Forwarded from оливковый луг ||⏱|🚦
говорят что лучший подарок на день рождения художника это репост его работ :J
Forwarded from спальня Нозому (в спячке)
У меня сегодня день рождения! Мне целых 22 годика 💀
Хз что сказать, странный год. Я успела сделать много вещей, о которых как жалею так и.... счастлива, наверно? Странное чувство. НО НЕ ВРЕМЯ О ГРУСТНОМ, ЛУЧШЕ ПОСМОТРИТЕ НА ОДНИ ИЗ МОИХ КРУТЫХ РАБОТ 🥰
А еще если вы хотите подкинуть мне копеечку на ниточки и тортик то можете сделать это сюда:
2200 1529 2516 3738 (альфа банк)
Светлана Васильевна А
Буду рада репостам, но это уже необязательно 🥰
Хз что сказать, странный год. Я успела сделать много вещей, о которых как жалею так и.... счастлива, наверно? Странное чувство. НО НЕ ВРЕМЯ О ГРУСТНОМ, ЛУЧШЕ ПОСМОТРИТЕ НА ОДНИ ИЗ МОИХ КРУТЫХ РАБОТ 🥰
А еще если вы хотите подкинуть мне копеечку на ниточки и тортик то можете сделать это сюда:
2200 1529 2516 3738 (альфа банк)
Светлана Васильевна А
Буду рада репостам, но это уже необязательно 🥰
Держите глупеньких скамбо из школьной аушки о которой вы однажды услышите, because im insane about it
#рисовалки
#рисовалки
❤13
Forwarded from 🚦That's what we call Tasya influence
Ну и по такому случаю скетчик который когда-либо я обязательно перерисую йеп конечно-
Forwarded from 『 murmuring moss 』° 🎐❄️🍵 (χρονόμετρο)
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from аксиома [18+]
#еы
На землю опустилась ночь или то, что можно было назвать ею, в этом мире. Они с Вирго уже разложились у костра, положив украденные у солдат спальники так, чтобы можно было лежать в как можно ближе, защищая друг друга от холода. На костре остывал чан с чаем из местных трав и ягод (пусть они и казались подозрительно серыми при сборе), лес вокруг был удивительно спокойным… но несмотря на это, Анне не спалось. В прошлой жизни она пела Вирго колыбельные, но теперь ей хотелось услышать песню самой. Хотелось услышать этот нежный голос, это очередное подтверждение, что Вирго тоже помнит их песни и путешествия. В конце концов, хотелось успокоить тот шум неуёмного пламени, что никогда не покинул её голову полностью.
Но Вирго нема. Она общается знаками, или текстами на вызванном магией пергаменте. Она почти бесшумно хихикает, когда Анна делает что-то глупое, и громко хмыкает, когда притворяется, что обиделась на ту. И это всё, что осталось от того голоса, что успокаивал Анну в прошлой жизни и останавливал её перед пропастью.
Анна не жалуется. Ей вновь быть с Вирго важнее речи. Но Анна скучает. Скучает по их разговорам в дальних поездках, скучает по песням… она крепче обнимает Вирго со спины и все ее тело немного трясется. Вирго переворачивается на другой бок, чтобы увидеть Анну, и, состроив удивленно-переживающее лицо, кладет ладонь на щеку своей дорогой спутницы.
-Хм?
-Нет, ничего, все хорошо, - чистая ложь, но не может же она рассказать Вирго о своих глупых переживаниях? Особенно когда та не может ничего с ними сделать.
Вирго показательно закатывает глаза и гладит Анну по губам большим пальцем, а потом тыкает по ним указательным - мягкое «расскажи».
-Просто скучаю по нашим песням. И шумно в голове. Очень шумно.
Вирго тихо вздыхает, прижимая Анну к себе, проводя по её волосам и, сначала неловко, начинает мурлыкать ту самую колыбельную. Анна пытается поднять голову, но её держат крепко, принуждая успокоиться. Знакомая мелодия убаюкивает Анну, успокаивает шум и та поддается этому, прижимаясь к груди Вирго, пытаясь окружить себя этой песней.
На землю опустилась ночь или то, что можно было назвать ею, в этом мире. Они с Вирго уже разложились у костра, положив украденные у солдат спальники так, чтобы можно было лежать в как можно ближе, защищая друг друга от холода. На костре остывал чан с чаем из местных трав и ягод (пусть они и казались подозрительно серыми при сборе), лес вокруг был удивительно спокойным… но несмотря на это, Анне не спалось. В прошлой жизни она пела Вирго колыбельные, но теперь ей хотелось услышать песню самой. Хотелось услышать этот нежный голос, это очередное подтверждение, что Вирго тоже помнит их песни и путешествия. В конце концов, хотелось успокоить тот шум неуёмного пламени, что никогда не покинул её голову полностью.
Но Вирго нема. Она общается знаками, или текстами на вызванном магией пергаменте. Она почти бесшумно хихикает, когда Анна делает что-то глупое, и громко хмыкает, когда притворяется, что обиделась на ту. И это всё, что осталось от того голоса, что успокаивал Анну в прошлой жизни и останавливал её перед пропастью.
Анна не жалуется. Ей вновь быть с Вирго важнее речи. Но Анна скучает. Скучает по их разговорам в дальних поездках, скучает по песням… она крепче обнимает Вирго со спины и все ее тело немного трясется. Вирго переворачивается на другой бок, чтобы увидеть Анну, и, состроив удивленно-переживающее лицо, кладет ладонь на щеку своей дорогой спутницы.
-Хм?
-Нет, ничего, все хорошо, - чистая ложь, но не может же она рассказать Вирго о своих глупых переживаниях? Особенно когда та не может ничего с ними сделать.
Вирго показательно закатывает глаза и гладит Анну по губам большим пальцем, а потом тыкает по ним указательным - мягкое «расскажи».
-Просто скучаю по нашим песням. И шумно в голове. Очень шумно.
Вирго тихо вздыхает, прижимая Анну к себе, проводя по её волосам и, сначала неловко, начинает мурлыкать ту самую колыбельную. Анна пытается поднять голову, но её держат крепко, принуждая успокоиться. Знакомая мелодия убаюкивает Анну, успокаивает шум и та поддается этому, прижимаясь к груди Вирго, пытаясь окружить себя этой песней.
💘2