Недавно поймал себя на мысли, что Москва всё больше становится похожей на санаторий или уютный дом сумасшедших. Идёшь по центру — видишь, что всем обеспечен досуг под присмотром. Не спрашивая, о тебе заботятся каждую минуту: обустраивают городскую среду, кормят, лечат и хоронят. За всем наблюдают башни Кремля. Если не соблюдаешь режим санатория — тебя высылают или надолго куда-то отправляют.
Лет пять назад я пытался отрефлексировать это состояние в своём проекте «Аквариум» https://valerinistratov.com/AQUARIUM. Тогда меня вдохновляла книга Ямпольского «Парк культуры». Но, конечно, сейчас, по большому счёту, мы уже давно живём в совершенно другой реальности. Видны лишь остатки или отголоски того «парка культуры»…
Лет пять назад я пытался отрефлексировать это состояние в своём проекте «Аквариум» https://valerinistratov.com/AQUARIUM. Тогда меня вдохновляла книга Ямпольского «Парк культуры». Но, конечно, сейчас, по большому счёту, мы уже давно живём в совершенно другой реальности. Видны лишь остатки или отголоски того «парка культуры»…
🔥8❤5👍2💯2
На курсе в NistratovSchool мы периодически вспоминаем и уделяем внимание образу страны, который снимали иностранные фотографы. Вообще, взгляд не местного на привычное создает наиболее объективную картину времени — если, конечно, так можно сказать применительно к искусству фотографии. Я и сам как-то говорил в интервью, что необходимо в себе взращивать этот «взгляд иностранца».
Ученик Daido Moriyama, Keizo Kitajima, в начале 90-х приехал в СССР и снимал в каждой из 15 республик — прямо перед самым развалом Союза. Допускаю, что мог его где-то видеть, но разве запомнишь всех японцев, которые тогда здесь были? Его фотографии предельно жесткие и крайне депрессивные. Хотя, возможно, я и ошибаюсь...
Все это и многое другое будем обсуждать на курсе, так что жду вас: осенняя группа формируется!
Ученик Daido Moriyama, Keizo Kitajima, в начале 90-х приехал в СССР и снимал в каждой из 15 республик — прямо перед самым развалом Союза. Допускаю, что мог его где-то видеть, но разве запомнишь всех японцев, которые тогда здесь были? Его фотографии предельно жесткие и крайне депрессивные. Хотя, возможно, я и ошибаюсь...
Все это и многое другое будем обсуждать на курсе, так что жду вас: осенняя группа формируется!
👍10
Не могу понять этого шума по поводу интервью Пугачёвой. Пришлось посмотреть всё целиком. Ну да, интересно пунктирно о её жизни: мужья и не мужья, всякие подробности быта советской поп-звезды. Мне нравились её песни 70-х, и даже до сих пор некоторые из них есть у меня в плейлисте. Но потом, в 90-е и нулевые, стало совсем плохо и пошло: замки, венчания в церквях, филиппок, икебаны и страусиные перья.
Ничего внятного о современности я там не услышал, ничего не названо своими именами — спустя три с половиной года. Про «умного владим владимыча» и «прекрасного джохара» тоже не понял, к чему это. В общем, кабы не «эта ситуация», как говорят в Москве, жила бы она спокойно себе в замке, и всё было бы зашибись.
Ничего внятного о современности я там не услышал, ничего не названо своими именами — спустя три с половиной года. Про «умного владим владимыча» и «прекрасного джохара» тоже не понял, к чему это. В общем, кабы не «эта ситуация», как говорят в Москве, жила бы она спокойно себе в замке, и всё было бы зашибись.
👍16😁2💯1
Если бы в Москве был филиал отеля «Челси», то можно было бы повторить путь Ральфа Гибсона, который спал там днём, а ночью бодрствовал. Вчера мне вдруг вспомнились его сюрреальные фотографии, которые я для себя называю «документальный сюрреальный реализм». Его книга Лунатик (Somnambulist, 1970) стала суперкультовой сразу после выхода, но, к сожалению — или к счастью, — оказалась источником бесчисленного множества подражаний и клише.
Вообще работы Гибсона — идеальный пример того, как много значит насмотренность, и особенно влияние французской новой волны. Столько там из мира киноязыка. Гибсон несколько раз приезжал в Москву и проводил здесь мастер-классы. Но лично я говорил с ним всего несколько минут — в Нью Йорке , в галерее Leica. Забавно, что тогда он сказал мне, что его любимая линза — 70 мм. Я улыбнулся и пошёл с друзьями пить пиво в бар, а сейчас вдруг вспомнил об этом так как свой очередной проект, снимаю примерно на такой же дистанции.
Вообще работы Гибсона — идеальный пример того, как много значит насмотренность, и особенно влияние французской новой волны. Столько там из мира киноязыка. Гибсон несколько раз приезжал в Москву и проводил здесь мастер-классы. Но лично я говорил с ним всего несколько минут — в Нью Йорке , в галерее Leica. Забавно, что тогда он сказал мне, что его любимая линза — 70 мм. Я улыбнулся и пошёл с друзьями пить пиво в бар, а сейчас вдруг вспомнил об этом так как свой очередной проект, снимаю примерно на такой же дистанции.
