Опубликована большая работа этой осени — стенограмма московской презентации Алексея Ильичёва, прошедшей в октябре:
https://pechorin.net/articles/view/ia-by-nazval-iegho-nie-kitaitsiem-a-samuraiem-priezientatsiia-knighi-alieksieia-il-ichiova-prazdnik-proighravshikh

Поговорили о самом разном — вплоть до анализа его работы на стройке (биографические воспоминания Сергея Криницына); послушали песню на его стихи, подготовленную Дмитрием Терновым.
Обсудили даже цвета в поэзии Ильичёва.

Совершенно замечательные филологические доклады у Марины Марьяшиной и Анастасии Липидиной; более непосредственные впечатления — у остальных.

Спасибо Алексею Небыкову за публикацию. И Анне Ямпольской — за приглашение.

#школа

Поэтический семинар Школы Бориса Кутенкова (ноябрь - декабрь 2025г) подходит к концу и уже можно подводить некоторые итоги, делиться впечатлениями, писать свои "советы" тем,  кто собирается изучать искусство поэзии.




Начну с цитаты Владимира Гандельсмана из его книги "В небе царит звезда":

"Мой метод прост: я пытаюсь проследить истоки того, что подвигло автора к поэтическому или прозаическому высказыванию, а поскольку в своём выборе я заранее знаю, что истоки эти непременно чисты, то моя задача состоит единственно в том, чтобы выявить и обозначить, как намерения автора воплощены в слове».

Критика без критики, максимальное доверие к поэтическому слову. Можно эти слова отнести и к педагогическому стилю работы Бориса Кутенкова, который старается в своей Школе Поэзии передать "непередаваемое", осмыслить "бессмысленное", попытаться ответить на такие вопросы, которые задаёт себе любой ищущий автор: в чём смысл поэзии? так ли важен стихотворный размер? нужны ли знаки препинания? честность (высказывания) или вымученность (рифмовки)? графоманский изыск или авторская, почти детективная шифровка? Проза или поэзия - или...?

Конечно, занимаясь на таких (Высших , духовных) курсах, как мне кажется, важно быть не просто любопытным слушателем-учеником, но и активным читателем, философом, участником всего художественного процесса "полёта разборов"! Как заслуженный приз маячит реальная возможность публикации, но с точки зрения всей биографии поэта важен не столько факт некоего сиюминутного признания, сколько осмысление прожитого, прочувственного, написанного самим автором! Советы, которые даёт Борис Кутенков молодым поэтам, всегда актуальны, значимы, но ещё значимее, этими советами воспользовавшись,  либо приобрести свой индивидуальный поэтический голос, либо, уже имея его, научиться им управлять, максимально расширяя диапазон частот, троп, открывшихся, в том числе во время занятий в Школе Поэзии, горизонтов. "И пусть вам будет...счастье"!))


#зенцов_к

Вадим Ким для своего видеопроекта «Сады Адониса» сказал несколько добрых и важных слов о «Полёте разборов», а также прочитал первую часть моего цикла, посвящённого Мариэтте Омаровне Чудаковой (что очень символично, ведь мой будущий сборник тоже посвящён её памяти и называется в её честь).

https://youtu.be/UBLdzyMuhRE?si=mjgL03UzifhH_93F

«Знаете, для того, кто занимается каким-то творчеством, допустим поэзией, и особенно если он из каких-то краёв – скажем, отдалённых от центров развития культурной жизни, будем говорить, периферийных, – можно угодить в иллюзию, что ты находишься в какой-то тьме, что вокруг ничего не происходит, что ты, в общем-то, один и света мало, и ничего даже не делается, и ничего не происходит, и единственные твои собеседники – те, кого ты сам встретил в своём городе, в библиотеках… Круг узок, живых так вообще практически никого. И вот ты попадаешь в иллюзию: с одной стороны, это такое одиночество, никому-не-нужность, а с другой – это иллюзия твоего подвижнического, героического движения – что, мол, ты на себе тащишь эту гору культуры и некому ей больше заниматься… Но иллюзия на то и иллюзия, что если в какой-то момент ты узнаешь о каком-то проекте, это может оказаться полной ерундой.

