This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
«Пойти против высших чинов Церкви, быть отлучённым — все это болезненные последствия для епископа, на которые можно пойти только ради серьезной цели: для защиты нашей Веры» — Лефевр.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Любимый Кафедрал 🖤
✠ Церковь по своей природе и своему божественному установлению не может быть подчинена никакой земной власти» — Лев XII
«Мистическое Тело Христа и Римская Католическая Церковь: это одно и то же» — Пий XII ✠
✠ Церковь по своей природе и своему божественному установлению не может быть подчинена никакой земной власти» — Лев XII
«Мистическое Тело Христа и Римская Католическая Церковь: это одно и то же» — Пий XII ✠
Я уже писал о Братстве Святого Пия X — бескомпромиссной группе католиков. Буквально сегодня я нашел то, мимо чего я просто не могу пройти и умолчать.
Руководство Братства выпустило официальный пресс-релиз: они готовятся рукоположить новых епископов. И, судя по тексту документа, делать это планируют без разрешения Ватикана. В самом документе четко написано о том, что Святой Престол игнорирует просьбы разрешить рукоположить епископов.
Для тех, кто немного знаком с историей Церкви, здесь очевидна стопроцентная историческая параллель.
В 1988 году основатель Братства, архиепископ Марсель Лефевр, оказался в таком же положении. Он был уже стар, и понимал: если он уйдет, Братство останется без епископов, а значит — без возможности рукополагать новых священников. Долгие переговоры с Римом тогда зашли в тупик. Сославшись на «состояние крайней необходимости», Лефевр самовольно рукоположил четырех епископов. Реакция Ватикана была моментальной — отлучение всех от Церкви.
Спустя годы Папа Бенедикт XVI снял это отлучение. Лефевристы оказались в канонической «серой зоне»: официального статуса у них так и не появилось, но и каких-то кардинальных проблем для их существования — тоже.
Но время идет. Епископы, рукоположенные в 1988 году, постарели или даже умерли, а Уильямсон был исключен в 2012 году (но недавно тоже отошел к Богу). Братству снова нужна смена поколений для выживания. Нынешний глава Давиде Пальярани пытался договориться с Ватиканом (или делал вид, что пытался), но, как прямо сказано в пресс-релизе, разрешения не получил.
Оказавшись в тупике, Братство идет ва-банк. Буквально. Они снова используют аргумент Лефевра об «объективной ситуации крайней необходимости». Для них сохранение традиции (том виде, в котором они её понимают) важнее юридического послушания Папе Римскому.
Для самой общины традиционалистов последствия могут быть очень серьёзными. Если эти рукоположения состоятся, «серой зоне» придет конец, и участники церемонии рискуют вновь попасть под отлучение. Интересно, что будет дальше, хд.
Руководство Братства выпустило официальный пресс-релиз: они готовятся рукоположить новых епископов. И, судя по тексту документа, делать это планируют без разрешения Ватикана. В самом документе четко написано о том, что Святой Престол игнорирует просьбы разрешить рукоположить епископов.
Для тех, кто немного знаком с историей Церкви, здесь очевидна стопроцентная историческая параллель.
В 1988 году основатель Братства, архиепископ Марсель Лефевр, оказался в таком же положении. Он был уже стар, и понимал: если он уйдет, Братство останется без епископов, а значит — без возможности рукополагать новых священников. Долгие переговоры с Римом тогда зашли в тупик. Сославшись на «состояние крайней необходимости», Лефевр самовольно рукоположил четырех епископов. Реакция Ватикана была моментальной — отлучение всех от Церкви.
Спустя годы Папа Бенедикт XVI снял это отлучение. Лефевристы оказались в канонической «серой зоне»: официального статуса у них так и не появилось, но и каких-то кардинальных проблем для их существования — тоже.
Но время идет. Епископы, рукоположенные в 1988 году, постарели или даже умерли, а Уильямсон был исключен в 2012 году (но недавно тоже отошел к Богу). Братству снова нужна смена поколений для выживания. Нынешний глава Давиде Пальярани пытался договориться с Ватиканом (или делал вид, что пытался), но, как прямо сказано в пресс-релизе, разрешения не получил.
