До Санкт-Петербурга наконец-то добралась "Сентиментальная ценность". Новый фильм Йоакима Триера благодаря усилиям A-One можно будет увидеть в прокате с 20 ноября, а специальный показы во многих городах начнутся с этого дня.

Мы уже сегодня планируем посетить показ в Формуле кино, послушаем Москвитина, поплачем над фильмом. На этот и другие спецпоказы еще можно урвать билетик, поэтому спешите и до встречи в кинотеатрах!

Сегодня состоялся цифровой релиз хоррора Шелби Оукс.

Фильм вышел пугающим и интересным, с явной любовью автора к жанру и кучей отсылок к классике. Писал о нем ранее тут, а теперь предлагаю посмотреть его с моими субтитрами.

Файл по классике в комментариях, фильм ищите на трекерах или в личке.

Ключевой вопрос после просмотра “Сентиментальной ценности”:

Какие два DVD вы бы подарили своему внуку?

"Sentimental Value", 2025

Йоаким Триер не изобретает кино заново, но здесь видно, что он глубоко понимает, знает и искренне любит кинематограф. Картина создана с исключительной внимательностью к деталям, с тонкостью, переходящей в почти осязаемую нежность. Это не тихий шедевр, в отдельных эпизодах тишина звучит громче крика, когда замкнутое пространство родного дома производит ощущение отчуждённости и холода, пробирающего до дрожи и остро отдающегося где-то в глубине сердца.

Ценность фильма сосредоточена прежде всего в исследовании человеческих отношений и в том, как Триер передаёт их динамику. Давно ушедший из семьи отец возвращается домой после смерти супруги, оставившей двух дочерей. Их отношения напряжены, словно струна: младшая, Агнес, всё ещё пытается разглядеть в отце проблески раскаяния, в то время как старшая, Нора, избегает его и демонстрирует стойкое отчуждение.

Взаимоотношения персонажей раскрываются через микроэпизоды, где невольный кивок, опущенный взгляд, сдерживаемые слёзы или обличающая гримаса формируют сложные визуальные образы, которым не требуются слова, чтобы передать эмоциональное напряжение. При этом Триер избегает чрезмерной сентиментальности: он нащупывает тонкую эмоциональную нить, позволяя себе управлять восприятием зрителя. Показательно, например, как в сцене, где Нора входит в комнату и начинает плакать, режиссёр намеренно создаёт ощущение искусственности, будто сцена не даёт зрителю привычного эмоционального выхода. Лишь спустя мгновение становится ясно, что это театральная постановка внутри фильма, игра с ожиданиями, разоблачение механики эмоций.

Наряду с семейной тематикой, в фильме присутствуют метакинематографические комментарии, рассыпанные ненавязчиво, но предельно значимо. Эти фрагменты интересны сами по себе, однако в контексте истории о стареющем режиссёре, пытающемся восстановить связь с дочерьми, они обретают особую подлинность. Встреча с оператором напоминает о неизбежности старения, съёмки в павильоне как важность внутреннего содержания над внешними формами, а сцена с подарком внуку оказывается менее прямолинейной, чем кажется. Непрерывная связь с кинематографом, что преследует героя Скарскада на протяжении жизни становится отражением его внутренних переживаний, которым он не находит выход, пока не пишет сценарий к своему новому фильму.

Но конечно, здесь в первую очередь важнее смешение двух нарративов, семейного и рефлексивно-профессионального, это задаёт структуре фильма особое настроение и зритель словно оказывается в лодке с двумя вёслами с одним плыть конечно можно, но сложнее и не так интересно.

Фильм способен вызвать слёзы, но его цель не манипуляция. Он рассказывает о семье универсальным языком. Отчуждение, утрата, страх, неудачи, всё это знакомо каждому. Мы наблюдаем за незнакомыми людьми на экране, но признаём в их опыте отражение собственных переживаний. Умение заставить сопереживать чужим людям на экране это особая заслуга, особенно сегодня.

