“The Baltimorons”, 2025
Практически каждый Новый год последних четырёх–пяти лет не обходится без чего-то особенного в кино. В прошлом году хоррор-комедия "Ужасающий 3" буквально разбудила зрителей от спокойного застоя, в позапрошлом сентиментальные "Оставленные" растопили сердца киноманов, а в 2022 году ещё не до конца угасшая супергероика порадовала фанатов специальным выпуском "Стражей Галактики". В 2025 же году на малых экранах появился камерный проект от одного из братьев Дюпласс "Чудаки из Балтимора".
Братья Дюпласс известны прежде всего как режиссёры (и актеры), активно развивавшие и популяризировавшие поджанр мамблкора, где ключевой упор делается на диалоги, минимальный бюджет и непрофессиональных актёров. Их дебют "Мягкое кресло", а затем и "Пакетоголовый", стали основополагающим началом любых изысканий по запросу "что такое мамблкор". И пока брат Джея Дюпласса, Марк, занят другими важными проектами, в том числе сериальной версией уже культового "Крипа", его отсутствие компенсируют другие близкие Джею люди. В этом смысле фильм становится наглядным примером самостоятельного высказывания в условиях братской разлуки. При этом их фильмы, как и "Балтиморцы", оказываются не просто любопытными образцами жанра, но и работами, деконструирующими другие формы повествования.
Так, например, там где большинство комедий предлагают зрителю позитивную историю со счастливым финалом, у Дюплассов конец далеко не всегда однозначен. Поступки героев подвергаются сомнению и критике, заставляя задуматься о моральной стороне происходящего. Чудаки из Балтимора" яркий пример такого кино, которое оно не только смешит, но и порой довольно жестко вплетает драматическую линию в, казалось бы, светлый ход событий.
Герои фильма здесь это прообразы людей, у которых что-то не сложилось, тех, кто по-своему несчастлив и не может найти своё место в мире. Главный герой вместе со своей невестой должен отпраздновать Рождество в кругу её семьи, но с самого начала всё идёт наперекосяк. Он выбивает себе зуб прямо на пороге дома, затем у стоматолога у него эвакуируют машину, а позже, по стечению обстоятельств, он оказывается в месте, которого всеми силами старался избегать.
Его спутница, стоматолог, которая в канун Рождества срывается, чтобы поставить ему пломбу, тоже персонаж с неоднозначной судьбой. Её решение помочь продиктовано не столько добротой, сколько безысходностью. Ведь вряд ли многие из нас были бы готовы всё бросить и ехать спасать зуб незнакомому человеку.
Мишель Страсснер и Лиз Ларсен на экране создают удивительно цельный дуэт, несмотря на то что оба не обладают внушительной актёрской фильмографией. Мишель - сценарист, Лиз - бродвейская актриса и певица. Но химия между ними, в которую, как кажется, проникают элементы их личной жизни и творческого опыта, делает повествование живым и напряжённым, заставляя сопереживать, осуждать или улыбаться вместе с героями.
Дюплассы берут новогодний сеттинг и помещают в него знакомую историю и форму из своих прошлых работ. Две судьбы переплетаются в праздничном одиночестве, когда кажется, что весь мир сплочён и счастлив в ожидании наступающего года, дома полны уюта, тепла и заботы. В это же время две души, не способные прямо сказать, чего им на самом деле нужно, потому что они и сами этого не знают, находят друг друга. Их бессилие перед самими собой становится непреодолимой стеной, слом которой либо окончательно их разрушит, либо, наоборот, до конца сблизит.
Для 2025 года это исключительно особенное кино, в котором юмор, новогодний антураж и яркие актёрские работы превращают "Чудаков из Балтимора" не только в удачный пример приятного новогоднего проекта для хорошего просмотра под самый канун праздника, но и примером баланса, где комедия органично разбавляет элементы разговорной драмы, нередко утяжеляющие просмотр подобных фильмов.
Практически каждый Новый год последних четырёх–пяти лет не обходится без чего-то особенного в кино. В прошлом году хоррор-комедия "Ужасающий 3" буквально разбудила зрителей от спокойного застоя, в позапрошлом сентиментальные "Оставленные" растопили сердца киноманов, а в 2022 году ещё не до конца угасшая супергероика порадовала фанатов специальным выпуском "Стражей Галактики". В 2025 же году на малых экранах появился камерный проект от одного из братьев Дюпласс "Чудаки из Балтимора".
Братья Дюпласс известны прежде всего как режиссёры (и актеры), активно развивавшие и популяризировавшие поджанр мамблкора, где ключевой упор делается на диалоги, минимальный бюджет и непрофессиональных актёров. Их дебют "Мягкое кресло", а затем и "Пакетоголовый", стали основополагающим началом любых изысканий по запросу "что такое мамблкор". И пока брат Джея Дюпласса, Марк, занят другими важными проектами, в том числе сериальной версией уже культового "Крипа", его отсутствие компенсируют другие близкие Джею люди. В этом смысле фильм становится наглядным примером самостоятельного высказывания в условиях братской разлуки. При этом их фильмы, как и "Балтиморцы", оказываются не просто любопытными образцами жанра, но и работами, деконструирующими другие формы повествования.
Так, например, там где большинство комедий предлагают зрителю позитивную историю со счастливым финалом, у Дюплассов конец далеко не всегда однозначен. Поступки героев подвергаются сомнению и критике, заставляя задуматься о моральной стороне происходящего. Чудаки из Балтимора" яркий пример такого кино, которое оно не только смешит, но и порой довольно жестко вплетает драматическую линию в, казалось бы, светлый ход событий.
Герои фильма здесь это прообразы людей, у которых что-то не сложилось, тех, кто по-своему несчастлив и не может найти своё место в мире. Главный герой вместе со своей невестой должен отпраздновать Рождество в кругу её семьи, но с самого начала всё идёт наперекосяк. Он выбивает себе зуб прямо на пороге дома, затем у стоматолога у него эвакуируют машину, а позже, по стечению обстоятельств, он оказывается в месте, которого всеми силами старался избегать.
Его спутница, стоматолог, которая в канун Рождества срывается, чтобы поставить ему пломбу, тоже персонаж с неоднозначной судьбой. Её решение помочь продиктовано не столько добротой, сколько безысходностью. Ведь вряд ли многие из нас были бы готовы всё бросить и ехать спасать зуб незнакомому человеку.
Мишель Страсснер и Лиз Ларсен на экране создают удивительно цельный дуэт, несмотря на то что оба не обладают внушительной актёрской фильмографией. Мишель - сценарист, Лиз - бродвейская актриса и певица. Но химия между ними, в которую, как кажется, проникают элементы их личной жизни и творческого опыта, делает повествование живым и напряжённым, заставляя сопереживать, осуждать или улыбаться вместе с героями.
Дюплассы берут новогодний сеттинг и помещают в него знакомую историю и форму из своих прошлых работ. Две судьбы переплетаются в праздничном одиночестве, когда кажется, что весь мир сплочён и счастлив в ожидании наступающего года, дома полны уюта, тепла и заботы. В это же время две души, не способные прямо сказать, чего им на самом деле нужно, потому что они и сами этого не знают, находят друг друга. Их бессилие перед самими собой становится непреодолимой стеной, слом которой либо окончательно их разрушит, либо, наоборот, до конца сблизит.
Для 2025 года это исключительно особенное кино, в котором юмор, новогодний антураж и яркие актёрские работы превращают "Чудаков из Балтимора" не только в удачный пример приятного новогоднего проекта для хорошего просмотра под самый канун праздника, но и примером баланса, где комедия органично разбавляет элементы разговорной драмы, нередко утяжеляющие просмотр подобных фильмов.
