This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Отличного вечера пятницы и жарких выходных!🫠
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤣6😁3👍2🥴2🔥1
Еще несколько лет назад девелопер мог завершить проект в соответствии с первоначальным графиком и сметой, но сегодня такое явление будет скорее исключением.
В наше нестабильное время могут измениться цены на металл и бетон, стоимость банковского финансирования, наличие подрядчиков и рабочих кадров, сроки поставки материалов, требования регуляторов, тарифы, логистика и даже доступность топлива.
Таков тернистый путь от идеи до ввода объекта в эксплуатацию, хотя раньше это была прямая и проторенная дорога. Но сегодня девелопмент – это постоянная работа с изменениями.
Мы начали замечать, что многие компании пытаются бороться с неопределенностью увеличением времени рассмотрения вопроса и количества согласований.
Каждое решение проходит несколько уровней контроля, куча совещаний, регламенты, таблицы и отчеты.
Пока документ или малейшее изменение получит «ОК» от системы, ситуация на рынке уже успевает измениться.
Решение, которое неделю назад было правильным, сегодня может потерять смысл.
На самом деле речь почти никогда не идет о самом вопросе.
Никто не хочет принимать решение. Потому что любое решение – это ответственность.
Кажется, что так рисков станет меньше, а процесс управления становится более предсказуемым и обеспечивает высокий результат.
Но если в условиях постоянных изменений система управления реагирует на изменения неделями, она начинает проигрывать рынку.
Именно поэтому мы никогда не делим проект на последовательные и разрозненные блоки процессов. Безусловно, на бумаге разработка концепции проекта и продажи – это разные процессы. Но девелоперский проект - это единый живой организм, ведь:
Мы в Upwell давно отказались от идеи строить управление вокруг документов, заметив интересную закономерность:
чем больше в компании уровней согласования, тем меньше остается людей, которые действительно принимают решения.При этом многие ошибочно считают, что большое количество регламентов и согласований снижает риски. Конечно, да. Но одновременно рождается другой риск, о котором редко говорят:
Каждое лишнее согласование – это время. А время в девелопменте, как в принципе и в любом направлении бизнеса, почти всегда превращается в деньги.
Документы важны. Но они не должны управлять проектом.
Система управления должна не создавать бюрократию, а сокращать время между появлением проблемы и принятием решения.
Причем речь не о скорости ради скорости.
Плохое решение, принятое за пять минут, ничем не лучше хорошего решения, принятого через месяц. Но в то же время - решение, принятое сегодня может опередить изменения на рынке, которые критически повлияют на ход проекта через неделю.
В нашем понимании девелоперский проект – это не локомотив, который движется по четкой траектории как по рельсам. Это скорее корабль, который идет по курсу, но постоянно подстраивается под ветер, течение и погоду и не теряет конечную цель.
Проектом должны управлять люди, которые понимают идею и замысел проекта, его экономику, чувствуют рынок и способны быстро оценить последствия своего решения. И каждый из них представляет всю картину целиком. Максимум прозрачности.
И чем лучше организовано проектное управление, тем меньше проекту нужна бюрократия.
#Upwell_МнениеЭксперта
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍3🔥2🤔2❤1💯1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
"Без бумажки ты букашка..."
Отличной пятницы и прекрасных летних выходных😎
Отличной пятницы и прекрасных летних выходных
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
💯4🤣4😁3
Грядет ли ренессанс торговых центров
С учётом ЧС с логистическими объектами Wildberries вопрос о зависимости бизнеса от маркетплейсов встал особенно остро. Особенно для тех, у кого на одной площадке лежит основной товар и оттуда же идёт большая часть продаж.
По оценке Data Insight, которую приводил Forbes, повреждено 17-22% процентов складских площадей компании - это от 893 тыс до 1,15 млн кв. м. Потери продавцов оценивают в 215-280 миллиардов рублей.
Часть товара оставляют на Wildberries или Ozon, часть держат на стороннем фулфилмент-операторе, что-то отправляют со своего склада. Запускают собственные сайты. Кто-то возвращается к оптовым продажам и работе с розничными магазинами.
По данным «Рег.ру», с начала 2026 продавцы запустили почти 10 тыс. собственных интернет-магазинов - на 12% больше, чем годом ранее.Это пока не означает массового исхода с маркетплейсов. Скорее, предприниматели постепенно перестают считать маркетплейс своим единственным каналом продаж.
Особенно это актуально для собственных брендов. У них появляется своя клиентская база, а значит, постепенно появляется смысл инвестировать не только в карточку товара на маркетплейсе, но и в личную инфраструктуру продаж.