(…) Этот мир существует, и в нём просторы просторов и отдыхать некому. То, что тебе казалось в своей каморке, в своём одиночестве непахаными полями, – оказалось не то чтобы пахаными, а работа велась, ведётся и не прекращалась, и тебе даже не снились её масштабы. Ты даже не прикасался к разнообразию её работы, глубины, тщательности…

Всё это аналогия, я сейчас хочу сказать о “Полёте разборов”…»

Спасибо сердечное, Вадим!

А мы всех ждём на первом январском «Полёте», 25 января 2026 года, на обсуждении Васи Чернышева и Дмитрия Тернового. Можно уже писать мне в личку или в комментарии, кто хочет получить подборки и ссылку на зум-конференцию)

P. S. 115-й «Полёт» с Павлом Автоменко-Прайсом и Сергеем Трафедлюком:
Рутуб https://rutube.ru/video/0c2cf13320fd2642f6ea77406f2050fa/
Ютуб https://www.youtube.com/watch?v=uX-AWQPvAyg

Стартовал краудфандинг для выпуска 24 номера Prosodia, посвященного современной поэзии 2025 года

Заканчиваем работу над новым бумажным номером журнала Prosodia — и просим наших читателей помочь его напечатать!

Последние три года наш просветительский проект живет исключительно за счет продаж своих изданий, спонсорской помощи и волонтерского труда — и мы видим, что наши читатели помогают нам делать этот проект. Поэтому просим поддержки и в этот раз!

Основные затраты: печать, верстка и транспортные расходы. Стоимость выпуска номера - около 70 тысяч. Жертвование в адрес организации можно сделать на специальной странице.

Что в номере: Ежегодно по итогам года Prosodia выпускает номер, включающий 35 лучших поэтических подборок года, а также фигуру номера, которой посвящается большой материал. В этом номере такой фигурой стал поэт Вячеслав Попов, о котором написала Ирина Кадочникова.

Поэты номера: Ксения Август, Анна Аликевич, Ольга Аникина, Денис Балин, Андрей Баранов, Виктория Беляева, Тимур Битанов, Дмитрий Блажкевич, Антон Васецкий, Артем Василевский, Юлия Вшивцева, Надежда Горбик, Янис Грантс, Кира Грозная, Надя Делаланд, Юлия Долгановских, Евгений Дьяконов, Алексей Дьячков, Ольга Ефимова, Сергей Золотарев, Михаил Калинин, Яков Карпов, Алиса Каширина, Михаил Квадратов, Владимир Козлов, Борис Кутенков, Виталий Лейбин, Екатерина Малиновская, Елена Перминова, Степан Самарин, Полина Синёва, Евгений Сыроваткин, Анастасия Трифонова, Одиссей Шаблахов, Ростислав Ярцев.

В номере также:
❕ Программное высказывание: Новая история русской поэзии и кризис понимания традиции
💡Лучшие эссе лауреатов и финалистов конкурса «Пристальное прочтение поэзии 2025»

Объем номера: 228 страниц. Номер выйдет из печати до конца января.

💡Мы увидим каждый ваш платеж — и обещаем выслать экземпляр журнала каждому жертвователю суммы более 1,5 тыс. рублей.

Для каждого жертвователя на сумму более 5 тыс. рублей - индивидуальная благодарность в журнале.

Надеемся на вашу поддержку!

Поддержать Prosodia

Вот и подходит к концу обучение в Школе поэзии Бориса Кутенкова https://t.me/toniokreger
Два месяца насыщенных плотных занятий пролетели незаметно.
Опытный критик и литературовед, Борис уделил много внимания поэзии в целом: стихотворным размерам в современной поэзии, различным взглядам на рифму или её отсутствие, авторскому подходу к знакам препинания, глубокому влиянию и месту поэзии в жизни человека.
Также регулярные подробные разборы работ участников курса позволили целостно и расширенно взглянуть на современные произведения, поучиться глубокому анализу и умению погружаться в мир, смыслы, идеи и образы других людей, трактовать их, расшифровывать, тонко чувствовать, сонастраиваясь с внутренним миром автора.
Отдельно хотелось бы поблагодарить за приглашённых гостей - редакторов журналов, авторов курсов, опытных поэтов и преподавателей. Поблагодарить за интересное общение, знакомство с новыми людьми и за новые возможности.

Ум — лучший друг для души, устремленной к Истине (Бхагавад-гита 6.5-6). Он ловко жонглирует мыслями, советами и сомнениями, уводя нас то влево, то вправо. Но за его пёстрыми одеждами прячется нечто большее… Сердце, зорко лишь сердце.