Несмотря на вдохновляющие отклики, её сложно назвать лучшей работой Триера. "Худший человек на свете" например, отличается большей динамикой и жизненной энергией, в "Ценности" же ощущаются отдельные провисания, хотя ни одна сцена не кажется по-настоящему лишней. Стиль режиссёра, склонного к исследованию экзистенциальных аспектов человеческого опыта и сложности межличностных отношений, вызывает ассоциации все с тем же "Худшим человеком" или "Репризой". Поэтому в этом смысле "Ценность" является своеобразной концентрацией его тематических интересов, не говоря уже о явном оммаже "Персоне" Бергмана.

Тем не менее, фильм представляет собой зрелую и многослойную работу, в которой Триер объединяет интимное и рефлексивное, создавая сложную историю о связи поколений, творчестве, смерти, эмоциях и семье. Ценность может не претендовать на статус вершины его искусства, но она демонстрирует редкую глубину авторского взгляда и укрепляет репутацию Триера как одного из наиболее вдумчивых современных режиссёров.

С 20 ноября в кино благодаря A-One. Советую сходить и самостоятельно решить на сколько он "Сентиментален" или "Ценен".

"Bugonia", 2025

Новый фильм Йоргоса Лантимоса и уже третья его работа за последние два года, демонстрирует заметный сдвиг в сторону более зрительского кино по сравнению с "Видами доброты", столь взбаламутившими аудиторию. Картина не является оригинальной историей: это ремейк южнокорейского фильма "Спасти зелёную планету". Сюжет обоих произведений во многом совпадает: группа одержимых фанатиков похищает руководителя крупной корпорации, подозревая её в инопланетном происхождении. Однако ключевое в "Бугонии" не только сюжетная канва, но и актёрские работы, которые порой полностью заполняют кинематографическое пространство, вытесняя собой всё остальное.

Во многих аспектах Лантимос здесь уступает самому себе, прежде всего в степени абсурдистского накала и смелости художественных решений. В фильме узнаются отголоски как "Видов доброты", так и "Бедных-несчастных", однако ощущается и некая сдержанность. Возможно, дело в недавних признаниях режиссёра об усталости от интенсивного рабочего графика, а возможно, первоисточник в меньшей степени располагает к тем причудливым новациям, которые стали фирменным стилем Лантимоса. Тем не менее для зрительского опыта это не становится недостатком.

На первых порах фильм активно колбасит, и визуальная составляющая выходит на передний план. Камера на протяжении почти всего хронометража остаётся статичной, фиксируя камерное пространство и высвечивая роли героев. Крупные планы тревожных лиц, передающих одновременно безумие и непонимание происходящего, создают ощущение клаустрофобии. Привлекают внимание длинные рифмующиеся пролёты автомобиля с Эммой Стоун за рулём, а также ритмичный велозаезд Племонса, они словно склеивают структуру фильма и в то же время являются маркерами для зрителя, ориентирами в его пути по хронометражу.

Однако начиная со сцены за столом, нарратив постепенно выстраивается, и зритель начинает формировать целостную картину происходящего. "Бугония" допускает разные интерпретации, но наиболее явная это сатира на современное общество. Показательно, что Ари Астер, выпустивший в этом году собственную сатиру, значится среди продюсеров картины. Возможно, именно его участие повлияло на решение обратиться к Лантимосу как к режиссёру ремейка и Йоргос действительно выглядит органичным выбором, особенно ближе к финалу, когда фильм набирает обороты и градус абсурда достигает инопланетных масштабов. Здесь явно ощущается желание Лантимоса поставить зрителя в тупик, и делает он это за счет персонажа Дона.

Дон - непримечательный невротичный пухляш, что вьючным хвостом наивно следует за своим кузеном. Он комично готовится вместе с ним, помогает в похищении и слепо следует всем указанием старшего члена семьи. Когда начинается сцена за столом, Дон становится с этого момента промежуточным звеном между персонажами Стоун и Племонса. Он берет в руки ружье и превращается в олицетворение безынициативной толпы, что никак не может принять решение на чью сторону встать, а зритель становится на место Дона, наблюдает за конфликтом двух сторон и метается в муках выбора, блаженно конвульсируя ручонками. Но у всех таких историй всегда один конец.