Для крупного бренда это можно пережить. Для небольшого продавца с обычным перепродажным товаром - уже сложно.
Поэтому меняется и сам состав участников торговли. Простая модель «купил подешевле - разместил на Wildberries - продал дороже» постепенно становится неинтересной. Выигрывают производители, импортёры, владельцы брендов и компании, которые умеют управлять несколькими каналами одновременно.
Если раньше достаточно было заполнить площади арендаторами, то сейчас нужно понимать, зачем бренду вообще нужна эта площадь и почему в конкретном ТЦ.
Большой магазин на 500-1000 кв. м нужен далеко не каждому. А вот 50-150 кв. м под шоурум, выдачу, хранение и работу с покупателем могут оказаться гораздо полезнее.
По сути, торговый центр начинает конкурировать не только за покупателя, но и за функцию в цепочке продаж.
И мы следим именно за этим трендом.
Важнее понимать другое: сколько функций онлайн-торговли постепенно появится в физическом пространстве и как это изменит требования к самому объекту.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍8🤔3💯2👌1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Главное в проекте - четко следовать ТЗ заказчика☝🏻
Отличных выходных🐶 🐱
Отличных выходных
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤣6😁2🔥1🤩1
Как старый офисник в Екб превратился в медицинский кластер
Иногда работа с инвестициями в недвижимость – это не только поиск нового объекта.
Это умение вовремя понять, что делать с уже существующим активом.
Наш кейс Репина, 103 в Екатеринбурге – хороший пример.
Когда-то здесь планировали построить детский сад для нового "спальника". Три 3-х этажных блока построили в 1992 г., но по назначению они так и не заработали. Позже появился 4й блок, и комплекс постепенно превратился в районный офисный центр.
4 000 м² офисов, 4 блока, собственная территория, парковка, зеленая зона. Каждый блок впоследствии получил выделенный земельный участок ~0,18 га.
Мы управляли этим активом с 2012 г.
За это время объект содержался в рабочем состоянии: ремонтировались инженерные сети, менялись окна, обновлялась территория, реконструировалась теплотрасса.
Но к 2019 г. стало понятно: бесконечно поддерживать старый офисный фонд экономического смысла нет.
Доходность была ~7% годовых, пул арендаторов держался в среднем на уровне 85%, но стоимость содержания и ремонтов постепенно росла.
Мы предложили собственнику три сценария:
1. Ничего принципиально не менять.
Еще несколько лет сдавать "уставшие" офисы, параллельно проектировать землю под более плотную застройку.
2. Инвестировать в реконструкцию.
Превратить комплекс в современный малоэтажный БЦ класса B+ с малыми современными офисами. Основные вложения – фасады и МОП.
3. Продать актив.
Но не просто как "дешевые офисы", а найти для каждого блока наиболее перспективный сценарий использования и соответствующего покупателя.
В 2019 г. выбран третий вариант.
И здесь началась самая интересная часть работы.
Мы посмотрели на объект не как на кучу старых административных помещений, а как на площадку с конкретными характеристиками: малоэтажная застройка, большое количество окон и хорошая инсоляция, парковка, отдельные земельные участки, удобный автомобильный доступ.
И главное – локация в растущем спальном микрорайоне с быстро уплотняющейся застройкой, что увеличивает нагрузку на инфраструктуру и транспорт.
Для обычного офиса это уже не давало прежней привлекательности.
А вот для медицины – совсем другая история.
Мы сформировали концепцию мед-кластера, проверили гипотезы с профессионалами из мира медицины и начали искать оператора.
Так появился партнер – СМТ клиника.
Сначала клиника приобрела два блока. Затем стало понятно, что для полноценного развития амбулаторной медицины и реабилитации ей нужен весь комплекс.
В результате все четыре блока последовательно перешли одному пользователю.
Для нас это принципиальный момент: покупатель приобрел не просто квадратные
метры. Он получил единый комплекс с собственной территорией, парковкой, инженерной инфраструктурой и возможностью реализовывать проект без соседей, которые могут ограничивать потенциал развития территории.
Сегодня 2 блока уже работают как мед. центр. Еще 2 пока продолжают приносить арендный доход – около ~11% годовых, одновременно финансируя дальнейшее развитие проекта и дополняя комплекс услугами для бизнеса и медицины.
Расчетный срок окупаемости в реализации сценария 2 составил бы ~9 лет. Но для собственника изначальная задача была другой:выйти из актива эффективно и быстро.