Для меня школа поэзии Бориса Кутенкова @toniokreger была про необходимость сохранять баланс между умом и сердцем. Быть в потоке и контролировать этот поток.

Стихосложение — это вообще про баланс. Но иногда его можно нарушать в угоду тексту, в угоду тому, чего хочет сердце, а значит и душа. И тут начинается Поэзия

Нет слов, чтобы описать мои впечатления от этой презентации «Критика за правым плечом» — и того, сколько сущностной всячины там наговорили обо мне и моей книге.
https://textura.club/iz-blogerskogo-syrya/

Захватывающее событие — приоткрываться самому себе таким образом через анализ другими твоих автобиографических записей. Думаю, и тем, кто хочет лучше узнать меня, этот материал может быть немаловажен.

Елена Кукина: «Это движение во времени коррелирует с личностной чертой Бориса — с повышенным обострённым ощущением времени, может быть, где-то болезненным. И в этом тексте, и в частных разговорах я порой сталкивалась с рассуждениями о наступающей или грозящей старости. До сих пор, до этой книги, я про себя похмыкивала и посмеивалась — где у Бориса старость, где она вообще может быть. Считала это необъяснимым в его возрасте кокетством. Но рассуждение в главе «Смехом смерть победим» наконец-то разрешило для меня эту загадку, и я стала принимать это как часть обострённого чувства времени...»

Анастасия Липидина: «А ещё этот хронотоп состоит из примет образа жизни, сталкивающего времена. Загадочный съёмный дом, функционально наследующий дворянскому имению в жизни литератора, регулярный разбор корреспонденции, сочетание телеграма и аскезы. Где-то там же — упоминания таинственных N и NN...»

Ирина Кадочникова: «Эти заметки просто даже любопытно читать — узнавать Бориса Кутенкова (всё же это автононфикшн), его «светлые странности», его противоречивости, его страхи и ценности, его жизнь. Автор-герой и аскетичен, одинок, и невероятным образом социально активен; маргинален и нормален; невротичен и уравновешен; экстравертен и интровертен; очень рационален и одновременно очень чувствителен, раним; эгоцентричен и альтруистичен — человек с необыкновенной эмпатией. Это, конечно, портрет отдельной личности, но, возможно, в этом портрете, совмещающем крайности, многие пишущие люди отчасти узнают себя...»

Хочется цитировать каждое слово, каждую букву.
Спасибо Валерию Горюнову за чуткое модераторство и Андрею Фамицкому — за публикацию стенограммы.

В грядущем году «Полёт разборов» будет продолжаться ежемесячно и бесперебойно, а уж какие поэты ждут… просто завидую сам себе. Открываем 2026-й двумя обсуждениями отличных подборок!

Все побежали, и я побежал. Ну, о личных итогах года, что ли.

Вкалывал (как удивительно, хах). Наверное, на пределе человеческих возможностей – даже по сравнению с обычной зверской работоспособностью. Что касается стихов, то, не буду скрывать, на это вдохновил прошлогодний, кажущийся мне суперудачным текст про Сашу Градиву, а потом и другой, грустно-мемориальный, написанный в этом году. И вот поэтому хреначил; а последние два месяца муза вообще не зудела, ибо уже ну сколько можно-то. Сильнее ощутил необходимость самоповторов, вариаций, многописания, благодаря которым эмпирически пробиваешься к собственной удаче. Не потерял идеалистической веры в творчество – «ваши стихи стали ярче и больнее», заметил Евгений Абдуллаев, так и им и надо. Доволен объёмом и качеством сделанного – недоволен побочными эффектами и проседанием в «другой» жизни. Летом серьёзно и убийственно пострадал от своей спешки, круто и неотвратимо подвёл людей; возможно, напишу об этом отдельно, чтобы внутренне чуть освободиться. Всё это побуждает, и не в первый раз, пересмотреть свои отношения с литературной занятостью – однако реального шанса на это нет. Быть внимательнее к другим – важный урок, но пока слишком в теории.

