Деря Унутмаз для меня абсолютно человек месяца. Почитайте его пост:

«Я попросил OpenAI o1-preview прочитать одну из наших довольно сложных статей и придумать 10 дополнительных вопросов. Он придумал 10/10 проницательных и превосходных вопросов! Пара из них требовала очень глубокого понимания и обоснования выводов, которые мог придумать только эксперт. Я был очень впечатлен!

Затем я сравнил другие модели с точно таким же заданием для этой статьи, оценив качество вопросов схожего калибра из 10 вопросов. Вот как они были оценены:

•o1-мини: 5/10
•GPT-4o: 2/10
•Сонет 3.5: 2/10
•Джемини 1.5 Про -002: 1/10

Похоже, o1-preview намного превосходит другие модели, когда дело доходит до генерации правильных вопросов!

Хотя интересной особенностью o1-preview и o1-mini было то, что они также давали обоснование для каждого вопроса, хотя я его не просил, и все они были разумными!»

То есть теперь любой человек может генерить актуальные задачи загружая научную статью в o1-preview и спрашивая GPT: “Прочитайте эту статью, а затем придумайте 10 дополнительных вопросов”

А если это будет делать нечеловек? У нас легко появиться миллион хороших вопросов. Именно в ответах на эти вопросы или на миллион следующих и скрывается продление жизни.

Моя идея в том, что надо сопоставить друг с другом этот условный миллион гипотез и ответы на них с помощью генеративно-состязательных нейросетей. Искать продление жизни нужно в виртуальной вселенной. А мы её можем создать.

Петя Лидский набирает аспирантов для победы над старением в Университет Гон-Конга:

Лаборатория работает на стыке геронтологии, эволюционной биологии, вирусологии, и иммунологии.

Планы очень амбициозные – мы считаем, что иммунная система является ключевым игроком в старении, и предлагаем радикально переосмыслить науку о старении.

Мы верим, что старение - это адаптация, а не накопление повреждений.

В лабе будет три направления, связанных друг с другом общей идеологией –

1) Математическое моделирование, мы хотим объяснить экологию и эволюцию старения, вот статьи, разъясняющие концепцию:

doi.org/10.1016/j.tree.2022.08.003
doi.org/10.1073/pnas.1920988117

2) Вирусология, на первых этапах в клеточных культурах, потом в мышах. Нас будут интересовать взаимодействия между вирусами и сенесцентными клетками.

3) Генетические исследования старения в дрозофилах. Совместно с IBM мы разрабатываем прибор для автоматизации культивации и анализа поведения животных. Этот метод должен сделать нас лидерами в этой области, поскольку позволит кратно увеличить производительность и информативность.

Если интересуют научные подробности, ссылка на сайт лаборатории вот:

https://www.cityu.edu.hk/bms/profile/peterlidsky.htm

Ссылка на его недавний доклад вот:

https://youtu.be/saJrXKixv98?si=X-bOa34ufst0pwla
 
—————————————

Раньше сайты стремились попасть в топ-5 Google, потому что страницы ниже редко привлекали внимание пользователей. Google ранжировал большое количество сайтов, но это количество было ограниченным (не бесконечным).

Сегодня большие языковые модели (LLM) меняют правила. Они собирают данные со множества сайтов и комбинируют их, создавая бесконечные вариации контента. В ответе на один запрос LLM может использовать информацию с десятков сайтов, объединяя её в уникальный результат.

В итоге, каждый пользователь получает индивидуальный ответ, основанный на бесконечном количестве комбинаций данных.

Раньше было достаточно найти запрос, на который не было хорошего ответа, и создать новый сайт. SEO-специалисты активно этим пользовались.

Сейчас же для каждого запроса LLM генерирует бесконечные вариации контента, и конкурировать в этом поле намного сложнее.

В конечном мире можно было найти иголку в стоге сена (новую идею для сайта), но в бесконечном потоке данных иголка теряется навсегда.

Поэтому в современном мире, где LLM создают бесконечные вариации контента, чтобы быть в выдачи, надо самим создавать бесконечные вариации контента.

—————————

В продлении жизни итак мало контента, а нам надо сделать не просто переход к много, а к бесконечно много.

