❤️ Гимн женщине

Каждый день как с бою добыт.
Кто из нас не рыдал в ладони?
И кого не гонял следопыт
В тюрьме ли, в быту, фельетоне?

Но ни хищность, ни зависть, ни месть
Не сумели мне петлю сплесть,
Оттого что на свете есть
Женщина.

У мужчины рука — рычаг,
Жернова, а не зубы в мужчинах,
Коромысло в его плечах,
Чудо-мысли в его морщинах.

А у женщины плечи — женщина,
А у женщины локоть — женщина,
А у женщины речи — женщина,
А у женщины хохот — женщина…

И, томясь о венерах Буше,
О пленительных ведьмах Ропса,
То по звездам гадал я в душе,
То под дверью бесенком скребся.
На метле или в пене морей,
Всех чудес на свете милей
Ты — убежище муки моей,
Женщина!

🧷 Илья Сельвинский

Алексей Татаринов написал статью "О финише "Слова"
Статья вышла в боевой "Родной Кубани" Юрия Павлова.

В статье собраны все значимые реплики по поводу фарса в Театре на Бронной, где Национальную литературную премию "Слово" в номинации "литературная критика" вручили не одному из пяти финалистов, а "творческому пространству", которое вообще не подавало заявку.

Статья не даёт ответов и отражает общую растерянность - никто в профессиональном сообществе так и не понял, что же случилось на Бронной. Апофеоз нелогичности и глупости, не нужный ни одной вменяемой силе в литературном процессе (не зря попытки свести происшедшее к клановой борьбе от Анатолия Салуцкого выглядят так неубедительно).

Впрочем, главная мысль Алексея Викторовича звучит громко и чётко:

Так что случилось? Ничего, кроме одного: остается видимость, пляска теней вокруг Русской Идеи, имитация похожих на патриотические усилий – и профанация главного, редукция боевой сущности, подмигивание пребывающим в режиме весьма грешного ожидания.

И тогда ситуация с одной номинацией одной из премий выходит далеко за рамки литературного процесса.
Статья заканчивается громким и, к сожалению, риторическим вопросом:

"Почему мы вообще никак не можем победить?"

Татаринов прав. Самое страшное не в том, что серость контролирует какие-то ресурсы и т.д.
Страшно, когда она бьёт по тому, что должно быть по-настоящему свято.
По профессионализму, открытости и честности, по национальным ценностям (а ведь премия "Слово" и создавалась нами как главная и национальная премия!).
В конце концов - бьёт по государству.
Которое сейчас нуждается в смыслах и искренне разделяющих эти смыслы людях.
Нуждается в Татаринове, в Демидове, в Салуцком, в Прилепине. Нуждается в "Большом стиле".

Единственное, чего мы хотим: чтобы смыслы воспринимались всерьёз, а не становились дежурными украшениями официозного фарисейства.
Но у серости никаких смыслов нет.

Именно поэтому метафизический шаргунов опять победит.
Системе, желающей лакированной бесконфликтности, с ним легче, потому что все слова и смыслы у него плюшевые. И договориться с ним всегда легко. И он даже про важность СВО начнёт говорить. Лишь бы не верил в свои смыслы и не зудел под ухом, как эти все...

Закончу цитатой борьбы и Победы:

Всякое может показаться дальше, поэтому сразу скажу: с нами остается Большой стиль. Не дважды состоявшаяся конференция и не пафосный значок для нового чиновничества, а путь спасения русской литературы от «маленьких людей», которые хотят запретить словесность выше своего роста.

Литературный критик в границах "Большого стиля" не мизантроп и не прагматик. Он не рецензент, не друг издательств и не клановый герой, обслуживающий могучие силы или личности. Он противостоит гибели империи и кризису Русской идеи. Так работали Розанов, о. Сергий Булгаков и даже Соловьев с Бердяевым – когда писали о литературе. Значительно позже – Вадим Кожинов, Юрий Селезнев, Владимир Бондаренко, Юрий Павлов. Сначала ответственный анализ текста, потом борьба, выход в философию истории, обязательный национальный эпос.