Осенью испытал культуртрегерский мировоззренческий кризис (именно так), связанный с абсолютно наплевательским отсутствием поддержки со стороны тех, кого годами считал союзниками, на кого возлагал надежды. На этом фоне серьёзно приоткрылась поддержка других людей – в которых, может быть, верил не столь оголтело. Впервые так откровенно не хочу давить обиду – ибо если отпущу её, легко могу разрешить что-то подобное себе, – но нашёл в себе силы не поддаваться «культуре отмены», не игнорировать тексты наплевавших людей (если они, тексты, по-прежнему мне дороги). И, что скрывать, чувствую в этом преимущество перед коллегами, которые отдались подменяющей проказе сполна.

Странные «обретения» года: общение и даже интервью с людьми, с которыми казались друг другу максимально враждебными, личное умение приоткрыть «выяснение родства» через взаимно нащупанные болевые точки. Тут не помешает чуточку идеализма, с одной стороны, некоторого равнодушия к «внешней» стороне взаимоотношений. А с другой – прагматизма: в стремлении выяснить и «взять» от интересного тебе человека то, что не открылось бы в случае гордыни, намеренного избегания коммуникации.

Под конец года «накрыла» ситуация с бабушкой, но об этом в здешних постах уже сказано, всё, что хотелось. Ещё будет сказано, к сожалению.

Личные «спасения» года: концерты Дианы Арбениной; Школа поэзии и Серебряный университет; большая и пришедшая в мою жизнь в начале осени необычайная дружба-родство; все проекты и вся деятельность Андрея Войнова, его необыкновенная – и, что важно, деятельная, умная, щедро-прагматичная, деликатная и внимательная – вера в меня. Вёл неисчислимое количество семинаров: вся педагогика – спасение. Ощущаю себя педагогом в полной мере, стараюсь не «пасти народы», но отдавать, ибо есть что дать. Андрею – отдельное спасибо за этот год! Отдельное – Елене Кукиной: тот случай, когда в тяжёлой ситуации реально приоткрывается человек с его готовностью и щедростью. Спасибо Марине Марьяшиной, Ольге Василевской, Марку Перельману, Александру Хану, Анне Аликевич, Кириллу Архиповцову, Алану Мусаеву, Ирине Кадочниковой, Матвею Цапко, Александру Коргулеву, Ярославу Минаеву – вообще всем друзьям, которые наполняли безднами веры. В том числе и не перечисленным здесь, в особенности одному человеку, который не хочет публичности, поэтому благодарность будет исключительно личной, но не упомянуть не могу.

Личный (банальный и самоочевидный, но важный) вывод года – что щедрое бескорыстие непременно вознаграждается, и щедро, и прекрасно, и непредсказуемо; просто нужно меньше рассчитывать на «место в раю» в ответ на это бескорыстие именно здесь. Оно выскочит, позитивно обернётся, но не в той точке, о которой вы думаете.

Продолжение следует...

Продолжение личных итогов года (начало тут: https://t.me/toniokreger/1663).

Личное горе – ситуация с Гликерием Улуновым и всё вокруг неё (в широком, касающемся не только Гликерия смысле) происходящее. Комментарии излишни. Не переживать это, внутренне и глубоко, не могу. Как и смерть Лены Жамбаловой (23 января проведём вечер её памяти, составлю книгу), Инны Ивановны Ростовцевой – оба важные для меня собеседники и культурные фигуры. «Своих» людей, надо признать, становится меньше в литпроцессе, усиливается литературное одиночество; это надо с достоинством принять, не впасть в ревностную самоизоляцию, не допустить озлобленности, падения энергии, замены культуроиерархичного мышления «внешней» тусовочной средой (условно говоря, есть тексты, есть литературная значимость, а есть друзья, и это не всегда должно совпадать, и нужно верно расставить внутри всё по полочкам). Из катастрофических событий года – обрушение «Журнального зала»: во всём согласен с Александром Чанцевым, который написал об этом в обзоре по итогам года на «Формаслове».

Маленькая «надежда» года – что Гриша Батрынча часто теперь звонит по телефону, находится в «лучших» (по сравнению с предыдущими) для себя условиях, присылает рецензии на «Полёт разборов». Дай бог ему спасения и скорейшей свободы!