Но, но, но это не просто генерация какого то мусора. Это задача ещё и синтеза идей, поиск нужных решений.

—————————

Пообсуждаем в аудикомнате, как это сделать?

Moritz Pohl пишет в чате Витализма. Для нас это важно, потому что это европейская политика продления жизни, ну и про то, как обстоят дела с европейской политикой:

Привет, товарищи Виталисты!

Поскольку я знаю, что Vitalism планирует другие проекты, которые также требуют финансирования, я колебался, прежде чем сделать этот запрос, но вот он.

Как некоторые из вас знают, я из Немецкой партии биомедицинских исследований омоложения. Наша партия участвует в выборах, чтобы отстаивать интересы исследований омоложения.

Хотя мы получили всего около 18 000 голосов по всей Германии на европейских выборах, я все же думаю, что это стоило усилий: просто приняв участие в выборах, мы охватили миллионы людей и дали этому вопросу платформу в СМИ, в том числе во многих различных газетах.

Феликс Верт, наш председатель, уже объяснил здесь, почему он сейчас уходит из партийной работы. Самым большим препятствием для небольших партий, таких как наша (по крайней мере, в Германии), является сбор подписей в поддержку, чтобы иметь возможность участвовать в выборах вообще.

Феликс делал многое из этого самостоятельно в течение последних нескольких лет (я помогал ему несколько раз в прошлом году, но я начинаю учиться в университете этой осенью), что вызвало у него много нездорового, постоянного стресса.

Я нахожусь в процессе поиска способа для нашей партии продолжать быть активной на выборах (например, на федеральных выборах в следующем году), потому что я думаю, что это все еще помогает продвинуть окно Овертона и развивать наше движение – даже если мы не получим много голосов. Во время европейской избирательной кампании в социальных сетях (например, на Reddit) было несколько довольно острых и серьезных дискуссий по нашему вопросу.

Временным решением было бы принять участие в федеральных выборах, по крайней мере, в Бремене (небольшой немецкой земле). Мы могли бы поручить поставщику услуг, с которым я уже общаюсь, собирать подписи. Бремен, потому что он требует наименьшего количества подписей (всего 460) и, следовательно, будет для нас самым дешевым.

Даже если мы будем баллотироваться только в одной федеральной земле, мы все равно получим эфирное время в вечерних программах двух крупнейших телеканалов Германии по всей стране и внимание СМИ.

Но, конечно, нам нужны деньги на это — в общей сложности около 5700 евро (8 евро за собранную подпись и 600 евро единовременной выплаты на проезд и проживание плюс НДС). На данный момент мы собрали около 2700 евро. Так что если кто-то из вас может пожертвовать часть оставшейся суммы, это будет большой помощью! Информацию о пожертвованиях вы можете найти на этой странице.

Днем пришла Аня за коробкой и сказала, что главное в жизни понять, кто ты есть и что тебе на самом деле нужно.

Ещё она вспоминал времена своей молодости. Они странным образом совпали с моими временами молодости. Я уточнил, точной ли ей двадцать шесть? Точно.

Прошлое непредсказуемо.

Аня ушла и я стал думать, кто я есть. Сразу понять не удалось. Могу зато рассказать, что меня мучает. Меня мучает контент. Себя я чувствуют машиной по переработке контента. Во-первых, его много, а во-вторых его мало.

Много, чтобы всё охватить и выявить суть, а с другой стороны, мало, чтобы выбрать наилучшее действие.

Всё, что я узнаю, скорее усложняет жизнь, чем упрощает. Если бы Аня знала такое про меня, она бы осудила. К цели надо идти ясно и с удовольствием, гласит её учение.

Я провозился с аналитикой BioAge, они с момента размещения за три дни выросли с 200 до 700 миллионов. Мне хотелось угадать будут они стоить миллиард с своим хитом против ожирения. Кажется, да.
А насколько это полезно для борьбы со старением? Компания была создана для борьбы именно с ним.

Как раз это моя третья история про деньги в Longevity и уже про бизнес. BioAge сейчас самый успешный Longevity Biotech Startup и, в целом, конкурирующий, разным там политико-философиям, подход. Кристен Фортни сделала бизнес просто по лекалам, как надо делать бизнес. На зависть всем, кто не сделал. Правда, это не старение.