“A House of Dynamite”, 2025
Оскаровский проект Бигелоу, от которого странно было бы ждать зрительского понимания и одобрения. История здесь понятна и становится таковой уже по окончании первой части фильма, условно поделённого на три эпизода, происходящих в одно и то же время с разными людьми.
Странно другое, при всей задумке мало понятно, как можно корить его за алогичность действий главных героев, при том что фильм нарочито избран, чтобы вызывать именно те эмоции, которые он и вызывает. Проходящие спецподготовку люди в чрезвычайных ситуациях работают по регламенту, но регламент не человеческие эмоции, ни страх, ни паника, ни мысли о родных. Это кино об ошибках, о чувствах и противоречивых решениях, которые всей своей карикатурной истеричности, становятся главным аспектом для обсуждений по завершению фильма.
И кажется, что всей своей нетерпимости к эмоциональному отклику зрителя фильм остаётся взвешенным, идущим за своей целью.
Вопрос в том, насколько оригинальны и оправданны методы достижения этой цели. Разные взгляды разных людей на одну и ту же ситуацию тоже становятся причиной негатива со стороны зрителя, с высоты кинематографического опыта которого приём кажется безликим и третьесортным. Его простота при этом, наоборот, выглядит направленной на всеобщую доступность считывания лёгкого посыла.
Незавершённость персонажных веток и отсутствие катарсиса также подчёркивают их кажущуюся ненужность. Фильм ясно даёт понять, на чём он фокусируется, а принимать это или нет уже удел зрителя, коннект с которым, по всей видимости, оскароносной Бигелоу найти так и не удалось. Но нужен был ли этот коннект?
Оскаровский проект Бигелоу, от которого странно было бы ждать зрительского понимания и одобрения. История здесь понятна и становится таковой уже по окончании первой части фильма, условно поделённого на три эпизода, происходящих в одно и то же время с разными людьми.
Странно другое, при всей задумке мало понятно, как можно корить его за алогичность действий главных героев, при том что фильм нарочито избран, чтобы вызывать именно те эмоции, которые он и вызывает. Проходящие спецподготовку люди в чрезвычайных ситуациях работают по регламенту, но регламент не человеческие эмоции, ни страх, ни паника, ни мысли о родных. Это кино об ошибках, о чувствах и противоречивых решениях, которые всей своей карикатурной истеричности, становятся главным аспектом для обсуждений по завершению фильма.
И кажется, что всей своей нетерпимости к эмоциональному отклику зрителя фильм остаётся взвешенным, идущим за своей целью.
Вопрос в том, насколько оригинальны и оправданны методы достижения этой цели. Разные взгляды разных людей на одну и ту же ситуацию тоже становятся причиной негатива со стороны зрителя, с высоты кинематографического опыта которого приём кажется безликим и третьесортным. Его простота при этом, наоборот, выглядит направленной на всеобщую доступность считывания лёгкого посыла.
Незавершённость персонажных веток и отсутствие катарсиса также подчёркивают их кажущуюся ненужность. Фильм ясно даёт понять, на чём он фокусируется, а принимать это или нет уже удел зрителя, коннект с которым, по всей видимости, оскароносной Бигелоу найти так и не удалось. Но нужен был ли этот коннект?
“Sound of Falling”, 2025
Окутывающий хладное тело мрак, залезающий в оледеневшие щели, словно назойливая муха, ищущая место, где отложить свои личинки. Она тоже пока что жива. Как и маленькая девочка, что сквозь года видит память, протягивающую ей руку, чтобы затянуть в самую бездну отчаяния.
Туманный взгляд на косые ножки, свисающие со скамьи, или растекшееся ванильное мороженое, небрежно оставленное под неразлагаемой, в отличие от хрупкого человеческого тела, упаковкой. Все это размазывает, как горячее масло по хлебу, израненную человеческую душу. Израненную бесконечным поиском себя, других, смысла, ответов, причин.
Кому-то хватает и банальной ложки свежесваренного супа, чтобы их день пошел как надо, а кому-то нужно упасть навзничь, довести себя до такой степени отчаяния, чтобы ноги отказали, чтобы страх и боль скрывались за истерическим смехом, чтобы желания стали жертвами в угоду ещё более болезненных последствий. Чтобы смерть, как самый тяжкий груз, утаскивала любые причины все глубже и глубже в реку, где скрылись и потерялись целые поколения, где забыты имена, стерты лица, но не утерянные рефлексы, чувства и эмоции.
И вот мы здесь без смысла двигаться дальше, без перспективы и права на понимание, сами с собой наедине, ловим грузные взгляды сквозь рябь пленочных отпечатков на натянутом экранном полотне, вытаскивающие из сердца спицы, что въедались с каждым нарастающим коротким шумом. Весь наш мир перевернут, все наши представления о жизни перевернуты тогда, когда мы видим все без фильтров. Лишь слезы заглушают эту безмолвную боль того искусства кино, умеющего передать что-то личное, скрытое далеко внутри.
Когда режиссер словно маленький ребенок, показывающий картинки, чтобы донести то, что не может передать словами. И это выглядит искреннее, чем если бы он с нами заговорил. Каждый желтый уголок кадра, каждая тень и каждый слом четвертой стены становятся источником грубого и бескомпромиссного удара в давно обмякшее тело. Тело, что с детства представляет собой брошенную на растерзание времени игрушку, которую мечет из стороны в сторону. Безжизненная бесполезность, единственным выходом которой станет понимание, что она уже мертва.
И я мертв, просто еще не сказал об этом. Просто еще держит невидимая часть мира, фантастичная эклектичность реальности, в которой возможны полеты во снах, но лишь видимость контроля падения, воспоминания о прошлом, но невозможность предвидеть будущее, понимание мыслей человека, но неспособность слышать его слова.
Поэтому жизнь еще не окончена, от тотальной несправедливости беспричинности ее продолжения. И нужно снова вставать с кресла, собирать осколки мыслей воедино после того, как два с половиной часа их тщательно разбивали на мелкие фрагменты. Ведь в этом и есть весь смысл?
Окутывающий хладное тело мрак, залезающий в оледеневшие щели, словно назойливая муха, ищущая место, где отложить свои личинки. Она тоже пока что жива. Как и маленькая девочка, что сквозь года видит память, протягивающую ей руку, чтобы затянуть в самую бездну отчаяния.
Туманный взгляд на косые ножки, свисающие со скамьи, или растекшееся ванильное мороженое, небрежно оставленное под неразлагаемой, в отличие от хрупкого человеческого тела, упаковкой. Все это размазывает, как горячее масло по хлебу, израненную человеческую душу. Израненную бесконечным поиском себя, других, смысла, ответов, причин.
Кому-то хватает и банальной ложки свежесваренного супа, чтобы их день пошел как надо, а кому-то нужно упасть навзничь, довести себя до такой степени отчаяния, чтобы ноги отказали, чтобы страх и боль скрывались за истерическим смехом, чтобы желания стали жертвами в угоду ещё более болезненных последствий. Чтобы смерть, как самый тяжкий груз, утаскивала любые причины все глубже и глубже в реку, где скрылись и потерялись целые поколения, где забыты имена, стерты лица, но не утерянные рефлексы, чувства и эмоции.
И вот мы здесь без смысла двигаться дальше, без перспективы и права на понимание, сами с собой наедине, ловим грузные взгляды сквозь рябь пленочных отпечатков на натянутом экранном полотне, вытаскивающие из сердца спицы, что въедались с каждым нарастающим коротким шумом. Весь наш мир перевернут, все наши представления о жизни перевернуты тогда, когда мы видим все без фильтров. Лишь слезы заглушают эту безмолвную боль того искусства кино, умеющего передать что-то личное, скрытое далеко внутри.