"Бугония" фильм, который сумел избежать посредственности. Обладая простым зрительским посылом и узнаваемым визуальным стилем, он становится удачным выбором как для домашнего просмотра, так и для большого экрана. А его финал оставит зрителя либо в недоумении, либо в восторге, но в любом случае не равнодушным. Лантимос предлагает не очередной эксперимент, а пространство для размышления том, кто мы есть, о границах человечности, страхе перед нашим будущим, обрамлённое в форму, которая одновременно обезоруживает и притягивает.

Недавние просмотры, которые не мотивируют на большие тексты снова в системе плохо/нормально/хорошо

🔴 "Whisper of the Witch", 2024

Интересное, но спорное решение взять русскоязычных актёров, назвать их иностранными именами (Рон, Тим), переозвучить фильм и выпустить в прокат. Выглядит это занятно, но в итоге никак не скрывает того факта, что перед нами типичный представитель вялого этапа отечественного хоррора.

Старт у картины многообещающий: на месте атмосфера, неплохая картинка, завязка истории. Бюджет заметно скромный, спецэффекты не впечатляют, но даже приём с ужасом за кадром и затемнёнными сценами работает и какое-то время создаёт напряжение. Увы, этого хватает лишь минут на пять.

Дальше фильм превращается в набор неудачных скримеров и вторичных приёмов, которые не работают ни на уровне сюжета, ни на уровне чистой пугалки. В итоге получается абсолютно ненужная калька, которая не приносит жанру ничего нового.

🟡 "I Know What You Did Last Summer", 1997

Классический слэшер конца 90-х, который у меня лично вызвал эффект Манделы: я был уверен, что маньяк носит жёлтый дождевик.

Фильм снят по всем канонам жанра: рыболовный крюк, подростки с тайной, узнаваемые тропы. Сегодня он уже не пугает и не удивляет, но возвращаться к нему приятно хотя бы как к картине, популяризовавшей сам образ убийцы с крюком, сделав его культовым.

Большую роль в сохранении привлекательности играет актёрский состав, особенно Дженнифер Лав Хьюитт. Её харизма придаёт фильму дополнительное очарование. Интересно, что при заявленном главенстве Хьюитт внимание камеры чаще приковано к героине Сары Мишель Геллар. В какой-то момент кажется, что именно она станет final girl, что добавляет фильму интриги.

🟢 "Black Dynamite", 2009

Совершенно случайное открытие, которое оказалось настоящей находкой. Фильм соткан из шаблонов плохого кино, но делает это настолько изобретательно, что превращает все клише в источник юмора.

Перед нами чёрная абсурдная комедия с элементами боевика, пародия на эксплуатационное кино 70-х. Картина умело высмеивает нелепые тропы жанра: слишком прямолинейные реплики, фальшивые драки, нестыковки в монтаже. Но благодаря харизматичному главному герою и самоиронии фильм смотрится свежо и задорно.

Да, в какой-то момент он слегка провисает, сюжет расползается, и есть риск словить пару зевков. Но это скорее издержки жанра. В целом же Чёрный динамит редкий пример, когда плохое кино оборачивается умной пародией и становится культовым. Это тот случай, когда действительно хочется советовать: если не видели, обязательно посмотрите.

"Привычка нюхать пальцы", 2025

При просмотре из колеи выбивала гамма моих же чувств и, приятно, что кино получилось для меня своеобразным зеркалом для личных эмоций, выводящее на желание ностальгировать, мечтать и просто думать. Рефлексия о поколении воспринимается чем-то почти родным, и, хотя я уже невозвратимо далек от этих будней, просмотр неизбежно вызывает желание то ли всё вспомнить и попытаться объяснить происходящее самому себе, то ли дотронуться до мира вокруг и понять, насколько жив он или я сам.

Лукавством было бы не назвать этот проект экспериментальным, хотя при этом он кажется до боли простым и удивительно близким. Протекающий где-то на грани метаиронии и импровизационной жизненной философии, фильм то рассмешит узнаваемым мемом или отсылкой, то неожиданным неймдропингом любимого артиста. Пролетающие обрывки фраз, пранки, ритуальное заваривание дошиков, всё это формирует особое визуальное и смысловое поле, проецирующееся напрямую в уклад мыслей зрителя.