Личные открытия и «переоткрытия» года в литературе: Дмитрий Терновой (тот случай, когда видишь в авторе поэта совершенно внезапно для себя – в процессе составления книги, совершенно не рассчитывая на это), Егор Евсюков (в критике, со стихами и так было впечатление: случай, когда деятельность человека после нескольких его новых текстов начинаешь воспринимать максимально всерьёз, с восхищением и абсолютной заинтересованностью, реально видишь личность, которая ого-го обещает); Анастасия Липидина и Михаил Бешимов как критики. Вообще, критика наша растёт – за счёт «молодых» имён; в социальном смысле это незаметно (но – «а мы для других провидим эпох»), а «шишки» досадно проседают, и хрен бы с ними, если бы не занимали чужие места и не давили дутым авторитетом.

В поэзии – самые сильные личные впечатления, наверное, Вася Чернышёв (будет на «Полёте разборов» 25 января), Василий Арго, Елена Перминова и Дарья Ривер. Из «старших» – в числе неожиданных для меня самого переоткрытий – Иван Ахметьев как поэт, которого, к своему удивлению, принял и в меру возможностей прочувствовал; Антон Азаренков – опять же, как поэт. Елена Перминова – вообще чудесный и обновляющий воплощённый миф этого года. Отдельно должны быть упомянуты Миша Маркин как всё более уверенное и серьёзное поэтическое обещание; Валерий Горюнов как дивная и недооценённая фигура культурного пространства. Многие социально «потеряны» в условиях слома иерархий, но выполняют важную роль «тихого» локального самиздата, альтернативы гремящим пустым кувшинам, которая со временем предстанет более зримой. Очень важны слова Дмитрия Кузьмина о «подпочвенных водах культуры», которые никогда не остаются зазря и каждое слово будет непременно услышано. Задача выводить на свет в этой ситуации требует особой ответственности и не допускает лени, жалости к себе.

Главное достижение года, которым горжусь, – издание книги Анны Горенко в нашей мемориальной серии (скоро похвастаюсь более объёмно). Никогда не думал, что смогу быть причастен к её изданию, и это маленькое чудо. «Критик за правым плечом» и собрание Алексея Ильичёва тоже вышли в этом году, есть планы на продолжение «Критика…» и мемориальную серию. Вообще, стал более активен именно в издании своих книг, в биографической прозе, в каком-то нахождении баланса между этически корректным оттеснением себя в тень – и разумным самовыражением.

Хорошие, но ещё длящиеся ожидания, – собственная книга стихов (только верстается, а о ней уже пишут) и книга эссе для молодых авторов, которая выйдет в 2026 году и на которую возлагаю большие надежды.

Книги года: Лидия Чуковская, «Судьба советского критика» Натальи Громовой, «Разговоры с отцом» Владимира Зелинского и другие – обо всех писал здесь, в канале.

А ещё в грядущем году мне 37 — никаких суеверий по этому поводу не питаю, выгляжу и чувствую себя бодро, есть порох в пороховницах и ягоды… на литературной грядке. А мой возраст вообще никто не даёт (во многом из-за бэйби-фейса, в очередях ещё окликают «мальчиком» — правда, забавно, как в 22 или 24 это бесило и как приятно сейчас; во многом из-за здорового образа жизни. Недавно женщина в мини-перепалке выкрикнула: «Молодой человек, вы моложе моей дочери!» — я постеснялся спросить, сколько дочери, надеюсь, не 18; а 20-летний поэт спрашивал, 23 мне или 27, на что другой возмущённо заметил: «Ты что, он тебе в отцы годится!»). Дорогие поэты, меньше курите и не бухайте, будьте (зачёркнуто «как голуби») как я.

Вышла рецензия в «Дегусте» на сборник стихотворений Константина Матросова «Свалка манекенов». Любопытный случай — первая, кажется, книга, в связи с которой я не смог определиться, имею дело с лихой гениальностью или с лютой графоманией. Пытаюсь в рецензии смотреть на стихи Константина с нескольких сторон, видеть глазами разноориентированных читателей.

«Книга эта, конечно, не для слабонервных. В беспощадном описании жутких сторон реальности Константин Матросов может дать фору и Ходасевичу с его «ножом под лиловатым, ещё девическим соском», и нашей современнице Лиде Юсуповой, а из кинематографа вспоминаются «чернушные» картины Андрея Звягинцева — прежде всего «Нелюбовь» и «Левиафан» — и Алексея Балабанова, в первую очередь «Груз 200». В одном из стихотворений появляется выпотрошенный и запуганный мишка из стихотворения Агнии Барто, над которым происходит жестокая расправа; в другом — под шиной хрустит «труп лисы», а что творится внутри стиральной машины — лучше и не рассказывать. Было бы неверным, однако, сводить книгу только к хоррору и сознательно форсируемому эффекту — но эти два спутника здесь не ходят один без другого. Матросов прекрасно осознаёт, что делает с читателем и его восприятием, обычно не нацеленным на смакование «неприятных» подробностей...»

https://degysta.ru/retsenziya/boris-kutenkov-gruz-200-ot-sovremennoj-poezii/

Спасибо Данилу Шведу за приглашение и публикацию.