Когда режиссер словно маленький ребенок, показывающий картинки, чтобы донести то, что не может передать словами. И это выглядит искреннее, чем если бы он с нами заговорил. Каждый желтый уголок кадра, каждая тень и каждый слом четвертой стены становятся источником грубого и бескомпромиссного удара в давно обмякшее тело. Тело, что с детства представляет собой брошенную на растерзание времени игрушку, которую мечет из стороны в сторону. Безжизненная бесполезность, единственным выходом которой станет понимание, что она уже мертва.
И я мертв, просто еще не сказал об этом. Просто еще держит невидимая часть мира, фантастичная эклектичность реальности, в которой возможны полеты во снах, но лишь видимость контроля падения, воспоминания о прошлом, но невозможность предвидеть будущее, понимание мыслей человека, но неспособность слышать его слова.
Поэтому жизнь еще не окончена, от тотальной несправедливости беспричинности ее продолжения. И нужно снова вставать с кресла, собирать осколки мыслей воедино после того, как два с половиной часа их тщательно разбивали на мелкие фрагменты. Ведь в этом и есть весь смысл?
1
"Rumours", 2024
Группа политических лидеров мировых держав собирается в уединённой лесной глуши, чтобы создать некий совет, однако с самого начала всё идёт не по плану.
Фильм изобилует абсурдистскими идеями, но, к сожалению, не выдерживает тяжести собственных амбиций и так и не приближается к чему-то по-настоящему осмысленному. При всей важности попытки создать нечто исключительное в эпоху простых и прямолинейных политических сатир, "Слухи" с их сюрреалистичным повествованием не предлагают ничего принципиально нового.
За сюжетом о бессмысленности человека в роли лидера, ведущего за собой народ, стоят расчетливые попытки раскидать по лесным и болотистым ландшафтам крючки в виде юмора и нарочитой карикатурности. Это должно выдать за камерой не ремесленника, а автора. Однако если эстетика немого кино в предыдущих работах сделала режиссеру имя, то, отходя от привычной канвы, он все ближе подбирается к аудитории, которой не нужны ни сложные метафоры, ни изысканный визуальный ряд. Поэтому местные вау-элементы, вроде гигантского мозга и болотных людей, вызывают скорее зевок, чем искреннее удивление.
Здесь вторичность идеи не удалось скрыть ни за высокобюджетным кастом, ни за дешевым сюрреализмом. Карикатура на власть, народ и эпоху выглядит беззубой и мучительно выдавленной, словно пакет с острым соусом, из которого давно вытекло всё содержимое.
Группа политических лидеров мировых держав собирается в уединённой лесной глуши, чтобы создать некий совет, однако с самого начала всё идёт не по плану.
Фильм изобилует абсурдистскими идеями, но, к сожалению, не выдерживает тяжести собственных амбиций и так и не приближается к чему-то по-настоящему осмысленному. При всей важности попытки создать нечто исключительное в эпоху простых и прямолинейных политических сатир, "Слухи" с их сюрреалистичным повествованием не предлагают ничего принципиально нового.
За сюжетом о бессмысленности человека в роли лидера, ведущего за собой народ, стоят расчетливые попытки раскидать по лесным и болотистым ландшафтам крючки в виде юмора и нарочитой карикатурности. Это должно выдать за камерой не ремесленника, а автора. Однако если эстетика немого кино в предыдущих работах сделала режиссеру имя, то, отходя от привычной канвы, он все ближе подбирается к аудитории, которой не нужны ни сложные метафоры, ни изысканный визуальный ряд. Поэтому местные вау-элементы, вроде гигантского мозга и болотных людей, вызывают скорее зевок, чем искреннее удивление.
Здесь вторичность идеи не удалось скрыть ни за высокобюджетным кастом, ни за дешевым сюрреализмом. Карикатура на власть, народ и эпоху выглядит беззубой и мучительно выдавленной, словно пакет с острым соусом, из которого давно вытекло всё содержимое.
Первый в этом году короткий пост по системе плохо/нормально/хорошо. Дальше будет думаю еще парочку по фильмам прошлого года и вернемся наконец уже к бриллиантам кинематографа.
🔴 "Wounds" 2019
Случайным образом наткнулся на сей шедевр под названием “Раны”. Звучало многообещающе, хронометраж хороший, включил, и уже в самом начале посыпались звёзды: Арми Хаммер, Дакота Джонсон, Карл Гусман, Зази Битц (которую я всё ещё путаю с Зои Кравец).
По итогу вышло не пойми что с хорошей идеей про все вокруг. В некоторых моментах действительно было страшно. Визуально фильм хоть и не впечатляет картинкой, но точно радует хоррорными элементами. Однако то, что классно началось, закончилось резко, обрывочно и непонятно.
Смотреть при условии полного погружения.
🟡 "M3GAN 2.0", 2025
Вторая Меган уже не хоррор, но значимое продолжение первой части. Понимаю, за что её ругают, но не принимаю.
Этот фильм явно трэшовая развлекаловка на тему ИИ, сделанная будто бы группой энтузиастов. Только жаль, что фильм накопил в себе много ошибок, ключевые из которых раздутый хронометраж и нерешительность создателей в выборе между деньгами и угаром. Но определённый лайк за шутки, мемы и кринжеватые насмешки над всем вокруг.
"Меган 2" точно скрасит вечер, и, может быть, лет через 50 на неё можно будет посмотреть с оглядкой как на сиквел, который был хорош, но который все позабыли.
🟢 "Splitsville" 2025
Жанр комедий спасает не только Дюпьё или рандомные хоррор-фильмы, режиссёр "Сплитсвилла" тоже постарался.
Это определённо один из самых смешных фильмов, что я видел в этом году. Над сценой драки я смеялся как умолишенный, в частности даже с того, насколько этот эпизод был растянут. Но помимо юмора фильм имеет хоть и не сильно скрытый, но интересный посыл про моногамность и любовь. Дакота Джонсон кажется здесь удивительно привлекательной при всей её сдержанности.
Европейская комедия со свойственными ей приколами, странностями и творческими решениями. Показывал бы её всем подряд.
🔴 "Wounds" 2019
Случайным образом наткнулся на сей шедевр под названием “Раны”. Звучало многообещающе, хронометраж хороший, включил, и уже в самом начале посыпались звёзды: Арми Хаммер, Дакота Джонсон, Карл Гусман, Зази Битц (которую я всё ещё путаю с Зои Кравец).
По итогу вышло не пойми что с хорошей идеей про все вокруг. В некоторых моментах действительно было страшно. Визуально фильм хоть и не впечатляет картинкой, но точно радует хоррорными элементами. Однако то, что классно началось, закончилось резко, обрывочно и непонятно.
Смотреть при условии полного погружения.
🟡 "M3GAN 2.0", 2025
Вторая Меган уже не хоррор, но значимое продолжение первой части. Понимаю, за что её ругают, но не принимаю.
Этот фильм явно трэшовая развлекаловка на тему ИИ, сделанная будто бы группой энтузиастов. Только жаль, что фильм накопил в себе много ошибок, ключевые из которых раздутый хронометраж и нерешительность создателей в выборе между деньгами и угаром. Но определённый лайк за шутки, мемы и кринжеватые насмешки над всем вокруг.
"Меган 2" точно скрасит вечер, и, может быть, лет через 50 на неё можно будет посмотреть с оглядкой как на сиквел, который был хорош, но который все позабыли.