Пусть эта цитата станет точкой. И надеждой на будущее.

"Даня! Будьте осторожны! Вас играют в темную против (тут можно, на самом деле, подставить кого и что угодно) Мединского, стравливая с СПР"', - это мне звонят и пишут обеспокоенные друзья. Настоящие друзья, которые болеют за дело. "Нас" - это "Союз 24 Февраля".

Спасибо, друзья! Да все мы прекрасно видим. Мало того, мы видим и знаем гораздо больше того, что озвучиваем. У нас нет задачи привлечь к себе внимание скандалом или же поруководить писателями. За всех не скажу, но "питерские" в С24Ф точно никем руководить не намерены, - у нас и так климат хреновый, нам бы литературку понаписать всякую, пока не смыло окончательно.

Мы собрались два с лишним года назад в движение патриотически настроенных литераторов чтобы исправить то, что еще можно исправить в книжной отрасли и в писательском сообществе. Чем больше мы "втыкались" в тему, тем становилось все гаже и гаже на душе. Мы стали свидетелями пошлой "кабацкой драки" за деньги и привилегии между писетельскми союзами, когда в ход идёт все от компромата до ножа. За это время не прекращаются попытки купить нас скопом и по отдельности. Но то ли не те суммы предлагают, то ли не тому, но купить не очень получается. Мы же говорили, что книжный рынок в России кривой и косой в пользу жлобов и жмотов. Но ничего-ничего, - не оставляйте стараний, маэстро,
не убирайте ладони со лба.

МинцЫвры из последних сил, используя империю Новикова, старается удержать литературу в своих руках. Не получится. Уйдет ли литература в Минкульт или еще куда подальше, не знаю. Меня, скажем, вялая риторика минкульта не вдохновляет. Им русским электричеством по всем проводам пишут, мол, не жмите булки, открывайте ворота и поднимайте на башне хотя бы пакет от Вайлдберриз, если не нашлось флага достойнее. Не хотят. Стремаются чего-то, чего-то где-то с кем-то трут.

Ну, не хотите, как хотите! Пусть СПР, как в советские времена будет в статусе Министерства. Это при том, что я способность тех, кто после ухода талантливейшей и яркой команды Андрея Тимофеева с Комсомольского 13, не верю. Я не верю тем, кто пришел на место людей, действительно самоотверженно работавших на благо русской словесности. Но они оказались слишком бескомпромиссными и честными. Слишком много они делали за бесплатно, слишком многие им безоговорочно доверяли. Потому их вынудили уйти.

Кто же уже пришел и приходит на их место? Да те, кто три года запрещал писателям даже упоминать про идущую войну:"Очень просим вас на мероприятиях АСПИР не касаться темы СВО". Со мной этот номер не прокатил, с другими запросто. Ну, меня и перестали приглашать, в других возили по резиденциям да творческим командировкам как дрессированных, но немых обезьянок. И дальше так продолжится? Или новая указивка пришла со Старой площади? Терпеть не могу политиканов. Их лицемерие развращает слабых духом.

Так что, все мы видим. И на тормозах спустить не позволим.

Я закончил. Можно приступать к обвинениям и оскорблениям.

Погиб на Славянском направлении Евгений Николаев, позывной «Гайдук», командир подразделения «Родня» и наш автор проекта @wargonzo.

Погиб, как настоящий командир – по нему ударил fpv, когда он пошёл вытаскивать своих ребят. Принцип работы в его подразделении был «воюют все», не взирая на должности, и Николаев воплощал его на собственном примере. В прошлый раз его затрёхсотило, когда он отвлекал на себя дрон. И это было не первым его ранением.