Оказавшись в тупике, Братство идет ва-банк. Буквально. Они снова используют аргумент Лефевра об «объективной ситуации крайней необходимости». Для них сохранение традиции (том виде, в котором они её понимают) важнее юридического послушания Папе Римскому.
Для самой общины традиционалистов последствия могут быть очень серьёзными. Если эти рукоположения состоятся, «серой зоне» придет конец, и участники церемонии рискуют вновь попасть под отлучение. Интересно, что будет дальше, хд.
Для тех, кто считает, что братство это лишь небольшое количество фанатично настроенных католиков. Сухая статистика:
Братство Святого Пия X насчитывает около 600 тысяч прихожан. Деятельность ведется более чем в 70 странах. В структуре братства служат свыше 700 священников, в ведении которых находятся около 800 храмов, часовен и миссионерских центров. Братство содержит 6 международных духовных семинарий для подготовки собственного духовенства, а также более 100 общеобразовательных школ и два университетских института.
Братство Святого Пия X насчитывает около 600 тысяч прихожан. Деятельность ведется более чем в 70 странах. В структуре братства служат свыше 700 священников, в ведении которых находятся около 800 храмов, часовен и миссионерских центров. Братство содержит 6 международных духовных семинарий для подготовки собственного духовенства, а также более 100 общеобразовательных школ и два университетских института.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Католический Катехизис (п. 1643) описывает, какой должна быть любовь между мужчиной и женщиной:
«Она требует полноты, охватывающей все стороны личности, она стремится к глубоко личностному единству, которое не просто соединяет в одну плоть, но формирует одно сердце и одну душу»
Католический Катехизис (п. 1641) объясняет святость союза между мужем и женой:
«В силу таинства брака супруги получают благодать любить друг друга той любовью, какой Христос возлюбил Свою Церковь. Благодать этого таинства совершенствует человеческую любовь супругов, укрепляет их нерасторжимое единство и освящает их на пути к вечной жизни»
🖤🤍
«Она требует полноты, охватывающей все стороны личности, она стремится к глубоко личностному единству, которое не просто соединяет в одну плоть, но формирует одно сердце и одну душу»
Католический Катехизис (п. 1641) объясняет святость союза между мужем и женой:
«В силу таинства брака супруги получают благодать любить друг друга той любовью, какой Христос возлюбил Свою Церковь. Благодать этого таинства совершенствует человеческую любовь супругов, укрепляет их нерасторжимое единство и освящает их на пути к вечной жизни»
🖤🤍
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Сегодня Святой Престол отправил в отставку Архиепископа Паоло Пецци по его собственному прошению.
Очень жаль и одновременно рад, что успел застать Святые Мессы под предводительством Паоло.
Он, конечно, никогда не прочитает этот пост, но желаю ему всех Благ на дальнейших путях.
Неожиданно, если честно. На видео: Архиепископ Паоло во время Пасхи в Кафедрале Непорочного Зачатия.
Очень жаль и одновременно рад, что успел застать Святые Мессы под предводительством Паоло.
Он, конечно, никогда не прочитает этот пост, но желаю ему всех Благ на дальнейших путях.
Неожиданно, если честно. На видео: Архиепископ Паоло во время Пасхи в Кафедрале Непорочного Зачатия.
Современность одержима идеей свободы от любых авторитетов, и эта одержимость закономерно добралась до вопросов Веры.
Ныне принято гордиться отсутствием принадлежности к конкретной конфессии, заменяя её размышлениями об энергиях, искренней вере в то, что картонная карточка с маркетплейса даст тебе описание судьбы и чувств человека, возможной судьбы. Часть людей искренне верят, что переросли рамки традиционных институтов (церквей, как пример), собирая собственную духовность из энергий, вибраций и размышлений о «вселенной».
На деле же это чаще всего просто страх перед реальной ответственностью и встречей с Абсолютом. Понятие абстрактной «вселенной» невероятно удобно. Это безликая сила, которая ничего не требует и ни к чему не обязывает. Она не призовет к ответу, не попросит отказаться от привычного комфорта и не назовет вещи своими настоящими именами. Верить в такую систему легко, потому что в ней человек конструирует Бога по собственному образу — безопасного, молчаливого и всегда одобряющего любой его выбор. Это суррогат духовной жизни, не требующий ни воли, ни внутренней дисциплины, ни познания себя и, главное: вечности.