❤11👍7🔥5❤🔥3
Я давно стараюсь не делить времена года на плохие и хорошие. Летом может быть тяжело, а зимой — наоборот, легко и счастливо. Настроение часто зависит от внутренних часов и состояний. А лучше всего — стараться не зависеть от настроений вовсе, хотя это задача не из лёгких.
Давно ничего не писал в соцсетях, хотя происходило много всего. Разные съёмки вокруг Москвы — видишь столько интересного, но нет сил выкладывать это в ленту. Группа в этом наборе очень интересная, и чем дальше , тем глубже.
Сейчас завершаю очередную серию, но жду первого снега — нужно доснять пять чёрно-белых кадров (да-да, можно меня за это хейтить, ведь я уже сто раз обещал больше не снимать ч/б)).
И ещё вот книга, которой пора начать заниматься, но как только финальный макет готов и красиво напечатан, желание куда-то пропадает. Впереди новый проект, но, к счастью для него, никуда ехать уже не нужно — и снятого материала вполне достаточно.
Давно ничего не писал в соцсетях, хотя происходило много всего. Разные съёмки вокруг Москвы — видишь столько интересного, но нет сил выкладывать это в ленту. Группа в этом наборе очень интересная, и чем дальше , тем глубже.
Сейчас завершаю очередную серию, но жду первого снега — нужно доснять пять чёрно-белых кадров (да-да, можно меня за это хейтить, ведь я уже сто раз обещал больше не снимать ч/б)).
И ещё вот книга, которой пора начать заниматься, но как только финальный макет готов и красиво напечатан, желание куда-то пропадает. Впереди новый проект, но, к счастью для него, никуда ехать уже не нужно — и снятого материала вполне достаточно.
❤19❤🔥1👍1😍1
Через несколько дней открывается Paris Photo 2025 — ярмарка, на которой я давно не был. Я не очень люблю большие ярмарки: там всегда болит голова от разнообразия, но на эту всё-таки стоит хотя бы раз в жизни попасть. Параллельно с ярмаркой в городе открывается ещё куча разных классных событий, вроде ярмарки независимых зинов и книг Offprint и Polycopies. Ещё несколько лет назад все эти перемещения между событиями в Европе казались не такими экзотическими, да и в Москве много всего происходило. Теперь же остаётся смотреть, читать дневники уехавших или разглядывать картинки в сети, пока туда не обязали входить строго по паспорту.
Golden Memories, 2025 | 53 x 73 cm | © Lee Shulman, courtesy Galerie Clémentine de la Féronnière
Golden Memories, 2025 | 53 x 73 cm | © Lee Shulman, courtesy Galerie Clémentine de la Féronnière
❤8👍4⚡1😭1
Я много путешествую по территории рф, и всякий раз напрягаюсь, когда оказываюсь в общественном транспорте. Вот недавно, в поезде из одного приволжского города, рядом со мной сидело нечто с вставными металлическими зубами и сплошь в наколках. Одето оно было в пятнистое хаки — как будто с рыбалки, но понятно откуда оно. Оно пило спиртное прямо из горла и смачно рыгало. Вокруг бегала и суетилась проводница, шепча ему что-то на ухо — наверное, дежурное: дескать, тут дети…
Надо сказать, что публика в вагоне в основном была культурная. Люди сжались и попрятались внутрь своих смартфонов, делая вид, что что-то смотрят или читают. Я же пересёкся с оно парой случайных взглядов — и сразу повеяло сырой могилой.
В итоге оно сцепилось с таким же, но в более, так сказать, человеческом обличии. Их вовремя разняли, и все благополучно добрались до конечной станции. Вот думаешь о том, что будет происходить, когда «откроется портал»: всякие «закрытия поэтических фестивалей» в Домах культуры ГЭС покажутся милым детским лепетом.
Кстати — конечно, позорная самоцензура и инфантильность охраны. Чего эти то боятся? Ведь Домом культуры ГЭС владеет тот, кто донатит в кошелек режима… Не понимаю.
Надо сказать, что публика в вагоне в основном была культурная. Люди сжались и попрятались внутрь своих смартфонов, делая вид, что что-то смотрят или читают. Я же пересёкся с оно парой случайных взглядов — и сразу повеяло сырой могилой.
В итоге оно сцепилось с таким же, но в более, так сказать, человеческом обличии. Их вовремя разняли, и все благополучно добрались до конечной станции. Вот думаешь о том, что будет происходить, когда «откроется портал»: всякие «закрытия поэтических фестивалей» в Домах культуры ГЭС покажутся милым детским лепетом.
Кстати — конечно, позорная самоцензура и инфантильность охраны. Чего эти то боятся? Ведь Домом культуры ГЭС владеет тот, кто донатит в кошелек режима… Не понимаю.
❤4💔3😭3