Мне очень тяжело писать эти строки и информировать тебя о его гибели, незнакомый читатель. Женя был мне большим другом, я знаю его очень давно. Мы познакомились внезапно, будучи молодыми и отчаянными национал-большевиками на марше «Антикапитализм-2002», когда борьба за российские интересы в мире ещё не стала государственным трендом и патриотизм был не в моде. Подружились мы мгновенно, как часто бывает среди молодых людей, весело общались целый день, а на следующий Женю посадили по сфабрикованному обвинению – якобы он напал на сотрудника милиции.

После я увидел уже Женю, когда он вышел из колонии – государство не жаловало тогда независимых патриотов – а потом нас разбросало, и мы встретились как мушкетёры спустя 20 лет в Донецке. И мы снова сразу стали общаться, как будто не было этих десятилетий, а мы разошлись на перекур. Мы несколько изменились внешнее и я шутил над его большой седой бородой – ты, говорю, как улыбчивое солнышко в детских мультиках.

Женя находился в зоне СВО в нескольких ипостасях – сначала волонтёр, а потом доброволец и офицер, командир подразделения «Родня». Он не только первым шёл со своими бойцами, но и ранее, будучи пока волонтёром, последним уходил из Херсона, а потом в него ещё и возвращался, когда в город уже зашли ВСУ. Он написал прекрасную книгу «Моя Новороссия. Записки добровольца», где описал свои приключения.

Большой умница и интеллектуал, эрудит, спокойный и уравновешенный, мягкий и рассудительный, живой и остроумный – сегодня мы потеряли человека редкой породы, лучшего русского.

Он очень хорошо разбирался южнорусском вопросе, не только украинском, но и молдавском, откуда он родом, и не однократно выступал на нашем канале в качестве эксперта.

В книге у Жени есть очень точное наблюдение – он описывает платан, как имперское дерево, его сажали в прошлые века, для укрепления почвы и создания тени и в Херсоне, и в Одессе, и в Кишинёве – а значит, всё это Россия, там где растёт это дерево. Женя вырос в Молдавии, а погиб под Славянском, и такие люди, как он, укрепляют нашу Родину, они делают её сильной, благодаря им, она и существует. Спи спокойно, наш брат, друг и товарищ, очень тяжело с тобой расставаться, но мы будем помнить тебя всегда, и пусть шелестят на границах империи, за которую ты погиб, пышные платаны.

Дмитрий Селезнёв (Старый Шахтёр) специально для @wargonzo

Знание.Премия

Побывали на церемонии вручения главной просветительской премии Российского общества "Знание".

Наццентр "Россия" прекрасен. Традиционно всё, что делает РОЗ, отличается высоким профессионализмом и вкусом 👏

Коллегам, спасибо за приглашение! ❤️🙏

🧷 Р.S.: Давно заметил, что область просвещения и социальных проектов гораздо менее токсична, чем литература. В просвещении в целом создаётся здоровая атмосфера взаимопомощи и благородства. Понимаю, что вижу только вершину айсберга, но у меня есть опыт не только статусных мероприятий, но и работы внутри. Всякое бывало, но с литпроцессом не сравнить. У нас везде - скандалы, заговоры, эмоции, переходы на личности...

🧷 Причин несколько, но главная - полная депрофессионализация нашей сферы.
Социальное проектирование имеет свои критерии, а в литературе они совершенно утеряны. И поэтому любой манагер среднего пошиба может делать вид, что он в литературе разбирается. А профессионал никогда не смирится с грубым попиранием очевидного, для него дилетантские суждения и решения как личное оскорбление. Но апеллировать ему не к чему.

🧷 Вернее, есть к чему - Бахтин, Гинзбург, Кожинов, Лотман, Гиршман... Но всерьёз эту апелляцию никто не воспримет. Сразу появится контраргумент про тиражи, отсылка к чьему-то субъективному вкусу и т.д.

Без восстановления понятия о профессионализме и постепенного оздоровления токсичной среды литература так и останется там, где она сейчас.
И лоск статусных церемоний ей, к сожалению, ничем не поможет.