Подобные фильмы исключительно важны, они становятся маркерами эпохи, фиксируя и отделяя её в бесконечном потоке жизни, где переменчиво смешиваются краски и стремительно уходит драгоценное время. И нам было дано это время, чтобы с трепетом и удовольствием прожить его вместе с героями на экране. И нерв современной эпохи, насквозь пропитывающий крупноплановые кадры, способен остановить время и навсегда запечатлеть странную, но настоящую жизнь, в которой мы все живем.

A-ONE большие молодцы, что сумели привезти “Сентиментальную ценность” в те кинотеатры, что ее уже сейчас показывают. Это кино безусловно стоит похода в кино, поэтому не откалывайте просмотр.

"High and Low", 1963

Мы тут в КС иногда собираемся и загадываем друг-другу фильмы для расширения кругозора. И по совету Карена с канала Караван идёт мне выпал просмотр одного из фильмов Куросавы, который я ещё не видел. Сразу оговорюсь: это скорее заметки о впечатлениях, чем полноценный исследовательский текст о фильме; отношение к Акире Куросаве у меня давно предвзято в положительную сторону, поэтому на объективизм я не претендую в части его творчества.

Фильм условно разделён на две части, внешне различающиеся по стилистике, но органично связанные в единую художественную структуру. В первой половине мы наблюдаем почти камерную, разговорную драму. Известный предприниматель становится жертвой похитителей, но преступники по ошибке забирают не его сына, а сына его водителя. Здесь исключительную роль играет мизансцена: ровный свет, оставляющий персонажей почти без теней; статичность, в которой герои порой будто застывают; строгая геометрия интерьеров, рационализирующая пространство и отражающая упорядоченность жизни главного героя.

Эта часть важна в первую очередь накаленным настроением, отражающимся в речах героев, в их поведении, действиях и решениях. Находясь в условном "раю" они все еще способны структурированно мыслить, изобретать варианты, строить планы и находится в напряженном, но в то же время спокойном состоянии.

Во второй части перед нами разворачивается уже криминальный триллер с более динамичным сюжетом и напряжённым ритмом. Полицейские погони, трущобы, тюремные коридоры становятся пространствами хаоса, всё более разрывающего привычную реальность персонажей. Спустившись в этот социальный котел, герои оказываются в подлинном аду, в мире людей, чья жизнь определяется непрерывным движением, давлением обстоятельств и безысходностью.

Здесь зритель сталкивается с тем, что так рьяно отгораживалось в первой части истории. Настоящая грязь, наркотики и смерть являются не просто местом действия, а портретом настоящей Японии 60-х. Эта смена настроения стала ключевым сломом в фильме, с которого контраст между мирами становится предельно наглядным и неприятным.

Фильм построен на сложной системе символов, в которой отдельные эпизоды складываются в целостную картину, отражающую историко-социальные проблемы Японии периода послевоенной модернизации. Похищение, сцена в поезде, финальный разговор и другие ключевые моменты приобретают дополнительную глубину, когда воспринимаются как комментарии к классовому расслоению, противоречиям индустриального общества и нравственным дилеммам современности. Куросава подчёркивает тонкую, но непреодолимую грань между разными социальными мирами, одновременно фиксируя и резкий контраст, и драматическую взаимосвязь между ними.

Кадр Куросавы обладает особой силой притяжения: раз за разом обращаясь к фундаментальным вопросам, он как будто открывает их заново. Противопоставляя мораль и социальность, статику и динамику, рациональный порядок и хаотическую реальность, режиссёр использует выразительные, но при этом удивительно простые метафоры. Именно это делает "Рай и ад" произведением, сохраняющим актуальность и художественную значимость и сегодня. Ведь далеко не каждому произведению старше 50 лет удается пережить время не утратив при этом того настроения, что было заложено в него изначально.

