Однажды в интервью Теда спросили о его соседях по тюрьме:
– Смотрите, я нахожусь в блоке камер, где содержатся восемь человек. Это место называют „рядом знаменитостей“. Эти люди совсем не похожи на тех, кого обычно считают преступниками. Они не выглядят озлобленными или агрессивными. Наоборот, они внимательны к окружающим, а некоторые из них весьма умны.

«Ряд знаменитостей», или bombers row, так неофициально называли блок камер в ADX Florence, где по соседству содержались известные террористы того времени. Если вам понравится, то в дальнейшем мы можем разобрать письмо Теда, в котором он писал о Тимоти Маквее.

– хистори
   ܸ  #𝒜dmintakes  𝄄  truebase.cf

Технологии как расширение возможностей

Разговор о технологиях в творчестве легко скатывается в одну из двух крайностей: либо технология разрушает что-то важное, либо она решает все проблемы. Ранее здесь уже шел разговор о генеративном ИИ как примере первого сценария, где инструмент вытесняет субъекта. Но история знает достаточно случаев, когда технология делала ровно обратное: расширяла возможности человека, не замещая его.

Графический планшет в этом смысле показательный пример. До его появления цифровое рисование было принципиально скомпрометировано как практика: мышь не передает давление, угол наклона, скорость движения, то есть всю ту физическую информацию, которую рука художника производит автоматически и которая определяет характер линии. Планшет вернул в цифровую среду тактильную обратную связь и сделал доступным весь спектр традиционной графической техники, добавив к нему возможности, которых у традиционных материалов нет: бесконечное число слоев, отмена действия, работа с цветом без физических ограничений краски. Художник при этом остался художником, его рука, его решения, его язык. Технология расширила пространство, в котором он работает, не переняв на себя содержание работы.

Медицина дает примеры еще более очевидные. Лапароскопическая хирургия, появившаяся в широкой практике в 1980-90-х годах, сократила травматичность операций настолько, что вмешательства, требовавшие недель восстановления, стали амбулаторными процедурами. Здесь технология не заменила хирурга, она изменила физические условия его работы таким образом, что точность возросла, а побочный вред снизился. Аналогичная логика работает в протезировании: современные миоэлектрические протезы, считывающие сигналы мышц и преобразующие их в движение, возвращают людям функциональность, которая прежде была безвозвратно утрачена. Технология здесь буквально является продолжением тела.

Отдельного внимания заслуживает то, что произошло с научной коллаборацией. Инструменты удаленной совместной работы, базы данных открытого доступа и препринт-серверы вроде arXiv радикально изменили скорость распространения научного знания. Геном коронавируса был опубликован в открытом доступе в январе 2020 года, и исследователи по всему миру получили возможность работать с ним параллельно. Вакцины были разработаны в сроки, которые прежде считались физически невозможными, и значительная часть этого ускорения объясняется именно инфраструктурой обмена данными, а не только биотехнологическим прорывом как таковым.

Наконец, есть менее очевидный пример, который часто упускают: технологии субтитрирования и синтеза речи открыли доступ к культурному контенту для людей с нарушениями слуха и зрения в масштабах, прежде недостижимых. Это не громкий технологический нарратив, он не продается как революция, но по реальному влиянию на качество жизни конкретных людей он превосходит многое из того, о чем принято говорить как о прорыве.

Общее в этих примерах одно: технология работает хорошо, когда она решает конкретную проблему, не переопределяя при этом того, кто с ней работает. Планшет не рисует за художника. Лапароскоп не оперирует за хирурга. arXiv не пишет статьи за исследователя. Они убирают физические или инфраструктурные барьеры, оставляя содержательную работу там, где ей место. Проблема с генеративным ИИ в творчестве состоит не в том, что это технология, а в том, что она претендует именно на содержательную часть, на то, что прежде и было собственно человеческим вкладом.

– фенстер
   ܸ  #𝒜dmintakes  𝄄  truebase.cf

«Если бы все твои друзья прыгнули с моста, ты бы тоже сделал это?»
На следующей неделе поговорим о конформизме, экспериментах Соломона Аша и о том, почему мы зависим от чужого мнения
– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Я посмотрел Zero Day, и, кажется, нам пора познакомиться со всей этой «тонкой» темой поближе. Теперь даже не знаю, что лучше, выпустить разбор самого фильма или рассказать больше о культуре и психологии «реальных инцидентов» БЕЗ ЛИШНЕЙ РОМАНТИЗАЦИИ.