В итоге стоимость реализации дала ему чистый финансовый результат, сопоставимый с тем, что он мог бы получить еще примерно за 10 лет эксплуатации, при этом продолжая вкладывать деньги в ремонт и содержание, неся риски.
Последний блок был реализован в 2025 г.
Мы управляли активом 13 лет, своевременно отреагировали на ухудшение показателей, заранее просчитали 3 стратегии по активу, выбрали наиболее рациональную для собственника и фактически изменили концепцию дальнейшего использования объекта.
Сегодня на ул. Репина развивается медицинский кластер, а не "помирает" очередное старое административное здание.
Опираясь на опыт кейса, сформулируем вывод так:
#Upwell_КейсИзПрактики
✈️ Подпишись на TrenDance🕺
Иногда работа с инвестициями в недвижимость – это не только поиск нового объекта.
Это умение вовремя понять, что делать с уже существующим активом.
Наш кейс Репина, 103 в Екатеринбурге – хороший пример.
Когда-то здесь планировали построить детский сад для нового "спальника". Три 3-х этажных блока построили в 1992 г., но по назначению они так и не заработали. Позже появился 4й блок, и комплекс постепенно превратился в районный офисный центр.
4 000 м² офисов, 4 блока, собственная территория, парковка, зеленая зона. Каждый блок впоследствии получил выделенный земельный участок ~0,18 га.
Мы управляли этим активом с 2012 г.
За это время объект содержался в рабочем состоянии: ремонтировались инженерные сети, менялись окна, обновлялась территория, реконструировалась теплотрасса.
Но к 2019 г. стало понятно: бесконечно поддерживать старый офисный фонд экономического смысла нет.
Доходность была ~7% годовых, пул арендаторов держался в среднем на уровне 85%, но стоимость содержания и ремонтов постепенно росла.
Мы предложили собственнику три сценария:
1. Ничего принципиально не менять.
Еще несколько лет сдавать "уставшие" офисы, параллельно проектировать землю под более плотную застройку.
2. Инвестировать в реконструкцию.
Превратить комплекс в современный малоэтажный БЦ класса B+ с малыми современными офисами. Основные вложения – фасады и МОП.
3. Продать актив.
Но не просто как "дешевые офисы", а найти для каждого блока наиболее перспективный сценарий использования и соответствующего покупателя.
В 2019 г. выбран третий вариант.
И здесь началась самая интересная часть работы.
Мы посмотрели на объект не как на кучу старых административных помещений, а как на площадку с конкретными характеристиками: малоэтажная застройка, большое количество окон и хорошая инсоляция, парковка, отдельные земельные участки, удобный автомобильный доступ.
И главное – локация в растущем спальном микрорайоне с быстро уплотняющейся застройкой, что увеличивает нагрузку на инфраструктуру и транспорт.
Для обычного офиса это уже не давало прежней привлекательности.
А вот для медицины – совсем другая история.
Мы сформировали концепцию мед-кластера, проверили гипотезы с профессионалами из мира медицины и начали искать оператора.
Так появился партнер – СМТ клиника.
Сначала клиника приобрела два блока. Затем стало понятно, что для полноценного развития амбулаторной медицины и реабилитации ей нужен весь комплекс.
В результате все четыре блока последовательно перешли одному пользователю.
Для нас это принципиальный момент: покупатель приобрел не просто квадратные
метры. Он получил единый комплекс с собственной территорией, парковкой, инженерной инфраструктурой и возможностью реализовывать проект без соседей, которые могут ограничивать потенциал развития территории.
Сегодня 2 блока уже работают как мед. центр. Еще 2 пока продолжают приносить арендный доход – около ~11% годовых, одновременно финансируя дальнейшее развитие проекта и дополняя комплекс услугами для бизнеса и медицины.
Расчетный срок окупаемости в реализации сценария 2 составил бы ~9 лет. Но для собственника изначальная задача была другой:
В итоге стоимость реализации дала ему чистый финансовый результат, сопоставимый с тем, что он мог бы получить еще примерно за 10 лет эксплуатации, при этом продолжая вкладывать деньги в ремонт и содержание, неся риски.
Последний блок был реализован в 2025 г.
Мы управляли активом 13 лет, своевременно отреагировали на ухудшение показателей, заранее просчитали 3 стратегии по активу, выбрали наиболее рациональную для собственника и фактически изменили концепцию дальнейшего использования объекта.
Сегодня на ул. Репина развивается медицинский кластер, а не "помирает" очередное старое административное здание.
