Вот так выглядел фоноген. Правда, это уже поздняя, усовершенствованная версия, любимый рабочий инструмент Франсуа Бейля.

А теперь почувствуйте мощь технологического прогресса. Про этот девайс я уже как-то писал — в нем умещаются функции фоногена и морфофона, и еще куча всего. И это в формате еврорек-модуля, то есть размером он примерно 13 на 10 сантиметров.

youtube.com/watch?v=kvRTkJ7Qx2o
makenoisemusic.com/modules/morphagene

Хочу сделать идеальный музыкальный фестиваль с блэк-металом, дабстепом, гитарным фолком и дип-хаусом. Никакого техно и задротской электроники. Кто не согласен — отписываемся.

Уже нашелся хедлайнер.

Это выступление rabit

Просто пиздец

А вообще, буквально неделю назад Rabit выпустил очень хорошую пластинку — с цитатами из Бодлера (не только в названии), сэмплами детского плача и концертных трипов Джима Моррисона, и вообще, кучей интересных продюсерских решений. Альбом медленно разгоняется, но уже после пары мутных треков с пластмассовыми синтами (на один из которых к тому же зачем-то сняли стремный хипстерский клип) он внезапно срывается с места и выстреливает куда-то в поле неоконкретной музыки а-ля Гай Рейбель, Беатрис Феррейра и поздние Франсуа Бейль с Люком Феррари. Слушать супер-интересно, особенно советую обратить внимание любителям всяких там GRM.

Кстати, за это музыканта сейчас сильно критикуют — на The Guardian, например, написали, что его «деконструкция танцпола зашла слишком далеко» и это «больше саунд-дизайн, чем музыка». В чем проблема — непонятно, лично мне «Цветы зла» заходят гораздо лучше всех его предыдущих реверберированных колотушек вместе взятых. Особенно это заметно на фоне недавних альбомов вчерашних рабитовских коллег — M.E.S.H. (явный шаг назад), Ziur (в целом неплохо, но выделить можно разве что один трек с Аишей Деви) и Visionist (не только очень слабо, но еще и мега-пафосно).

Послушать превьюшки можно здесь: boomkat.com/products/les-fleurs-du-mal

​​Примерно 14 лет назад в сети появился блог человека, который мог переплести рассуждения о Joy Division, Жаке Деррида, рейверах и собственном детстве так, что хотелось заварить кофе и слушать его примерно 493 часа подряд - хотя любому другому автору, попытавшемуся высказаться о культуре в этих координатах, вы скорее захотели бы плеснуть в лицо кипятком.

Примерно 14 лет назад я открыла для себя музыку и кино за пределами того, что крутили по телевизору. И почти сразу обросла налетом снобизма, который мешал мне нормально коммуницировать с людьми, разделявшими мои интересы. Ведь каждая обнаруженная точка соприкосновения открывала две потенциальные опции:
а) начать ревновать Вещь к человеку;
б) начать втайне вынашивать мысль, что мои внутренние отношения с Вещью гораздо сложнее, чем у него. Множество интереснейших авторов прошло мимо меня именно из-за этого странного желания ходить в экспедиции по сокровенным ландшафтам исключительно в одиночку.

В этом году Марк Фишер, автор того самого блога k-punk, покончил с собой.

В этом году, чуть позже, я открыла сборник его эссе Ghosts of My Life: Writings on Depression, Hauntology and Lost Futures - и пропала. Фишер мог по косточкам - но с любовью! - разобрать все, что мне дорого: каталог лейбла Ghost Box, британские сериалы 70-х, зловещий подтекст нынешней ретромании - но за 14 лет я умудрилась ни разу не наткнуться на этот сундук с сокровищами. У того факта, что я открываю его после смерти Фишера, есть хонтологический душок как раз в его вкусе.

Где еще я могла обнаружить интервью с Burial, который рассуждает об М.Р. Джеймсе и о том, что "порой можно встретить приведения в метро, у них в руках пустые пластиковые пакеты, и они примерно на 70% меньше живого человека, меньше чем были при жизни"? Изданная посмертно книга The Weird and the Eerie уже почти полностью посвящена писателям пограничья - Лавкрафту, Найджелу Нилу, Алану Гарнеру - так что если я ненадолго пропаду, то вы будете знать, где искать.