Андрей Рудалёв ответил на мой последний пост следующими тезисами:
- стоит ли ставить «Знание» в пример? какое там соотношение реальной отдачи к затратам? А текущее финансирование литературы это «кость», которую нам «кинули», оно ничего не изменит;
- даже самые эффективные менеджеры не смогли бы построить что-то в болоте СПР;
- эмоции и скандалы были и в 19 веке, и вообще это форма сублимации из-за отсутствия возможности и желания публично отстаивать свою позицию.

Я несколько огрубляю, да простит меня Андрей. Я понимаю его эмоции, сам иногда сваливаюсь в эмоции. И потому по третьему пункту ничего не буду отвечать. Анализировать эффективность РОЗ тоже не буду, не нахожусь внутри. Я в посте высоко оценил именно качество церемонии награждения, на которой присутствовал лично.

Приведу другой пример организации из того же «контура». Ассоциация «Добро.РФ», я там работал до СПР и хорошо представляю процессы.
Ассоциация объединяет все значимые волонтёрские организации, активно поддерживает наставничество, работает с некоммерческим сектором (а это 2% ВВП страны, если что).

Приведу только самое крупное:
🧷 Ресурсные центры поддержки добровольчества, закреплённые ФЗ, в каждом регионе РФ (привет региональным отделениям СПР);
🧷 500 Доброцентров по всей стране (это как если бы мы методически и экспертно поддерживали 500 книжных клубов или лито);
🧷 Международная премия #МЫВМЕСТЕ (больше 50 тыс. заявок в год) с региональными этапами, образовательными программами для финалистов, торжественной церемонией награждение в Наццентре «Россия» с участием Президента (премия «Слово» нервно закурила в Театре на Бронной);
🧷 Добро.Конференция и Международный форум #МЫВМЕСТЕ (представьте, ежегодные конференции «Большой стиль» и форум «Слово на Красном октябре», только в десятки раз крупнее);
🧷 «Обучение служением» – предмет в программе 600 вузов и 1,5 тыс. школ (ну как если бы мы «литературное творчество» или «современную литературу» внедрили в программы образовательных учреждений);
🧷 Цифровая платформа ДОБРО.РФ с 9 млн. пользователей, агрегатор для всей сферы волонтёрства в России (привет тем, кто личные кабинеты 8 тыс. писателей не может до сих пор создать).
И это только часть их работы.

Но самое важное. У меня нет полных сведений о размере субсидирования Ассоциации, а размер субсидии СПР я не имею права разглашать. Но совершенно понятно, что эти бюджеты сопоставимы (то есть если и отличаются, то в разы, по порядку это +/- одни и те же цифры).

Почему одни «держат» сферу в 2% ВВП, а другие нормальную афишу для группы в контакте не могут нарисовать, так что я постоянно испытываю испанский стыд, когда туда захожу.
Это и есть соотношение реальной отдачи к затратам.
Это и есть – качество менеджмента.

На уровне стратегии и ресурсов высоким руководством всё было в целом разумно запланировано.
И всё было у нас в СПР – и люди вменяемые, и наработки. СПР это ведь не только ивановы, дворцовы и карачевы.
И системы не такие уж сложные надо было строить, для такого финансирования вполне реальные. И мы даже начали строить.
Сложной была задача совместить высокую художественность, смыслы и ценности с издательской индустрией – да, в этом был вызов. Но посильный.

Так что «кость», которую «кинули», была не такая и маленькая. И партнерских организаций с их дополнительными «косточками» у литературы могло появиться немало.
Грызть надо просто уметь.

Побывали на вручении премии "Поэт года" от РСП

Отличная атмосфера, был рад видеть коллег! Спасибо Дмитрию Кравчуку за приглашение ✊

P.S.: Гран-при за вклад в литературу Евгению Рейну это прекрасно!