Опираясь на опыт кейса, сформулируем вывод так:
иногда лучший способ заработать на объекте – не пытаться бесконечно сохранять его прежнюю функцию. Нужно вовремя понять, каким должно стать его будущее.
#Upwell_КейсИзПрактики
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥5👍3🥰2❤1
Есть ощущение, что мы постепенно возвращаемся к управленческой модели, которую мы наблюдали во времена "Ковида". Тогда федеральный центр сохранял за собой ключевые полномочия распределения бюджета и политических решений, а на регионы спускалась большая часть практической ответственности: ограничения, режимы ЧС, работа с бизнесом, социальные последствия, контроль исполнения.
Сейчас похожая конструкция начинает проявляться вокруг другой проблемы – атак БПЛА и последствий ЧС в регионах.
Это не только вопрос безопасности, но и вопрос распределения рисков между государством и бизнесом.
24 августа президент подписал указ № 604 "О мерах по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры РФ" .
Документ предусматривает возможность передачи имущества во временное управление, если собственник, в частности, не обеспечил необходимые меры безопасности объекта, либо объект не был своевременно восстановлен после повреждения.
Временным управляющим по умолчанию выступает
Хмм...
А ответственность за устойчивость бизнеса естественно остаётся на собственнике, ведь он должен:
А где проходит граница между обязанностью собственника и ответственностью государства?
Конституция относит оборону и безопасность к ведению Государства. Собственник, в свою очередь, действительно несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества – это прямо следует из ст. 210 ГК РФ. Он обязан содержать здание, инженерные системы, обеспечивать эксплуатацию и устранять последствия повреждений. Сюда же можно относить установку средств пассивной защиты от БПЛА.
Но способен ли собственник самостоятельно обеспечить защиту от воздушной атаки?
Сетку над складом поставить может. Усилить остекление – может. Организовать оповещение, укрытия, резервное электроснабжение – тоже.
Но обнаружение воздушной цели, РЭБ, зенитные средства и тем более ПВО находятся уже в совершенно другой системе полномочий.
При этом критерии "оценки эффективности" защиты пока вызывают вопросы. Глава РСПП Александр Шохин уже публично говорил о необходимости прозрачного применения указа и четких критериев того, что считать своевременным восстановлением и достаточной защитой.
А теперь представим обычный бизнес
Склад.
Производственная площадка.
Кран-балка.
Парк спецтехники.
Ну пусть будет ООО "Пути открыты"... Предприятие само по себе никогда не было военным объектом.
Произошла атака. Или рядом упали обломки сбитого БПЛА. Повреждено имущество.
Остановилась часть технологического процесса.
Дальше собственнику нужно не только восстановить объект, но и учитывать, что несвоевременное восстановление или признание мер безопасности недостаточными может стать основанием для государственного вмешательства в управление.
Давайте конкретнее:
1. Формально собственник продолжает распоряжаться имуществом, но в то же время Временный управляющий получает остальные полномочия - может владеть, пользоваться и управлять активом. То есть фактически у собственника только титул, но контролировать и получать доход он не может.
2. Временное управление прекращается по решению Правительства, на основании поручения Президента. А во "временное управление" могут передать весь объект, его часть, движимое и недвижимое имущество компании в РФ, ценные бумаги, доли в уставном капитале и имущественные права. Расходы на временное управление покрывают за счёт доходов от использования имущества.
И это касается далеко не только нефтяников или ВПК.
В перечень попадают промышленные, энергетические, транспортные, логистические, коммунальные и другие объекты, имеющие значение для экономики и жизнедеятельности населения.
На этом фоне особенно показательно то, что происходит с рынком акций.
Как пример, после серии атак на инфраструктуру Ozon акции компании 24 августа падали почти на 30%, а индекс Мосбиржи упал ниже психологической отметки 2100 пунктов. То есть риск физического повреждения отдельных объектов мгновенно превращается в финансовый риск, риск капитализации и риск для инвестора.
Для собственника недвижимости это уже нельзя воспринимать как исключительно страховой или эксплуатационный вопрос, а скорее риск, необходимый к учёту в инвестиционной модели.
Откуда ждать помощи?
Федеральный центр сохраняет за собой ключевые рычаги, но все больше задач по фактическому обеспечению устойчивости инфраструктуры решается на уровне регионов, муниципалитетов и конкретных предприятий.
Губернатор организует ликвидацию последствий.Это и есть децентрализация ответственности при сохранении центра принятия решений.
Региональные службы работают на месте.
Муниципалитет оценивает ущерб.
Собственник восстанавливает объект.
