⭐️Когда Джером смущён или растроган, он начинает говорить быстрее и громче. Чем важнее для него момент, тем больше у него шансов испортить его неловкой шуткой. Поэтому Скэр может иногда задать очень точный вопрос, а потом делает такой вид, будто спросил это случайно. Вообще ему проще предложить собеседнику самому заговорить, чем начинать говорить первым.

🌟Джером может не помнить, куда положил собственные вещи, но точно помнить кто однажды поделился с ним едой или одеждой. Скэриэл в детстве был почти такой же, он помнил не только слова, но и то, как те были сказаны.

🌟Однажды Джером пытался научить Скэриэла какой-нибудь игре и страшно возмущался, когда тот понимал правила быстрее него самого. Он надеялся, что будет первым, кто научил Скэра чему-то, чему тот не научился сам.

🌟Бывали дни, когда Скэриэлу нужно было побыть одному. В такие дни Джером, само собой, не тревожил и не подходил к другу. Он мог даже специально отвлекать взрослых, а потом уверял, что ему хотелось побыть с кем-то из старших. Глупый.

🌟Иногда, за часами разговоров, они могли по очереди придумывать, что будут делать, если однажды смогут уйти куда угодно из этого приюта. Джером называл места и приключения, сам не до конца верив в сказанное, а Скэриэл говорил, что он запомнит все маршруты и детали, если их даже будет так много, что ни у какого нормального человека это в голове не уместится.

🍸У них была такая странная игра – придумывать собственные названия обычным местам. Например огромная лестница, с которой слышно вест двор, становилась огромным маяком, с которого видно всё. Или если есть какой-то тихий угол, куда никто не заглядывал, то он становился местом переговоров и тревожности. Таких мест ещё было ещё очень много.

🌟Потом, когда они выросли, у них все равно осталась огромная печать их совместного детства. Так, когда например они спорят, старые привычки возвращаются быстрее, чем хотелось бы. Джером начинает язвить, а Скэриэл становится особенно молчаливым. Мерились они потом достаточно быстро, все благодаря умению Скэра рассмешить.