🗣️ «Наше маленькое путешествие через железнодорожные пути в сторону Новознаменского и обратно должно было быть обыденным делом.

Мы, как законопослушные граждане, решили воспользоваться благами "цивилизации" — лифтом, чтобы подняться на переход. Ведь именно для этого его и строили, не так ли?

В руках у меня была коляска, в коляске безмятежно посапывал младенец, рядом стояла супруга. Мы нажали кнопку вызова, и, следуя строгой инструкции на табличке, набрали диспетчера.

— Сколько вас? — поинтересовался динамик голосом без эмоций.
— Двое, коляска и ребенок, — ответили мы, предвкушая, как сейчас легко и просто преодолеем подъем.
Диспетчер щёлкнул, дверь открылась, гостеприимно распахнув перед нами свое нутро. Мы зашли, плотно закрыли за собой створки и с уверенностью нажали кнопку второго этажа. В кабине повисла тишина. Лифт не двигался. Он просто стоял, словно раздумывая, а стоит ли вообще куда-то ехать.

Мы снова схватились за телефон. Диспетчер, выслушав нашу проблему, отправил нас перезванивать на сотовый — видимо, по внутренней связи такие сложные инструкции не передают. Дозвонившись, мы получили настоящий квест:

— Зажмите красную кнопку и прокрутите ее. Тогда дверь заблокируется, и лифт поедет.
Красная кнопка, судя по всему, жила своей жизнью. Она работала странно, с каким-то хриплым сопротивлением, создавая полное впечатление, что механизм внутри уже давно сломан и держится на честном слове.

С третьей попытки, проклиная все на свете, нам удалось «заблокировать дверь». Ура! Снова жмем «2». Тишина. Лифт даже не дернулся. А чтобы теперь разблокировать дверь и просто выйти из этой ловушки, пришлось снова истязать несчастную красную кнопку, проворачивая ее в обратную сторону.

Две попытки. Два круга ада в отдельно взятой кабине. Наше терпение лопнуло, как мыльный пузырь. Мы плюнули на эту насмешку техники и пошли пешком.

И тут началось настоящее веселье. Для таких отчаянных, как мы, «заботливые» проектировщики предусмотрели специальный пандус — металлические швеллеры, брошенные прямо на ступеньки. Вот только сделаны они с таким сумасшедшим, диким наклоном, что поднимать по ним тяжелую коляску с ребенком — это испытание для спины и нервов.

Но и это еще не всё! Эти самые рейки расположены друг от друга на таком расстоянии, что передние колеса коляски то и дело норовят провалиться в бездну между ступеньками. Окажись здесь женщина одна — и всё, пиши пропало. Выкарабкаться с такой поклажей будет просто невозможно. Чудом, балансируя на грани падения, мы все же взобрались на этот Эверест и перешли дорогу.

Обратно мы возвращались с надеждой, теплившейся в груди. Ну не могут же оба лифта работать так отвратительно? Первый-то явно был с приветом, но второй-то, второй нас точно спасет!

Мы позвонили диспетчеру. Тишина. Еще звонок. Снова тишина. Когда он, наконец, соизволил ответить, то бросил в трубку и что-то там ещё:
— Лифт должен спуститься.

Мы ждали. Мы вглядывались в неподвижные двери шахты, прислушивались к тишине. Доносился ли из шахты гул мотора? Ехал ли он вообще? Мы так и не поняли. Мы так и не дождались.

Это фиаско. Это полный провал. Лифты есть. Они стоят, эти молчаливые монументы чьей-то халатности, исправно моргают лампочками, но подняться на них нельзя. И теперь меня мучает только один вопрос, который жжет язык: сколько же миллионов рублей было ухлопано на это чудо инженерной мысли, которое не способно даже просто поехать?»