Бизнес финансирует защиту и простой.
А федеральный центр формирует правила, определяет рамки вмешательства и оставляет за собой право в определенных случаях зайти в управление активом.
Мы не оцениваем – хорошо это, или плохо.
Это просто новая реальность управления рисками.
Теперь недостаточно просто владеть бизнес-активом. Нужно понимать не только его доходность, производственные издержки, налоги, но и то, какие доп. функции, риски и обязанности фактически "прикреплены" к этому активу.
#Upwell_МнениеЭксперта
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤔4🔥3🤯3🤨1
Что изменится в России с 1 сентября 2026 года
Финансы и банки
Цифровой рубль – становится доступен клиентам крупнейших банков; для части бизнеса начинается обязательный приём платежей в цифровых рублях.
Криптовалюта – вводится регулирование: тестирование для физлиц и ограничения для неквалифицированных инвесторов - посредник и лимит 300 тыс. руб.
Финансовый контроль – Росфинмониторинг получает расширенный доступ к операциям СБП, единая система учёта банковских карт.
Налоговые вычеты – расширяются возможности получить вычет по долгосрочным сбережениям и договорам страхования жизни; для целевых сбережений в пользу детей до лимит вычета вырастет до 500 тыс. руб.
Ипотека и семья
Ипотечные каникулы – при рождении или усыновлении второго и последующего ребёнка семьи смогут получить отсрочку платежей до 18 месяцев. На договоры, заключённые ранее 1 сентября тоже распространяется.
Работа и бизнес
Сверхурочные – максимальный объём увеличивается со 120 до 240 часов в год.
Испытательный срок — женщинам с детьми до 3-х лет его устанавливать нельзя.
Малый бизнес – компаниям до численностью до 70 сотрудников расширяют возможность заключать срочные трудовые договоры по соглашению сторон. Ранее порог был 35 чел.
Образование
Телефоны – использовать мобильные устройства на уроках нельзя, кроме экстренных случаев.
Первый класс – домашние задания отменяются.
Поведение – в школах начинается эксперимент с отдельной оценкой поведения учеников.
Программы обучения – меняется содержание школьных предметов и вводят новую федеральную программу и новые стандарты.
Медицина
МРТ – пройти исследование можно без направления врача.
Платная медицина – клиники должны подробнее информировать пациентов о врачах, квалификации, стоимости и возможности получить помощь бесплатно.
Иностранные граждане – медицинское освидетельствование переводится в единый электронный формат.
Торговля и потребители
Маркировка – расширяется перечень товаров, контролируемых через систему «Честный знак».
Розничная торговля – уточняются требования к информированию покупателей, претензионной работе и дистанционной торговле.
Никотин – запрещается продажа сигарет, вейпов и другой никотинсодержащей продукции на остановках транспорта.
Недвижимость и ЖКХ
Строительство – вводится реестровая модель. Юридически значимым подтверждением разрешения на строительство или ввода объекта становится запись в государственном реестре.
ЖКХ – муниципальный контроль упраздняется, основные полномочия переходят в систему государственного жилищного надзора регионов.
Связь и повседневная жизнь
Мобильный номер – при переезде в другой регион его можно сохранить.
Гостиницы – в крупных объектах размещения появляется возможность подтверждать личность через цифровой ID.
Азартные игры – через «Госуслуги» можно установить самозапрет на участие в азартных играх.
С Днём знаний и первым днём осени!
Финансы и банки
Цифровой рубль – становится доступен клиентам крупнейших банков; для части бизнеса начинается обязательный приём платежей в цифровых рублях.
Криптовалюта – вводится регулирование: тестирование для физлиц и ограничения для неквалифицированных инвесторов - посредник и лимит 300 тыс. руб.
Финансовый контроль – Росфинмониторинг получает расширенный доступ к операциям СБП, единая система учёта банковских карт.
Налоговые вычеты – расширяются возможности получить вычет по долгосрочным сбережениям и договорам страхования жизни; для целевых сбережений в пользу детей до лимит вычета вырастет до 500 тыс. руб.
Ипотека и семья
Ипотечные каникулы – при рождении или усыновлении второго и последующего ребёнка семьи смогут получить отсрочку платежей до 18 месяцев. На договоры, заключённые ранее 1 сентября тоже распространяется.
Работа и бизнес
Сверхурочные – максимальный объём увеличивается со 120 до 240 часов в год.
Испытательный срок — женщинам с детьми до 3-х лет его устанавливать нельзя.