"Sketch", 2024

Удивительно, что этот проект не оказался в руках A24, по всем признакам он идеально вписывается в эстетику и идеологию инди-студии.

Тейлор Уайт отец-одиночка, после смерти жены оставшийся с двумя детьми, Эмбер и Джеком, ещё не окончившими начальную школу. "Скетч" ("Ужастики: ожившие рисунки") это тёплая, эмоционально насыщенная семейная история о том, насколько по-разному люди переживают утрату. Боль можно выплеснуть наружу, как делает Эмбер, рисуя пугающих монстров. Можно запереть ее внутри, как Джек. А можно сбегать от своей боли, как делает это Тейлор. Но рано или поздно с ней всё равно придётся столкнуться.

Случай приводит Джека к таинственному пруду в лесу, способному "чинить" сломанные вещи: разбитый экран телефона, фарфоровую тарелку. В отчаянной надежде мальчик приносит к пруду коробку с прахом матери, уверенный, что водоём соберёт её по крупицам и вернёт к жизни. Однако в воду по случайности попадает тетрадь с рисунками Эмбер, наполненная пугающими, кровожадными монстрами.

Фильм отличает яркая, насыщенная визуальность, через которую зрителю буквально показывают страхи и тревоги героев. Школьный психолог уверяет, что рисунки Эмбер не могут причинить вреда, но сама структура фильма говорит об обратном: арт-терапия превращается в метафизическую угрозу, а образы на бумаге оживают, вторгаясь в реальность. Это можно трактовать как визуализацию накопленной боли, выливающейся наружу вместе с эмоциональными всплесками девочки.

Джек, напротив, замкнут и отодвинут на второй план, как в жизни, так и в повествовании. Хотя экранного времени ему уделяется меньше, его сцены наполнены сильными, болезненными фразами, которые становятся важным лейтмотивом картины. Его сдержанный путь дополняет эмоциональный взрыв Эмбер, создавая двусторонний портрет детской травмы.

"Скетч" это, что особенно важно, простая история, поданная с живым юмором, понятным и детям, и взрослым (забавно даже то, как в российской локализации потеряна шутка про "One Punch Man"). Фильм говорит о тяжёлых вещах доступным языком и делает это искренне, избегая назидательности. Он легко становится тем типом проекта, который можно показать зрителю любого возраста и каждый найдёт в нём что-то свое.

"If I Had Legs I'd Kick You", 2025

Претендент A24 на некоторые статуэтки Оскара фильм, "Я бы тебя пнула, если бы могла" с самоотдающей игрой Роуз Бирн уверенно входит в пространство психологического и нервирующего кино, стремящегося к максимальному эмоциональному истощению зрителя. Картина работает в русле современного кинематографа тревоги, где субъективное восприятие героини становится главной оптикой сторителлинга, а дискомфорт ключевым инструментом художественного высказывания.

Фильм достигает этого эффекта благодаря сочетанию как тривиальных, так и нестандартных решений, образуя тщательно выверенный баланс. Протяжные крики детей, навязчивые бытовые раздражители, внезапные дорожные эпизоды, всё это не просто провокации, а средства моделирования среды, в которой живёт героиня. Эти элементы функционируют как сенсорные маркеры, направленные на то, чтобы у зрителя сформировалось телесное соучастие в состоянии персонажа. В этом смысле фильм следует тенденции эмпатичного реализма, где воздействие на зрителя происходит до уровня дискомфорта.

Второстепенные персонажи формируют периферию её мира, но важны не как социальные элементы, а как части психологического ландшафта героини. Они выступают функциональными крючками, удерживающими её от окончательного срыва. Их диалоги и действия так же эмоциональны, но структурно необходимы: они задают ритм внутреннему распаду и позволяют выстраивать динамику между отчуждением и попытками вернуться к реальности. Например желание героини вернуть сбежавшую пациентку или каждодневные сеансы у терапевта, даже звонки мужа это не просто вызов на телефоне, это звонок откуда-то из реальности, нить, удерживающая героиню от финального срыва.

