Хаус Рабе
Давно не показывала классический баухаузовский модернизм — исправляюсь.

Дом Рабе (Rabe-Haus) в Лейпциге — образцовая работа архитектора Адольфа Радинга, построенная в 1929–1930 годах для врача доктора Рабе и его жены. Интерьеры разрабатывались совместно с художником Баухауса Оскаром Шлеммером — тем самым, что рисовал геометричных людей и ставил театральные эксперименты.

Художественная кульминация дома — двухэтажное жилое пространство с проволочной скульптурой Homo-Figur F, основанной на тушевом рисунке Шлеммера 1920-х. Минимализм здесь — не про аскезу, а про идеально отстроенное взаимодействие объемов, цвета и света.

Семья Рабе жила и вела врачебную практику в доме до 1965 года, затем дом перешёл их дочери. В 90-е его выкупил меценат Хорст Шмиттер и восстановил очень аккуратно, а с 2018 года дом открыт для публики после ещё одной волны бережной реставрации.

Увы, я сама жила неподалёку от этого дома как раз в пандемию — и не попала внутрь 😞. Но зато туда попала Даниэлла Кристманн - архитектурный фотограф, который специализируется на модернизме, и сделала мощный репортаж.

Функционализм как он есть — жёсткий, точный и очень красивый ✨

В размышлениях о Билаке и пожарах

Понадобилось что-то посмотреть в нашей книге интервью, и любопытным показался факт — оказывается, Петер Билак закончил магистратуру Atelier National de Création Typographique в Париже (сейчас — знаменитый ANRT).

Вообще, из опубликованного в книге разговора с Билаком можно почерпнуть сведения, которые кажутся много важнее дизайна засечек или обратного контраста. Вот, например:

Недавно я был в национальном парке «Секвойя» в Калифорнии. Этим деревьям по несколько тысяч лет, это незабываемое ощущение. В их культивации есть крайне важный фактор: чтобы они могли выжить и давать новые плоды, им необходимы лесные пожары. Большинство этих деревьев пережило сотни пожаров. Дело в том, что им не хватает места под новые побеги, а кроме того, их шишкам нужна высокая температура, чтобы раскрыться и освободить семена.

Да, чаще всего мысли о секвойе в огне полезнее референсов в процессе рисования буквы.

Книга здесь
Интервью есть и на сайте, если пока не до книг

«Как работает шрифт». Открытая лекция Евгения Юкечева в Бабеле, Тель-Авив — 27 мая, 19:30

Текст может быть хорошим, остроумным и важным — и при этом неудобным для чтения; вы можете буквально продираться к смыслу сквозь буквы. Знакомо?

Чтение — сложный когнитивный процесс, скрытый за рутиной. Мозг расшифровывает множество инструкций, которые ему посылает набранная страница. Стоит этим инструкциям стать неточными или противоречащими друг другу — слишком длинная или чересчур короткая строка, плотный набор, неподходящий формату кегль, навязчивый шрифт — и даже сильный текст теряет ясность.

Мы поговорим о том, как создаются текстовые шрифты, зачем появляются новые, как строится макет книги, подбираются параметры набора и какие типографические стратегии применяет издательство «Шрифт».

https://maps.app.goo.gl/APCFpr5mvynsEdxG6?g_st=com.google.maps.preview.copy

«„Гельветика“ для нас — родной язык, народное искусство, интуитивный выбор. Но также это наш (возможно, глупый и наивный) способ сохранить в нынешние неолиберальные времена дух социал-демократии».

Перевели несколько полюбившихся нам текстов дизайн-студии «Экспериментал джетсет» и заодно расспросили их о псевдонейтральности «Гельветики» и других волнующих темах.

Новая публикация в журнале 👉