Малый бизнес – компаниям до численностью до 70 сотрудников расширяют возможность заключать срочные трудовые договоры по соглашению сторон. Ранее порог был 35 чел.
Образование
Телефоны – использовать мобильные устройства на уроках нельзя, кроме экстренных случаев.
Первый класс – домашние задания отменяются.
Поведение – в школах начинается эксперимент с отдельной оценкой поведения учеников.
Программы обучения – меняется содержание школьных предметов и вводят новую федеральную программу и новые стандарты.
Медицина
МРТ – пройти исследование можно без направления врача.
Платная медицина – клиники должны подробнее информировать пациентов о врачах, квалификации, стоимости и возможности получить помощь бесплатно.
Иностранные граждане – медицинское освидетельствование переводится в единый электронный формат.
Торговля и потребители
Маркировка – расширяется перечень товаров, контролируемых через систему «Честный знак».
Розничная торговля – уточняются требования к информированию покупателей, претензионной работе и дистанционной торговле.
Никотин – запрещается продажа сигарет, вейпов и другой никотинсодержащей продукции на остановках транспорта.
Недвижимость и ЖКХ
Строительство – вводится реестровая модель. Юридически значимым подтверждением разрешения на строительство или ввода объекта становится запись в государственном реестре.
ЖКХ – муниципальный контроль упраздняется, основные полномочия переходят в систему государственного жилищного надзора регионов.
Связь и повседневная жизнь
Мобильный номер – при переезде в другой регион его можно сохранить.
Гостиницы – в крупных объектах размещения появляется возможность подтверждать личность через цифровой ID.
Азартные игры – через «Госуслуги» можно установить самозапрет на участие в азартных играх.
С Днём знаний и первым днём осени!
1❤5👍3✍2🔥1
Как вы думаете, какой тип недвижимости изображен на рендерах?
"Ответ"-подсказка:современный формат складской/индустриальной недвижимости 😉
"Ответ"-подсказка:
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍2🔥2🤔2🤩2
Это LI не склад?
После публикации поста об объекте в Москве, нам стали часто задавать вопрос: "Что это?"
Решили рассказать подробнее.
Этот формат называется Light Industrial (далее LI) – пока еще относительно новый для России, но, на наш взгляд, один из самых интересных сегментов индустриальной недвижимости на ближайшие годы.
Всё-таки, что это?
Если совсем просто – это небольшой универсальный производственно-складской объект, в котором можно разместить:
Почему формат растет?
На развитых рынках такой формат давно существует под разными названиями, например "Urban Warehouse" в США, Locaux d’activité во Фанции, "Unternehmensimmobilien" в Германии (пожалуй самое длинное немецкое слово в недвижимости😁 ).
В Европе и США доля небольших индустриальных помещений площадью примерно 200-2000 м² уже превышает долю крупных форматов по совокупной площади предложения.
В России Light Industrial начал активно появляться только с конца 2010-х. Сегодня доля рынка от общего объема складской недвижимости в России <1%. Но рынок уже показывает очень высокую динамику - например в Мск и области этот формат занимает ~14% от нового объема строительства.
В 2026 году вакантность качественных складских площадей в России находится в среднем на уровне ~3%.
При этом спрос продолжает смещаться в сторону небольших блоков, а LI становится одним из главных драйверов роста нового предложения.
Производство, e-commerce, сервисные компании, мебель, оборудование, небольшие логистические операторы – всем им нужен не огромный склад или его часть, а свой полноценный автономный объект с удобной логистикой.
Интересно то, что крупные федеральные ритейлеры также проявляют интерес к проектам LI, забирая все из предлагаемых блоков под себя – а это уже 2000-5000 м². Если 2 таких взять, получаешь стандартный Big box - вот тебе и новый склад WB.
Чем LI отличается от обычного склада?
Здесь важен не только размер.
LI –продукт про универсальность.
В типовом блоке предусматриваются:
❤️ собственные ворота и вход;
❤️ складская/производственная зона;
❤️ антресоль или полноценный офисный уровень;
❤️ возможность разместить тяжелое оборудование;
❤️ автономные инженерные решения и мощности;
❤️ парковка непосредственно у блока.
В нашем типовом проекте, например, один модуль – 350 м², размером 14×25 м, высотой 8 м. Из них около 290 м² – производственно-складская зона и около 60 м² – антресоль-офис. Ворота – 2,7 × 3 м. При этом нужно предусмотреть нагрузку на пол не менее 5 т/м² и мощности не менее 35 кВт с возможностью увеличения, чтобы объект получился универсальным.