Мой трансгуманистический радар детект, в случае успеха, она должна вернуться из ожирения в старение. Знаете, вспомнил её старую статью, где они они анализировали, как люди отвечают на вопрос, сколько они хотят прожить лет. Без живого интереса такой темой не займешься. Думаю, она сама стремится к бессмертию и неё получается лучше многих. (Или всех? Так-то давненько не было Longevity-IPO)

Но, есть и те, кто вступил на неблагодарную дорожку общественных изменений. С утра у меня был философский кружок. Изучали стоиков. Сенека ожидаемо оправдывал смерть.

Я пытался убедить тех членов кружка, кто видит в смерти хороше, перестать это видеть. В ответ довольно громко включилась пластинка: смерть делает жизнь привлекательной, а бессмертие стирает смыслы. Я сказал, что, если ночью ложиться спать, то день смертного мало чем будет отличаться от дня бессмертного.

Также как истина был представлен аргумент Эпикура. За 2500 тысячи лет насчёт понимания смерти мы мало куда продвинулись. Вообще, с этими древними греками, они римляне, больше всего удивляешься, насколько люди не меняются.

Да-к вот, какой контент меня мучает?

Прежде всего, всё, что связано с сетью. Прочтите обязательно последнюю книжку Харари. Вывод: или мы сеть или не на что ни влияем. Мы, к примеру, можем увидеть сеть Longevity в каналах Телеграмм. И тогда тут надо ответить на кучу разных вопросов. Один из них: передача каких пакетов информации будет лучше всего стабилизировать сеть? То есть, смотрите, важны не столько каналы, а как они коммуницируют.

Ещё, надо стремиться к бесконечному контенту, чтобы стать конкурентоспособными по отношению с другими идеями. И это тоже задача сети.

Всегда стоит вопрос, какая тема флагманская в продлении жизни. Основной нарратив здесь в последние 20 лет — чудо-эксперимент. Теломеры, стволовые клетки, матрикс ну и так далее. Теперь биохакинг. Эксперты же говорят, что всё не то, то — слияние продления жизни и искусственного интеллекта. Плюс философия, возможно исполнительная.

Вечером вернулась Аня на тусу, спросила, как я вижу свое будущее. Я сказал, что передо мной тьма незнания. Вся надежда на неё и на её канал на Ютубе про AI с 200 тысячами подписчиков. Пусть узнают о грядущем бессмертии.

—————————-

Предложение. Напишите оригинальные идеи применения GPT в борьбе со смертью.

Приходите поговорить в аудикомнату, что самое лучшее можно делать в пользу продления жизни. В 20:00 по Москве

Воланд учил Берлиоза: основная проблема смерти — внезапность. Это глупость несусветная.

Настоящая проблема смерти в её необратимости, в том, что она навсегда. Если смерть обратима, это и не смерть, а незаметный перерыв.

Проблема смерти в исчезновении, в переставании быть.

А что значит исчезновение навсегда? Могут ли теоретически технологии будущего нас восстановить?

Если человечество выживет, то на что оно будет способно через миллион лет?

За триста лет прогресса изобретено невероятно. Число изобретений нарастает и нарастает число изобретений в единицу времени. Скоро AI будет главным изобретателем. Изобретения в химии, материаловедении и робототехнике ускорят внедрение в тысячи раз. И в миллионы раз увеличится число изобретений. В течение какого срока, 20 лет? Сколько времени осталось до AI-инженера? 5 лет?

А что тогда означает миллион лет для бешеного прогресса? Будущее цивилизации выглядит как? Распространение всепоглощающей среды во Вселенной, наращивающей свои вычислительные мощности?

Сможет такой огромный интеллект восстановить человека, если считать человеком определенное положение атомов в пространстве? Чем больше мы отправим в будущее информации о себе, тем быстрее нас можно оживить.

Собственно, так поступают гены и мемы: распространяют себя в будущее. Собственно, мы (кто бы мы ни были) поступаем так же: наш организм пытается существовать, и определенное число десятков лет у него получается.