Особого внимания заслуживают метафорические мотивы, скрытое лицо дочери, дыра в потолке, рана на животе. Эти элементы работают как своеобразные узлы фильма, одновременно принадлежат и миру повествования, и миру символической интерпретации. Дыра в потолке, например, становится катализатором в самом начале фильма, а далее появляясь снова и снова кажется чем-то непреодолимым и в то же время порталом, через которую виднеется выход. Скрытое лицо же это невозможностью признать боль или страх.

Важно, что фильм избегает однозначных объяснений. Он работает не как замкнутая метафора, а как структура открытого смысла, позволяющая зрителю участвовать в выделении интерпретаций. Его например можно рассматривать и как высказывание о природе современного сострадания. Здесь возникает любопытный парадокс: зритель понимает героиню, но не всегда способен ей сопереживать. Это дистанцирование не недостаток, а осознанная стратегия. Картина демонстрирует, как современная культура эмпатии концентрируется на понимании, но не всегда на сопереживании, и как между этими состояниями пролегает глубокая эмоциональная пропасть.

Финальный эпизод с возможной попыткой суицида становится кульминацией этой логики. Он подчеркивает, что лёгкий выход не всегда выход, и что путь к исцелению требует не ухода, а прямого взгляда в собственную тревогу. Этот тезис связывает воедино все визуальные и символические мотивы фильма: дыра чинится, рана затягивается, лицо раскрывается, не потому, что мир становится добрее, а потому что героиня принимает на себя ответственность за внутренний хаос.

"Я бы тебя пнула…" это тонкое исследование психологической устойчивости, болевых точек человеческого опыта и границ эмпатии. Это произведение, во многом, как мне лично кажется, не понятое в смысле сострадания, требует терпения и готовности к дискомфорту. Здесь важно не оправдать героиню, а понять ее, чтобы до конца разобраться в том, что это кино требует от зрителя.

"The Code", 2024

Современное кино погрязло в цифровом хаосе, в водоворот которого его утянула наша же собственная жизнь. Нам диктуют правила короткие вертикальные видео, фастфуд-контент и однотипные, шаблонные песни. В этом мире растворяется не только сама жизнь, в нём тонут эмоции, и среди них, конечно, любовь.

"Код" редкий продукт, тонко встроенный в нерв и потребности поколения. Он возвращает зрителю эмоции и ощущения, вдыхает жизнь в изображение, показывая ее через экран смартфона, скрытой камеры, камеры заднего вида или вебки. Компиляция психологических триггеров, бесконечных тапперов, NFT, навязчивых уведомлений, все это в эпоху тревожности становится лишь мелкими раздражителями на фоне глобальной утраты силы и смысла любви.

Деконструкция отношений, происходящая на экране, остроумно пересечена с ковидной эпохой и в то время, когда люди буквально теряли способность чувствовать вкус и запах, Джей, кажется, утрачивает чувства к своей девушке Селин. А она в этот момент стремится снять документальный фильм, тот, что мы и наблюдаем. Она, одержимая желанием вернуть близость и Он, невротичный тревожник, подозревающий ее во всем сразу. Два сердца, некогда нашедшие друг друга, становятся жертвами собственных чувств. И единственное возможное решение это стремление вырваться из цикличности рутинной повседневности.

Код как раз об этом, и почти каждая сцена фильма показательна, сцены ревности, разговоры за столом, переписки после обмена телефонами, все тщательно иллюстрирует эволюцию их отношений. При этом зрительский опыт удивительно аутентичен. Взять хотя бы сцену, показывающую, что календарем в айфоне почти никто не пользуется так, как он задуман. Юджин Котляренко не первый раз прибегает к той форме, что избрана в "Коде", мокьюментари формат с примесью скрин-лайфа как минимум был активно использован в его более известной работе "Spree". И там и здесь экран телефона или другое цифровое устройство не просто цепляющий визуальный элемент, это в том числе и высказывание об эпохе цифровизации, где не мы управляем гаджетами, а они нами. Так в "Коде" камеры становятся проводником паранойи, а в "Spree" онлайн-трансляция подпиткой для невротично-маниакального сознания.