Конец года выдался интенсивным, о многом хочется похвастаться, но уж этому событию нет равных по значимости.
Ещё в прошлом году не думал, что смогу быть причастным к изданию книги избранных стихов и прозы Анны Горенко (1972 – 1999), ошеломительно, экстатически талантливой героини нашего первого тома и безусловной легенды русской поэзии. Но вот захотели – и получилось. Книга названа так, как хотела бы назвать её сама Анна (зафиксировано в заметках Владимира Тарасова в предыдущем издании Горенко «Успевай смотреть», 2014).

К Горенко давно пора возвращать внимание (в процессе создания книги всё чаще слышал: «Ахматова?» на упоминание имени поэтессы – даже при разности ударений). Если в 90-е и 2000-е имя было безусловным, то сейчас, кажется, издание просто ждало своего часа. Ибо этого поэта не знать невозможно.

Знаю, что «Королевская шкура шмеля» для многих окажется важной. Да-да, дорогие мои, даже для вас, которые об этом ещё не знают. Очень жду выхода из типографии – примерно в феврале. А пока что книгу можно и нужно скачать (бесплатно, бесплатно) на «Текстуре»: https://textura.club/wp-content/uploads/2025/12/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0-%D0%93%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE-%E2%80%94-%D0%9A%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D1%88%D0%BA%D1%83%D1%80%D0%B0-%D1%88%D0%BC%D0%B5%D0%BB%D1%8F-%E2%80%94-pdf-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-%D1%87%D1%82%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F.pdf

Отдельная благодарность Ольге Аникиной за вдумчивое и серьёзное предисловие с исследованием поэтики Горенко; Владимиру Тарасову, хранителю архива поэтессы, за текстологическую сверку и замечания; Андрею Фамицкому за работу над книгой и размещение книги в электронной библиотеке; Илье Кукулину и Даниле Давыдову за отзывы на обложке.

Презентации грядут (конечно, и в Питере, и в Мск, и в зуме... мечталось бы и в Израиле, на родине поэтессы).

Чуваки, мы сделали это!!

Такая обложка книги Анны Горенко (и ссылка на книгу ещё раз): https://textura.club/wp-content/uploads/2025/12/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0-%D0%93%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE-%E2%80%94-%D0%9A%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D1%88%D0%BA%D1%83%D1%80%D0%B0-%D1%88%D0%BC%D0%B5%D0%BB%D1%8F-%E2%80%94-pdf-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-%D1%87%D1%82%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F.pdf

Долгожданная статья Марии Степановой: https://www.nlobooks.ru/upload/iblock/d97/97p23hn8lyuxw8twp351vrzpdrcebwgx/196-NLO-Stepanova.pdf Очень не хватало в последние годы её рассуждений как хлеба, воздуха, возможности сверки часов с кем-то «знающим» и умеющим сформулировать, как не знает и не умеет никто. В статье всё те же узнаваемые паттерны Степановой, отражённые в её знакомой нам эссеистике, – противостояние коллективности и одиночества, ранимость (очевидно, болящая и обусловленная чем-то глубоко личным у Марии) по отношению к мёртвым и выводимому на свет грязному белью; вообще зудяще важная для неё антитеза «света» и «публичности». Кроме того, не оставляющая её тема поэзии как власти и «меняющей реальности».

Новая статья Степановой скорее пробуждает рефлексию, чем побуждает согласиться. Вижу в ней два сюжета, довольно слабо соединяемых (и оба лейтмотивно важны для автора): первый – о существовании «на холодном свету публичности» и среди уюта «своих», второй – о поэзии, меняющей реальность. Первый – в связи с Ханной Арендт (разговор о ней как-то обрывается), второй – в связи с Мандельштамом (эта сюжетная линия разворачивается в подробностях). Степановой, как видится, не очень близка позиция Арендт, то есть диалога с чуждым; она предпочитает разговаривать «со своими», но как умный автор чувствует апологию кастового агрессивного «либерализма», быстро превращаемого из маргинальности в надменное доминирование сообществ, – поэтому (как можно предположить) о чём-то умалчивает, не разворачивает этот сюжет, стремясь, однако, приподняться над «личным» и дать голос альтернативной точке зрения.