Кстати, фильм хороший, рекомендую к просмотру

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Напоминаю!!!
Ну и да, у нас есть своя анонка, где вы можете делиться всем (по желанию)

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Сюжет фильма всегда понятен, но выводы из него каждый делает по-своему. История Келвина и Андре по-своему трагична и ужасна, но заслуживают ли они хотя бы капли сочувствия, понимания или, наоборот, ненависти?

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

статья выйдет сегодня ночью

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Буквально комменты под фильмом в ВК:
– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Вот и статья!!!
– хистори
   ܸ  #𝒜rticle   𝄄  truebase.cf

Читаем статью!!

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

скоро выложу письмо Теда

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Письмо Теда Качинского (Унабомбера) о Тимоти Маквее.

Чувство солидарности среди заключённых.

Для начала стоит отметить, что достоверность моих комментариев о Маквее ограничена тем фактом, что я не знал его особенно хорошо. Нас часто выводили вместе на прогулочный двор, но держали в отдельных клетках из металлической сетки. Большую часть прогулки я проводил, бегая по небольшому овалу, поскольку пространство в клетках было сильно ограничено, поэтому на разговоры с другими заключёнными у меня оставалось лишь 15–20 минут каждой прогулки. Кроме того, поначалу я не хотел сближаться с Маквеем, потому что думал (и не ошибался), что любые дружеские отношения между нами будут освещены в СМИ. Также я полагал (как оказалось, ошибочно), что такие сообщения лишат меня многих сторонников. Однако это нежелание быстро исчезло: когда ты находишься рядом с другими людьми в условиях, существующих в этом тюремном блоке, между вами возникает чувство солидарности независимо от разногласий и сомнений.

Первое впечатление о Тимоти Маквее

На личном уровне мне нравился Маквей, и я думаю, что большинству людей он тоже понравился бы. Среди всех заключённых нашего блока он был самым общительным и обладал превосходными навыками общения. Он был внимателен к другим и умел находить подход к людям. Каким-то образом он поддерживал связь даже с заключёнными этажом выше, и поскольку разговаривал с большим количеством людей, то всегда был лучше остальных осведомлён о происходящем.

Интеллект и наблюдательность Маквея

Ещё одной причиной его осведомлённости была наблюдательность. В какой-то степени я могу понять эту черту Маквея. Когда долго живёшь в лесу, твои чувства становятся гораздо острее, чем у городского человека: ты почти не пропустишь ни одного следа, даже его обрывка, а малейший звук, выбивающийся из привычной картины звуков в определённом месте и времени, сразу привлечёт твоё внимание. Но когда я находился вдали от леса или был занят какой-либо работой, мои чувства словно обращались внутрь, и эта настороженная наблюдательность отключалась. Здесь, в ADX, мои чувства и мысли большую часть времени также обращены внутрь себя, поэтому мне казалось примечательным, что даже в тюрьме Маквей оставался внимательным и постоянно интересовался тем, что происходит вокруг.

У меня сложилось впечатление, что Маквей был очень умным человеком. Он серьёзно размышлял над проблемами современного общества, особенно над вопросом личной свободы, и в той мере, в какой он делился со мной своими взглядами, они казались мне рациональными и здравыми. Однако обсуждали мы эти темы лишь ограниченно, и я не могу быть уверен, что у него не было других убеждений, о которых он мне не рассказывал и которые я не счёл бы разумными. Я почти ничего не знаю о взглядах Маквея на правительство США или на события в Уэйко и Руби-Ридж. Кто-то прислал мне расшифровку его интервью для передачи

60 Minutes

, но я её ещё не прочитал. Поэтому я не могу судить, счёл бы я его мнение по этим вопросам рациональным и обоснованным.

Политические взгляды и убеждения Маквея

Маквея обычно относят к ультраправым, и по этой причине некоторые люди, по-видимому, предполагают, что он был расистом. Но я не видел никаких признаков этого. Напротив, он находился в очень дружеских отношениях с афроамериканскими заключёнными, и я ни разу не слышал от него ни одного высказывания, которое можно было бы счесть хотя бы отдалённо расистским. Помню, как он рассказывал, что перед войной в Персидском заливе его и других солдат подвергали пропаганде, призванной вызвать ненависть к людям, против которых им предстояло воевать. Однако, прибыв в район Персидского залива, он обнаружил, что те «враги», которых ему полагалось убивать, были такими же людьми, как и он сам, и научился уважать их культуру.