Учёные (AI-учёные?) разберутся, что такое Я, и разберутся, как Я может существовать всегда и как Я восстановить в случае утраты. Наверное, предел возможности проходит, только, если упасть в чёрную дыру.

С точки зрения информации мы уже бессмертны.

Вопрос информационного бессмертия человека — это не вопрос теоретической возможности, а вопрос нужности и вопрос существования цивилизации.

Если через миллион лет сверхцивилизация будет существовать, она вас восстановит, если ценность человеческой жизни останется.

В каком случае так может произойти? Если мы отправим свои ценности в будущее, и они выживут в конкуренции с другими идеями.

Информационная смерть — это тотально перестать быть нужным. Перестать быть нужным навсегда.

Задачу нужности пытается решить исполнительная философия — переписать на язык кода ценность человека. Проблема тут в том, что ценность человека не выводится из рациональных, прагматичных соображений. Она фундаментальна.

Как сделать так, чтобы люди прошлого были нужны в будущем? Реализовывать эту нужность в настоящем. Повысить нужность большего числа людей вокруг.

«AI Optic делает скрининг миллиардов молекул таким же простым, как несколько щелчков. Объединив его с обширной химической библиотекой eMolecules, мы предоставляем исследователям новый способ быстро ориентироваться в обширном неизведанном ландшафте возможностей, превращая дни работы в минуты», — сказал генеральный директор Optic Андрей Дороничев.

Собственно вышел пресс-релиз компании, бегите тестить:

eMolecules и Optic объединяют усилия для ускорения вывода лекарств на рынок

САН-ФРАНЦИСКО, 3 октября 2024 г. /PRNewswire/ — В стремлении значительно ускорить разработку лекарств с помощью ИИ, eMolecules, ведущая компания по поставкам химических веществ, объединилась с Optic, компанией цифровой биологии, миссия которой — переосмыслить разработку лекарств с помощью возможностей ИИ.

Это сотрудничество дает исследователям беспрепятственный доступ к разнообразному химическому пространству через BIOPTIC, платформу искусственного интеллекта Optic, используя огромную библиотеку eMolecules, содержащую более 20 миллионов имеющихся в наличии соединений и 55 миллионов виртуальных соединений из их популярного набора данных eXplore, который, по прогнозам, превысит 1 миллиард к концу 2024 года.

При среднем времени разработки лекарств в 10-15 лет и затратах, достигающих 2,8 миллиарда долларов, интерфейс BIOPTIC помогает оптимизировать процесс от идентификации молекул до доставки, создавая прямую и бесперебойную связь между исследователем и поставщиком соединений…

Дальше читайте здесь:

https://www.prnewswire.com/news-releases/emolecules-and-optic-join-forces-to-accelerate-drugs-time-to-market-302267095.html

Фильм посмотрел. Виды доброты (2024).

О том, как делать добрые дела. Ну, не совсем. Жена приготовила свой большой палец руки на ужин мужу. Секта убивает людей в парилке. Мужик в абьюзивных отношениях со своим боссом, ища его расположения, ради его прихоти убивает другого мужика. Девушка в своем уме прыгает в пустой бассейн вниз головой и погибает. Ну, как в своем, там никто не в своем.

Очень много внимания в кино к еде. Очень много внимания к сексу. Все ебутся со всеми.

Про что кино? О том, что человек несчастлив и найти себя не может, а если находит, то ужасается тому, кого он нашел. Что бы герои ни пытались сделать с собой и своей жизнью, получается уродливо. Мучения одни, плохо людям от самих себя.

Фильм — трилогия: как человеку плохо от работы, как человеку плохо от семьи, как человеку плохо от увлечений. Всё экзистенциально.

За глубокими отношениями следует бездонный ад, в который погружает тебя другой человек. А сам человек себе не хозяин, он в руках слепой воли, приводящей его жизнь к нагромождению абсурда.

Такая вот доброта в этом мире, представленном Лом-Анджелесом.

Какое у нас здесь может быть трансгуманистическое прочтение?

Экзистенциалисты нам не товарищи. На вопрос, а может ли из человека получиться вообще что-то хорошее, они всегда отвечают: нет. У них главный вопрос — а нужно ли кончать с собой или как-то смириться со всей чертовщиной.