🟢 "Splitsville" 2025
Жанр комедий спасает не только Дюпьё или рандомные хоррор-фильмы, режиссёр "Сплитсвилла" тоже постарался.
Это определённо один из самых смешных фильмов, что я видел в этом году. Над сценой драки я смеялся как умолишенный, в частности даже с того, насколько этот эпизод был растянут. Но помимо юмора фильм имеет хоть и не сильно скрытый, но интересный посыл про моногамность и любовь. Дакота Джонсон кажется здесь удивительно привлекательной при всей её сдержанности.
Европейская комедия со свойственными ей приколами, странностями и творческими решениями. Показывал бы её всем подряд.
“I Swear”, 2025
Про этот фильм я слышал много хорошего, про его важность, значимость и эмоции, которые он щедро раздает зрителю. Но если на секунду отложить восторги и посмотреть на картину трезво, становится очевидно, что сценарно, и эмоционально перед нами самый обыкновенный, стерильно выверенный байопик без единого шага в сторону.
Наш герой, Джон, сталкивается с трудностями, с которыми в его возрасте сталкиваются единицы. Неизученная и неподтвержденная болезнь раздражает всех вокруг сильнее, как и его собственные вспышки агрессии. Он орет, матерится, раздает лещи направо (не налево) и, как водится, получает в ответ. Иногда по лицу, иногда повесткой в суд.
По всем законам жанра слом обязан случиться и он, разумеется, случается. Герой меняется, принимает себя и побеждает дракона. Байопики вообще редко интересуются нестандартными маршрутами, но “Я ругаюсь” даже не делает вид, что собирается с них свернуть. Фильм прямолинейно и без всякой изобретательности сообщает зрителю очевидное, что быть услышанным важно, быть не таким как все нормально и ни в коем случае не стоит терять надежду. Спасибо, мы записали, в какой раз… в сотый?
Проблема в том, что это не откровения, а набор прописных истин, поданных максимально поверхностно. Главная драма героя понятна с первой минуты, а для тех, кто живет и интересуется миром вокруг будет понятно и завершение истории. Что остается показать? Вероятно путь героя, способный убедить не только тех, кто отрицал его заболевание, но и зрителей, что смотрят экранизацию его опыта через года. И ровно в этом заключается главная беда фильма. Я не верю в путь, который он проходит. Резкая смена характера, столь же резкое решение проблемы, истерично выкрученные эмоциональные сцены, рассчитанные на механическое выдавливание слезы. Работает ли это? Иногда да. Верится ли в это? Нет. Для меня до сих пор остается загадкой, что мешает людям имитировать болезнь (спасибо Южному Парку и Картману за то, что куда нагляднее рассказали и простебали эту проблему).
“Я ругаюсь” превращается в удобное, зрительское, абсолютно безопасное кино. Стерильное, как больничная палата, в которой герой явно не раз оказывается волей своей особенности, и столь же безжизненное. И тут возникает вопрос: действительно ли каждая реальная история заслуживает того, чтобы её превратили в очередной шаблонный фильм, тонущий в клише? Обидно, что живой человеческий опыт втиснули в универсальную формулу, ничем не отличающуюся от десятка других картин про борьбу и стремление к жизни.
Про этот фильм я слышал много хорошего, про его важность, значимость и эмоции, которые он щедро раздает зрителю. Но если на секунду отложить восторги и посмотреть на картину трезво, становится очевидно, что сценарно, и эмоционально перед нами самый обыкновенный, стерильно выверенный байопик без единого шага в сторону.
Наш герой, Джон, сталкивается с трудностями, с которыми в его возрасте сталкиваются единицы. Неизученная и неподтвержденная болезнь раздражает всех вокруг сильнее, как и его собственные вспышки агрессии. Он орет, матерится, раздает лещи направо (не налево) и, как водится, получает в ответ. Иногда по лицу, иногда повесткой в суд.
По всем законам жанра слом обязан случиться и он, разумеется, случается. Герой меняется, принимает себя и побеждает дракона. Байопики вообще редко интересуются нестандартными маршрутами, но “Я ругаюсь” даже не делает вид, что собирается с них свернуть. Фильм прямолинейно и без всякой изобретательности сообщает зрителю очевидное, что быть услышанным важно, быть не таким как все нормально и ни в коем случае не стоит терять надежду. Спасибо, мы записали, в какой раз… в сотый?
Проблема в том, что это не откровения, а набор прописных истин, поданных максимально поверхностно. Главная драма героя понятна с первой минуты, а для тех, кто живет и интересуется миром вокруг будет понятно и завершение истории. Что остается показать? Вероятно путь героя, способный убедить не только тех, кто отрицал его заболевание, но и зрителей, что смотрят экранизацию его опыта через года. И ровно в этом заключается главная беда фильма. Я не верю в путь, который он проходит. Резкая смена характера, столь же резкое решение проблемы, истерично выкрученные эмоциональные сцены, рассчитанные на механическое выдавливание слезы. Работает ли это? Иногда да. Верится ли в это? Нет. Для меня до сих пор остается загадкой, что мешает людям имитировать болезнь (спасибо Южному Парку и Картману за то, что куда нагляднее рассказали и простебали эту проблему).
“Я ругаюсь” превращается в удобное, зрительское, абсолютно безопасное кино. Стерильное, как больничная палата, в которой герой явно не раз оказывается волей своей особенности, и столь же безжизненное. И тут возникает вопрос: действительно ли каждая реальная история заслуживает того, чтобы её превратили в очередной шаблонный фильм, тонущий в клише? Обидно, что живой человеческий опыт втиснули в универсальную формулу, ничем не отличающуюся от десятка других картин про борьбу и стремление к жизни.
“Sisu: Road to Revenge”, 2025
Вот уж точно то продолжение, которого я не ожидал увидеть. Похождения финского сержанта в отставке, представленные в первой части, вышедшей в 2023 году, вызвали бурю эмоций своей нелепостью и пренебрежением к логике, физике и здравому смыслу. Но все это работало в рамках абсурдистского, но качественного брутального боевика.
Вторая часть продолжает заданную линию. Теперь “Сису” явно оброс бюджетом, что заметно как в спецэффектах, так и в актерском составе главного антагониста сыграл один из самых серьезных "дедов" последних лет, Стивен Лэнг.
Вместе они устроили настоящую феерию абсурда на поле боя: сальто на танке, неубиваемые грузовики, несгораемые и непотопляемые дома, сражение с истребителями и боеголовка, служащая ускорителем для отцепленного состава. Всё это выглядит одновременно смешно и эффектно.
Но многие из этих плюсов не могут полностью перекрыть минусы, связанные с стагнацией формы, упрощением действий и уходом в прямолинейную несерьезность. Ярким примером такого движения является “Операция Мертвый снег“, где умножение абсурда и черного юмора стало катализатором смены жанровой направленности, и фильм превратился в совершенно другое кино для другой аудитории. Похоже, что нечто похожее произошло и в “Сису 2”, что безусловно делает картину более развлекательной, но, на мой взгляд, сказывается на ее общей ценности.
Тем не менее, просмотр все еще доставляет удовольствие, сцены запоминаются, герои справляются с ролями на ура. А что еще требуется для развлекательного кино в подпивасный вечерок?
Вот уж точно то продолжение, которого я не ожидал увидеть. Похождения финского сержанта в отставке, представленные в первой части, вышедшей в 2023 году, вызвали бурю эмоций своей нелепостью и пренебрежением к логике, физике и здравому смыслу. Но все это работало в рамках абсурдистского, но качественного брутального боевика.
Вторая часть продолжает заданную линию. Теперь “Сису” явно оброс бюджетом, что заметно как в спецэффектах, так и в актерском составе главного антагониста сыграл один из самых серьезных "дедов" последних лет, Стивен Лэнг.