– хистори
ܸ  #𝒜dmintakes  𝄄  truebase.cf

Во второй части письма Тед рассказывает о своём отношении к федеральному правительству и теракту в Оклахома сити. Если вам понравится первая часть, буду ждать ваших реакций и отзывов, тогда выпустим продолжение.

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

давно не выпускали тейки про фд. На этой неделе постараюсь это исправить

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Письмо оказалось настолько объёмным, что уместить его в один или даже два тейка не получится. Поэтому придётся разделить его ещё на несколько частей

– хистори
   ܸ  #𝒮hitpost   𝄄  truebase.cf

Отношение Теда к теракту

Более эффективный протест можно было бы осуществить с гораздо меньшим вредом для невинных людей. Большинство погибших в Оклахома-Сити были, насколько я могу судить, рядовыми государственными служащими — секретарями, офисными работниками и тому подобными людьми, которые не несли никакой ответственности ни за спорную политику правительства, ни за события в Уэйко.
Если бы насилие использовалось как форма протеста, то его можно было бы применить гораздо гуманнее и одновременно эффективнее, направив против сравнительно небольшого числа людей, которые лично отвечали за те решения или действия, против которых выступали протестующие. Такой протест привлёк бы не меньше внимания всей страны, чем взрыв в Оклахома-Сити, и при этом представлял бы гораздо меньшую опасность для невинных людей. Более того, он вызвал бы значительно больше сочувствия, чем теракт в Оклахома-Сити, поскольку можно предположить, что многие антиправительственно настроенные люди, которые могли бы принять более ограниченное и целенаправленное насилие, были оттолкнуты огромным количеством невинных жертв в Оклахома-Сити.

Жестокость политиков и военных

Средства массовой информации учат нас ужасаться теракту в Оклахома-Сити, но у меня не найдётся времени ужасаться ему до тех пор, пока в мире существуют куда более страшные ужасы, на фоне которых он кажется сравнительно незначительным. Кроме того, наши политики и военные убивают людей в гораздо больших масштабах, чем это произошло в Оклахома-Сити, и делают это по мотивам, которые гораздо более хладнокровны и расчётливы.
По приказу президента генерал может убить несколько тысяч человек (обычно включая множество мирных жителей, несмотря на попытки избежать таких потерь), даже не задав себе вопроса, оправдано ли это убийство. Он обязан выполнять приказы, поскольку единственная альтернатива — уйти в отставку, а естественно, ему проще убить несколько тысяч человек, чем поставить под угрозу свою карьеру.

Политики и СМИ оправдывают подобные действия пропагандой о «защите свободы». Однако даже если бы Америка была свободным обществом (а ею она не является), большая часть военных действий США за последние десятилетия не была необходима для выживания американского общества. Эти действия были направлены на защиту сравнительно узких экономических или политических интересов либо на повышение рейтинга президента в опросах общественного мнения.
СМИ изображают убийства в Оклахома-Сити как чудовищное злодеяние, но я помню, как они приветствовали действия США во время войны в Персидском заливе почти так же, как болельщики поддерживают свою любимую футбольную команду. Всё это преподносилось словно большой спортивный матч. Я не видел душещипательных историй о предсмертных мучениях иракских солдат или о горе их семей.
Причину такого различия понять нетрудно: маленькие войны Америки служат интересам «системы», тогда как внутреннее насилие представляет опасность для этой системы, поэтому её пропаганда должна формировать у людей соответствующее отношение к подобным событиям. Тем не менее меня гораздо меньше отталкивают бессильные диссиденты, которые убивают пару сотен человек, считая, что иначе не смогут донести свой протест, чем политики и генералы — люди, обладающие огромной властью, — которые убивают сотни и тысячи ради холодно рассчитанных политических и экономических выгод.

Отношение к федеральным органам

Вы спросили меня о моём мнении относительно поведения федеральных сотрудников правоохранительных органов. Мой личный опыт подсказывает, что федеральные правоохранители не отличаются ни честностью, ни компетентностью и нередко нарушают собственные правила.
Опыт научил меня, что любое общение с журналистами для человека в моём положении связано с риском. В данном случае я иду на этот риск главным образом потому, что думаю: Маквей хотел бы, чтобы я помог вам именно таким образом. Как я уже писал в начале письма, когда долго находишься в заключении рядом с другими людьми, между вами возникает чувство солидарности, несмотря на все различия.

С уважением, Тед Качинский.
– хистори
ܸ  #𝒜dmintakes  𝄄  truebase.cf