Католическая Церковь предлагает совершенно иную плоскость бытия. Христианский Бог — это личность, и соприкосновение с Ним никогда не бывает абсолютно комфортным, потому что оно разрушает любые иллюзии человека о себе, о своей жизни, о происходящем вокруг.
Выбирать духовность без правил и обязательств — это привлекательный побег от реальности, позволяющее остаться жить в слабости, без обязательств.
Ныне принято гордиться отсутствием принадлежности к конкретной конфессии, заменяя её размышлениями об энергиях, искренней вере в то, что картонная карточка с маркетплейса даст тебе описание судьбы и чувств человека, возможной судьбы. Часть людей искренне верят, что переросли рамки традиционных институтов (церквей, как пример), собирая собственную духовность из энергий, вибраций и размышлений о «вселенной».
На деле же это чаще всего просто страх перед реальной ответственностью и встречей с Абсолютом. Понятие абстрактной «вселенной» невероятно удобно. Это безликая сила, которая ничего не требует и ни к чему не обязывает. Она не призовет к ответу, не попросит отказаться от привычного комфорта и не назовет вещи своими настоящими именами. Верить в такую систему легко, потому что в ней человек конструирует Бога по собственному образу — безопасного, молчаливого и всегда одобряющего любой его выбор. Это суррогат духовной жизни, не требующий ни воли, ни внутренней дисциплины, ни познания себя и, главное: вечности.
Католическая Церковь предлагает совершенно иную плоскость бытия. Христианский Бог — это личность, и соприкосновение с Ним никогда не бывает абсолютно комфортным, потому что оно разрушает любые иллюзии человека о себе, о своей жизни, о происходящем вокруг.
Выбирать духовность без правил и обязательств — это привлекательный побег от реальности, позволяющее остаться жить в слабости, без обязательств.
А где реакшены?
Сфотографить Кафедрал и написать цитату — это непосильный труд.
Сфотографить Кафедрал и написать цитату — это непосильный труд.
Мне всегда не нравилось, как массовая культура очерняет Святую Инквизицию.
Пугающий образ организации Папского Престола, который только и желал уничтожить кого-нибудь на костре был создан политическими противниками Католической Церкви (не будем забывать, что их всегда было достаточно) — в истории это называют «черной легендой».
Изучая свободные источники о судебных практиках средневековья, я наткнулся на интересный факт: обычные воры и преступники, попав в средневековые места лишения свободы часто начинали специально выкрикивать богохульства. Они делали это с одной целью — чтобы их дело забрал суд Инквизиции (подобное описывает британский писатель Генри Камен в своей книге «Испанская инквизиция: историческая ревизия»).
Зачем им это было нужно? Ответ прост: церковный суд был более гуманным и в какой-то мере передовым правовым институтом своего времени. Подчеркну: своего времени. Светские суды особо не церемонились (сами знаете, какие были нравы тогда). Человека могли казнить по одному лишь подозрению и громогласным обвинениям толпы, признания выбивали сутками самыми отчаянными способами. Инквизиция же была создана Папой Римским от части для того, чтобы остановить самосуд толпы, готовой сжигать людей за любой косой взгляд или неурожай.
Читая об устройстве инквизиции, можно отметить, что именно там появились нормы, на которых строится современное право (об этом писал Эдвард Питерс в своих исследованиях канонического права):
> Обвиняемому предоставляли адвоката
> Требовались доказательства и показания нескольких независимых свидетелей
> Перед судом обвиняемый писал список своих врагов (их показания не учитывались), (или писали с его слов, в случае безграмотности)
> Пытки ограничивались правилами (да, они всё же были, это неоспоримый факт)
Но главной целью Инквизиции было не наказание, а спасение души. Задача инквизитора состояла в том, чтобы убедить человека раскаяться. Если человек признавал неправоту, он получал духовную епитимью, но не лишение жизни.
Смертный приговор выносился скорее упорным рецидивистам. При этом сама Церковь никого не казнила: она предавала человека Анафеме и передавала его светским властям. (По данным Агостино Борромео, основанным на архивах Ватикана, смертные приговоры составляли около 1-2% от всех дел Инквизиции)
Безусловно, «перегибы на местах» были, этого не избежать, ибо люди совершали, совершают и будут совершать ошибки. Папа Иоанн Павел II в конце прошлого века принес извинения за человеческие ошибки отдельных служителей Инквизиции, но не за сам институт.
