Простите, что сразу без поклонов. Жара под тридцать два, в зале душно, в буфете из хереса только игристое и настойки и надо писать рецензию на «Москву-Петушки» в театре «Циники». Как тут не вспомнить бессмертное: «Если у тебя нет чувства юмора, тебе остаётся только плакать». Так вот, друзья, я выбрала смеяться — цинично, надрывно и сквозь зубы, как завещал Великий Венедикт.

Спектакль начинается правильно — с предвкушения и с того, что ничего не начинается. Венечка (Михаил Морозов, но это не так важно, главное, что не шатается, а падает с достоинством философа) доползает до Курского вокзала. Буфеты на месте, хереса — никакого. Ангелы Господни, впрочем, под ногами не путаются, а ведут беседы о вечном, попутно объясняя, что путь к Петушкам вымощен не благими намерениями, а восемьюдесятью граммами. Электричка отправляется! Ура, товарищи! Мы едем сквозь морок, водочный морок, истории попутчиков, загадки Сфинкса, отечественный сюрреализм и международный Doors. Венечка надеется, что в этот раз доедет. Что там, в Петушках, жасмин, любовь и тот самый мальчик с буквой «Ю». Зритель тоже надеется. И режиссер Андрей Донцов дает нам эту надежду, чего, честно говоря, от театра с названием «Циники» не ждешь.

А теперь — циничная правда. Постановка сделана с трепетом. С таким, от которого хочется блевать малиновым вареньем. Каждая строчка Ерофеева не просто прочитана — она выстрадана, выкушена, выплюнута и облизана заново. Персонажи из попутчиков превращаются в архетипы, но без занудства. Веришь им, потому что сам сидел в такой электричке, в такую жару, с такой же мутью в голове. Погружаешься полностью — в поиск Бога, себя, хереса и того, кто не высадит тебя на полпути.

Но вот тут-то и скрывается главное циничное обаяние этого театра и лично Андрея Донцова. Они не дадут тебе уйти в раздрай. Понимаешь, ты пришла за трагедией, за «Петушками» в их хрестоматийной жути (помните финал с пробитой головой, все дела?), а тебя... закрывают. Нежно, как в утробе. Гладят по голове. Окутывают облаком любви и света. И отпускают — посвежевшей, одураченной и почему-то счастливой. Это, мать вашу, не театр, а хороший сеанс групповой терапии! И главное — внутри у тебя действительно что-то починилось. Или хотя бы перестало скрипеть.

Поэтому вердикт такой: спектакль «Москва-Петушки» в театре «Циники» — это как выпить в 9 утра, а не проснуться с похмелья. Это читерство. Это подмена черного юмора розовым крепленым, но такая подмена прощается, потому что сделано с любовью. И да — электричка все-таки пришла. А вот куда — решайте сами. Хотите в Петушки с жасмином — езжайте. Хотите остаться в Москве с мыслью, что «не надо никуда ездить» — тоже вариант. В любом случае, херес купите по дороге. Постановка этого заслуживает. А «Циники» — тем более.

Давно не было про кофе — всё театр да театр, а одним искусством, как известно, сыт не будешь.

Поэтому пока в город не вернулись комфортно-весенние +19 и на поверхности все еще время ледяного кофе в секретных пустых двориках, я решила разведать нашумевшую Чапу.

Что такое Чапа? Секретный (ладно, уже совсем не секретный) дворик и кофейня-окно. Нишево, трендово, урбанистично. И, как следствие, яблоку негде упасть, а к окошку очередь из прекрасных людей с ноутбуками и правильными сумками.

В меню — всё, что нужно для хорошего фото: эспрессо-тоник, матчи, протеиновые версии кофе, зелёный кефир с мятой, кокосовой водой и авокадо, а также напиток с громким названием «чёрная смородина-конопля» на конопляном молоке. Из еды — сэндвичи с пастрами и лососем, круассаны, бейглы, гранола, синнабоны, баскский чизкейк. И даже хлеб — огромные буханки с хрустящей корочкой в минималистичной упаковке. Всё это голодная и модная публика сметает в секунду, так что к вечеру от съедобного остаются разве что воспоминания.

Я взяла эспрессо-тоник (400 мл за 510 рублей — цены, скажем так, выше среднего). По вкусу — не поразил. Честно? Обычный эспрессо-тоник. Никакой магии, только хайп.

Так что вердикт такой: если вам нужна красивая картинка, инстаграмный дворик и чувство причастности к тренду — вы по адресу. Если нужен просто хороший кофе — выпьете его где-нибудь в другом месте. Без очереди, без суеты и без налёта «я здесь потому что все здесь».

А идеальный сценарий всё тот же: дождаться +19, взять кофе в обычной несетевой кофейне и сидеть в пустом дворе, где никто не делает вид, что пьёт конопляное молоко ради вкуса.

Сегодня первый день лета. А весну мы проводили маленьким путешествием — сбежали на один день в Рыбинск.

Потому что что может быть правильнее, чем встречать тепло на Волге, среди старых вывесок и цитат из «12 стульев»?

Главное открытие — проект «Рыбинские вывески». Вы такого не видели больше нигде! Город собрал и отреставрировал старые купеческие вывески: «Молоко», «Обувь», «Портной», «Парикмахерская» — с дореволюционным шрифтом, с историей на каждом фасаде. Идёшь по улице как по музею под открытым небом.
За этим стоит не просто энтузиазм, а настоящая команда: Митя Кузнецов — автор, создатель и идейный вдохновитель проекта и Нина Матвеева — главный художник. Именно её золотые руки, тонкий вкус и безграничная фантазия привнесли в воссоздание вывесок неповторимый стиль и аутентичность. Вместе они превращают городские улицы в настоящую художественную галерею.

Идёшь, любуешься — и тут же можешь зайти в реальный магазин. Или в пивную.

А пивная тут легендарная — «Богемия». Бывшая пивоварня, где варят по старым рецептам. Темно, сводчатые потолки, пахнет солодом и историей. Берёшь бутылочку живого нефильтрованного, и сразу понимаешь, почему сюда захаживали ещё купцы. Безалкогольные сорта как дань тренду тоже присутствуют.

От пива — к великому комбинатору. Памятник Остапу Бендеру стоит прямо на Купеческом спуске у Волги — не один, а в компании мальчика-беспризорника. Именно они запечатлены в бронзе: тот самый диалог из фильма, когда на просьбу мальчика дать «пятак» Остап выдаёт своё легендарное «Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?». Этот ключ он и держит в руке. Туристы трут его на удачу, а я тру дискуссионно — вдруг ключ поможет в поиске собственного миллиона.

А главный сюрприз — бар-музей Васи Ложкина. Тот самый современный художник-хулиган с жирными котами, философскими свиньями и космонавтами в тапках. В баре стены увешаны его работами, коктейли называются в духе «Понял, принял, запузырил», и всё это работает как единый арт-объект. Сидишь, пьёшь «Трын-траву», разглядываешь кота в скафандре и думаешь: вот он, настоящий Рыбинск XXI века — не только купеческий, но и дерзкий.

Единственное «но» — сейчас в городе везде ремонт асфальта. Тротуары перекопаны, дороги перекрыты, привычные маршруты превращаются в квест. Но это значит, что совсем скоро здесь станет ещё лучше! И тогда мы обязательно вернёмся — доходить в те самые бары, разглядывать вывески над новым асфальтом и снова искать приключения в городе, который помнит и Ильфа с Петровым, и Василия Ложкина, и просто хорошее пиво.

Весну проводили. Встречаем лето с Рыбинском в сердечке.