Художественное творчество живёт и развивается по своим законам, мало имеющим общего с реалиями книжной индустрии

Но эти законы существуют. Они в целом описаны и изучены ещё веке в XIX:

Не говоря ничего намеренно, произведения искусства, как живые порождения жизни творцов и жизни эпохи, выражают собою то, что есть живого в эпохе.
Все, что есть в воздухе эпохи, свое или наносное, постоянное или преходящее, отразится в фокусе искусства и отразится так, что всякий почувствует правду отражения; всякий будет дивиться, как ему самому эта правда не предстала так же ярко.
© Аполлон Григорьев

Это «порождение живого в эпохе» вынашивается в писателе естественно и напоминает скорее развитие личности, чем регулярное создание табуреток.

Часто этот процесс даже выходит за рамки жизни одного писателя:

В мире искусства есть такие же допотопные образования и такие же допотопные творения, как в мире органическом. Мысль до своего полного художественного воплощения проходит несколько «аватар» и потом уже отливается в цельную, соразмерную, живую и могущую жить форму (по отношению к Лермонтову допотопные образования – Полежаев и Марлинский; по отношению к Островскому – Лажечников).
© Аполлон Григорьев

Художественное творчество и книжная индустрия различаются так же, как категории «личность» и «продукт».

Современная книжная индустрия требует продукт, в идеале – роман. И она права со своей колокольни.
Читателю в сущности всё равно, как было рождено, ему важна книга, в которую он погрузится и будет «дивиться, как ему самому эта правда не предстала так же ярко».

Но даже самый великий писатель не строгает «продукты определённого тиража» раз в год.
👌 Гончаров: «Обыкновенная история» (1847), «Обломов» (1859), «Обрыв» (1869)
👌 Толстой: «Война и мир» (1869), «Анна Каренина» (1877), «Воскресение» (1899)
👌 Несколько чаще Достоевский: «Униженные и оскорблённые» (1861), «Преступление и наказание» (1866), «Идиот» (1869), «Бесы» (1872), «Подросток» (1875), «Братья Карамазовы» (1880)[
А книжный рынок в России выпускает больше 20 тыс. новых наименований книг ежегодно. И он не ждёт «итоговых продуктов» художественного творчества, и в своей логике он прав.

Что же из этого следует?
🧷 Художественное творчество и книжная индустрия – принципиально разные сферы, нельзя одну свести к другой
🧷 Нужно создавать условия для того, чтобы вырастало значительное; выстраивать литературное образование, исходя из законов художественного творчества
🧷 Нужно создавать площадки для публикаций «промежуточных» итогов, имеющих самостоятельную ценность, и организовывать литературно-критический процесс вокруг них (журналы и лит порталы)
🧷 Нужна профессиональная экспертиза для выявления «итоговых продуктов»
🧷 Если «итоговые продукты» транслируют ценности, совпадающие с ценностями государства, нужно включать все механизмы для продвижения этих «продуктов»

Это большая система, которую можно и нужно выстраивать.

Группа "Тимофеев освобождённый" в МАХ 🤷

«Литературная Россия» спрашивает, кто такой Владислав Гемст и почему его уволили из СПР?
А я, пожалуй, расскажу.
На примере метафоры про дрезину и сапсан.

До 2025 года Союз писателей России напоминал дрезину, которая везла нечто очень ценное и сакральное – эдакий пасхальный огонь в стеклянной банке. Огонь этот был – традиция, ценности, школа (целую книгу можно было бы написать об этом огне, но сейчас не будем на этом останавливаться).
И нашей задачей в 2025 году было пересесть с дрезины на сапсан, и при этом – сохранить огонь.
Потому что везти его на дрезине значило обречь на безвестность и вымирание. А сапсан, который не вёз ничего ценного, не имел бы смысла при всех его скоростях.

Задача была трудной.
С дрезины хватали за руки и говорили – давайте останемся здесь, куда вы банку потащили. Нашу банку только на дрезине можно везти.
С сапсана отвечали – мы не знаем ничего про ваш огонь, мы про скорость и удобство пассажиров.
А мы понимали, что сапсан нужен, и были готовы его строить. И в то же время понимали, что такое огонь, и хотели его сохранить. Потом что этот огонь и был на самом деле – литература.