На фото: картина Доминго Вальдивьесо. Король Филипп II председательствует на аутодафе (сожжение еретиков), 1871. Сожжение самих пытающихся заниматься колдовством я оправдывать не буду, каюсь, но мне их не слишком жаль, хдхд.
Пугающий образ организации Папского Престола, который только и желал уничтожить кого-нибудь на костре был создан политическими противниками Католической Церкви (не будем забывать, что их всегда было достаточно) — в истории это называют «черной легендой».
Изучая свободные источники о судебных практиках средневековья, я наткнулся на интересный факт: обычные воры и преступники, попав в средневековые места лишения свободы часто начинали специально выкрикивать богохульства. Они делали это с одной целью — чтобы их дело забрал суд Инквизиции (подобное описывает британский писатель Генри Камен в своей книге «Испанская инквизиция: историческая ревизия»).
Зачем им это было нужно? Ответ прост: церковный суд был более гуманным и в какой-то мере передовым правовым институтом своего времени. Подчеркну: своего времени. Светские суды особо не церемонились (сами знаете, какие были нравы тогда). Человека могли казнить по одному лишь подозрению и громогласным обвинениям толпы, признания выбивали сутками самыми отчаянными способами. Инквизиция же была создана Папой Римским от части для того, чтобы остановить самосуд толпы, готовой сжигать людей за любой косой взгляд или неурожай.
Читая об устройстве инквизиции, можно отметить, что именно там появились нормы, на которых строится современное право (об этом писал Эдвард Питерс в своих исследованиях канонического права):
> Обвиняемому предоставляли адвоката
> Требовались доказательства и показания нескольких независимых свидетелей
> Перед судом обвиняемый писал список своих врагов (их показания не учитывались), (или писали с его слов, в случае безграмотности)
> Пытки ограничивались правилами (да, они всё же были, это неоспоримый факт)
Но главной целью Инквизиции было не наказание, а спасение души. Задача инквизитора состояла в том, чтобы убедить человека раскаяться. Если человек признавал неправоту, он получал духовную епитимью, но не лишение жизни.
Смертный приговор выносился скорее упорным рецидивистам. При этом сама Церковь никого не казнила: она предавала человека Анафеме и передавала его светским властям. (По данным Агостино Борромео, основанным на архивах Ватикана, смертные приговоры составляли около 1-2% от всех дел Инквизиции)
Безусловно, «перегибы на местах» были, этого не избежать, ибо люди совершали, совершают и будут совершать ошибки. Папа Иоанн Павел II в конце прошлого века принес извинения за человеческие ошибки отдельных служителей Инквизиции, но не за сам институт.
На фото: картина Доминго Вальдивьесо. Король Филипп II председательствует на аутодафе (сожжение еретиков), 1871. Сожжение самих пытающихся заниматься колдовством я оправдывать не буду, каюсь, но мне их не слишком жаль, хдхд.
Выяснилось, что я с недавних дней знаком с самим монсеньером Марселем Лефевром (основатель братства святого Пия X) через 3 рукопожатия и с Папой Римским Пием XII через 4 рукопожатия.
Я (Рани) — ризничий Жан (служит в часовне братства святого Пия X в Минске) — отец Вернер Бёзигер — сам монсеньор Лефевр.
Отсюда: Лефевр — Папа Римский Пий XII. Соответственно каждый из вас, кто знаком со мной, знаком с Лефевром и Пием XII через 4 и 5 рукопожатий соответственно. А значит и с небезызвестным Ричардом Уильямсоном. Вне зависимости от отношения к каждому из вышеперечисленных, это видные деятели Католической Церкви.
Всё это — благодаря каналу, создание которого было одним из лучших решений. Вселенская Церковь объединяет, меня это очень воодушевляет.
Я (Рани) — ризничий Жан (служит в часовне братства святого Пия X в Минске) — отец Вернер Бёзигер — сам монсеньор Лефевр.