Вместе они устроили настоящую феерию абсурда на поле боя: сальто на танке, неубиваемые грузовики, несгораемые и непотопляемые дома, сражение с истребителями и боеголовка, служащая ускорителем для отцепленного состава. Всё это выглядит одновременно смешно и эффектно.
Но многие из этих плюсов не могут полностью перекрыть минусы, связанные с стагнацией формы, упрощением действий и уходом в прямолинейную несерьезность. Ярким примером такого движения является “Операция Мертвый снег“, где умножение абсурда и черного юмора стало катализатором смены жанровой направленности, и фильм превратился в совершенно другое кино для другой аудитории. Похоже, что нечто похожее произошло и в “Сису 2”, что безусловно делает картину более развлекательной, но, на мой взгляд, сказывается на ее общей ценности.
Тем не менее, просмотр все еще доставляет удовольствие, сцены запоминаются, герои справляются с ролями на ура. А что еще требуется для развлекательного кино в подпивасный вечерок?
"Father, Mother, Sister, Brother", 2025
Дед все еще может. И может эмоциональнее, глубже и более доступно, не только чем он сам раньше, но и чем большинство представителей, входящих в зрительские топы 2025 года. Его новый фильм это все та же знакомая поэзия, но теперь она кажется чем-то уже пережитым, чем-то, что догоняет тебя сквозь годы, рассказывая о том, о чем мы все знали, но оседая при этом глубоко внутри, одновременно мешая выходу эмоций и в то же время освобождая для них пространство.
Это концентрированная смесь чувств, неопределенности, неловкости, загадочных странностей, анекдотичной карикатурности, ностальгии в ее чистом виде, любви, семьи, неоднозначных взглядов и жестов, надежды и утраты. Разбавленная парой литров воды из-под крана.
Несколько новелл со знакомыми и малознакомыми актерами, воплощающими и проживающими разные жизни, но говорящими на одном языке. Множество визуальных образов перекочевало из предыдущих работ Джармуша, поэтому эмоция ностальгии вызывается не только последней новеллой, но и самим киноязыком, с его кадрами столешниц сверху, горизонтальными проводками с уходящими за край экрана героями или фиксирующими пространство автомобильного салона камерами.
После этого фильма хочется складывать произнесенные реплики героев в собственную поэзию, где найдется место для размышлений и о прошлом, и о будущем, и о настоящем; для рефлексии о времени, которое все тем же неизменным ветром проносится позади скейтборда, рассекающего мечты о беспечной юности и несущегося напрямую к чему-то ещё неосознанному, к опыту, что настигает в самый неподходящий час. И вот в моменте мы уже не мчимся по склону на скейте, а лишь наблюдаем за другими из окна такими же, как мы, только уже не нами.
Дед все еще может. И может эмоциональнее, глубже и более доступно, не только чем он сам раньше, но и чем большинство представителей, входящих в зрительские топы 2025 года. Его новый фильм это все та же знакомая поэзия, но теперь она кажется чем-то уже пережитым, чем-то, что догоняет тебя сквозь годы, рассказывая о том, о чем мы все знали, но оседая при этом глубоко внутри, одновременно мешая выходу эмоций и в то же время освобождая для них пространство.
Это концентрированная смесь чувств, неопределенности, неловкости, загадочных странностей, анекдотичной карикатурности, ностальгии в ее чистом виде, любви, семьи, неоднозначных взглядов и жестов, надежды и утраты. Разбавленная парой литров воды из-под крана.
Несколько новелл со знакомыми и малознакомыми актерами, воплощающими и проживающими разные жизни, но говорящими на одном языке. Множество визуальных образов перекочевало из предыдущих работ Джармуша, поэтому эмоция ностальгии вызывается не только последней новеллой, но и самим киноязыком, с его кадрами столешниц сверху, горизонтальными проводками с уходящими за край экрана героями или фиксирующими пространство автомобильного салона камерами.
После этого фильма хочется складывать произнесенные реплики героев в собственную поэзию, где найдется место для размышлений и о прошлом, и о будущем, и о настоящем; для рефлексии о времени, которое все тем же неизменным ветром проносится позади скейтборда, рассекающего мечты о беспечной юности и несущегося напрямую к чему-то ещё неосознанному, к опыту, что настигает в самый неподходящий час. И вот в моменте мы уже не мчимся по склону на скейте, а лишь наблюдаем за другими из окна такими же, как мы, только уже не нами.
“What Does That Nature Say to You”, 2025
С каждым новым фильмом творчество Хон Сан Су откликается во мне всё больше и сильнее, чем раньше. Возможно, ритм жизни замедляется и часы тянутся дольше, возможно, приобретённый опыт находит отражение на экране монитора. Так или иначе, бытовой реализм уже не убаюкивающий звон в ушных раковинах и не статичная пыль, оседающая под веками. Это новая жизнь, с виду все такая же тихая и размеренная, но внутри буйствующая и кипящая вдохновением.
После "Нужд путешественника", где в ярких красках улиц Сеула сияла неугомонная Изабель Юппер, выходит "Что эта природа говорит тебе", в котором остаются уже привычные самому режиссеру и корейскому зрителю постоянные актерские лица. История сосредоточена на семье, куда старшая дочь приводит своего парня, сына местного судьи.
В самом визуальном языке Хон Сан Су остается верен себе, статичные планы, застолья с выпивкой на кухне или на скамейке перед живописным пейзажем, прогулки по аллеям и достопримечательностям. Фиксация жизни и обыденности уводит кино от фантастичности, но магия при этом остается неизменной. Мысли маскируются в пределах одного дня и нескольких локаций, в диалогах пар персонажей или за общим столом. Неловко брошенный вопрос или скупая реплика становятся иглой, сшивающей ткань реальности и рождающей темы материализма отношений, культурного кода корейцев, зависти, любви и предрассудков.
"Ну, отец же тебе помогает деньгами?" - вопрос, способный выбить из равновесия не только сына богатого и влиятельного судьи, всеми силами пытающегося построить самостоятельную, бедную, но честную по отношению к себе жизнь. Он выбивает из колеи и зрителя, скрупулезно изучающего семейные ценности девушки и молодого поэта, заставляя размышлять и сомневаться в персонажах.
Все это одновременно так похоже на нас и так далеко от нас. Но особенность киноязыка Хон Сан Су позволяет прикоснуться к совершенно чужим проблемам и соотнести их со своей жизнью куда проще, чем примерить маску супергероя или костюм драматичной фигуры из нуара. Эта близость и живость питают ожидание весь год чтобы снова вернуться на кухню сеульской квартиры, где кипит жизнь, задаются вопросы и рождаются мечты.
С каждым новым фильмом творчество Хон Сан Су откликается во мне всё больше и сильнее, чем раньше. Возможно, ритм жизни замедляется и часы тянутся дольше, возможно, приобретённый опыт находит отражение на экране монитора. Так или иначе, бытовой реализм уже не убаюкивающий звон в ушных раковинах и не статичная пыль, оседающая под веками. Это новая жизнь, с виду все такая же тихая и размеренная, но внутри буйствующая и кипящая вдохновением.
После "Нужд путешественника", где в ярких красках улиц Сеула сияла неугомонная Изабель Юппер, выходит "Что эта природа говорит тебе", в котором остаются уже привычные самому режиссеру и корейскому зрителю постоянные актерские лица. История сосредоточена на семье, куда старшая дочь приводит своего парня, сына местного судьи.