Второй сюжет, «мандельштамовский», хотя и подробно развёрнут, но аргументирован очень зыбко. Не приближает ли то, о чём пишет Мария, поэзия «как жест» и «как поступок», к всех нас пожравшей эстетической подмене – то есть гражданственному самообману, в котором слово якобы становится «действием» (ничего, конечно, не меняя) и подменяет собой (часто дерьмовой агиткой) самоценную эстетическую реальность? Говорили об этом со Львом Рубинштейном, который разговора об эстетике и искусстве не понимал и не хотел понимать. Рассказ же в статье МС о самом Мандельштаме и его апология партийности, кажется, вообще вынуждают не искать «мировоззренческой» логики во взаимосвязи между его суждением и эстетическим поступком – «какая плохая физика, но какая смелая поэзия» (и ведь эту поэзию часто двигала именно энергия заблуждения). Что-то точное о весьма опосредованной связи искусства и «мировоззрения» здесь, конечно, между строк проговаривается: «путь Мандельштама… привел его к великим воронежским стихам, к полному приятию линии партии», хотя сама формулировка отдаёт излишней прямолинейностью в понимании таких отношений. В конце статьи много растерянных риторических вопросов; автор не знает правды, никто сегодня её не знает, – и тем, возможно, ценнее попытка поставить сами вопросы. Есть не свойственные ранее Марии зыбкость и растерянность, которых она не скрывает от читателя.

В финале, как мне кажется, есть апология творческого метода Степановой: «…Возможно, в этом и состоит сегодня дело поэзии: выпихивать читателя из любой правоты, из домашнего гнезда априорного знания. Она расшатывает его, как молочный зуб, и выталкивает в края, где все по-другому, все шатко, все нетвердо, все не как у людей, и небо с землей тоже другие». Эти «шатко» и «нетвёрдо» легко становятся, конечно, самоцелями, выражаемыми на уровне жирного шрифта «формальных» заявок поэта самому себе. А значит, головных задач, нажим которых чувствуется – и неинтересен. Интересную рефлексию над этим предлагают размышления Вл. Гандельсмана о стихах Степановой в его книге «В небе царит звезда».

Неожиданно — и невозможно жаль. Один из лучших мастеров Литинститута. Хотя я и не учился прозе, но помню его громадную эрудицию, пытливое любопытство, уроки педагогического мастерства, эссе в сборнике «Портрет несуществующей теории». Помню, как на обратном пути со студии Елены Исаевой, где он был гостем, Анатолий Васильевич подробно расспрашивал меня, недавнего выпускника, что я думаю о Литинституте, о разных его аспектах, студентах и так далее. Такое отношение со стороны человека, интегрированного в эту структуру и вроде бы о ней знающего — но стремящегося узнать ещё больше — и поражало, и подавало пример.

И его ответы на наши опросы «Формаслова» — всегда маленькие стилистические шедевры.

https://godliteratury.ru/articles/2025/12/30/umer-pisatel-master-litinstituta-anatolij-korolev?ysclid=mjtbhu9mi9131129958

Пару недель назад мне исполнилось 37 лет. Заочным подарком к своему дню рождения сделал двухмесячный курс Школы поэзии Бориса Кутенкова.

Кто ж знал, что Бог такой шутник, и следствием этого станет создание поэтического-и-около канала, где я сейчас дам отзыв о Школе. Итак...

Почему Школа Бориса?

Потому что попытка не пытка, а исток поэзии в удивлении.

Борис смог удивить своей невообразимой эрудицией и критикой слёту. Я не из тех, кто запомнит всё, но мотивирующий и какой-то успокоительный пинок в этом есть. А потом, чего греха таить, Борис решил поддержать мои публикации.

Удивить могут и со-поэты, ставшие слушателями, — своими интерпретациями, творчеством и личным примером. Как например, Анна Царегородцева.

