Что такое «Карта смыслов»? Она представлена на развороте в самом начале книги «Много букв» в виде многочисленных связей между героями интервью и темами. Ориентируясь по ней, можно узнать, например, как через реконструкцию шрифта могут быть связаны Эрик Шпикерман и Мария Дореули. Мы попросили дизайнера и автора инфографики «Карта смыслов» Надю Андрианову @designing_numbers рассказать о ней подробнее.👇
«Ни одну другую книгу в своей жизни я не перечитывала столько раз. Моей задачей был поиск смыслов, по сути — тэгов, которых касались герои в своих интервью.
⠀
Получившуюся карту смыслов в шутку прозвали “паутиной, в которую попали великие дизайнеры, шрифтовики и одна лошадь”. Созданная на анализе всего корпуса текстов книги, карта смыслов — это попытка визуализировать некий диалог между героями на определённые темы, которые мы назвали смыслами. На схеме к “смыслам” добавлены номера страниц, чтобы читатель мог выстроить свой собственный маршрут чтения.
⠀
Самой популярной темой ожидаемо была “Идея и смысл”. Однако второй по упоминаемости, что, как мне кажется, важно, была тема передачи знаний “Ученик и учитель”. Некоторые смыслы было сложно однозначно разделить, например “Характер шрифта” и “Чувство формы”. Первый — о том, какое впечатление производит шрифт в целом, а второй, более локальный, — о работе над какими-то отдельными деталями или контурами.
⠀
У нас появилось загадочное “Межрёберное” — слово, которое придумал Женя Юкечев и которое в итоге мы так и не смогли заменить — оказалось, ничего точнее невозможно придумать. Это нечто — идея, потребность, проект, — что живёт внутри творческого человека, нечто, что невозможно оставить, а иногда и закончить.
⠀
Самое главное, что мы хотели показать с помощью этой схемы, — книга нелинейна, её можно читать с начала, с конца, с середины и вперемешку. Это ещё одно (третье) очень необычное оглавление, призванное помочь найти ту точку, с которой читатель сможет начать погружаться в содержание книги. А тем, кто уже прочитал всё интервью, помочь выстроить опыт взаимодействия с книгой совсем иначе, через диалог героев, и найти что-то незамеченное, неожиданное для себя» (Надя Андрианова).
⠀
👉 Книга «Много букв» в продаже у нас в магазине
👉 Подсказка: на сайте можно найти pdf-фрагмент книги вместе с картой смыслов
⠀
Получившуюся карту смыслов в шутку прозвали “паутиной, в которую попали великие дизайнеры, шрифтовики и одна лошадь”. Созданная на анализе всего корпуса текстов книги, карта смыслов — это попытка визуализировать некий диалог между героями на определённые темы, которые мы назвали смыслами. На схеме к “смыслам” добавлены номера страниц, чтобы читатель мог выстроить свой собственный маршрут чтения.
⠀
Самой популярной темой ожидаемо была “Идея и смысл”. Однако второй по упоминаемости, что, как мне кажется, важно, была тема передачи знаний “Ученик и учитель”. Некоторые смыслы было сложно однозначно разделить, например “Характер шрифта” и “Чувство формы”. Первый — о том, какое впечатление производит шрифт в целом, а второй, более локальный, — о работе над какими-то отдельными деталями или контурами.
⠀
У нас появилось загадочное “Межрёберное” — слово, которое придумал Женя Юкечев и которое в итоге мы так и не смогли заменить — оказалось, ничего точнее невозможно придумать. Это нечто — идея, потребность, проект, — что живёт внутри творческого человека, нечто, что невозможно оставить, а иногда и закончить.
⠀
Самое главное, что мы хотели показать с помощью этой схемы, — книга нелинейна, её можно читать с начала, с конца, с середины и вперемешку. Это ещё одно (третье) очень необычное оглавление, призванное помочь найти ту точку, с которой читатель сможет начать погружаться в содержание книги. А тем, кто уже прочитал всё интервью, помочь выстроить опыт взаимодействия с книгой совсем иначе, через диалог героев, и найти что-то незамеченное, неожиданное для себя» (Надя Андрианова).
⠀
👉 Книга «Много букв» в продаже у нас в магазине
👉 Подсказка: на сайте можно найти pdf-фрагмент книги вместе с картой смыслов
Сдали в печать третье издание статьи Владимира Фаворского «О шрифте».
Мы рады, что статья «О шрифте» пользуется популярностью — этот текст Фаворского непосредственно связан с курсом «Теория графики», который он читал на полиграфическом факультете ВХУТЕМАСа с 1921 года. Во ВХУТЕМАСе лекции Фаворского слушали будущие художники Юрий Пименов, Андрей Гончаров, Александр Дейнека, Татьяна Маврина, а позже, в 30-е, в Московском институте изобразительных искусств — выдающийся кинооператор Сергей Урусевский (вы точно видели его фильм «Летят журавли»). Все они считали себя учениками Фаворского, а его теорию графики и композиции — чуть ли не откровением (хотя, признаться, и не всё понимали).