В самом визуальном языке Хон Сан Су остается верен себе, статичные планы, застолья с выпивкой на кухне или на скамейке перед живописным пейзажем, прогулки по аллеям и достопримечательностям. Фиксация жизни и обыденности уводит кино от фантастичности, но магия при этом остается неизменной. Мысли маскируются в пределах одного дня и нескольких локаций, в диалогах пар персонажей или за общим столом. Неловко брошенный вопрос или скупая реплика становятся иглой, сшивающей ткань реальности и рождающей темы материализма отношений, культурного кода корейцев, зависти, любви и предрассудков.
"Ну, отец же тебе помогает деньгами?" - вопрос, способный выбить из равновесия не только сына богатого и влиятельного судьи, всеми силами пытающегося построить самостоятельную, бедную, но честную по отношению к себе жизнь. Он выбивает из колеи и зрителя, скрупулезно изучающего семейные ценности девушки и молодого поэта, заставляя размышлять и сомневаться в персонажах.
Все это одновременно так похоже на нас и так далеко от нас. Но особенность киноязыка Хон Сан Су позволяет прикоснуться к совершенно чужим проблемам и соотнести их со своей жизнью куда проще, чем примерить маску супергероя или костюм драматичной фигуры из нуара. Эта близость и живость питают ожидание весь год чтобы снова вернуться на кухню сеульской квартиры, где кипит жизнь, задаются вопросы и рождаются мечты.
"Dracula", 2025
Вышедший аккурат на алкогольных праздниках "Дракула" возвращается на свою исконную родину и сразу в руки одного из самых абсурдистско-сатирических кинематографистов современности. Почти три часа сюрреалистических новелл с пошлым, смешным и язвительным нарративом, искрящимся из каждого кадра, с вплетением ИИ-технологий, на грани псевдо-нормальности, но все еще существующих в форме беспрецедентного фарса.
Жуде оторвался по полной, заходя за черту, за которую, кажется, еще ни разу не заходил, и выигрывая от этого, словно эта черта была финишной. Смотреть местами больно, оттого, насколько это реально при всей своей нереальности, насколько точно, живо и грубо. Дракула предстает то старым пациентом психбольницы в прошлом и актером иммерсивного театра в настоящем, то воскресшим эксцентричным существом, сосущим кровь у бедных старушек. Наблюдать за этим абсурдным действом целиком смешно. А если учитывать, что за раздражающе нелепыми плевками ученика Хайдеггера или водителя сельского грузовика без труда обнаруживается подтекст, не скрытый, а издевательски прямой, язвительно объясняемый, сгенерированный ИИ, который здесь выступает отдельным персонажем фильма, то изображение своей двойственностью, а то и тройственностью, разъедает на молекулы любое ожидание следующего кадра.
Да, из-за хронометража, с которым Жуде явно заигрался в попытке уместить неумещаемое (TikTok-Дракула, к слову), фильм выглядит перегруженным и истощающим. Смеяться устаешь, и на смену этому приходит желание разобраться в происходящем. Однако на серьезный тон Жуде выходит лишь в самой концовке, когда пронзительное стихотворение язвительное и беспощадное, вгрызается в сердце зрителя, уже растоптанного урожаем из хуев, театрализованными постановками, антикапиталистическими бунтами, частушками и злободневными разговорами.
Этот фильм максимальный антипод любому антинормисному кино. Он не становится заложником зрительской оценки и не идет на поводу у времени, лишь для того, чтобы расплющить само время под ногами тяжеловесной фигуры, идущей сквозь годы с острыми и кривыми клыками, повидавшей войны, беды, страдания и тиранию. Все это ради театрализованного представления, после которого даже тем, кому понравилось, будет стыдно признаться, что Дракула все-такизасунул им за щёку большой и толстый кол.
Вышедший аккурат на алкогольных праздниках "Дракула" возвращается на свою исконную родину и сразу в руки одного из самых абсурдистско-сатирических кинематографистов современности. Почти три часа сюрреалистических новелл с пошлым, смешным и язвительным нарративом, искрящимся из каждого кадра, с вплетением ИИ-технологий, на грани псевдо-нормальности, но все еще существующих в форме беспрецедентного фарса.
Жуде оторвался по полной, заходя за черту, за которую, кажется, еще ни разу не заходил, и выигрывая от этого, словно эта черта была финишной. Смотреть местами больно, оттого, насколько это реально при всей своей нереальности, насколько точно, живо и грубо. Дракула предстает то старым пациентом психбольницы в прошлом и актером иммерсивного театра в настоящем, то воскресшим эксцентричным существом, сосущим кровь у бедных старушек. Наблюдать за этим абсурдным действом целиком смешно. А если учитывать, что за раздражающе нелепыми плевками ученика Хайдеггера или водителя сельского грузовика без труда обнаруживается подтекст, не скрытый, а издевательски прямой, язвительно объясняемый, сгенерированный ИИ, который здесь выступает отдельным персонажем фильма, то изображение своей двойственностью, а то и тройственностью, разъедает на молекулы любое ожидание следующего кадра.
Да, из-за хронометража, с которым Жуде явно заигрался в попытке уместить неумещаемое (TikTok-Дракула, к слову), фильм выглядит перегруженным и истощающим. Смеяться устаешь, и на смену этому приходит желание разобраться в происходящем. Однако на серьезный тон Жуде выходит лишь в самой концовке, когда пронзительное стихотворение язвительное и беспощадное, вгрызается в сердце зрителя, уже растоптанного урожаем из хуев, театрализованными постановками, антикапиталистическими бунтами, частушками и злободневными разговорами.
Этот фильм максимальный антипод любому антинормисному кино. Он не становится заложником зрительской оценки и не идет на поводу у времени, лишь для того, чтобы расплющить само время под ногами тяжеловесной фигуры, идущей сквозь годы с острыми и кривыми клыками, повидавшей войны, беды, страдания и тиранию. Все это ради театрализованного представления, после которого даже тем, кому понравилось, будет стыдно признаться, что Дракула все-таки
Еще немного фильмов прошлого года по системе плохо/нормально/хорошо.
🔴 "The Thing with Feathers", 2025
К сожалению, в 2025 году уже слишком мало взять травмирующий опыт, завернуть его в красивую обертку, позвать хорошего актера и замаскировать все под метафору.
"Сущность" пошла именно по этому пути и проиграла. Задумка в виде ворона, символизирующего универсальную проблему, уже на этапе текста звучит не ново, а при просмотре тем более. Фильм, где весь смысл и финал считываются на 5-10-й минуте, должен предложить зрителю что-то, что удержит его от кнопки закрытия. Но дальше мы топчемся на месте, хоть и с красивым визуалом.
И, увы, визуал с этим не справляется, а Кэмбербетчу попросту нечего играть. Извините, но избежать сравнений с "Бабадуком" я здесь не могу, ведь даже в сотый раз повторенная шутка звучит не так пошло, как этот фильм.
🟡 "After the Hunt", 2025
Гуаданьино, безусловно, весьма своеобразный режиссер, иногда тонко чувствующий но иногда банально работающий с выгребной яме адаптаций и дешевых сюжетных драм.
"После охоты" ближе ко второму, где в роли язвительного звена выступает противоречивая социальная дискуссия на темы обесценивания проблем, домогательств, расизма и феминизма. Связывать философию и современные идеологии и движения у Луки получается вполне неплохо, хоть и с весомыми нотками наигранной претенциозности, от которых так и веет графоманством.
При менее долгом хронометраже история вышла бы куда более разогнанной и наэлектризованной, но и без этого здесь есть на что посмотреть, хоть и не без парочки неоднозначных решений в виде пустого материала и натягивания совы на глобус.