🤷 К 2026 году выяснилось, что не только огонь, но и сапсан «новым управленцам» не нужен.
Они поставили на главной площади красивый макет поезда, установили с боку дрезину (пусть себе старая команда делает вид, что едет, чтобы не возмущались).
И планируют раз в год проводить вокруг этого макета дорогие праздники с песнями и плясками.

Так вот – Гемст был про сапсан.
Он понимал, как его построить и как добиться высоких скоростей.
Он поставил задачу: сайт СПР должен войти в десятку самых посещаемых сайтов в сфере литературы в России (в идеале приблизиться к «гигантам» - Литрес, Стихи.ру и т.д.). И он бы этого добился.
В январе 2026 года по объективным метрикам сайт находился на 11-15 местах (в разные дни). Готов был проект «Журнальный мир» на сайте СПР, который должен был объединить ведущие толстые журналы на одной площадке.
А потом Гемста «аппаратно съели».
Гемст был самым умным человеком на трёх этажах здания на Комсомольском проспекте. Но «новым управленцам» не нужны были ни ум, ни системное мышление, ни сапсан, ни огонь.

P.S.: Влад как специалист, безусловно, будет востребован. Жаль только тех далёких городов и станций, куда никто не приедет.
А нам теперь нужно хранить огонь. И искать для него подходящее транспортное средство.

Опубликованы формальные критерии переаттестации писателей (официально она названа перерегистрацией)

Если кратко:
📌 Могло быть сильно хуже. Фактически СПР теперь разделён на две части: авторов с большими тиражами и авторов, активно публикующихся в литературных журналах. То, что оставлена возможность переаттестации и вступления в организацию для вторых, это положительный момент.

📌 Подача, конечно, отвратительна. Экселевская табличка на яндекс-диске как приложение к новости о проведении секретариата явно не уровень федеральной организации. В табличке упомянуто «Приложение 1», которого в файле нет. Списка верифицированных лит. журналов нет. О таких «высоких материях» как красивые слайды, иллюстрирующие разные варианты вступления, или вебинары с разъяснением деталей (как обычно делается в «нормальных» организациях) я уже и не говорю.

📌 Никто не объяснил, что такое «условный» приём. Скорее всего, имеется в виду, что данных писателей всё-таки обяжут проходить через творческую экспертизу. Но не понятно, будет ли её осуществлять Приёмная комиссия (в том виде, в котором она была ранее объявлена на сайте СПР, она категорически не работоспособна: там почти нет людей, которые реально будут читать художественные произведения 8(!) тысяч потенциальных членов).

📌 Нет разъяснения множества юридических моментов, возникающих при переаттестации. Нет официального документа, на основании которого она пройдёт. Не понятен механизм «отчисления» из общественной организации тех, кто не будет переаттестован. Не понятно, почему решение от 5 апреля вступает в силу с 1 января. Не понятно, почему член СПР должен предоставлять «копию решения приёмной комиссии и принятии в СПР» (если такой документ должен храниться в архиве организации). И т.д.

📌 Прекрасно, что объявлению критериев предшествовало «значительное количество рабочих встреч и обсуждений», но, насколько мне известно, руководители региональных писательских организаций в этом процессе никак не участвовали. Можно было запустить профессиональную дискуссию на сайте, собрать «обратную связь» от региональных организаций, создать хотя бы иллюзию того, что людей слышат (если уж в реальности их слушать не хотят). Сообщество должно было критерии осознать как собственные (потому что отделение профессионалов от графоманов, которые в нашем союзе действительно есть, это хорошее дело и могло бы быть даже встречено с энтузиазмом). А теперь отторжение неизбежно, даже если формальные критерии выглядят как адекватные.