Удивить могут и гости Школы — а это ведущие редакторы поэтических журналов и разного рода проектов. Широкий идейный диапазон и небанальные объяснения по редпрлитикам. Для желающих публиковаться это важно.

Было не без косяков

Это менеджмент Школы. Не, занятия всегда начинались вовремя, но с оперативностью публикаций видеозаписей периодически был швах. В общем, если вы привыкли к ультрачёткому комьюнити-менеджменту, придется потерпеть. По крайней мере, говорю за свой Второй поток.

ШТОШ...

Крайне хочется, чтобы Школа продолжала и продолжала существовать. Обтесывалась. Пульсировала новыми авторами и критикой. И чтобы можно было прийти туда год-через-два и радоваться, что импульс, который дала Школа, не канул всуе и ты теперь понимаешь больше.

некоторые тексты этого января


***

кикку и кукареку, кикку и кукареку,
курица пьёт и плачет, курицу пьёт лиса,
ива грустит о небе, пьёт голубую реку,
ива – о пьяном парне, курица – в небеса,

белую воду лена пьёт из небесной дури,
сцепленный свет повисший спит на её суку,
детское и речное, господи, кури-кури,
щебет по всей планете, кикку, кукареку,

свет задымлённый, белый бдит над людской жаровней,
ива впадает в реку, писается в кровать,
сине и потолково детские хмурит брови:
хватит болеть и плакать, в зимнюю воду срать,

тоже хочу как эти, тоже горю вполуха,
с путиным пью в обнимку, музыку ем с ножа,
бабушкин садик, ямка, смертная молодуха,
вот – разроссийский окрик, вот уже – госпожа,

свете меня потрогал, доктор меня пощупал,
нежно щипал за перья мир об одном крыле,
на ходунках певучих, в небо за белый угол,
сыне, с дневной подмогой, и – ку-ри-ку! кар-ре!


4 января 2026
Питер


***

восславим господа как вася бородин
когда мерцают языки и будущее зыбко
когда вбегает в этой эврике один
и в детском озарении один
и хлебников опять один один один
и всепознавший огнь безуминки-улыбки
вот я какой!

восславим господа как вася чернышёв
иовий плач на эмигрантском донце утлом
когда гопарь ножов и с треском рвётся шов
стать компасом ресниц полупрозрачным гуглом
и стать собой

восславим господа как вася бородин
смешливым зумером трагическим безуглым
(я видел его давно в жизни раз один
он хохотал дребезжаще библиотечным куклам
и был собой)

восславим господа как вася чернышёв
сардоническим смехом рифмы я дно я промах
георгий иванов симфония катастроф
обезглавленный свет молодых черёмух

10 января 2026
Питер


***

Один в сиянье б обратил свои помои
Но графоманский голос выклевало время
Другой бы стал еленой шварц и всё себе позволил
Но бедный дар давно склевали рыбы
Тарелка пирожных полетела
Полетела и приземлилась елен андревна
Нихрена не над нашими головами
Всего и осталось передавать ученье
Надолго ли ты к нам смешливый зумер
Сквозь эти крови обезглавленных черёмух
Умеющий смеяться
Так водишь пальцем по страницам
Сам-свет первооткрытья удивленья

Ах, у меня в стихах одна отрада:
Как вася чернышёв как вася чернышёв
Чтоб вспыхнул белый безнадёжный свет
Смех рифмы сардонический на всём
И смех безрифмия на всём
Иовьим плачем плачем плачем

10 января 2026
Питер


***

и брату брат как воде огневой кимвал
один говорит я утка-смерть а ты моё утро
пробуди меня
я музыку сна поймал
а другой говорит я срал срал срал срал
не хочу пробуждать изыди я снова срал
иду перечитывать брахмапутру

один говорит: без тебя это худший день
я хронос я тьма без тебя
не размах а промах
другой говорит: обезглавленная сирень
знаешь братка топись в крови своих дорогих черёмух

вот бородин прославил господа пни
чтобы речь на морозе цветком-дураком горела
ай-я-ай-я-йасные дни
а я я я я я я я яблоки ела

10 января 2026
Питер


***

за окном окровавлен снег,
били долго, рыдал узбек.
грубый боже мне рёк с утра:
ян – не ангел, но человек.

я устал, я дурак, малёк,
смерти перхоть, лицо калек.
лечь бы тихо в кровавый снег
и уйти, как татьяна бек.

11 января 2026
Питер