🟢 "Code 3", 2025
Яркий пример драмеди, существующего в жанре развлекательного кино и способного удерживать зрителя нескучным визуалом. Он однозначно возьмет на себя роль того фильма, что попадается в ТикТоке с кучей высокопарных отзывов и с комментом "фильм по ссылке в профиле", но как будто он и не требует ничего большего.
Особая заслуга в режиссуре, потому что, ровно как и в "Сущности", финал картины понятен ещё на начальном этапе, но именно здесь изыскания главного героя, драматические ситуации, комедийные элементы, а также визуальные и графические решения становятся теми крючками, которые не отпускают внимание при просмотре. Так же приятно снова видеть Райана Уилсона, особенно в роли, которая неожиданно выбивает привыкшего зрителя из колеи.
Однозначный маст вотч, даже если вы устали от избитых жанровых клише про несправедливость системы, выгорание, призвание и жизненные силы внутри себя, которые подталкивают жить дальше.
🔴 "The Thing with Feathers", 2025
К сожалению, в 2025 году уже слишком мало взять травмирующий опыт, завернуть его в красивую обертку, позвать хорошего актера и замаскировать все под метафору.
"Сущность" пошла именно по этому пути и проиграла. Задумка в виде ворона, символизирующего универсальную проблему, уже на этапе текста звучит не ново, а при просмотре тем более. Фильм, где весь смысл и финал считываются на 5-10-й минуте, должен предложить зрителю что-то, что удержит его от кнопки закрытия. Но дальше мы топчемся на месте, хоть и с красивым визуалом.
И, увы, визуал с этим не справляется, а Кэмбербетчу попросту нечего играть. Извините, но избежать сравнений с "Бабадуком" я здесь не могу, ведь даже в сотый раз повторенная шутка звучит не так пошло, как этот фильм.
🟡 "After the Hunt", 2025
Гуаданьино, безусловно, весьма своеобразный режиссер, иногда тонко чувствующий но иногда банально работающий с выгребной яме адаптаций и дешевых сюжетных драм.
"После охоты" ближе ко второму, где в роли язвительного звена выступает противоречивая социальная дискуссия на темы обесценивания проблем, домогательств, расизма и феминизма. Связывать философию и современные идеологии и движения у Луки получается вполне неплохо, хоть и с весомыми нотками наигранной претенциозности, от которых так и веет графоманством.
При менее долгом хронометраже история вышла бы куда более разогнанной и наэлектризованной, но и без этого здесь есть на что посмотреть, хоть и не без парочки неоднозначных решений в виде пустого материала и натягивания совы на глобус.
🟢 "Code 3", 2025
Яркий пример драмеди, существующего в жанре развлекательного кино и способного удерживать зрителя нескучным визуалом. Он однозначно возьмет на себя роль того фильма, что попадается в ТикТоке с кучей высокопарных отзывов и с комментом "фильм по ссылке в профиле", но как будто он и не требует ничего большего.
Особая заслуга в режиссуре, потому что, ровно как и в "Сущности", финал картины понятен ещё на начальном этапе, но именно здесь изыскания главного героя, драматические ситуации, комедийные элементы, а также визуальные и графические решения становятся теми крючками, которые не отпускают внимание при просмотре. Так же приятно снова видеть Райана Уилсона, особенно в роли, которая неожиданно выбивает привыкшего зрителя из колеи.
Однозначный маст вотч, даже если вы устали от избитых жанровых клише про несправедливость системы, выгорание, призвание и жизненные силы внутри себя, которые подталкивают жить дальше.
В январе далекого 2006 года российские кинотеатры застали премьеру одной из самых значимых мультипликаций в карьере Тима Бертона.
Спустя 20 лет возвращаемся к пронзительной истории Виктора и Эмили, но уже на малых экранах киноклуба.
Ждем всех на встречу 20 января, подробности по ссылке или в личных сообщениях.
Спустя 20 лет возвращаемся к пронзительной истории Виктора и Эмили, но уже на малых экранах киноклуба.
Ждем всех на встречу 20 января, подробности по ссылке или в личных сообщениях.
"Marty Supreme", 2025
В мире, где все постоянно меняется, разрушается и теряется, неизменно восходит деконструкция, рождение нового и переосмысление старого. Так, разрушившийся братский союз Сэфди в один год подарил нам два фильма, которые в целом достаточно похожи. Обе истории связаны со спортом, но при этом уходят далеко за его пределы, рассказывая о чем-то большем. Обе картины обладают выразительной визуальной составляющей. Но почему зрительские оценки у них так различаются?
Честно говоря, я отношусь к обоим проектам скорее холодно. Но при этом мне непонятны критические отклики на один фильм и восторги по поводу другого. По Крушащей машине всё более очевидно: Бенни Сэфди не сумел наполнить фильм жизнью, полностью полагаясь на тренд возрождения актерских карьер (точнее, на рождение Скалы как драматического актера) и проиграл эмоциональному восприятию зрителя.
С Марти Суприм все сложнее. Шаламе действительно ведет фильм, играя язвительного, наглого, эгоистичного и самоуверенного игрока в настольный теннис, и этот персонаж чувствуется настоящим. Монтаж держит динамику и темп, не давая оторваться от экрана, что в современном ритме жизни заслуживает похвалы. Но достаточно ли этого?
Мне нет. Поэтому что "Машина", что "Марти" для меня остаются обычными, базовыми историями для похода в кино и получения быстрого дофамина. Особенно на фоне того, что показывал дуэт в совместном творчестве. "Марти Суприм" это максимально зрительское кино, сделанное автором, гоняющееся за эмоцией с скоростью мощнейшего форхенда, разрезающее ожидания тех, кто пришел на стандартный байопик, как ракетка разрезает сдавленный конденсатом от пота воздух. Сэфди нарочито ломает привычную форму жанра прямым (интервью) и косвенным (отсутствие финальных титров с информацией о жизни героя или архивных кадров, вымышленными персонажами) способом он предлагает не универсальный байопик, а совсем другую историю, где спорт это мечта, бизнес мечта, карьера кинозвезды мечта. Но у любой мечты есть срок годности, любовь, прошлое, настоящее и будущее.
Таким образом, "Марти" превращается не в прямолинейную историю о восхождении или падении спортивной звезды, а в очередную деконструкцию американской мечты, разбившейся о любовь и ограниченность времени и собственные амбиции. Герои здесь это таксисты, чемпионы по теннису еще недавно заключенные в концлагерях, продавцы обуви, мечтающие стать менеджерами магазина. Некоторым героям предстоит пройти через кризис, у Марти же слом происходит, но, вопреки жанровым канонам, подчинен ожиданиям зрителя, ждущего катарсиса. Но катарсиса нет, потому что Сэфди, идя обходными путями, все равно ведет зрителя к ожидаемой точке. Марти смешной, но понятный, честный, но предсказуемый, качественно сделанный, но черновая работа здесь лежит на поверхности. Режиссер, вставляя истории из холокоста, бандитские разборки, послевоенные настроения создает здесь атмосферу, в которую в конечном итоге герой Шаламе должен вернутся, но эти попытки вызывают лишь скуку.
От этого становится грустно и непонятно, либо зрители снизили требования, либо кино настолько хитро обманывает стагнирующего зрителя, что оно легко плавает в потоке второсортного контента, умудряясь не сливаться с ним. Джош Сэфди проделал огромную работу, но смотреть фильм и полностью отдавать себя эмоциям трудно, когда автор говорит с тобой через сценарий, персонажей и нетипичный сюжет и всячески стараясь показать форменную историю избегая шаблонов выдает себя и пытается заставить эмоционировать, в итоге эти вещи мешают друг другу. Но, вероятно, фильм получился именно таким, каким он должен был быть, вызвав бурю эмоций у тех, кто должен был их испытать. Мне же, увы, этого оказалось недостаточно.
