь, на окраине, то это тема непременно присутствовала во всех дореволюционных описаниях города. Так, в отчете санитарного врача отмечалось: «Весной и осенью, когда выпадают в изобилии дожди, всякое движение по Дубинке, пешее и конное, становится крайне затруднительным вследствие отсутствия мостовых, переходов через улицы и тротуаров».
Не являлась исключением и главная улица Дубинки — Ставропольская (ныне К. Либкнехта). В другом источнике читаем: «Круглый год Ставропольская улица на Дубинке представляет собой совершенно невероятное для города явление. Зимой, с началом весны и осенью улица эта изображает собой ловушку для пешего и конного... По целым суткам зачастую слышится неумолкаемое гиканье, удары бича и понуканье животных — это утопающие в дубинской грязи станичники выручают свой скот и добро, которые везут в город на базар... Летом улица переполняется пылью настолько, что свету божьего не видно...»