Не так уж и плох человек на самом деле, и жизнь не так уж плоха, но темная сторона более кинематографична. Её раскрывать увлекательнее. А то собрались бы герои и стали делать добрые дела три часа на экране — никто смотреть бы не стал.

Кстати, есть Долинская рецензия, она другая

«Бедные-несчастные», трансгуманистическое прочтение.

Фильм прекрасный, говорить о нём можно долго, но сейчас один вопрос.

Почему Белла Бакстер пересадила мозг козла своему бывшему мужу, но умирающему от рака печени Годвину Баскеру — человеку, которого можно назвать ей родным — ничем не помогла? Вместо того чтобы искать донора, браться за инструменты, она просто легла рядом с трупом, в умиротворении.

Когда мать Беллы покончила с собой, будучи беременной, мозг Беллы пересадили в черепную коробку её матери. Операцию провёл Годвин Бакстер, который в этом мире фактически Бог (God — сокращение от Годвин). Он — собирательный образ Демихова в параллельной вселенной конца XIX века. Белла пошла по его стопам.

Фильм — реклама пересадки мозга. Естественно, занимаются этим люди не в себе, с большими детскими травмами.

Но почему Белла не спасла Бога? В доме, где они оперировали, создано бессмертие, но это, кажется, никого не волнует.

А победила другая идея. Победила идея справедливости, заслуженного возмездия и в конечном итоге античеловечности в красивом платье.

Во всех героях с той или иной силой борются рационализм, гуманизм и садизм.

Гудвин Бакстер прежде всего рационалист, естествоиспытатель природы, потом гуманизм, но и немного садист.

Жених Беллы, Макс Маккэндлесс, тряпка, желающая быть и рационалистом. Поэтому Белла от него убегает при первой возможности и при второй тоже. Всегда к садистам. Садизм притягателен.

В конечном счёте она сама становится такой. Посмотрите на ухмылку в последнем кадре над учебником анатомии.

Чем так все довольны в конце фильма? Бог же умер. Большой и красивый дом Годвину Баскер отошел Белле, она там командир. Вот оно её счастье.

Неоказание помощи — похоже на убийство, особенно когда тебе отходит имущество покойного.

Почему же эксперименты по пересадке мозга или его частичной замене толком не проводятся в нашем мире? По той же причине: идеи античеловечности сильнее. Они прикрываются биоэтикой и интерпретацией справедливости.

Если в нашу деятельность по продлению жизни не встроен самоусиливающий механизм, то она бесполезна. Даже если такая репликативность есть, но у неё низкая скорость, то эта работа тоже не имеет большого значения, потому что мы опаздываем, не доживаем до контролируемой сингулярности.

Задача продления жизни сводится к созданию эффективного социального репликатора — к созданию нечто такого, что производит само себя, усиливая борьбу за жизнь.

К примеру, блоги о продлении жизни могут вызывать желание сделать похожие блоги. Я, к примеру, очень хотел бы, чтобы репликативность была заложена в этот телеграм-канал и часто размышляю, как хорошо подготовить такую штуку.

Школы рождают новые школы. Конференции порождают новые конференции. Но если получается медленно, нас это не устраивает.

Собственно, основной интеллектуальный вызов в продлении жизни — придумать и организовать успешную социальную репликацию.

Тогда должна появиться репликация репликаций. То есть вы передаёте информацию не о научном эксперименте с предложением провести аналогичный, а о способе, как из одного эксперимента удалось сделать два.

Если бы удалось Обри ди Грею протестировать новую комбинацию геропротекторов, нужно скопировать тот способ, как он добился увеличения числа экспериментов.

Дали полгода тюрьмы 80-летнему фермеру в Монтане Артур Шубарт за попытку вывести новую породу баранов. Судья Брайан Моррис резюмировал: «чтобы у других людей не было попыток изменить код живых существ».

Или трансгуманизм будем противостоять подобным дремучим взглядам, или всем хана, включая баранов

Есть одна причина, почему Хинтон, стал Нобелевский лауреатом: он выбирал самых умных студентов.

Посмотрите просто завораживающее интервью:

https://youtu.be/OWRcNshMB1Y?si=XDq6aakYmZasQ_du