"Код", как короткое путешествие, способно и рассмешить, и довести до слез своими шутками, кринжовыми моментами, трогательными признаниями или маленькими подвигами. Этот фильм отражение отношений в цифровую эпоху, наших кризисов, разногласий, примирений, любви, секса, нежности и злости. Мы все порой ищем ответы на вопросы сердечного характера, и "Код" способен их дать. Но не расстраивайтесь, если ответы покажутся слишком простыми, ведь мы просто успели забыть, что значит по-настоящему любить.

Достаем архивы:

🔴 "Superman", 2025

Один из самых ожидаемых комикс-проектов вместо возвращения жанру былой славы окончательно закапывает её. Супермэн смачно плюет на заслуги кинематографа, превращая искусство в деградационную схему, но слава богу, что плюет он против ветра.

Для знатоков лора фильм может показаться свежим дыханием: нестандартный образ Супермена, яркий цветокор, метакомментарии. Но с точки зрения киноязыка это хаос. Монтаж рваный и перегруженный, стремительное начало сбивает с толку, а из десятиминутного сюжета растянули два часа экранного времени. В итоге перед нами продукт, рассчитанный скорее на внимание аудитории тикток-формата, чем на зрителя, который ждёт от фильма цельного произведения или как минимум чего-то интересного.

Главная беда в том, что картина не возвращает старую аудиторию, любившую комиксы за пафос и размах, и не привлекает новую. Она обращена только к ядру фанатов, цепляясь за их интерес, но едва ли удерживает его.

🟡 "Heads of State", 2025

С точки зрения кинематографии фильм едва дотягивает до среднего, но в нём есть своя энергия, которая находит зрителя.

Илья Найшуллер снова интегрирует в проект российских актёров. Если в "Никто" коротко сиял Алексей Паль, то здесь внимание перетягивает на себя Саша Кузнецов который гораздо убедительнее блеклого антагониста, хотя и выполняет скорее функциональную роль. Монтаж бодрый, юмор встроен аккуратно, а дуэт Джона Сины и Идриса Эльбы добавляет фильму живости.

В итоге это динамичное, местами увлекательное приключение, которое работает для своей аудитории. Но как боевик мирового уровня картина выглядит сырой: эффектность явно превалирует над проработкой сценария.

🟢 "Role Models", 2008

Яркий образец комедий нулевых, который почему-то оказался недооценённым и редко попадает в подборки жанра.

Пол Радд и Шон Уильям Скотт являясь и без того харизматичной командой, отправляются на общественные работы, где вынуждены налаживать контакт с чудаковатыми подростками в исполнении Кристофера Минц-Пласса и Бобби Джей Томпсона. Фильм строится вокруг серии гэгов, но при этом не забывает о сюжетной линии, которая приводит к трогательному финалу.

Фильм немного проседает с точки зрения качества с технической части, а темп временами кажется неровным, но это с лихвой компенсируется искренне смешными шутками и очевидным удовольствием актёров от процесса. Именно эта лёгкость делает фильм до сих пор смотрибельным и по-хорошему уютным.

"Die My Love", 2025

Кощунством было бы выделять чьи-либо актёрские достижения в этом фильме, поскольку его ключевая особенность это гармоничность всех составляющих. Используя далеко не новый сюжет о послеродовой депрессии, Линн Рэмзи, опираясь на накопленный годами опыт, превращает историю в настоящее кинематографическое чудо. Фильм словно вытаскивает этот год из творческой ямы, доказывая, что кино всё ещё живо и способно приносить глубокое удовольствие.

Экранная пара Грейс (Дженнифер Лоуренс) и Джексон (Роберт Паттинсон) разыгрывает перед зрителем историю семьи, переезжающей в старый родовой дом, где когда-то застрелился дядя Джексона. Короткая экспозиция, насыщенная бурными эмоциями под композицию Eals, рассказывает нам больше, чем могли бы поведать слова. Мы видим Грейс молодой и беззаботной, затем беременной, а потом родившей. Её настроение меняется в течение нескольких коротких эпизодов, и громкий панковый звук постепенно уступает место тихой гитарной мелодии.