📌 Ситуация со «спуском» формальных критериев отражает принципиальную проблему. СПР до сих пор существовал как сообщество неравнодушных людей, работавших на организацию на основании самоидентификацией с ней и её ценностями. Это позволяло выживать при нулевом финансировании и решать серьёзные задачи. Управлять такой организацией как иерархической системой чиновников невозможно. Вернее можно, но сначала нужно посадить всех на зарплату, а столько ресурсов даже сейчас у СПР нет. Но и тогда получится в лучшем случае менеджерская система, обеспечивающая операционные, а не смысловые процессы.

«Новые управленцы» столкнутся сейчас с
а) огромным недовольством региональных отделений;
б) оттоком наиболее активных и вменяемых организаторов литературного процесса (тех самых людей, которые, «продвигают смыслы»);
в) оттоком многих хороших писателей (потому что в сообществе профессионалов нормальному творческому человеку быть хочется, а в чиновничьем механизме нет).

И опять-таки - проблема не в стратегии (кто против «чистки» графоманов в творческом союзе?). А в том, что те, кто реализует стратегию, раз за разом демонстрируют полное непонимание ситуации, поразительную глухоту к профессиональному сообществу и его интересам, катастрофическое неумение построить даже самые очевидные процессы.

И это гораздо важнее того, 20 или 10 публикаций в толстых журналах должно быть у члена СПР.

Читайте полную версию статьи о критериях переаттестации на сайте "Российский писатель"

🎬 Специальный выпуск «Вашего современника»

✍️ В гостях – создатель Совета молодых литераторов, руководитель Проектного офиса Союза писателей России (до февраля 2026), прозаик, критик, преподаватель литературного мастерства Андрей Тимофеев.

🔸 Есть ли жизнь после увольнения из СПР? А есть ли жизнь в СПР без Проектного офиса?

🔸 Какой должна быть система национального литературного процесса в России?

🔸 Канал «Тимофеев освобождённый» – повод привлечь внимание руководства или просто крик души?

🔸 Нужна ли переаттестация писателей? Каковы должны быть критерии членства в СПР?*

🔸 Региональные отделения СПР – кого нужно поддерживать, а кого менять?

🔸 Нужно ли было «отдавать» Совет молодых литераторов?

🔸 Есть ли разрыв между поколениями в Союзе писателей России?

🔸 Чья заслуга в том, что именно СПР был выбран организацией, консолидирующей литературный процесс?

🔸 Почему была важна «борьба» с АСПИР и кто виноват в том, что теперь «АСПИР пришёл в наш дом»?

🔸 Во что мы верим, и каковы наши ценности? Как на базе ценностей создавать эффективную организацию? Как воспитывать в наших ценностях молодое поколение?

Александр Борисович Кердан - легенда 💥

В "нулевые" и "десятые" именное его АсПУр создавал яркий и плодотворный литературный процесс на Урале и в Сибири. Он объединил больше 20 региональных писательских организаций (и СПР, и СРП) в единую ассоциацию. Это была консолидация "по любви" на основе общих интересов и ценностей, ради общего дела.

⚡️ Конференции АсПУр всегда выходили за рамки отчётных "съездов" и были посвящены осмыслению тех или иных вопросов литературы и общественной жизни.
⚡️ Совещания молодых писателей в Каменск-Уральске, Бугуруслане, Челябинске подготовили и привлекли в творческие союзы десятки поэтов и прозаиков.

Созидательные процессы всегда встречают сопротивление серости и конъюнктурщины. Большой процесс объединения "снизу" тогда остановился. Но теперь, когда он начался "сверху", опыт АсПУра был бы крайне полезен нам всем.

📌 "Общее дело по любви" вместо "нагнуть несогласных"
📌 Содержательные вопросы литературы и её организации вместо картонной имиджевой картинки
📌 Ценность каждого голоса вместо сведения личных счётов за счёт админресурса

Всё, что сделано Александром Борисовичем и его коллегами, останется жить в десятках профессионалов, воспитанных на мероприятиях АсПУр. Разгромленная ассоциация, потерпевшая административное поражение, останется победителем в сердцах людей.

Спасибо, Александр Борисович! Рад дружбе и совместной работе ✊