// чернульки

смерть превосходящая подобных ангелу,
является ли тем, что не захочешь увидеть?
тем, что отнимет всë, пока ты еще дышишь.
смерть. белая как день,
тëмная как ночь душою, но.
манящая, незримой
                           красотой.

в бетонных стенах, где шорох небес,
похож на трель соловьëв или ангелов.
ты глаза закроешь, и в сердце — всплеск.
сквозь витки тревог, в душе – радостно.

в старом кафе, где время замерло,
улыбка твоя — мой единственный свет.
все мечты и слова в этом мире безкрасочном,
становятся ярче,
когда вижу тебя.

(с) vintsof

***
ты мне напоминаешь Париж,
не потому, что пахнешь сладко,
как круассон.
а потому,
что мáни‌шь меня взглядом.
или мани́шь красотой
(до сих пор если честно не понял).

твои губы, (по-английски говоря lips),
а по-русски, мне хочется поцеловать их.
оторвавшись,
(дабы увидеть "Париж",
если ты понимаешь о чëм я),
вдохнуть аромат твоих духов
(или услышать, я всë-таки пишу в свободной форме),
представляя на миг,
что с тобой мы одни,
а вокруг
лишь картины
из Лувра.

(с) vintsof

я б навеки закрыл кабаки, чтоб никогда,
чтоб никогда не встретиться с тобой.
я б навечно закрыл кабаки,
чтоб не помнить вечера тет-а-тет,
о весне. разговор по любви.
я б навечно, навеки и дольше, поверь,
закрыл кабаки чтобы ты,
оставалась всë той же прекрасной и нежной.

(c) vintsof

// чернульки

я вчера похоронил свою мечту,
где-то в лесу, под берëзой.
отойдя и взглянув, понял,
что все тщательно подобрал.
я похоронил мечту там,
где и сам еë уже не найду.
я положил еë под высокой травой –
запомни, так пахнет конец моего апреля.

я бродил ещё пару минут, перед тем,
как уйти окончательно.
это место остаточный звук, от того,
что я мог бы запомнить и вернуться назад.
это место – пропахло травой.
это место кончины апреля.

ххх

я давно не писал текстов,
потому что не было повода.
стоило только задуматься об этом,
как повод сам меня нашёл. встретил резко.
встретил холодом. встретил
пробирающим до жути холодом.
по спине мурашки, в руках дрожь.
хочу сесть - итог:
поднимаю голову.
смотрю в потолок.
в комнате душно. открыто окно,
всю ситуацию с головой обмысляю.
я всё осознаю,
только сердце не знает куда себя деть, потому и пишу.

08.06.2025г.
(с) vintsof

вызвав такси, падаю на заднее сиденье,
в глазах что-то не то, все мылится,
шум увеличивается (я даже не слышу звук из наушников).
водитель что-то пробормотал.
я рефлекторно ответил - да.
мы тронулись. я почувствовал что-то диском-
фортное. глаза сильнее мылятся.
красное, но не вино, пошло будто бельмо по глазу.
я не переживу, не переживай.
к горлу подкатывает ком.
водитель спрашивает адрес. не разборчиво, его не слышно.
мне тяжело и боязно, страх умереть становится как никогда
ярче.
уже начинает мерещиться. всё красное, меня прижало.
чувствую, как мне закладывает уши как при погружении,
но я не в батискафе, а в эконом+
еду и не знаю куда, ничего не понятно, может он не водитель,
а тот собирательный образ с косой и именно так ощущается смерть?
не знаю, я не осознаю.
в окне виднеется русская берёза, ей тоже не хорошо,
а на фоне виднеется город.

(с) vintsof

боюсь, тебе я не к лицу,
мы не сойдёмся в тон друг другу.
ты любишь виски с доброй колой,
я – предпочту ему вино.
ты любишь алые закаты, а я,
встречать рассвет совсем не спавши.
мы не сойдёмся,
нет, я знаю.
ты любишь грубый, строгий запах,
я предпочту ему духов неярких, оттенок нежных сладких ягод.
мы не сойдёмся, точно знаю,
твой стиль – Есенин, я – другой.
прости, родная,
так бывает.

(с) vintsof

где искренность - паршивая баллада!
а бард, что сочинил её по пьяне,
лежит у барной стойки, в стельку пьяный.
где жизнь граничит с алкогольным бредом,
а судьбы - будто ставки в казино,
я проиграл бы жизнь - будь ты вершиной кона,
азарт внутри, затмён твоею красотой,
я обещаю, буду честен, и я клянусь, чтоб сделать всё,
дабы забрать
тебя
с собою.
и никогда,
не отпускать.

(с) vintsof

мы ждали снега. мы ждали с неба.
такой непроходимый белый свет,
за ним всё блекнет.
за ним померкнет,
твой взгляд, смотрящий в пустоту.
здесь нет деревьев, крыши нет.
и шум хрустящий - сухостой.
мы ждали чудо.
ждали с неба,
я прикрывал тебя собой.
листва дымится.
- кожа блекнет,
а чудо?
- вовсе не придёт.