В мире, где все постоянно меняется, разрушается и теряется, неизменно восходит деконструкция, рождение нового и переосмысление старого. Так, разрушившийся братский союз Сэфди в один год подарил нам два фильма, которые в целом достаточно похожи. Обе истории связаны со спортом, но при этом уходят далеко за его пределы, рассказывая о чем-то большем. Обе картины обладают выразительной визуальной составляющей. Но почему зрительские оценки у них так различаются?
Честно говоря, я отношусь к обоим проектам скорее холодно. Но при этом мне непонятны критические отклики на один фильм и восторги по поводу другого. По Крушащей машине всё более очевидно: Бенни Сэфди не сумел наполнить фильм жизнью, полностью полагаясь на тренд возрождения актерских карьер (точнее, на рождение Скалы как драматического актера) и проиграл эмоциональному восприятию зрителя.
С Марти Суприм все сложнее. Шаламе действительно ведет фильм, играя язвительного, наглого, эгоистичного и самоуверенного игрока в настольный теннис, и этот персонаж чувствуется настоящим. Монтаж держит динамику и темп, не давая оторваться от экрана, что в современном ритме жизни заслуживает похвалы. Но достаточно ли этого?
Мне нет. Поэтому что "Машина", что "Марти" для меня остаются обычными, базовыми историями для похода в кино и получения быстрого дофамина. Особенно на фоне того, что показывал дуэт в совместном творчестве. "Марти Суприм" это максимально зрительское кино, сделанное автором, гоняющееся за эмоцией с скоростью мощнейшего форхенда, разрезающее ожидания тех, кто пришел на стандартный байопик, как ракетка разрезает сдавленный конденсатом от пота воздух. Сэфди нарочито ломает привычную форму жанра прямым (интервью) и косвенным (отсутствие финальных титров с информацией о жизни героя или архивных кадров, вымышленными персонажами) способом он предлагает не универсальный байопик, а совсем другую историю, где спорт это мечта, бизнес мечта, карьера кинозвезды мечта. Но у любой мечты есть срок годности, любовь, прошлое, настоящее и будущее.
Таким образом, "Марти" превращается не в прямолинейную историю о восхождении или падении спортивной звезды, а в очередную деконструкцию американской мечты, разбившейся о любовь и ограниченность времени и собственные амбиции. Герои здесь это таксисты, чемпионы по теннису еще недавно заключенные в концлагерях, продавцы обуви, мечтающие стать менеджерами магазина. Некоторым героям предстоит пройти через кризис, у Марти же слом происходит, но, вопреки жанровым канонам, подчинен ожиданиям зрителя, ждущего катарсиса. Но катарсиса нет, потому что Сэфди, идя обходными путями, все равно ведет зрителя к ожидаемой точке. Марти смешной, но понятный, честный, но предсказуемый, качественно сделанный, но черновая работа здесь лежит на поверхности. Режиссер, вставляя истории из холокоста, бандитские разборки, послевоенные настроения создает здесь атмосферу, в которую в конечном итоге герой Шаламе должен вернутся, но эти попытки вызывают лишь скуку.
От этого становится грустно и непонятно, либо зрители снизили требования, либо кино настолько хитро обманывает стагнирующего зрителя, что оно легко плавает в потоке второсортного контента, умудряясь не сливаться с ним. Джош Сэфди проделал огромную работу, но смотреть фильм и полностью отдавать себя эмоциям трудно, когда автор говорит с тобой через сценарий, персонажей и нетипичный сюжет и всячески стараясь показать форменную историю избегая шаблонов выдает себя и пытается заставить эмоционировать, в итоге эти вещи мешают друг другу. Но, вероятно, фильм получился именно таким, каким он должен был быть, вызвав бурю эмоций у тех, кто должен был их испытать. Мне же, увы, этого оказалось недостаточно.
1
“12 and Holding”, 2005
Это тяжелая история о судьбах трех детей подросткового возраста, которые постоянно сталкиваются со смертью лучшего друга.
Главные герои братья близнецы Руди и Джейкоб, а так же Леонард и Мали, все четверо лучшие друзья с самого детства. Но трагедия, в которой Руди погибает по причине несчастного случая, меняет их жизни.
Смерть брата и друга здесь лишь триггер для раскрытия накопившихся травм и переживаний, которые были вызваны годами, проведенными под давлением внешних угроз. Для кого-то это отсутствие отца, для кого-то лишний вес, для кого-то трусость. Мощное потрясение вырывает эти проблемы наружу, и теперь дети становятся проводниками негависти и негативных эмоций в мир вокруг них.
Мали, явно не получившая любви от отца в раннем возрасте, обращается за этой любовью к местному строителю, роль которого исполнил Джереми Рейнер. Леонард, с подачи футбольного тренера, начинает маниакально следить за своим весом и здоровьем, и его одержимость сказывается на близких. Джейкоб, чувствуя вину за смерть брата, подпитывает свой гнев и стремление к мести словами родителей о наказании преступников, что в конце концов приводит к разрушительным последствиям.
Фильм, несмотря на свою наивность, страшный и серьезный. Он, изучая последствия трагедии, через второстепенных персонажей и микроэпизоды вводит тонкий психологизм причин этих последствий, не давая зрителю однозначных ответов и решений. Зритель остается один на один со своими размышлениями о том, как нужно воспитывать детей, дружить и любить.
Здесь нет хороших персонажей, только те, кто ошибся на своем пути, и те, кто пытается изменить свою жизнь или уже завершил этот путь. Оправдывающей концовки тоже нет, но она и не нужна в истории, которая исследует детство как возможность найти правильный путь и справиться с одержимостью, чтобы не нести ее через годы.
Это тяжелая история о судьбах трех детей подросткового возраста, которые постоянно сталкиваются со смертью лучшего друга.
Главные герои братья близнецы Руди и Джейкоб, а так же Леонард и Мали, все четверо лучшие друзья с самого детства. Но трагедия, в которой Руди погибает по причине несчастного случая, меняет их жизни.
Смерть брата и друга здесь лишь триггер для раскрытия накопившихся травм и переживаний, которые были вызваны годами, проведенными под давлением внешних угроз. Для кого-то это отсутствие отца, для кого-то лишний вес, для кого-то трусость. Мощное потрясение вырывает эти проблемы наружу, и теперь дети становятся проводниками негависти и негативных эмоций в мир вокруг них.
Мали, явно не получившая любви от отца в раннем возрасте, обращается за этой любовью к местному строителю, роль которого исполнил Джереми Рейнер. Леонард, с подачи футбольного тренера, начинает маниакально следить за своим весом и здоровьем, и его одержимость сказывается на близких. Джейкоб, чувствуя вину за смерть брата, подпитывает свой гнев и стремление к мести словами родителей о наказании преступников, что в конце концов приводит к разрушительным последствиям.
Фильм, несмотря на свою наивность, страшный и серьезный. Он, изучая последствия трагедии, через второстепенных персонажей и микроэпизоды вводит тонкий психологизм причин этих последствий, не давая зрителю однозначных ответов и решений. Зритель остается один на один со своими размышлениями о том, как нужно воспитывать детей, дружить и любить.
Здесь нет хороших персонажей, только те, кто ошибся на своем пути, и те, кто пытается изменить свою жизнь или уже завершил этот путь. Оправдывающей концовки тоже нет, но она и не нужна в истории, которая исследует детство как возможность найти правильный путь и справиться с одержимостью, чтобы не нести ее через годы.