Отсюда: Лефевр — Папа Римский Пий XII. Соответственно каждый из вас, кто знаком со мной, знаком с Лефевром и Пием XII через 4 и 5 рукопожатий соответственно. А значит и с небезызвестным Ричардом Уильямсоном. Вне зависимости от отношения к каждому из вышеперечисленных, это видные деятели Католической Церкви.
Всё это — благодаря каналу, создание которого было одним из лучших решений. Вселенская Церковь объединяет, меня это очень воодушевляет.
✠ «Воистину достойно и праведно славить Тебя, Господи, ибо Ты воздвиг Церковь Свою как живое знамение среди народов. Ты наделил её властью связывать и разрешать, наступать на змей и скорпионов и разрушать твердыни сатаны. Мы молим Тебя: пусть она до скончания веков остается непобедимой армией Твоей благодати, ведущей верных Католической Церкви к вечному триумфу в Небесном Иерусалиме» ✠
«Христос побеждает, Христос царствует, Христос повелевает»
«Христос побеждает, Христос царствует, Христос повелевает»
В Католической Церкви есть такое понятие как — «Общение Святых». Мы верим, что земная, очищающаяся (в Чистилище) и небесная Церковь — это одна неразрывная семья, части единого целого.
Задумывались ли вы когда-нибудь, что где-то в Чистилище, на пути к Небесной Славе, всё ещё могут нуждаться в наших молитвах души тех, кто сотни лет назад отдал свои жизни за Христианскую Церковь, за следование призывам Папы Римского о Крестовых Походах, за возможность воссоздания Иерусалимского Королевства? Мы привыкли молиться о своих умерших родственниках, друзьях, но забываем о великих воинах, которые жили в куда более мрачные времена и сражались за Веру. Они стояли не перед выбором, купюру какого номинала опустить в корзину пожертвований, а что сделать под палящим солнцем: оплакивать погибшего от стрелы или горячей смолы друга или продолжать взбираться на стены Иерусалима. Именно такие мысли я крутил в своей голове, когда был в Кафедрале и понимал, что у меня есть всё для комфортной жизни. И всё, о чём я думаю: это о благополучии, которого и так выше меры. В этом момент мне стало очень тошно.
Вполне возможно, что христианские воины, павшие с оружием в руках сотни лет назад, при защите христианских святынь, всё ещё нуждаются в наших молитвах на пути к Небесам. А если они уже предстоят перед Богом — они ответят нам своим заступничеством. Я хочу сделать серию постов и вспомнить тех, кто отдал жизни в одной из самых значимых битв христианского Средневековья, сегодня — при штурме Иерусалима в 1099 году. И прошу каждого молиться не только за известных нам воинов, но и простых рыцарей, чьи имена нам неизвестны, их слуг, оруженосцев, прочих неизвестных нам солдат.
К концу XI века паломничество ко Гробу Господню стало смертельно опасным, а восточные христиане страдали от притеснений. Первый Крестовый поход стал военным ответом на этот кризис.
В июне 1099 года армия крестоносцев, измученная тремя годами тяжелейших боев и переходов, наконец подошла к Иерусалиму. Ситуация казалась патовой. Город удерживал сильный фатимидский гарнизон. Защитники отравили или засыпали все колодцы в окрестностях, оставив христиан умирать от жажды под палящим ближневосточным солнцем. Чтобы взять мощные стены, нужны были осадные машины, которых не было.
Спасение пришло с моря. Генуэзские моряки, чьи корабли были заблокированы вражеским флотом в порту Яффы, разобрали свои суда на доски и принесли их к Иерусалиму. Из корабельного леса инженеры собрали две гигантские осадные башни, катапульты и тараны.
Штурм начался в середине июля. Армия разделилась: с юга атаковали отряды графа Раймунда Тулунского, а с севера штурмом руководил герцог Готфрид Бульонский.
Защитники города сопротивлялись. Они обрушивали на осадные башни камни и горящую смолу, которую невозможно было потушить водой. Рыцарям приходилось накрывать деревянные башни свежими шкурами животных и тушить огонь запасами уксуса. Южная башня Раймунда Тулузского была остановлена.