⠀
Что нового в третьем издании:
⠀
⠀
Ждём тираж в декабре, о чём сразу и напишем.
Мы рады, что статья «О шрифте» пользуется популярностью — этот текст Фаворского непосредственно связан с курсом «Теория графики», который он читал на полиграфическом факультете ВХУТЕМАСа с 1921 года. Во ВХУТЕМАСе лекции Фаворского слушали будущие художники Юрий Пименов, Андрей Гончаров, Александр Дейнека, Татьяна Маврина, а позже, в 30-е, в Московском институте изобразительных искусств — выдающийся кинооператор Сергей Урусевский (вы точно видели его фильм «Летят журавли»). Все они считали себя учениками Фаворского, а его теорию графики и композиции — чуть ли не откровением (хотя, признаться, и не всё понимали).
⠀
Что нового в третьем издании:
⠀
⚒ Бумага Malmero Vermillion ярко-томатного цвета на обложке⚒ Подрихтовали микротипографику и пересканировали в лучшем качестве несколько гравюр Фаворского⚒ Поставили в книгу новую фотографию WF c группой студентов ВХУТЕМАСа ⠀
Ждём тираж в декабре, о чём сразу и напишем.
WHERE TO GO // Выставка книжных обложек Бориса Титова
Выставка «Борис Титов: уплотнение жизни» посвящена одному из самых продуктивных и ярких дизайнеров второй пятилетки в СССР. К началу 1930-х он оформлял книги популярных прозаиков и поэтов (от книг Бориса Пильняка до посмертного четырёхтомника Сергея Есенина), сотрудничал с ведущими издательствами в Москве и Харькове (дизайн Титова стал «лицом» издательства «Федерация»).
Эта небольшая выставка — попытка вернуть из небытия незаслуженно забытого графического дизайнера, и повод поразмышлять о том, из чего складывается стиль художника, крепко связанный с многотиражным производством и художественной литературой.
Будем делиться рассказами о самых интересных обложках и приглашать вас на экскурсии в Центр авангарда на Шаболовке.
Куратор: Рустам Габбасов
Дизайн: Катерина Терехова
Шрифт: Bering Дмитрия Пиликова и Евгения Юкечева из библиотеки Schrift Foundry
Билеты 👉 bit.ly/bor-titov
Фото: Ира Кара, галерея «На Шаболовке».
Выставка «Борис Титов: уплотнение жизни» посвящена одному из самых продуктивных и ярких дизайнеров второй пятилетки в СССР. К началу 1930-х он оформлял книги популярных прозаиков и поэтов (от книг Бориса Пильняка до посмертного четырёхтомника Сергея Есенина), сотрудничал с ведущими издательствами в Москве и Харькове (дизайн Титова стал «лицом» издательства «Федерация»).
Эта небольшая выставка — попытка вернуть из небытия незаслуженно забытого графического дизайнера, и повод поразмышлять о том, из чего складывается стиль художника, крепко связанный с многотиражным производством и художественной литературой.
Будем делиться рассказами о самых интересных обложках и приглашать вас на экскурсии в Центр авангарда на Шаболовке.
Куратор: Рустам Габбасов
Дизайн: Катерина Терехова
Шрифт: Bering Дмитрия Пиликова и Евгения Юкечева из библиотеки Schrift Foundry
Билеты 👉 bit.ly/bor-titov
Фото: Ира Кара, галерея «На Шаболовке».
Делимся противоречивой красотой.
⠀
Эта книга, оформленная художником Борисом Титовым в 1933 году, входит в пантеон парадных изданий СССР первой половины 1930-х годов. Все они были своего рода эпохальными отчётами, в которых соединялась реальная статистика и коммеморативная, торжественная мифология. Среди них были, к примеру, альбом «Индустрия социализма» (1935) в оформлении Эля Лисицкого или «Качественная сталь» (1935) в металлической (!) обложке, которую придумал Соломон Телингатер.
⠀
Эта книга, оформленная художником Борисом Титовым в 1933 году, входит в пантеон парадных изданий СССР первой половины 1930-х годов. Все они были своего рода эпохальными отчётами, в которых соединялась реальная статистика и коммеморативная, торжественная мифология. Среди них были, к примеру, альбом «Индустрия социализма» (1935) в оформлении Эля Лисицкого или «Качественная сталь» (1935) в металлической (!) обложке, которую придумал Соломон Телингатер.