(с) vintsof

// чернульки

я однажды сломался.
всё было просто –
выведен из строя механизм.
всё то же солнце, всё то же небо:
только мир,
стал чуточку другим.
все те же птицы, те же ливни,
но,
их отзвук больше не колышит.
в ушах звенит, глаза покрыл январский иний.
один на кухне.
     белый шум.
я текст писал,
в огрызках штор.

// чернульки

допишешь ли, последнюю главу?
или останешься на заголовках в титрах?
ты мог сказать судьбе - я не смогу,
и заглушить страдания бутылкой.
а мог разбиться среди двух работ.
чтобы потом была плита с гранита краше,
чем все, что было в твоей жизни до.
так ты скажи мне,
для чего я создан?
– разбиться быстро,
или тонуть в аду?

ванна набирается до краёв.
я - лежу в ней, свесив руку и откинув голову.
смотря в потолок, размышляю о буднях,
которые мне попросту не вернуть.
и делаю свод ошибок.
свод.
своих.
ошибок.
плод - своих ошибок, стараюсь не пожинать, а выкинуть,
и жить дальше, думая о будущем, но.
что делать если это всё настоящего меня гложет.
как прокормить желудок?
где получить столько,
чтоб не думать о деньгах в общем?
об этом не думать.
рефлексирую.
закрытые глаза и отзвук моей ухмылки витает в воздухе,
я нервно улыбаюсь.
почему меня всё это тревожит?
не знаю. наверное потому,
что на одном месте топтаться - не значит жить,
а топить себя в собственных помоях,
кто хотел бы такую жизнь?
только слабый.
и бесхребетный вовсе.

(с) vintsof

// чернульки

ххх.
я глядя в лужу растворился в своём же отражении,
между до и после провалившись.
вывернув наружу, то что скрывал внутри
опустошил себя, будто дешман кошель я.
и ныряю вновь, снова день и ночь,
ночь сменяет день.
ххх.
я цикличный в этой луже -
сам себе не веря;
вижу тень, а за ней рассвет
и по кругу снова повторяю день,
проведя так где-то полсотни лет.

а ты на душе моей твори.
представь, что это белый холст.
а ты, рукой своей твори, да так,
чтоб не узнали вновь.
ведя заточенную кисть, несущую чернила, что есть жутки,
ты над душой моей завис,
ужасный образ.
образ тьмы.
и каплю разом уронив,
ты рянул рисовать портрет,
что был похож на саму смерть.
а кисть, подобная перу, скользила душу раздирая,
мой визг внутри глушил мой разум.
и не давая крикнуть мне, закончил ты.
я выдыхаю.
а на душе черным-черно.
я рот открыл. упав на спину,
встряхнув тем самым твой портрет.
я на полу.
из рта харкая,
портер с чернил, довольно мрачных.
а кто художник? –
я не знаю.

(с) vintsof

я закуриваю сигарету на последок.
оставляя ей – прощальный поцелуй,
этот миг я буду помнить вечно,
это миг – с которым я уйду.
мне мартовский закат ласкает зенки,
я – глядя на него заулыбался.
но рот мой – словно нитками зашитый,
не удосужился издать и звука.

(с) vintsof, 2026

посвяти мне пару стихов,
во время своего страдальческого кризиса.
осветив свои чувства, влитые в грани
советской рюмахи.
опрокинь её, затем еще одну.
но что же мне делать?
забыть поэта?
–
забыть навечно.

(с) vintsof, 2026

ты сказала твори, но я выбираю быть тварью.
и спросив почему?
я отвечу - не знаю.
обрывки фраз застревают, пролетая сквозь звук
и я слышу разрЫвные фразы, подобные пулям
– над нами свестящими.
я стану щитом, широким и каменным,
а ты будь моим питером - нежным и ласковым.

(с) vintsof, 11.05/26

ты права, нам не суждено быть навсегда вдвоем.
это правда, горькая, как шоколад.
но правда, которую я принимаю и,
включаю бесплатный «режим ожидания».
да, я Хатико.
тоже с темно-карими глазами
и щенячьими вайбами.
да, я Хатико
и мне,
суждено
дожидаться «хозяина».

(с) vintsof’

не давайте эмоции мне,
не давайте, даже в залог,
ну а если отдали, то знайте;
ничего не верну - в этом толк.
не давайте фальшивых надежд,
я об них разобьюсь наскорях,
ну а если увидите это, не грустите,
а просто забудьте!
не пытайтесь быть всех мне нужней,
я возьму всё что надо и в узел,
по плечу пару раз напоследок,
обернусь, постучу и скажу:
«не сказать, что всех Вас ненавижу,
я себя то, не очень люблю.»

(с) vintsof’