На севере же Готфрид Бульонский с упорством продолжал сражение. Башня Готфрида вплотную подошла к стене. Сквозь дым, стрелы и огонь крестоносцы перекинули деревянный мост. Первыми на стены Иерусалима, прорубая путь мечами, ворвались два брата-рыцаря — Летольд и Энгельберт из Турне. Следом за ними на стену шагнул сам Готфрид Бульонский и его племянник, Танкред Тарентский, чей отряд вскоре захватит Храмовую гору.
Оборона пала. Знамена крестоносцев взвились над Иерусалимом в пятницу, ровно в три часа дня. В тот самый день недели и в тот самый час, когда Иисус Христос умер на Кресте.
Deus Vult! Этого хотел Бог! ✠
Задумывались ли вы когда-нибудь, что где-то в Чистилище, на пути к Небесной Славе, всё ещё могут нуждаться в наших молитвах души тех, кто сотни лет назад отдал свои жизни за Христианскую Церковь, за следование призывам Папы Римского о Крестовых Походах, за возможность воссоздания Иерусалимского Королевства? Мы привыкли молиться о своих умерших родственниках, друзьях, но забываем о великих воинах, которые жили в куда более мрачные времена и сражались за Веру. Они стояли не перед выбором, купюру какого номинала опустить в корзину пожертвований, а что сделать под палящим солнцем: оплакивать погибшего от стрелы или горячей смолы друга или продолжать взбираться на стены Иерусалима. Именно такие мысли я крутил в своей голове, когда был в Кафедрале и понимал, что у меня есть всё для комфортной жизни. И всё, о чём я думаю: это о благополучии, которого и так выше меры. В этом момент мне стало очень тошно.
Вполне возможно, что христианские воины, павшие с оружием в руках сотни лет назад, при защите христианских святынь, всё ещё нуждаются в наших молитвах на пути к Небесам. А если они уже предстоят перед Богом — они ответят нам своим заступничеством. Я хочу сделать серию постов и вспомнить тех, кто отдал жизни в одной из самых значимых битв христианского Средневековья, сегодня — при штурме Иерусалима в 1099 году. И прошу каждого молиться не только за известных нам воинов, но и простых рыцарей, чьи имена нам неизвестны, их слуг, оруженосцев, прочих неизвестных нам солдат.
К концу XI века паломничество ко Гробу Господню стало смертельно опасным, а восточные христиане страдали от притеснений. Первый Крестовый поход стал военным ответом на этот кризис.
В июне 1099 года армия крестоносцев, измученная тремя годами тяжелейших боев и переходов, наконец подошла к Иерусалиму. Ситуация казалась патовой. Город удерживал сильный фатимидский гарнизон. Защитники отравили или засыпали все колодцы в окрестностях, оставив христиан умирать от жажды под палящим ближневосточным солнцем. Чтобы взять мощные стены, нужны были осадные машины, которых не было.
Спасение пришло с моря. Генуэзские моряки, чьи корабли были заблокированы вражеским флотом в порту Яффы, разобрали свои суда на доски и принесли их к Иерусалиму. Из корабельного леса инженеры собрали две гигантские осадные башни, катапульты и тараны.
Штурм начался в середине июля. Армия разделилась: с юга атаковали отряды графа Раймунда Тулунского, а с севера штурмом руководил герцог Готфрид Бульонский.
Защитники города сопротивлялись. Они обрушивали на осадные башни камни и горящую смолу, которую невозможно было потушить водой. Рыцарям приходилось накрывать деревянные башни свежими шкурами животных и тушить огонь запасами уксуса. Южная башня Раймунда Тулузского была остановлена.
На севере же Готфрид Бульонский с упорством продолжал сражение. Башня Готфрида вплотную подошла к стене. Сквозь дым, стрелы и огонь крестоносцы перекинули деревянный мост. Первыми на стены Иерусалима, прорубая путь мечами, ворвались два брата-рыцаря — Летольд и Энгельберт из Турне. Следом за ними на стену шагнул сам Готфрид Бульонский и его племянник, Танкред Тарентский, чей отряд вскоре захватит Храмовую гору.
Оборона пала. Знамена крестоносцев взвились над Иерусалимом в пятницу, ровно в три часа дня. В тот самый день недели и в тот самый час, когда Иисус Христос умер на Кресте.
Deus Vult! Этого хотел Бог! ✠