Предприниматель получает практически готовую «ячейку бизнеса»: снизу – производство или хранение, сверху – офис/шоу-рум, клиентская зона.
И при необходимости завтра этот же блок может работать уже в другом сценарии.
Из актуального:
для БПЛА такие цели слишком мелкие и неэффективные в плане ущерба.
Это LI. Не склад.
Кому это нужно?
Производство мебели и металлоизделий, автосервис и специализированные сервисы, небольшие пищевые производства, e-commerce, оптовая торговля, склады интернет-магазинов, оборудование, строительные материалы, мастерские, шоурумы.
А главное –
Именно эта универсальность делает объект интересным не только пользователю, но и инвестору.
Несколько интересных трендов, которые мы наблюдаем:
1. Рынок постепенно переходит от аренды к покупке. Уже в 2024 году эксперты отмечали интерес действующих арендаторов к выкупу блоков: бизнес предпочитает капитализировать расходы на аренду в собственный актив. Наиболее востребованными назывались блоки порядка 300-1 700 м².
2. LI становится инвестиционным продуктом. Блоки продаются по отдельности, а инвестор может сформировать собственный небольшой портфель и получать доход от аренды.
3. Меняется сам продукт. Появляются более качественная архитектура, благоустройство, индивидуальные входы, антресоли, офисные пространства, парковка у каждого блока. То есть это уже не "складскую коробку нарезали на куски" , а новый тип коммерческой недвижимости.
И еще одна важная вещь: LI приходит из Москвы в регионы. В 2025 году Екатеринбург и Челябинск уже вошли в число городов, где заявлялись новые проекты такого формата.
А что там на Урале?
Команда Upwell по заказу одного из представителей крупнейшего бизнеса Челябинской агломерации детально изучила рынок складской недвижимости и применимость формата Light Industrial для самого Челябинска.
Параллельно мы выступили консультантами проекта, который планируется к реализации в Екатеринбурге – по направлению Полевского тракта.
И убедившись в потенциале данного формата (рентабельность >40% при сроке реализации 1,5 года)😮
Сейчас разрабатываем бизнес-модель масштабируемого Light Industrial-проекта, которую можно адаптировать под разные земельные участки, менять количество очередей и конфигурацию блоков, сохраняя экономику продукта.
Если Вам интересны эффективные инвестиции, хотите обсудить проект или у вас остались вопросы – пишите команде Upwell.
✈️ @upwell_space
#Upwell_КейсИзПрактики
✈️ Подпишись на TrenDance🕺
После публикации поста об объекте в Москве, нам стали часто задавать вопрос: "Что это?"
Решили рассказать подробнее.
Этот формат называется Light Industrial (далее LI) – пока еще относительно новый для России, но, на наш взгляд, один из самых интересных сегментов индустриальной недвижимости на ближайшие годы.
Всё-таки, что это?
Если совсем просто – это небольшой универсальный производственно-складской объект, в котором можно разместить:
производство, склад, офис, шоурум, сервис или сразу несколько функций.В отличие от классического склада формата Big Box (те самые привычные большие склады Пятерочки или WB) – здесь нет задачи построить 10-20 тыс. м² под одного крупного ритейлера. Объект дробится на небольшие автономные помещения, рассчитанные в первую очередь на малый и средний бизнес, где совсем другая экономика продукта.
Почему формат растет?
На развитых рынках такой формат давно существует под разными названиями, например "Urban Warehouse" в США, Locaux d’activité во Фанции, "Unternehmensimmobilien" в Германии (пожалуй самое длинное немецкое слово в недвижимости
В Европе и США доля небольших индустриальных помещений площадью примерно 200-2000 м² уже превышает долю крупных форматов по совокупной площади предложения.
В России Light Industrial начал активно появляться только с конца 2010-х. Сегодня доля рынка от общего объема складской недвижимости в России <1%. Но рынок уже показывает очень высокую динамику - например в Мск и области этот формат занимает ~14% от нового объема строительства.
В 2026 году вакантность качественных складских площадей в России находится в среднем на уровне ~3%.
При этом спрос продолжает смещаться в сторону небольших блоков, а LI становится одним из главных драйверов роста нового предложения.
Производство, e-commerce, сервисные компании, мебель, оборудование, небольшие логистические операторы – всем им нужен не огромный склад или его часть, а свой полноценный автономный объект с удобной логистикой.
Интересно то, что крупные федеральные ритейлеры также проявляют интерес к проектам LI, забирая все из предлагаемых блоков под себя – а это уже 2000-5000 м². Если 2 таких взять, получаешь стандартный Big box - вот тебе и новый склад WB.
