Оливер оч горячий если честно мне кажется он мечта геев
Красавчик, который легко может вспыхнуть, умный, но слишком податливый на похвалу((( ещё и верный блин
Красавчик, который легко может вспыхнуть, умный, но слишком податливый на похвалу((( ещё и верный блин
❤4
У Леона фетиш на игривое «всё что скажете, Ваше Высочество», сопровождающееся кривой ухмылкой
❤5
Леон не знает, любит ли он больше моменты, когда вымученный Клив в сладкой оргазменной неге вздрагивает и прижимается ближе от слов «хороший мальчик», или когда огрызается на каждое «хороший», вскользь сказанное в Октониуме
❤5
Меркурий олицетворяет разум и красноречие
Я думала что Скэр в Меркуро только потому что там фрики
Я думала что Скэр в Меркуро только потому что там фрики
❤2
#винскливы хотя бы в одну ночёвку без Дарси переспали по пьяни
— Правда ничего не помнишь?
— Отвали, Винсент.
— Серьёзно? Ты был просто монстром, Клив. Или мне придумать тебе ласковое прозвище?
— Ещё одно слово и я тебя…
— Ударишь. Сначала проснись до конца, мой монстр.
Негодование на лице Клива было заметно за три мили.
— Ты сучонок, Романо. Я тебя сейчас на пол спихну!!
— Правда ничего не помнишь?
— Отвали, Винсент.
— Серьёзно? Ты был просто монстром, Клив. Или мне придумать тебе ласковое прозвище?
— Ещё одно слово и я тебя…
— Ударишь. Сначала проснись до конца, мой монстр.
Негодование на лице Клива было заметно за три мили.
— Ты сучонок, Романо. Я тебя сейчас на пол спихну!!
❤7
Винсент видел этого Кливленда. Никто и не сомневался в том, что этот грязный грубый болван появился в Академии только из-за фамилии брата в списке и особо малого количества поступающих. Да, точно. Он такой же, как все, и если бы было хоть на одного желающего поступить больше — от этой орущей проблемы не осталось бы и следа.
А пока можно и понаблюдать за его дракой с сокурсником. Драться с товарищами по дому — главный признак отбитости, но Маккинзи явно всё равно на правила.
Он рычит на (Гэтсби? Гэтерсби?) кого-то, чьё имя пока сложное для запоминания, придавливая его к полу. Сел на его бёдра всем своим весом. Винсенту нравятся свои чёрные очки: они никогда не показывают, куда он смотрит, но перед его взором: прекрасно обтянутая штанами задница и сильные бёдра.
Только один человек знает.
— Тебе правда интересна драка? Это так на тебя повлиял Марсен?
— Смотрю на Маккинзи, — от брата нечего скрывать, — Он абсолютно дикий. Это подходит Марсену.
— Как-то он… выделывается. Как думаешь, сидеть у какого-то отщепенцах на коленях посреди культурного общества, нормально? Я удивлён, что ты смотришь не с отвращением.
— Ты не знаешь, как я…
— Знаю. Ты готов с него одежду срывать, — закатывая глаза, шепчет Теодор, чтобы никто не услышал, о чём общается милый парниша в кружевной рубашке со своим братом. Он всегда говорит пошлости тихо.
Винсент хихикает.
— Хочу подружиться с ним за парами.
— Не попадись под горячую руку, — но предостережения пролетели мимо ушей, ведь монстр с горящими щеками и растрёпанными волосами хватает парня за волосы, сверкая своими стёртыми костяшками пальцев, не вставая с его бёдер, и это уже выглядит лучше всего, что Винсент мог представить.
А пока можно и понаблюдать за его дракой с сокурсником. Драться с товарищами по дому — главный признак отбитости, но Маккинзи явно всё равно на правила.
Он рычит на (Гэтсби? Гэтерсби?) кого-то, чьё имя пока сложное для запоминания, придавливая его к полу. Сел на его бёдра всем своим весом. Винсенту нравятся свои чёрные очки: они никогда не показывают, куда он смотрит, но перед его взором: прекрасно обтянутая штанами задница и сильные бёдра.
Только один человек знает.
— Тебе правда интересна драка? Это так на тебя повлиял Марсен?
— Смотрю на Маккинзи, — от брата нечего скрывать, — Он абсолютно дикий. Это подходит Марсену.
— Как-то он… выделывается. Как думаешь, сидеть у какого-то отщепенцах на коленях посреди культурного общества, нормально? Я удивлён, что ты смотришь не с отвращением.
— Ты не знаешь, как я…
— Знаю. Ты готов с него одежду срывать, — закатывая глаза, шепчет Теодор, чтобы никто не услышал, о чём общается милый парниша в кружевной рубашке со своим братом. Он всегда говорит пошлости тихо.
Винсент хихикает.
— Хочу подружиться с ним за парами.
— Не попадись под горячую руку, — но предостережения пролетели мимо ушей, ведь монстр с горящими щеками и растрёпанными волосами хватает парня за волосы, сверкая своими стёртыми костяшками пальцев, не вставая с его бёдер, и это уже выглядит лучше всего, что Винсент мог представить.
❤7
Представьте с каким чувством радости в груди Клив каждый раз говорит «мы с Винсентом…» «Мы решили» «Мы думаем» после своего прошлого «плохого парня», задиры, который вечно ходит один
❤6
Сегодня я в меланхоличном настроении. Выберу админов будут вести канал вместо меня.
❤1