Украинский музыкант Олег Шпудейко накатал большой текст про модуль Telharmonic и историю электронной музыки. Очень доступно про аддитивный синтез, эксперименты Кейджа, тон Шепарда и, собственно, телармониум Тадеуша Кэхилла, в честь которого модуль и назвали.

«Выступления проходили в холле, с исполнителем за клавиатурой, напоминавшей органную и музыкой, транслировавшейся из рупорных громкоговорителей, скрытых в деталях интерьера. Одновременно, выступления транслировались по телефонной линии в дома подписчиков в Нью Йорке, причем инструмент требовал такое количество мощности, что в телефонной сети города появлялись помехи во время концертов (что, в результате, оказалось одной из причин закрытия проекта)»

http://telegra.ph/Telharmonic-i-istoriya-ehlektronnoj-muzyki-10-16

Кому понравились рабитовские «цветы зла» — обязательно обратите внимание на «Permanent Research», новый альбом московского музыканта Zurkas Tepla. Они в чем-то близки, но только если американец действительно пытается создавать коллажи, то у москвича получается скорее невротическое месиво, в которое случайным образом оказываются включены разнородные шумы и скрежеты, возникающие из ниоткуда тревожные мелодии, разваливающаяся прямая бочка и так далее.

В целом складывается ощущение, что музыка Зуркаса как будто бы существует только для самой себя. По крайней мере с ней невозможно взаимодействовать — ни эмоционально, ни рационально, а прослушивание скорее превращается в процесс наблюдения со стороны, попытку различить и опознать детали. Хронометраж альбома, который переваливает за час, сначала также кажется не самым разумным ходом, особенно учитывая сегодняшние тенденции. Но «Permanent Research» оказывается субстанцией очень цепкой — и если наблюдать за этой музыкой по-настоящему пристально, в какой-то момент она обязательно начинает трансформироваться в ницшеанскую бездну и затягивать слушателя в собственное неуютное звуковое пространство, зону дискомфорта.

Если бы я писал этот текст в 2011-м, обязательно добавил бы что-нибудь воодушевляющее про самобытную сцену, которая вот-вот да поднимется с колен. Но в 2017, кажется, уже даже в Москве и Питере поняли, что в реальном мире эта самая сцена вообще-то никому не нужна, и «все мы глубоко несчастные люди», обозримое будущее которых — «дни, что как бритвы, и ночи, полные крыс». То есть растущая неуверенность в себе, накапливающиеся долги и постепенно угасающая надежда на то, что все еще будет хорошо и следующий релиз обязательно выстрелит.

Нет, этого не произойдет.

zurkas.bandcamp.com/album/permanent-research

Москвичи, сегодня Зуркас презентует свой альбом в Powerhouse — не пожалейте денег и сходите, дело того стоит. И если увидите там Былину — купите ему пивка, я потом отдам.

facebook.com/events/402179706864807

Кстати, вместе с Зуркасом выступит еще один отличный музыкант, харьковский CHSZM, который недавно выпустил релиз на «Системе» с как минимум одним очень хорошим треком. Послушать можно здесь:

systemnapotvora.bandcamp.com/album/chszm-bee-pole-ep

Упомянуть за раз Ницше, Буковски, Никиту Кольцова и Евгения Былину — ACHIEVEMENT UNLOCKED ✔️

Музыка как насилие, профанация непрофанируемого, нойз-капитализм, неразличение масленицы и поста и другие аспекты философского измерения звука в конспекте от лектория «Вслух».

Максим Евстрапов — о политической экономии звука.

https://syg.ma/@marina-israilova/maksim-ievstropov-politichieskaia-ekonomiia-shuma

Норм чешет:

«Благозвучие искали даже в физических параметрах звука. Музыкальные звуки противопоставлялись немузыкальным (беспорядочным, хаотическим) как звуки упорядоченные, структурированные. Это древняя, можно сказать, архаическая оппозиция космоса и хаоса: космические звуки упорядочены, а хаотические — не упорядочены, акосмичны.

То есть, самое общее понимание того, что такое музыка, до сих пор идеологически нагружено. Очень часто можно слышать реплики об авангардной, например, музыке, что это не музыка, а непонятно что, шум, как это можно слушать и так далее. Иногда это действительно слушать сложно, но аргумент о том, что это в принципе не музыка — уже весьма отстает от современного музыкального процесса».

Не хочется ничего писать, хочется мемов.