Чем LI отличается от обычного склада?
Здесь важен не только размер.
В типовом блоке предусматриваются:
В нашем типовом проекте, например, один модуль – 350 м², размером 14×25 м, высотой 8 м. Из них около 290 м² – производственно-складская зона и около 60 м² – антресоль-офис. Ворота – 2,7 × 3 м. При этом нужно предусмотреть нагрузку на пол не менее 5 т/м² и мощности не менее 35 кВт с возможностью увеличения, чтобы объект получился универсальным.
Предприниматель получает практически готовую «ячейку бизнеса»: снизу – производство или хранение, сверху – офис/шоу-рум, клиентская зона.
И при необходимости завтра этот же блок может работать уже в другом сценарии.
Из актуального:
для БПЛА такие цели слишком мелкие и неэффективные в плане ущерба.
Кому это нужно?
Производство мебели и металлоизделий, автосервис и специализированные сервисы, небольшие пищевые производства, e-commerce, оптовая торговля, склады интернет-магазинов, оборудование, строительные материалы, мастерские, шоурумы.
А главное –
комбинация функций, которая может адаптироваться под "бесконечные перемены".Например: производство + склад + офис продаж. Или склад + шоурум + сервис.
Именно эта универсальность делает объект интересным не только пользователю, но и инвестору.
Несколько интересных трендов, которые мы наблюдаем:
1. Рынок постепенно переходит от аренды к покупке. Уже в 2024 году эксперты отмечали интерес действующих арендаторов к выкупу блоков: бизнес предпочитает капитализировать расходы на аренду в собственный актив. Наиболее востребованными назывались блоки порядка 300-1 700 м².
2. LI становится инвестиционным продуктом. Блоки продаются по отдельности, а инвестор может сформировать собственный небольшой портфель и получать доход от аренды.
3. Меняется сам продукт. Появляются более качественная архитектура, благоустройство, индивидуальные входы, антресоли, офисные пространства, парковка у каждого блока. То есть это уже не "складскую коробку нарезали на куски" , а новый тип коммерческой недвижимости.
И еще одна важная вещь: LI приходит из Москвы в регионы. В 2025 году Екатеринбург и Челябинск уже вошли в число городов, где заявлялись новые проекты такого формата.
А что там на Урале?
Команда Upwell по заказу одного из представителей крупнейшего бизнеса Челябинской агломерации детально изучила рынок складской недвижимости и применимость формата Light Industrial для самого Челябинска.
Параллельно мы выступили консультантами проекта, который планируется к реализации в Екатеринбурге – по направлению Полевского тракта.
И убедившись в потенциале данного формата (рентабельность >40% при сроке реализации 1,5 года)
Сейчас разрабатываем бизнес-модель масштабируемого Light Industrial-проекта, которую можно адаптировать под разные земельные участки, менять количество очередей и конфигурацию блоков, сохраняя экономику продукта.
Мы собираем инвестиционный продукт — с понятной архитектурой, экономикой, целевой аудиторией и возможностью масштабирования.И сейчас открыты к сотрудничеству с инвесторами, собственниками земли и партнерами, которым интересен этот сегмент.
Если Вам интересны эффективные инвестиции, хотите обсудить проект или у вас остались вопросы – пишите команде Upwell.
#Upwell_КейсИзПрактики
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍4🔥3👏2🤔1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Напомним базовые правила проджект-менеджмента:
1. Цель должна быть достижимой - амбициозной, но реалистичной.
2. Контекст важнее плана - внешние факторы, ограничения и риски нужно оценить до старта.
3. Не рассчитывайте на один сценарий - у каждой цели должно быть несколько путей достижения.
4. Всегда имейте план Б - непредвиденные изменения возможны при любом уровне планирования.
5. Закладывайте запас прочности - по срокам, бюджету и ресурсам.
Ну а пока отдыхаем! Отличной пятницы и выходных!😎
✈️ Подпишись на TrenDance🕺
1. Цель должна быть достижимой - амбициозной, но реалистичной.
2. Контекст важнее плана - внешние факторы, ограничения и риски нужно оценить до старта.
3. Не рассчитывайте на один сценарий - у каждой цели должно быть несколько путей достижения.
4. Всегда имейте план Б - непредвиденные изменения возможны при любом уровне планирования.
5. Закладывайте запас прочности - по срокам, бюджету и ресурсам.
Ну а пока отдыхаем! Отличной пятницы и выходных!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤣6😁3😭2❤1