Звук здесь, как и все прочие элементы, подчинён общей задаче раскрытию истории и эмоциональных состояний персонажей. Он выполняет эту функцию не менее полно, чем камера или цвет. Иногда отдельный элемент выходит на передний план и перетягивает на себя внимание зрителя, чаще всего эта роль очевидно достается персонажу Лоуренс, что вполне объяснимо. Но внимание цепляют и мельчайшие монтажные находки. Например, великолепная склейка: палец во рту Лоуренс сменяется сигаретой в зубах Паттинсона. В отдельности эти сцены значат немного, но вместе выразительно подчёркивают наслаждение Грейс и одиночество Джексона.

Операторская работа становится здесь продолжением эмоциональной речи героев. В сцене автомобильной поездки камера расположена на капоте, перед персонажами. На вопрос о причинах стресса героиня не отвечает вместо этого камера медленно смещается от задающего вопрос к слушающему, ненавязчиво фиксируя между ними застывшего на заднем сиденье ребёнка. А использование оптики Пецваля, создающей позади персонажей вихреобразное боке, не только становится прекрасным визуальным дополнением, но и позволяет оператору работать с настроением, внутренними состояниями героев. В фильме остается в том числе и несколько эпизодов, что остаются не совсем оправданными, но при этом визуально цепляющими.

Стоит отметить и работу художников с интерьерами и объектами, оказывающимися в кадре. Дом становится не просто местом действия, его угловатые, порой перегруженные формы создают ощущение нарастающей тревоги и нестабильности. Героиня Лоуренс, постоянно убегающая в лес, словно ищет свободу и спасение от омута безумия, в который её день за днём втягивает обыденная цикличность. Круглые и гладкие формы же играют роль противовеса грубой угловатости: квадратный торт в начале фильма в финале становится круглым; грязные круглые тарелки, заключённые в квадратные раковины, символизируют не только бытовой упадок, связанный с затянувшимся депрессивным состоянием, но и свободу, заключённую в клетку. Лошадь, чьи гладкие и естественные формы сильно резонируют с высокими, голыми стволами деревьев, явным образом символизирует свободу, и во многом рифмуется с мотоциклистом, что раз за разом является Грейс.

Фильм при всей своей самостоятельности много чего берет из культовых работ, что уже так или иначе затрагивали подобные темы, но в первую очередь важно то, что все эти элементы формируют в фильме особый купаж эмоций и чувств, а также радость от того, как мастерски Рэмзи удаётся соединить отдельные компоненты в единый кинематографический опыт. Ближе к финалу, сидя в зале, я неоднократно думал: "Ну вот сейчас фильм точно закончится". Но режиссёр каждый раз продолжала, добавляя ещё один, более эмоционально мощный эпизод, чтобы в конце вывести повествование на вершину образности и завершить его на максимально высокой ноте.

С сегодняшнего дня, благодаря Про:взгляд, фильм можно увидеть в кинотеатрах. По возможности выбирайте зал с хорошим звуком, так как многие сцены буквально вбивают в кресло своей неожиданностью и сопровождающими звуковыми эффектами.

В октябре Лера с канала Р’льех запустила масштабный коллаб, посвящённый хоррор-франшизам XXI века. Админы киноканалов рассказывают об одной из своих любимых серий фильмов ужасов. Я уже участвовал, но залетел снова с Джиперсом Криперсом.

На карточке каждого автора по хештегу #DarkFramesCollab вы найдёте короткий синопсис всей франшизы, любимую часть, а также самый мощный кадр — тот, который сильнее всего врезался в память, — и небольшой рассказ о том, почему именно он произвёл такое впечатление.

В нашей команде уже более 20 франшиз, и список будет расти до тех пор, пока мы не расскажем вам о всех хоррор-сериях нашего века!

Переходите по хештегу #DarkFramesCollab и ищите свои любимые фильмы ужасов — вполне возможно, вы даже не подозревали, что у некоторых из них есть продолжения.

А чтобы вам было удобнее знакомиться со всеми участниками коллаба, подписывайтесь на папку со всеми админами, которые принимают участие в этом масштабном проекте.